Лучшее в мире лекарство

Открыв дверь квартиры, Артур пропустил Франсуазу вперед, затем зашел сам. Девушка с любопытством оглядывалась. Керкленд помог ей снять пальто. - Чувствуй себя как дома! Ты не голодна? Хочешь поужинать? – внезапно Артура охватила неловкость. Последний раз серьезные отношения у него были пять лет назад, но тогда он не испытывал настолько прекрасного волшебного чувства, как сейчас. Было очень страшно развеять его, уничтожить похотью. - Спасибо. Я не хочу есть. Может, выпьем вместе кофе? – Франсуаза ободряюще коснулась плеча англичанина. - Извини, у меня его нет. Я не очень люблю кофе, - огорченно ответил Артур. – Но есть чай. Черный, зеленый, Эрл Грей, с жасмином, мятный, белый, желтый… - Так много? – удивилась Бонфуа. – Тогда, пожалуй, сделай мне желтый. Никогда не пробовала. Пока Артур возился на кухне, Франсуаза сидела на диване в гостиной и внимательно изучала обстановку, пытаясь сопоставить предметы и характер Керкленда. Роскошно! Другого слова и не подобрать. Тяжелые портьеры чернильного цвета со светлым вышитым узором, мягкие кремовые кресла с гнутыми ножнами, явно антикварный кофейный столик, большой домашний кинотеатр, шелковый ковер, картины, изображающие породистых скакунов, массивная бронзовая люстра… То, что ее поклонник не рядовой служащий, Франсуаза поняла давно. В первую очередь по его речи, суждениям, манерам, одежде. Затем она обратила внимание на его машину. Но о том, что он настолько богатый, она не подозревала. Это все правда его? Здесь было очень красиво, но девушка почувствовала себя некомфортно. В тот момент Франсуаза ясно и резко осознала, кто она по сравнению с Артуром: девочка-студентка из общежития, дочь не самых обеспеченных родителей, неопытная и… Артур вошел с подносом. Такой знакомый, милый, влюбленный. Смущающийся, иногда не к месту серьезный, но уже родной, и все стало на свои места. Это дом ее мужчины, и это правильно – то, что она сейчас здесь. Он сам захотел ее, не оценивая ее социальное положение, возраст, занятия. Все хорошо. Все правильно. Керкленд поставил на столик блюдо с имбирными пирожными, сахарницу и две чашки. Сел рядом с Франсуазой, робко улыбнулся. - Попробуй, пожалуйста, пирожные. Я взял их в моем любимом ресторане, они должны быть вкусными. Девушка послушно взяла одно и откусила кусочек. Действительно, пряный нежный вкус очень приятен. А чай и вовсе замечательный! - Как вкусно! Спасибо. А из чего делают желтый чай? Такой странный – почти бесцветный, но ароматный. - Из таких же чайных листов, как и зеленый. Только перед сушкой они проходят процедуру томления. В старину этот чай производился исключительно для императорского двора и был запрещен к вывозу из Китая. Нравится? - Да. Ты такой умный, столько всего знаешь. Мне с тобой так интересно, - Франсуаза медленно и соблазнительно положила ногу на ногу, из-под опущенных ресниц взглянула на Артура. Сегодня она была в достаточно скромном светлом шифоновом платье с воздушным подолом, украшенном крупным принтом в виде разноцветных букетов пионов. Оно очень нравилось Керкленду, поэтому Франсуаза справедливо рассудила, что в нем будет проще очаровать Артура. К удивлению Бонфуа, англичанин отставил чашку, придвинулся ближе, ласково коснулся ее щеки и легко поцеловал в губы. - Je t'aime, - прошептал он с ужасным акцентом. – Может, мне начать учить французский язык? - И выведать все мои секреты? – в тон ему ответила Франсуаза. Приятный сюрприз: кажется, к постели Артура есть более короткий путь, чем она думала. Француженка игриво провела пальцем по широкой брови Керкленда. – Я слышала, что у мужчин с густыми бровями щедрая душа, смелость и хорошая потенция… Мне не терпится это проверить! Артур поймал ее руку и поцеловал каждый палец. Было безумно приятно слышать эти слова от любимой девушки. Сейчас он больше не стеснялся: к чему смущение? Они встречаются, Артур более чем серьезен, и они хотят друг друга, причем уже давно. Керкленд притянул Франсуазу к себе, аккуратно взял ее на руки и встал с дивана. Какая она легкая! - Тогда позволь показать тебе мою спальню, - Бонфуа согласно кивнула и покрепче обхватила Артура за шею. В спальне англичанин бережно опустил Франсуазу на постель. Теперь гостье уже не было дело до интерьеров, она только лишь смогла заметить, что кровать огромная и необычайно мягкая. Артур снял с нее туфли, нежно помассировал уставшие ступни девушки. Провести вечер на высоких каблуках, безусловно, красиво, но не слишком приятно. Франсуаза прикрыла глаза, очнувшись, лишь когда руки Артура скользнули вверх, а сам он склонился ниже и начал целовать ее за ухом. Она немного неуклюже вывернулась и встала с кровати. Хитро улыбнулась, медленно эротично сняла платье и покрутилась перед Артуром, оставшись только в чулках и кружевном черном белье. Приняв зазывную позу, Франсуаза коснулась обтянутой розовым шелком пуговки на бюстгальтере и игриво спросила: - Нравится? Артур смог только кивнуть. Он зачарованно смотрел на Франсуазу, сев на край кровати. О таком он только мечтал! Какая она красивая! Совершенная. А ее персиковая, чуть бледноватая кожа… Франсуаза протянула к нему руки: - Я на это белье всю стипендию потратила, чтобы ты снял его с меня. Давай же, сделай то, что я хочу! Ведь ты тоже этого хочешь, - она вздохнула и, понизив голос, пожаловалась: - Эти чулки такие неудобные… Если бы она только знала, как в этот момент завела Артура! Кусая губу от нетерпения, Керкленд поставил ногу девушки ступней на свое колено, слегка путаясь, отстегнул чулок и медленно стянул его. Затем проделал то же еще раз. Артуру хотелось чувствовать Франсуазу рядом, как можно ближе. Он притянул ее к себе за талию и нежно поцеловал ее в живот. Бонфуа поежилась, хихикнула и отстранила голову англичанина. - Только не это! Я боюсь щекотки. Затем француженка села к Артуру на колени, развязала и отбросила прочь его галстук. Услышав сбивчивое дыхание Керкленда, Франсуаза довольно улыбнулась. Артур прикрыл глаза, а чувства обострились до предела. Он ощутил, как его возлюбленная медленно одну за другой расстегивает пуговицы рубашки, прерываясь на легкие поглаживания и почти невесомые поцелуи. Когда Артур остался обнаженным по пояс, Франсуаза удовлетворенно осмотрела его и сказала: - А у тебя грудь прямо как я представляла: крепкая и немного волосатая, но мне это очень нравится. В другой ситуации Керкленд рассмеялся бы в ответ на это полудетское выражение, но сейчас ему абсолютно не хотелось говорить что-либо, поэтому он заставил Франсуазу замолчать самым приятным для двоих способом. Этот их поцелуй был не похож на все их предыдущие: долгий, наглый, опьяняющий, отчаянно терпкий. Артур снова почувствовал себя как обуреваемый гормонами подросток. Когда Франсуаза взялась за его ремень, он выдохнул сквозь зубы, уложил ее… Артур не помнил, как он судорожно окончательно разделся сам, как снял нижнее белье с девушки – это было не важно. Той ночью для него открылись новые, чудесные вещи: например, как прекрасно заниматься сексом по любви, а не только ради удовлетворения; как волшебно пахнет кожа Франсуазы - не духи, а ее собственный природный аромат; как приятно ласкать партнера долго, до изнеможения, пока тот не начнет требовать овладеть им. Франсуаза оказалась невероятно гибкой, но сильной. Разгоряченная, она крепко стискивала Артура, впиваясь короткими ногтями то в его спину, то в поясницу. Она никогда не стонала, как героини порнофильмов – в моменты, когда ей было особенно хорошо, Франсуаза вскидывала бедра выше, тихо вздыхала и невнятно бормотала что-то на французском. Это была настоящая награда. Да, именно награда: за все годы одиночества, за терпение, за победу над стеснительностью. Керкленд сильно уверенно двигался, стараясь не слишком наваливаться на Франсуазу. Ему было очень жарко и нестерпимо приятно одновременно. Прикосновения к горячей влажноватой коже девушки только усиливали тягостное возбуждение. Покрывало сбилось и мешалось где-то под боком. Франсуаза спихнула его на пол и крепче прижалась к англичанину. Артур смотрел на нее: как она стискивает простыни, жмурится, порывисто отворачивается, и получал от этого еще большее удовольствие. Ему безумно хотелось увидеть, как Франсуаза выгнется дугой от оргазма, какое у нее при этом будет лицо, но вскоре настолько потерялся в волне ощущений, что перестал что-либо различать. Крупная дрожь прошлась по всему телу, Керкленд с силой подался вперед и жестко вжал девушку в матрас. Уткнувшись в слегка влажные от пота волосы Бонфуа, Артур счастливо выдохнул. Он не знал, чем заслужил такой подарок судьбы, но был искренне благодарен неведомым высшим силам за встречу с Франсуазой. Как бы пошло и избито это ни прозвучало, Керкленду еще ни с одной женщиной не было так хорошо. Не только в постели, но и в повседневной жизни тоже. Франсуаза – это праздник. Необычный, яркий, красочный. Придется, конечно, приложить усилия, чтобы эта женщина стала его, насовсем. Возможно, придется отказаться от каких-нибудь холостяцких привычек, но оно того стоит. И секс с ней просто фантастический! Артур благодарно поцеловал ладонь девушки. - Какой ты страстный… - отвлек Артура от раздумий голос Франсуазы. – Мне очень понравилось. Нужно было соблазнить тебя намного раньше. - Я… Ты… Ты мой неповторимый душистый весенний цветок! - Выучил эту фразу из сборника комплиментов? – Артур почти почувствовал, как она улыбается. - Да. Невпопад, верно? Я хотел сказать… Что ты для меня самая прекрасная на свете. Я счастлив! - Я тоже, - совершенно серьезно ответила Франсуаза. Бонфуа встала и отправилась в ванную принять душ. Слушая приглушенный звук льющейся воды, Артур раздумывал как теперь ему действовать. Пришло ли время откровенно поговорить с девушкой, или серьезные отношения спугнут ее? В возрасте француженки сам Керкленд вытворял такое, что у преподавателей университета волосы дыбом вставали, и ни о каких девочках он и не думал. Франсуаза любит веселье, легкость, развлечения, а ему уже надо строить семью. Решив отложить этот вопрос хотя бы до утра, Артур нормально заправил кровать. Вернувшаяся в одном полотенце Франсуаза не пустила его в душ, заявив, что ей нравится его теперешний запах, а «Чего хочет женщина, того хочет Бог». Посмеявшись над таким утрированием, Артур послушно лег обратно. Франсуаза пристроилась рядом, бесстыдно положила согнутую ногу на его бедра и вскоре уснула, прижавшись щекой к груди англичанина. *** Рано утром Франсуаза сладко потянулась и открыла глаза. Артур сопел носом в подушку. Бонфуа с нежностью рассматривала его умиротворенное выражение лица, погладила светлые вихрастые волосы англичанина, провела пальчиком по густым бровям. Не соврала примета насчет секса! Осталось только проверить одну маленькую, но важную деталь. Открыв ящик прикроватной тумбочки, Франсуаза расплылась в довольной улыбке. Как она и думала: все купленные в ее аптеке пачки презервативов лежали там нетронутые, кроме той, которую она сама открыла вчера. Закрыв ящик, Бонфуа поцеловала Артура в щеку, легла обратно и закрыла глаза. Второй раз ее разбудил запах кофе. Франсуаза окинула взглядом спальню. Какая красота! Резная кровать, огромное зеркало, расписные старинные вазы у окна, занавешенного гардинами фисташкового цвета, светлая оттоманка у стены. Погладив витиеватую ножку торшера, Бонфуа откинулась на высокие мягкие подушки, немного полежала, вдыхая запах артуровой подушки. Затем она встала. Пальцы ног сразу же утонули в мягком ворсе ковра. Набросив рубашку англичанина, девушка вышла в коридор. На кухне Франсуаза застала Артура, колдующего над туркой. - Ты уже встала, моя хорошая? А я сходил за кофе и свежими булочками с корицей на завтрак, твоими любимыми. Франсуаза обняла его – странное чувство, похожее на ощущение взлета, сейчас охватило ее. Так вот какое оно, счастье?