sylvette david

- Кажется, мы опоздали, — девушка испуганно перевела взгляд на Джерарда, сидящего на пассажирском сидении справа от неё, и резко надавила на тормоза. Да, они действительно сильно опоздали. Повсюду светили мигалки полицейских машин, раздавались то громкие, то еле слышные вскрики людей. Находящиеся в этом месте были взволнованы, озадачены. Казалось, что в воздухе, в деревьях, произрастающих из сада соседнего дома, в самом воздухе стояло грузное напряжение. Толпа журналистов сливалась с толпой полицейских, а немного дальше стояли прохожие, желавшие поглазеть на происшествие, дабы удовлетворить своё любопытство и хоть немного отвлечься от скуки рутинных будней. Небольшой двухэтажный дом кофейного цвета, перекрытый полицейскими лентами, излучал что-то таинственное и отталкивающее. Фрэнк не мог с точностью понять, хотел ли он скорее взглянуть внутрь или убежать подальше от этого места, но он всё так же недвижно сидел на сидении и гадал, что же находится там внутри, что являлось причиной всего этого переполоха. Машина остановилась. Трое почти разом открыли двери и выбрались из душного пространства прямо в прохладные объятия осеннего ветра. Джерард решительно прошёл вперёд, сверкая перед полицейскими своим удостоверением и получая разрешение идти дальше. Линдси и Фрэнк торопились пройти вслед за ним. Парень заметил, что его холодные от ветра или же от волнения руки слегка трясутся, и с досадой вспомнил о том, что поездки вроде этой вскоре станут для него такой же обыденностью, как утренний завтрак или чистка зубов. Эта работа ещё с самого начала была ему не по душе, но теперь он с полной ясностью мог заявить, что она ему совершенно точно не подходит. Но Фрэнк уже поставил себе цель и не мог от неё отречься. Он должен был довершить всё до конца и он это понимал. Вскоре все зашли в дом. Джерард почти сразу же пропал из виду, растворяясь в небольшой толпе остальных следователей. Линдси же, бросив на Фрэнка ничего не значащий, пустой взгляд, прошла дальше по коридору и тоже исчезла за стеной. Пришёл черёд Фрэнка, и он медленно зашагал по узорчатому махровому ковру. Шаг за шагом. Его взгляд метался из стороны в сторону, останавливаясь на предметах интерьера или на людях, находящихся в помещении. В гостиной Фрэнк заметил столпотворение. Он подошёл немного ближе, и его взору предстала не самая приятная картина. Ещё свежая багровая кровь тонкими струйками, словно живая, стекалась в огромную лужу на паркете, впитывалась в теперь уже багровый ковёр. Повсюду были разбросаны вещи, были видны следы борьбы, на обоях красовались алые отпечатки рук. Фрэнк опустил взгляд ниже - и его сердце ёкнуло. Он попытался подавить рвотный рефлекс, что у него, к счастью, вышло, но неприятный комок отвращения застрял у него в горле. Конечно же, он понимал, что без таких зрелищ ему было не обойтись, но он, признаться, не был к такому готов. Свою работу тут сыграло даже не само понимание того, что некоторое время назад в этом месте было совершено убийство, а элемент неожиданности. Внезапный факт, появившийся в голове Фрэнка, который на долю секунды пошатнул его сознание передал организму соответствующие позывы. На полу лежали четыре тела: мужчина и женщина средних лет, рядом лежали молодая девушка и парень. Девушка лежала возле открытой форточки. Можно было подумать, что она пыталась спастись бегством, но, в таком случае, эти действия ей успеха не принесли. Глаза жертв были закрыты, но поскольку их никто не мог трогать после происшествия, значит, об этом позаботился сам убийца. Больше всего Фрэнка поразило не само наличие убитых в комнате, а то, каким способом они были убиты. У всех жертв была прострелена голова. Убийца не хотел пачкать свои руки, тела не были изуродованы, людей не мучили, не пытали, их просто убили, сам процесс не играл никакой роли. И Фрэнк знал, что это значит. Выстрелы пистолета. Он помнил. Идея того, что этот убийца может быть именно тем, кого он ищет, ударила ему в голову. И он, перестав достаточно отчётливо воспринимать реальность, принялся судорожно искать глазами Джерарда. Фрэнк застал мужчину, наклонившегося и внимательно рассматривавшего повреждённый диван, из которого беспорядочно торчали пружины и обивка. — Определённо, жертвы сопротивлялись, — констатировал факт Фрэнк, после этого мысленно дав себе слово больше никогда не говорить того, что итак ясно. Джерард слегка вздрогнул от неожиданности, но так и не повернулся в сторону стоявшего над ним Фрэнка. — Не жертвы, а только лишь одна жертва. На теле парня были замечены ножевые порезы, — негромко протараторил Уэй, продолжая с интересом изучать диван. — Но я всё ещё не понимаю, как то, что парень был ранен, указывает на то, что он оборонялся, — не унимался Фрэнк. — Это не так уж и важно, он всё равно уже мёртв, — сказал Уэй ещё тише и раздражённее. Фрэнк презрительно хмыкнул и продолжил действовать на нервы мужчине, уже почти забыв про то, что несколько минут назад хотел разузнать, — Напротив. Это поможет нам вычислить мотивы убийцы, - парень услышал тяжёлый нервный вздох и улыбнулся. — Ты ведь не перестанешь мешать мне работать, если я тебе всё не разъясню? — Джерард наконец-то повернул к парню голову, и Фрэнк заметил, что нос мужчины весьма необычной формы: заострённый и слегка приподнятый вверх. Парень решил, что, если бы он мог сам выбрать себе нос, он бы несомненно выбрал этот. Да, ему и правда понравился нос Уэя. Мужчина встал с колен, всем своим видом показывая, как ему не хотелось возиться с неопытным мальчишкой. Но Фрэнк уже понял, что, если бы Джерард и правда ни в коей мере не хотел бы ему что-либо показывать, он бы и не стал пытаться. Это было отчётливо ясно Фрэнку. Но Джерарду было необходимо похвастать своими навыками и умением в этом деле перед новичком ради повышения своей самооценки. Вот что он и собирался сделать.  — Это, — Уэй безучастно указал пальцем на нож, лежавший рядом с телом мертвого парня, — обычный кухонный нож, как видишь. Он, как и все кухонные ножи, лежал здесь, — брюнет отвёл руку в сторону подставки для ножей, стоявшей на тумбе возле плиты. Затем мужчина порылся в кармане своего чёрного фетрового пальто и достал оттуда небольшой фонарик. Он неспеша посвятил на пол возле кухонных тумб, и взору Фрэнка предстали следы ботинок, — Ноги расположены достаточно широко, парень был напряжён, — мужчина встал на место следов и отвёл руку в сторону подставки для ножей. Он держался в данной позе неподвижно, смотря вперёд и, похоже, что-то внимательно рассматривая с этого ракурса, и потом снова обратился к Фрэнку: — обрати внимание на мою руку, она может с лёгкостью дотянуться до ножа. — Эти следы совпадают с подошвой ботинок трупа, так? — Фрэнк посмотрел в сторону убитых. — Да, я уже проверял, можешь удостовериться сам. Теперь взгляни сюда, — последние фразы брюнет сказал как-то слишком мягко, или же Фрэнку просто показалось, но, в любом случае, это поставило парня в тупик, — просто попробуй прокрутить то, что здесь произошло у себя в голове, ладно? Что здесь произошло? Фрэнк максимально сосредоточился и начал вырисовывать в своём воображении несколько вариантов действий, которые могли произойти. В его голове отчётливо виделись двое взрослых людей, и молодой парень, и девушка, но один единственный актёр данной сцены отсутствовал. Вместо убийцы была лишь тёмная тень, преследовавшая своих несчастных жертв. Она медленно надвигалась на бедолаг, охватывая их своими чёрными бесформенными щупальцами, обдавая их терпким дыханием обречённости и неминуемой кончины. Тут Фрэнк снова вернулся в реальность, — я бы хотел услышать вашу версию, если позволите. — Ладно, дорогой, раз уж у тебя так туго с фантазией, — Уэй выпрямился, прочистил горло и начал свой рассказ, — Как ты уже заметил, убийца не собирался играть со своими жертвами. Он лишь банально прострелил им головы и ушёл, закончив своё дело. Никакого креатива, лично мне не по душе , — Голос мужчины слегка повысился, передавая лёгкие нотки задора, а Фрэнк лишь смущённо нахмурился, — но, если бы он решил изувечить их ножом, он бы сделал это со всеми членами семьи. — Семья? Это была семья? — глаза Фрэнка расширились, а сердце стало биться быстрее. — Да, семья Эддисонов. Они собрались отметить день рождение девушки. Праздник не удался, — Уэй, усмехнулся, приподняв плечи, и посмотрел на убитых, — так, не перебивай. — Я и не перебивал. — Ты собирался, — Уэй прищурил глаза и погрозил пальцем перед лицом Фрэнка, — на чём я остановился? Ах да! Так вот, парень потянулся за кухонным ножом для самообороны. Но убийца не растерялся и прострелил ему руку, нож упал, — Джерард подошёл к трупу, судорожными взмахами руки зазывая за собой Фрэнка, и поднял холодную руку мертвеца. Там действительно находилась пуля, — нож упал на пол, но парень продолжал сопротивляться. Я так думаю, он добивался того, чтобы его сестрёнка смогла сбежать, но она, как видишь, не успела. Фрэнк посмотрел на безжизненное тело девушки, — убийца поднял нож, чтобы дать отпор парню. Совершает преступления он только с помощью пистолета. Возможно, физическая форма его подводит. Может он чем-то болен? - предположил младший. — Может быть. В любом случае на его совести лежит много смертей, и никто пока не знает, зачем он это делает, а о его состоянии я не особенно забочусь, — Джерард посмотрел на Фрэнка своим уже привычным парню взглядом, каким Уэй обдавал Фрэнка уже далеко не первый раз от начала их встречи. Глаза Джерарда были направлены на парня, но внутри был туман, он смотрел на него, но создавалось впечатление, что думает мужчина совсем о другом и в такие моменты выглядел он необычно серьёзным и сосредоточенным. А это было для него весьма не характерно, как заметил Фрэнк, - а он, в свою очередь, позаботился о комфорте трупов: закрыл им глаза, протёр излишки крови. Забавно, не находишь? - Джерард слегка коснулся плеча Фрэнка и глубоко вздохнул, - ну да ладно, мне сейчас нужно кое-куда. Мужчина снова бросил на парня кроткий взгляд и повернутся, чтобы убраться прочь. — Стой, — прокричал Фрэнк ему вслед. — Да? — Уэй вновь обратил своё внимание на парня. — Вам ведь поступила какая-то запись перед убийством? Могу я взглянуть? Джерард задумчиво поднял одну бровь и после недолгой паузы произнёс: — Позже. У меня здесь ещё некоторые дела. Я поднимусь на второй этаж, а ты жди здесь, и когда я вернусь, мы уедем. Достаточно на сегодня. Фрэнк смиренно кивнул и после ухода Джерарда начал задумываться, чем бы ему себя завлечь, чем бы он был сейчас полезен. Вскоре он всё-таки принял то, что ничего не может предпринять. Все знания, полученные на подготовке, просто испарились. До того момента он не особо задумывался, что ему придётся действовать, трудиться и делать это хорошо, потому что он не хочет потерять эту работу, у него есть свои особые планы, которыми нельзя пренебречь. Это была реальная жизнь, реальное преступление, а Фрэнк был реальным следователем, но, вместе с тем, он стоял как вкопанный и сверлил взглядом белый потолок, дожидаясь возвращения Джерарда. Но Джерард не возвращался, и парень решил, что лучше будет тщательнее оглядеться вокруг, чем стоять на одном месте. Но у Фрэнка совсем не было желания прикасаться или даже подходить к мёртвым телам. Он не мог и не хотел глядеть на смерть, он хотел рассмотреть в этом тусклом помещении те редкие частички, что остались от жизни. В доме стояло множество семейных фотографий со счастливыми, улыбающимися лицами, которые в разуме Фрэнка так и кричали: «Нас пристрелят! Пристрелят! Вот это да!». Вот набор для бадминтона, а вот толстая тёмно-зелёная книга, из которой висела красная закладка, вложенная в самую середину. Что ж, вряд ли её уже кто-нибудь дочитает. Фрэнк подошёл к тёмно-коричневому лакированному комоду и потянул на себя ручку ящика. Он со скрипом выдвинулся, и взгляду Фрэнка предстала крупная стопка фотографий. Их было такое большое количество, что парень не стал зацикливаться и быстро пролистал их, улавливая мелькающие перед глазами изображения. Он отложил половину стопки обратно в комод и начал уже разбираться с остальной кучей, но его прервал звонкий голос Джерарда, звавший его. От неожиданности Фрэнк, не подумав, сунул стопку в карман куртки и направился на встречу зову. Джерард стоял в коридоре с весьма недовольным видом. Рука его покоилась на боку, нога была отведена в сторону, и всей своей фигурой он пытался поразить Фрэнка своей напыщенностью, недоброжелательностью и безразличием. Но, что ж, у него не выходило. В глазах, каким бы серьёзным он не пытался казаться, мелькал весёлый огонёк. — Я звал тебя, а ты не приходил. Не делай так больше, а то разобьёшь мне сердце, — Джерард прикрыл глаза и наигранно приложил одну руку ко лбу, а другую прижал к груди. Фрэнк лишь стоял и смотрел на него, ожидая дальнейших указаний или его действий, уже не удивляясь выходкам мужчины. Джерард взглядом указал на дверной проход и пригласил Фрэнка жестом, — только после вас. Они снова проходили по коридорам дома, в которых постепенно становилось всё меньше и меньше людей. Тела собирались отправить в морг. Джерард смотрел вперёд, а Фрэнк по пути пытался запечатлеть всё в памяти. Он не хотел запоминать эту отвратительную картину, простирающуюся в холле, но ему пришлось запомнить. Ему казалось, что его разум, стоит только Фрэнку выйти за порог, примет всё это за обычный дурной сон. Четыре мёртвых тела, ковёр и стены, насквозь пропитанные кровью, оружие, репортёры, суета, следователи, таинственный убийца — всё это казалось ирреальным, призрачным, туманным. Фрэнка хотел лишь запечатлеть это в памяти, потом сразу забыть и отдохнуть, собраться с мыслями, выпив два-три стаканчика белого, чтобы потом воскресить воспоминания на следующий день. Парни молча сели в машину, к ним подошла Линдси и сообщила, что ей нужно было задержаться. Джерард кинул что-то вроде прощания и зажёг двигатель. Машина двинулась вперёд по мрачным, пустынным улицам. Темнело в это время рано, а уличные фонари светили до ужаса слабо, и всё это навевало некоторый подсознательный страх, свойственный всем людям. Страх темноты, страх неизвестности. Тогда в машине неизвестность и докучала Фрэнку. Он ничего не знал, всё больше углублялся в темноту. Он не знал, что за человек убил тех четверых людей, которые, возможно были не единственными жертвами убийцы, Фрэнк просто не знал этого. Также, он не знал, как повлияет на него и на его последующую жизнь новообретённая работа. Не знал, как ему поступать, что ему делать. И никто не собирался рассказать ему, никто не хотел провести парня через ту темноту, нависшую над ним. И это пугало его. Хотя, что на счёт Джерарда? Нет, он не поможет Фрэнку перебраться через мрак, но может он хотя бы вручит ему фонарь? Вполне возможно. — Ну и как впечатления? — с усмешкой спросил Джерард, косясь на парня, сидевшего на сидении справа от него. Фрэнк не ответил, находясь всё ещё погружённым в свои мысли, только слегка опустил голову, показывая своим видом, что ему не очень-то хотелось вести разговор. Музыка в салоне не играла, стояла полная тишина, и нарушал её лишь звук мотора или лёгкое шуршание одежды Фрэнка, когда он двигался, чтобы поправить причёску или протереть глаза, обрамлённые сонной задумчивостью. Джерард оставался неподвижен. Но тишина не могла стать неловкой, так как мысли Фрэнка пока находились далеко за пределами машины, а мужчине было просто-напросто наплевать. Так они и ехали добрых минут десять, пока Джерард не вспомнил о том, что не знает, куда он, собственно, направляет транспорт. — Не напомнишь мне, куда тебя подвезти, Фрэнки? — Фрэнк немного засуетился, ловя на себе внимание мужчины. Он частенько стал замечать, что в некоторых ситуациях он не знает, как ему себя вести, так как по какой-то неизвестной причине не хочет понизить себя в глазах Джерарда. Это приводит его в замешательство. — Если честно, не знаю. При себе у меня ничего нет, вещи остались в Нью-Джерси, — Фрэнк шмыгнул носом и почесал затылок, - ты не мог бы довезти меня до какой-нибудь местной гостиницы? — Джерард чуть недоброжелательно взглянул на Фрэнка, отчего парень слегка поёжился. — Хорошо. Я отвезу тебя в один небольшой отельчик. Он в паре километров отсюда. Вскоре они добрались до места. Это было аккуратное коричневое кирпичное здание с пятью этажами. Над скромной, слегка обшарпанной дверью красовалась табличка, немного скошенная на левый бок, с надписью «Shelter», выведенной курсивом. Дома в этом районе стояли в одну линию. В основном, это были небольшие, как и эта гостиница, домики, которые выглядели весьма прилично, некоторые дома выделялись своей опрятностью и ухоженностью, ну а некоторые уже почти разваливались и давали понять своим видом, что район этот уже далеко не новый. Фрэнк мельком заприметил места, которые были расположены рядом с гостиницей. Не так далеко находились пара продуктовых, прачечная, немного дальше располагалось баров. Весьма неплохо. Джерард припарковал машину и знаком показал парню, что пора выходить. Только лишь вторая нога Фрэнка оказалась на влажной земле, дверь закрылась, мужчина сразу же надавил на газ и с непозволительной в этих местах скоростью поехал дальше по дороге, постепенно растворяясь во тьме улиц. — И тебе пока, — Фрэнк уныло опустил взгляд и развернулся в сторону гостиницы. Не долго думая, он пошаркал по асфальтированной дорожке к входу. Внутри всё было очень просто. Фрэнка сразу же встретила улыбчивая девушка, выглядывавшая из маленького окна регистрации. Если пройти чуть вперёд можно было увидеть крутую узкую лестницу, обшитую ковром. А если свернуть направо, то можно было бы заметить пустую столовую, где находилась кофемашина, чайник и холодильник с напитками. После регистрации девушка с той же ненатуральной, натянутой улыбкой вручила Фрэнку ключ от номера, и парень поспешно поднялся на третий этаж. Фрэнк зашёл в комнату, и спёртый воздух ударил парню прямо в нос, стало неимоверно тяжело дышать. Фрэнк, поморщившись, открыл немытое окно, усыпанное разводами. Парень огляделся. Всё было не так уж и плохо. В номере было сравнительно чисто, коричневое кресло, одноместная кровать, даже старый телевизор на тумбочке, ванная. Фрэнку ничего больше и не надо было, так что он оставался доволен. Не разложив своё ничтожно маленькое количество вещей, Фрэнк плюхнулся на кровать прямо в обуви. Послышался звук прогнувшихся пружин под матрасом, но кровать была, как ни странно, удобной, и Фрэнк собирался просто пролежать на ней остаток вечера и ночь, если придётся. Потому что брюнет чувствовал, что его организм решил во что бы то ни стало не дать парню заснуть, и это его мало радовало. Айеро лежал на кровати в чёрной кожаной куртке, в ботинках и ему было абсолютно всё равно. Он не думал ни о чём и в то же время думал обо всём на свете. Мысли, впечатления, чувства смешались в одну кучу, и Фрэнк не мог ничего сделать, кроме как бездельно лежать лицом вниз в подавляющей тишине. Но долго он находиться в таком положении не мог. Казалось, ещё минута, проведённая в одиночестве в этом душном помещении, и Фрэнк сойдёт с ума. Айеро медленными движениями опёрся руками о кровать и встал. Нужен был свежий воздух. Фрэнк решил пройтись по окрестностям, но вообще-то под этим он подразумевал изучение выпивки в баре. Через несколько минут он уже бродил по улице, рассматривая сверкающие таблички с различными надписями. Он почувствовал некоторое облегчение, испытав на себе прохладный ветер осеннего вечера и вдохнув сладкий аромат выпечки, доносившийся из соседнего кафе, которое, на удивление, было всё ещё открыто. С улиц пропали мамаши с детьми, семьи и старики. Становилось всё больше уже весёлых компаний, нескромно разодетых девушек и радостного, опьянённого гула. Наконец-то Фрэнк наткнулся на первый попавшийся бар и вошёл внутрь. В нос сразу же ударил удушающий запах перегара и алкоголя. Бар был с обширной площадью и качественным обслуживанием. Выпивка была не ахти, но в больших количествах, а вид беззаботных напившихся людей немного поднял дух парня. Он прошёл к барной стойке и уместился на стуле, подозвав бармена. Так прошло пол часа. Фрэнк сидел на своём месте, рассматривая людей и потягивая своё пиво не самого лучшего качества. Его взгляд остановился на лохматых, чёрных волосах мужчины, сидевшем на другой стороне стойки. Свет в баре был слегка приглушён, и Фрэнк не сразу узнал в черноволосом Джерарда. Шевелюра его была растрёпана ещё более хаотично, чем утром. Он сидел в том же пальто и, видимо, даже не заезжал домой. На шее появилось два небольших красных пятна, возможно, от уже выпитого им количества алкоголя. Где-то внутри Фрэнк надеялся, что эти пятна не засосы, недавно поставленные кем-то, а всего лишь пятна от выпитого им спиртного. Это определённо они, да. Джерард мило болтал с, сидевшей рядом, девушкой. Светлые, насквозь прожжённые волосы и отвратительная атласная блуза. Фрэнк, сам не осознавая этого, мысленно поставил галочку в пользу себя и сразу замотал головой, отгоняя подальше эти абсурдные мысли. Парень всё смотрел на мужчину и изучал его внешность, черты, привычки. Как он забавно морщил нос, когда смеялся. Как он тёр пальцем правое веко, когда рассказывал о чём-то, скалил свои мелкие зубы, когда пытался флиртовать. Иногда Фрэнк пытался поймать его взгляд, но брюнет, увлечённый разговором, совсем не глядел в его сторону. Фрэнк то отводил глаза, то не мог оторваться от мужчины. Два бокала уже было выпито, и на душе становилось немного легче. Джерард обернулся в сторону брюнета. Сердце парня тяжело отбило удар, второй. Мужчина уже хотел отвернуться, но узнал в незнакомце Фрэнка, так пристально на него смотревшего, и больше не упускал парня из виду. Девушка всё продолжала тараторить, а Джерард лишь довольно ухмылялся и сверлил Фрэнка взглядом. Парня пробрала мелкая дрожь, волна смущения немного окрасила его лицо в пунцовый цвет, и Фрэнк опустил взгляд на свои руки, пытаясь спрятаться непонятно от чего. А тем временем Джерард уже встал со своего места и неровной походкой подобрался к Фрэнку. — Я не думал, что ты тут будешь, — язык мужчины заплетался, и Фрэнку приходилось прислушиваться, чтобы разобрать слова. Ещё немного и Уэй был бы уже совсем в хлам, и Фрэнк знал это, но не отказался от предложения мужчины выпить ещё и поговорить. Фрэнк постепенно начал терять счёт времени. Алкоголь дурманил мозг, обволакивая разум радужной оболочкой. Они смеялись, говорили на разные темы, даже изредка упоминали работу. Хотя всё это было в бестолку, так как на следующее утро Фрэнк помнил только отрывки из их разговоров или действий. Он помнил, что они много смеялись, но не помнил над чем. Ещё он с точностью знал, что они оба были в стельку пьяные и совсем не соображали. Но из памяти напрочь пропало то, как он уже перед их уходом танцевал с той девушкой в ужасной блузе, и что Джерард просто спокойно смотрел на них и мягко улыбался, ревнуя то ли девушку к Фрэнку, то ли Фрэнка к девушке, то ли вообще задумавшись о чём-то другом. Утром Фрэнк проснулся от жуткой головной боли, особенно гудящей в висках. Он вспомнил о вчерашнем дне всё, что не удалось забыть и поплёлся к своей сумке, где всегда лежало несколько пластинок с таблетками от головы. Парень уже почти дошёл до сумки, но обо что-то споткнулся и полетел на пол, с треском ударившись о тумбочку около входной двери. Он, громко и чувственно матерясь, встал и потёр ушибленное колено, затем вздохнул и огляделся. Да, до него только что дошло, что он находился у себя в номере, хотя совершенно не понимал, как он тут оказался и каким образом вчера смог найти отель в таком ужасном состоянии. Взгляд его привлёк небольшой листик, торчащий из дверного проёма. Фрэнк протянул к нему руку и прочитал послание, написанное размашистым, кривым почерком: «У тебя пропало две таблетки болеутоляющего. Не опаздывай на работу. Д. У» Фрэнк мельком улыбнулся и выкинул лист в мусорку. Парень посмотрел на часы и, схватившись за голову, побежал приводить себя в порядок. Он должен был быть на работе через пятнадцать минут.