Цена ошибок

— Отец, нам нужно поговорить, — сказал Итачи, вернувшись домой. Он промок и замерз, но совсем этого не замечал, потому что мысли его снова занял младший брат. — Говори, Итачи. — Фугаку, сидя за кухонной стойкой, смотрел на ночной Токио. Итачи заметил рядом с ним бутылку виски и пустой стакан, а взгляд у отца был очень уставший и где-то в глубине даже измученный. Таким он видел его крайне редко. — Я сегодня случайно увидел Саске. — Итачи присел рядом. — В общем… Он был в компании «Хеби». На секунду в глазах Фугаку промелькнуло такое выражение, будто его ужалили, но он быстро нацепил свой ледяной взгляд. — Что и следовало от него ожидать, — заметил отец и налив себе еще стакан, перевел взгляд со старшего сына на город. — Остается только надеяться, что Саске не вернется к прошлому образу жизни, — заверил Итачи. — Но, отец, не беспокойся, я сделаю все, чтобы этого не произошло, даже если придется заставить Саске меня ненавидеть. — Если уж и есть шанс, что он кого-то послушает, то только тебя. Я для него уже давно не авторитет. — Он упрямится, чтобы доказать, что никто не в состоянии контролировать его жизнь, — сказал Итачи. — Разве не таковы дети по отношению к родителям в таком возрасте? — Ты, например, не таков. В отличие от тебя, в голову Саске пока что не приходили умные мысли, — ответил Фугаку. — Возможно, в детстве он был слишком избалован вседозволенностью. В то же время я не уделял ему достаточного внимания, а потом вдруг стал диктовать свои правила. Ему, конечно, это не понравилось. Да и кому бы понравилось? Но неужели он так и не понял, что я лишь хотел лучшего для него? Хотел огородить его от неприятностей? — Я думаю, он это понимает, но не хочет признать. Итачи ненадолго задумался. Ему тоже хотелось выпить, но завтра за руль: в отличие от отца, личным водителем он почти не пользовался. Ему также хотелось бы повернуть время вспять, чтобы все стало как прежде: мать и отец не избегали друг друга, Саске проводил в своей комнате долгие вечера, бренча на гитаре, и, сочинив новую песню, в первую очередь шел к Итачи, чтобы узнать его мнение. — Чертов Мадара! — неожиданно воскликнул Фугаку. — Что он еще там замышляет вместе с Саске?! Наверняка надумал меня опозорить. Еще этот идиот Данзо дал себя разоблачить! — Теперь Мадара точно станет мэром, — сказал Итачи. Фугаку усмехнулся, но усмешка вышла какая-то горькая. По его лицу Итачи понял, что дела плохи. Мало того, что в семье ужасная ситуация, так еще появится и Мадара с законной властью. И кто знает, чем это противостояние закончится для отца и дяди? Фугаку осушил стакан, затем налил еще и выпил все до дна. Взгляд его загорелся вдруг какой-то решимостью. — В ближайшее время я собираюсь передать тебе компанию, Итачи. У старшего сына, несмотря на его всегда невозмутимый вид, от удивления чуть приоткрылись глаза. — Но отец… Ты, наверное, пьян. Ты не должен принимать такое решение сейчас, нужно все хорошо обдумать. — Я не пьян! — возразил Фугаку, но все же говорил он заторможенно. — И прекрасно понимаю, о чем говорю. Я думал об этом и раньше. По правде говоря… надо было сделать это давно. — Но для чего? Ты в состоянии управлять сам. У меня еще нет твоего опыта. — Чепуха. Ты бы справился, — твердо произнес Фугаку. — Видишь ли, теперь, когда Мадара станет мэром… теперь, когда у него будет в руках власть… Для меня будут закрыты многие дороги. Ты же знаешь, что мы друг друга терпеть не можем. Этот эгоист так и не смог признать того, что Таджима верил в меня больше, чем в кого бы то ни было, а его не удостоил и каплей доверия. Мадара… Он способен на многое. Так что лучше мне подстраховаться, пока не поздно. Доверить все я могу только тебе одному. Ты справишься, я не сомневаюсь. Под действием алкоголя Фугаку становился на удивление разговорчив и откровенен. В таком состоянии его было легче всего вывести на чистую воду, и Итачи это знал, а поэтому воспринимал его слова абсолютно серьезно. И все же это решение ему казалось слишком внезапным. — Если ты так решил, то я готов принять свои обязанности, — сказал Итачи. — Вот и отлично. Закончив разговор с отцом, Итачи отправился в свою комнату. Мать уже спала, а Фугаку остался на кухне наедине со своими мыслями. В квартире стояла тишина, и Итачи вдруг в полной мере ощутил одиночество. Даже предложение отца не смогло его приободрить. Он всегда чувствовал себя так опустошенно, когда младший брат отворачивался от всей семьи и уходил из дома. Как Итачи мог не заметить совсем недавно то, что было очевидно ему теперь? Как он мог не заметить того, что с каждым днем отношения в семье, и так хрупкие сами по себе, все больше ослабевали? Чем только были заняты его мысли, когда атмосфера в доме накалилась до предела? Ему вдруг захотелось спросить себя: «О чем ты только думал?» И ответ вдруг пришел к нему в голову. Ну конечно! Сакура заняла его мысли, так что Итачи позабыл об окружающем мире и все-время думал о чем-то своем и, как ему казалось, о чем-то важном. Он и не подозревал никогда, что им могут завладеть такие сильные чувства, что в нужный момент он не заметит того, что действительно имеет значение. Очень часто Итачи концентрировался на чем-то — или на ком-то — одном и уверенно шел к цели, прокручивая в голове множество планов. До этого он постоянно думал о своей девушке, но теперь его мысли всецело были посвящены возвращению Саске домой. Если бы он чуть меньше уходил в свои размышления о будущем, чуть меньше задерживался на работе, может он бы и смог помирить отца и брата до того, как их привязанность друг к другу порвалась с треском, точно старый шов, сшить который будет теперь труднее, чем когда-либо прежде, если вообще возможно. Все же ему казалось, что он единственный, кому это под силу, и в глубине души надеялся, что он не переоценивает свои способности. Заметив на обложке журнала знакомое лицо, Сакура остановилась у прилавка, чтобы убедиться, что ей не показалось. Она тут же влетела в магазин, чтобы купить журнал, и уже через пару минут сидела на лавочке в парке, не в силах оторвать взгляд от глянцевой обложки, на которой красовалось лицо Саске с его суровым взглядом, а также остальных участников «Хеби» на заднем плане. Заголовок гласил: «Долгожданное возрождение «Хеби». Что в планах у скандально известной группы?». Слово «скандально» возмутило Сакуру. Прославились они еще до того, как начали ввязываться в разные передряги. Да и если уж на то пошло, то каждую вторую знаменитость города можно было бы назвать «скандально известной». Харуно вдруг захотелось высказать в лицо редакции все, что она о них думает, но лишь мысленно выругала их за такую попытку привлечь внимание. На развороте была свежая фотография группы, и Сакуре показалось, что она перенеслась на пару лет назад, когда «Хеби» имела бешеный успех в Японии. Их возвращение не могло остаться не замеченным, но люди явно не имели ничего против. Из вчерашнего интервью она узнала, что группа собирается выпустить новый альбом к концу года и уже сейчас начнет давать такие же масштабные концерты, как и прежде. Они также постараются «расплатиться за прошлые грехи», чтобы стать такой группой, на которую захочется равняться. Было ли это превращение "из плохих ребят в хороших" игрой на публику или нет, Сакура не знала, но ее вдруг охватил такой прилив счастья и торжества, что она уже стала доставать телефон, чтобы позвонить Саске и поздравить его. Сейчас она позвонит, скажет, как рада за него и что с удовольствием придет постоять за кулисами и Наруто с собой прихватит! Но вдруг рука ее замерла. Улыбка сползла с лица, вместо нее появилось замешательство, как только она вспомнила последние события. «Ты все еще любишь меня, Сакура?» Снова этот вопрос возник у нее в голове. Харуно казалось, что он уже никогда не покинет ее мыслей, сколько бы она не пыталась о нем не думать. Иногда она представляла себе, что бы случилось, если бы она ответила «да» и если бы не встречалась с Итачи. Наверное, они могли бы быть вместе. Все было бы так, как она мечтала еще со школы. О, как она была наивна, полагая, что любовь к Саске пройдет, а Итачи как-нибудь слюбится, ведь теперь ее отношения с братьями Учихами стали запутаны до невозможности. Она не могла поступить подло с Итачи, бросив его по первому зову Саске. Ей казалось, она бы не вынесла терзаний своей совести и страданий Итачи. Он бы этого не показал, но Сакура бы точно это почувствовала. Ей не хотелось его унижать или причинять ему боль, ведь Итачи был по-своему дорог Харуно. Однако ее почему-то угораздило влюбиться в его младшего брата, а больше ей никто не был нужен. Но подумать только, сколько ей пришлось ждать, пока Саске ответит на ее чувства. Да и можно ли быть в этом уверенной? Вдруг он просто решил потешить самолюбие или уколоть старшего брата? Но разве Саске мог бы совершить что-то настолько низкое? В конце концов, он не такой бессердечный, каким привыкли его считать окружающие. Уж она-то это точно знала. — Почему все так сложилось? — спросила она сама себя. Теперь эйфория ушла, и ей захотелось выкинуть журнал в урну. Но она лишь убрала его подальше в сумку, как вдруг услышала мелодию сообщения. Она посмотрела в свой телефон и увидела входящее от Наруто: «Ты не поверишь Сакура-чан, но мы идем на концерт «Хеби»! Этот тэме снова будет петь и жечь на гитаре! Вот уж оторвемся!!» Харуно не могла не засмеяться.