Цена ошибок

В последние дни Сакура плохо спала. Мысли о Саске не выходили у нее из головы, и она была вынуждена признаться себе в том, что никогда не переставала его любить. Но с чего вдруг он спросил о ее чувствах? Может ли это быть то, о чем она думает? И если да, то тогда почему Саске все это время пытался ее избегать? — Сакура! — вывел ее из задумчивости строгий голос Шизуне. — Это не то! Харуно вздрогнула, будто очнувшись от транса. Она заметила, что чуть не перепутала нужную для пациента капельницу, а сделай она это, последствия могли бы оказаться непредсказуемыми. Цунаде и Шизуне – учителя Сакуры и ее группы – проводили сегодня практику в больнице и были крайне удивлены, что их лучшая ученица начала допускать совершенно нелепые, но опасные ошибки. Цунаде, отойдя от мониторов одного пациента, быстрым шагом преодолела больничную палату и строго посмотрела на Сакуру. — Да что с тобой сегодня такое? — грозно произнесла Сенджу Цунаде, которая, стоит заметить, являлась лучшим хирургом Токио. — У тебя все валится из рук, и ты все путаешь! По-моему, ты сегодня совершенно не соображаешь! Объяснись! — Простите, Цунаде-сама, Шизуне-сан, — ответила Сакура, чувствуя, что помещение уже плывет вокруг нее. Все-таки нужно было спать лучше. — Я сегодня себя неважно чувствую. — Что случилось? — Я, кажется, совсем не выспалась, — произнесла розоволосая. Цунаде нахмурилась и сказала: — Мы тут не в игрушки играем, Сакура, а людей лечим. Лучше иди домой и приведи себя в порядок, а то, Боже упаси, натворишь еще что-нибудь! Придешь на отработку в другой день. — Спасибо, Цунаде-сама, — ответила Харуно, понимая, что ей действительно нужен хороший отдых. Она вышла из больницы и вдруг почувствовала страшную усталость. Сакура позвонила Итачи и спросила, не мог бы он ее подвези до дома, потому что сама она была не в состоянии сесть за руль. Он согласился, и через двадцать минут уже был у больницы. — Привет, — сказала Сакура, садясь в машину и поцеловав Учиху. — Спасибо, что заехал. У меня совсем нет сил даже стоять на ногах, не говоря уже о том, чтобы доехать домой самой. — Не нужно благодарности. — Итачи завел машину и отправился по направлению к дому Харуно. Сакура улыбнулась. — Знаешь, я так устала, что готова заснуть прямо здесь. — Можешь поспать, пока мы едем. — Да, пожалуй, меня не разбудит даже граммофон, не говоря уже о сигналах автомобилей. — У тебя было дежурство? — Нет. Просто в последнее время я совсем плохо сплю. Ворочаюсь по ночам, и мне все время снятся какие-то дурацкие сны, — сонно говорила Сакура, закрыв глаза и приложив голову к окну. Царство Морфея уже наполовину окутало ее, но она все еще слышала голос Итачи. — Что это за сны? — Ну... Там ты, Саске, я. И вы все время о чем-то спорите, а меня не слышите… Я даже пытаюсь кричать, но вы все равно не слышите. — О чем мы с Саске спорим? Сакура не ответила. Итачи посмотрел на нее – она уже мирно посапывала. — Сакура? — тихо позвал он ее, и Харуно, чуть вздрогнув, приоткрыла веки. — Ох… Вы спорите о том, с кем я должна остаться… А я все пытаюсь вам сказать, что знаю с кем… Но вы не слышите и не видите меня, как будто я невидимка. Итачи слегка приподнял брови в удивлении. Странно было слышать от нее на столь откровенную тему, как сны. Он подумал, что Сакура действительно слишком устала и уже не соображает, что она сейчас тут болтает. Что значит, с кем она должна остаться? Разве она не с ним? — И кто же тот, с кем ты останешься? — Итачи позволил себе добродушно усмехнуться. — Надеюсь, это я? — А я и забыла, что я говорила. Все никак не могу вспомнить… Даже ноотропы* не помогают… Все напрасно. Для Учихи Итачи все это было весьма подозрительно. Саске сам не свой и Сакура тоже - как будто между этими двумя пробежала черная кошка. Итачи бы мог ее подозревать в том, что она все еще любит Саске, потому что он прекрасно знал все то, что произошло между Харуно и его младшим братом в школе. Хотя он и никогда не был наивным человеком, Итачи верил своей девушке, когда она говорила, что теперь любит только его. И Сакура не давала поводов в этом сомневаться – до сегодняшнего дня. Может быть, он пытается обмануть сам себя? Ведь в глубине души его терзают сомнения. Неужели Сакура и Саске ему врут, и между ними ничего не кончено и никогда не было кончено? — Сакура, тебе надо выспаться, — мягко сказал Итачи, решив отложить эту тему на потом. В него вдруг закралось смутное предчувствие, а этот странный разговор заставил сомневаться в искренности их отношений. Если перед Сакурой вообще мог стоять вопрос выбора между Итачи и Саске, значит, и к младшему брату у нее все еще были чувства. Теперь Итачи лишь хотелось выяснить, какого рода были эти чувства – романтические или дружеские – и насколько они были сильны. Когда они уже подъехали к дому, Учиха услышал еле слышный шепот Сакуры во сне. — Саске… кун, — почти бесшумно приоткрылись ее губы. Итачи вдруг почувствовал укол ревности, которого раньше он не знал.