Mistake

Когда Мерлин стучался в дверь покоев Артура, сердце бешено колотилось в груди и его биение гулко отдавалось пульсацией по всему телу. Простояв минуту и не получив разрешения войти, он вошёл в комнату. Артур мирно спал за письменным столом, уткнувшись лицом в какие-то бумаги, но когда раздался скрип закрываемой двери, он проснулся и вскочил на ноги. — Мерлин! Это ты, — он согнулся, оперся одной рукой на колено, а другой потёр глаза. — Несколько ночей я побуду с вами, сир, — тянуть с этим не стоило, поэтому Мерлин сразу это сказал. — Зачем? — по лицу Артура ясно, что он в недоумении, но почему-то приятно видеть, как заискрились его глаза. — Ваш отец попросил меня проследить, чтобы с вами всё было в порядке, пока гости из другой страны здесь. Вряд ли что-то произойдёт, но осторожность не помешает, — волнение затопило весь разум, и поскольку Мерлин забыл придумать отговорку заранее, пришлось делать это на ходу. — Оставайся, я буду рад, — интересно было бы посмотреть на его реакцию, если бы он увидел себя со стороны — улыбается, как идиот. Когда все приготовления осуществились и Артур лёг спать, любезно предложив Мерлину лечь рядом — «Кровать же большая!» и получив отказ, Мерлин сел возле его кровати и принялся ждать, пока тот заснёт. Нужно наложить заклинания на дверь и окна. Была ещё одна цель: внимательно осмотреть подушку Артура на предмет чьих-либо волос, в частности, его собственных. Но он спал, поэтому задача немного усложнялась. Спустя полчаса Мерлин услышал громкое сопение и принялся за дело. Тихонько прошептав заклинания, чтобы запереть все возможные входы и выходы в комнату, он полюбовался результатом и снова сел рядом с ложем Артура. Некоторое время дверь и окна светились тусклым синим светом, постепенно угасая. Это сильное заклятие, и по этой причине Мерлин скоро захотел спать, так как оно отняло приличное количество энергии. Но ни в коем случае нельзя расслабляться. Он встал, медленно обошёл кровать, бесшумно ступая, и начал обыскивать подушку Артура. Это было, мягко говоря, трудно, потому что света луны из окна явно мало, чтобы разглядеть волосы, но удача была на стороне Мерлина. Спустя пару минут поисков он нашёл несколько коротких волосинок. Подойдя поближе к окну, он сделал предположение, что эти волосы черного цвета — хотя любой волос в темноте показался бы чёрным. Но как они могли там оказаться? Целый час мучительных раздумий не принёс никаких плодов. И когда появилось желание наплевать на эту бесполезную трату времени, на него снизошло озарение. Вспомнил! На ночь перед тем днём, когда Артура заколдовали, Мерлин он менял постельное бельё, в том числе и наволочку. Наверняка в процессе туда упало несколько волосинок. Может быть, незадолго до этого Мерлин мыл голову, поэтому они и выпали. Теперь всё ясно. Ну, почти всё. Осталась самая малость: найти в комнате гостя хотя бы один ингредиент того зелья, которое он использовал для заклятия и с его помощью отыскать то, что поможет избавить Артура от этого. Ах да, ещё попытаться сохранить с ним нормальные отношения после того, что случилось, и ещё наверняка случится. Всего-то! Мерлин тяжело вздохнул снова уселся возле королевского ложа, подтянув к себе ноги. Двумя часами спустя он начал клевать носом. Но заснуть ему не дал громкий звук. Кто-то дергал ручку снаружи. Сердце заколотилось, но делать ничего не надо: заклинание на двери мощное, и вряд ли шут мог снять его. Звуки прекратились и всё снова затихло. Он ушёл. Прошло около пятнадцати минут и пульс Мерлина почти выровнялся, как вдруг в окне показалось лицо мага. В первый миг на нём отразилась гримаса удивления, но затем она сменилась гневной. Какие бы рожи он не корчил, не пройдёт. Однако теперь шут знает, кто помешал ему, и лучше бы Мерлину теперь не появляться на завтрашних торжественных приёмах пищи. Он резко задернул шторы, и это движение вызвало гораздо более громкий звук, чем предполагалось. — Мерлин? — хриплый ото сна голос Артура заставил его обернуться. — Прости. Я просто заметил, что забыл шторы задернуть, — только этого не хватало. Хоть бы маг не додумался в окно постучать. Заклинание заклинанием, а звукоизоляции оно не давало. — Ничего. Скоро рассвет. Ты, наверное, устал сидеть полночи в одном положении. Ложись ко мне. — Я так посижу. Ты сам сказал — скоро будет светать. — Пожалуйста, — сошёл он с ума или нет — неизвестно, но Мерлин всё-таки лёг на самый край большой кровати и повернулся лицом к Артуру. Он никогда ещё не видел, чтобы его лицо так светилось от счастья. Неужели из-за этого так тепло и спокойно на сердце, что всего пару минут назад пережило и испуг, и удивление? Любовные заклятия меняют людей, их поведение. По крайней мере, на тот срок, пока они действуют. Но те эмоции, что испытывают зачарованные, искренни. И как дальше думать, что они ненастоящие, вызванные искусственным путём, когда заглянул в глаза, полные живых чувств? Ночные события здорово вымотали Мерлина, поэтому он уснул почти сразу после Артура. Маг сегодня уже не придёт. А с тем, что будет завтра, можно разобраться потом. Пробуждение оказалось немного болезненным — шея ночью всё-таки затекла, пока сидел. Артур ещё спал, когда он вышел из покоев. Сам проснётся. Утро ещё раннее, поэтому найти Гвен можно в домике её отца, где она живёт после его смерти. Надо как-то уговорить её помочь, не вдаваясь в подробности. Если он хорошо её знает, то она сделает всё возможное, не выпытывая всех деталей. Ночью пришла в голову мысль о том, что Артуру может помочь поцелуй любви. Ведь любовь — это сильнейшая магия, как когда-то ему говорил дракон. И когда это сработает, уже незачем будет искать ингредиенты и заклинание. Всё придет на круги своя. — Гвен! Это Мерлин, — он громко постучался и отошёл, ожидая ответа. Через минуту дверь отворилась и его встретила сонная Гвен. — Мне нужна твоя помощь. Она простояла с минуту, пытаясь, видимо, отогнать сон, затем пригласила Мерлина войти. — Рассказывай, в чём дело. — Артура заколдовали. Мы думаем, что это любовная магия. Я уверен, ты смогла бы избавить его от этого. — Хорошо, — её сильно взбудоражило это известие, сон мгновенно пропал с её лица, глаза широко распахнулись. — Что нужно сделать? — Поцелуй его. — Прости, что? — Гвен, пожалуйста! Поцелуй любви должен прекратить действие чар. — Не знаю даже. А если не получится, как мне потом вести себя с ним? — Но ты же ему нравишься. Он поймет. — Ладно. Когда? — согласилась с явной неохотой. Видимо, не так она это себе представляла. Но другого выхода нет. — Сейчас. — Так он наверняка ещё спит. — Да, но элемент неожиданности никогда не помешает. Всё же ему удалось уговорить Гвен пойти на это. Непонятно почему, но настроение упало, на душе стало как-то тяжело. Просто устал. Конечно, ничего более. До замка добрались скоро, Гвен шла очень быстро. Может, она уже предвкушала, как войдёт в его покои, и? .. Накатило раздражение, но не время думать об этом. Как бы за её шагами поспеть. Подойдя вплотную к двери, она резко замерла, прикрыла глаза, сделала глубокий вдох и влетела в покои Артура. В первую же секунду мозг Мерлина сгенерировал способ подглядывания. Конечно, это некрасиво с его стороны, но ему нужна реакция Артура на поцелуй Гвен. Если что-то пойдёт не так, и Гвен не удастся избавить его от действия заклятия, то эта реакция возможно сможет помочь ему понять, что делать дальше. Хотя кого тут обманывать, он просто не мог стоять на месте и ждать, пока оттуда выбежит радостная или не совсем Гвен. Мерлин ещё по дороге к покоям заприметил поленницу около металлической вентиляционной решётки. Он немного подвинул её так, чтобы она находилась прямо под решёткой и осторожно забрался на неё. Видно не всё, но это уже что-то. Вот Гвен подошла к кровати Артура, немного наклонилась и потрясла его за плечо. Он открыл глаза и резко сел, вытаращив глаза на Гвен. Та же стремительно впилась в его губы, левой рукой опираясь на спинку кровати, а правой притягивая его к себе за шею так, чтобы он не отстранился. Внутри будто уронили котёл с кипятком, что разлился обжигающими потоками по всем органам. Стало трудно дышать и держать равновесие, в глазах помутилось. Ужасно страшно, страшно от этих ощущений. Почему такая реакция? Что это? Кое-как он слез с поленницы, оставив идею посмотреть, что там да как. Немного отдышавшись, он прислушался к звукам внутри покоев. Подозрительно тихо. Через секунду оттуда вылетела Гвен. Он едва на ногах устоял от такого напора, а когда огляделся посмотреть, где Гвен, её уж и след простыл. Значит, не получилось. С одной стороны, появилась безысходность от того, что ничего не вышло и Артур всё ещё очарован. С другой — пугающая радость по той же причине. И эта радость действительно страшила, заставляла задуматься о том, что же он сам чувствовал. То есть, он хотел, чтобы поцелуй любви не сработал? Чтобы Артур пока остался таким? Конечно же нет. Нужно немедленно кончать с этим балаганом, иначе вся их дружба полетит в тартарары. План таков: уговорить Гвен осуществить поцелуй любви, и если не сработает, а так и вышло, попросить её пробраться в комнату гостя и отыскать один или несколько ингредиентов приворотного зелья. Но Гвен убежала так стремительно. Её можно понять, поэтому придётся ему, как видимо, делать всё самому. Время утренней трапезы. Все будут находиться в зале около часа. Спросив у одной из служанок, где находится комната одного конкретного гостя, Мерлин направился прямиком туда. Девушка подозрительно на него покосилась, но это неважно. Главная задача — не попасться никому на глаза, иначе будет много вопросов. Он не без труда нашёл нужную комнату и удостоверился, что там никого нет, громко постучавшись несколько раз. Осторожно толкнул дверь, вошёл. Огляделся: обычная гостевая комната, хоть и обставлена со вкусом. Подойдя к шкафу, что стоял возле окна, распахнул дверцы. Ничего особенного, на первый взгляд. Однако если порыться и заглянуть в обшитые узорами карманы роскошных одеяний, можно найти кое-что интересное. Аккуратно перерыв всю одежду иностранного гостя, Мерлин отыскать два маленьких флакончика. В обоих находились какие-то ягоды. Внимательно приглядевшись, он смог сделать предположение, что в одном из них ягоды белладонны. Но чтобы узнать наверняка, нужно отнести флаконы Гаюсу. С их помощью он сумеет распознать, что это за заклинание. Мерлин убедился, что всё стоит на своих местах и вышел из комнаты. По дороге к уголку Гаюса его обуревали смешанные чувства. Абсолютно противоположные, как и получасом ранее, около покоев Артура. Это и удовлетворение, потому что он нашёл то, что искал, и теперь они с Гаюсом смогут найти противоядие. И в то же время непонятное отчаяние от того, что всё двигается к логическому завершению, чары вскоре спадут и всё станет как прежде. Без наивных ухаживаний Артура, без совместных ночей на разных концах кровати и без оглушающего смущения, что сопровождало его на всех этих моментах. Он ведь только успел признать, что ему это даже нравится. И скоро ничего не будет. Вернутся вечные насмешки и подколки, хоть и беззлобные, редкие дружеские поединки на игральных костях. Немного приободрившись, чтобы Гаюс ничего не заметил, Мерлин вошёл к нему и поставил на стол два флакончика с ягодами. Гаюс внимательно осмотрел их и без лишних слов полез в книгу заклинаний. Торопливо переворачивая страницы, он спросил: — Где ты это нашёл, Мерлин? — В покоях нашего гостя. Там было только это, больше ничего, что могло попасть в зелье. — Если я правильно понял, это ягоды белладонны и барвинка. Обычно их используют по отдельности, но есть лишь одно заклинание, что задействует оба эти ингредиента. Они и врозь дают действительно мощный эффект, а уж вместе вообще. — Ты сможешь найти заклинание в противовес? — Да, они есть. И если мне не изменяет память, их два. Но нужно поискать. Я не помню, в чём их различие. Гаюс около часа стремительно листал книгу заклинаний, полностью погрузившись в работу. Вдруг он резко поднялся и тут же схватился за поясницу. Мерлин бросился к нему, а он сказал: — Нашёл! Вот, смотри. Как я и говорил, их два. Они разные. Одно избавляет зачарованного от заклятия, но при этом из его памяти исчезает тот промежуток времени, когда он был под действием приворота. Другое выполняет ту же функцию, но зачарованный помнит всё, что с ним происходило. Выбирай. Если подумать и взвесить всё, Мерлина устраивала его жизнь. Да, непростая работа физически утомляла его ежедневно. Помимо обязанностей слуги приходилось постоянно вытаскивать из разного рода неприятностей Артура, который, хоть и упрямый осёл, но борется за справедливость, за благополучие Камелота. Но однажды судьба подкинула ему сюрприз в виде влюбленного в него принца. Всеми фибрами души он был против заигрываний и ухаживаний в его адрес со стороны Артура Пендрагона. Но только поспав пару часов в одной с ним кровати, опозорившись перед друзьями, ощутив жгучую ревность, в мозгу щелкнуло. К нему пришло осознание того, что это то, что ему нужно сейчас. Но значит ли это, что из-за собственных желаний он пожертвует их дружбой и дальнейшим благополучием Артура?