Паноптикум души.

Шизуо. Я не знаю, что заставило меня прийти в его пустую комнату. Шёл уже третий день, а Изаи всё не было. Он как в воду канул. На звонки не отвечал, а всунутый им же навигатор ничего не показывал, в один прекрасный момент он просто отключился и сигнал пропал. Это настораживало и в какой-то мере пугало. Неужели убийца успел до него добраться? Не-е-ет, не верю! Нужно ещё чуточку подождать. Он вернётся, он вылезал из любых передряг и сейчас тоже выкарабкается. А если до завтра не появится, начну искать. Как смогу. Спальня выглядела так, словно её покидали в спешке. Кровать была не застелена, а на одной из подушек лежал древний и явно часто используемый диктофончик. Ниа запрыгнула на смятые простыни, мягко прошла до подушек и свернулась калачиком возле диктофона, не проявляя к нему особого интереса. Она его уже видела. Я сел рядом с кошкой, потрепал её за ушком и поднял маленькое устройство, нашёл последнюю запись, сделанную незадолго до исчезновения Изаи, и нажал на кнопку проигрывания. Я не особо мучился угрызениями совести, скорее меня съедало любопытство. Из маленького динамика послышался лёгкий шорох и не поддающиеся классификации фоновые шумы, тяжёлый вздох и спокойный, чуточку сонный голос блохи: - И снова у меня в гостях бессонница… Какую уже ночь подряд? И не надоело тебе у меня засиживаться, а, вредная женщина? Знаешь… мне надоело с тобой разговаривать. Я уже устал от того, что меня слушает только старый кусок железа и пластика. Иногда мне хочется, чтобы вот здесь, рядом, был кто-то ещё. Кто-то живой, тёплый… ласковый, в конце-то концов. Холод и одиночество угнетают не хуже ответственности, - Изая хихикнул, сам себя одёрнул и вновь тяжело вздохнул. – Но ещё сильнее гнетёт только пустота. Но сейчас не будем об этом. И вообще, кому будет интересно слушать мои ночные стенания? Их даже я не переслушиваю… их впору отправить в мусорную корзину. Мне просто нужно выговориться… просто… выговориться… В себе держать уже просто нет сил, да и желания тоже. А тебе всё равно! Ты кусок железа, у тебя чувств нет. А вот мне не повезло. У меня эта болезнь, именуемая эмоциями, есть. Ну да ладно… Иногда мне кажется, что других я понимаю намного лучше, чем себя… - он замолк, снова послышался шорох. – А ещё я завидую простым людям. Тем же работягам. Они могут жить, совершенно не заморачиваясь какими-то вечными проблемами и философскими вопросами. Их не тревожат душевные терзания. Нет, они у них есть, но в меньших количествах. Они просто живут, наслаждаются каждым днём и самыми банальными мелочами. А мне мешает мой ёбанный мозг! Он совершенно не хочет дать волю сердцу, которое забито в дальние уголки моего внутреннего «я». Если бы я слушал сердце, то не сидел бы сейчас в полном одиночестве, обнимая колени. Как подросток, право слово! Давно бы уже перебрался в комнату по соседству… Но гордость не позволяет! Хи-хик! И это после всего, что я натворил. Вообще, мне должно быть стыдно. Но стыд я потерял ещё в далёком детстве. И далеко не по своей воле… Это больная тема, даже спустя столько лет. Детская боль – вещь особая. Она остаётся с человеком надолго, если не навсегда. И она очень сильно влияет на его жизнь. Уж мне ли этого не знать? Только кто-то может её принять и как-то переварить, а кто-то в петлю лезет… - опять молчание, продолжил он уже более тихо. - Как-то Шизуо обронил фразу… он наверное не понял, что тогда сказал, а я… не знаю… А мне тогда от неё плохо стало. Нет! Ничего нового он мне не сказал. Многое я и сам знаю, но из чужих уст… Это больно. Правда, больно. Он сказал, что у меня душа гнилая, что я низменная бесчувственная падаль, не достойная любви. Сколько раз я это слышал, в скольких вариациях! Но именно в его исполнении она приносит особенно острую боль. Почему?! Я называю своё состояние по-другому… Я не буду отрицать мнения других людей. Они в какой-то мере верные. Им видней. Но я тоже дал себе классификацию, простую до смешного. Я – моральный урод. Тоже в своём роде монстр. Похотливая переменчивая тварь. А внутри у меня паноптикум для души, театр одного урода. Я как никто другой понимаю Шизуо. Наверное, именно из-за этого и стараюсь задеть его побольнее. Чтобы не одному мучиться. Но последнее время… - он в очередной раз замолк, шурша простынями. – Я его хочу! – простонал с болью и надрывом. – Безумно хочу… У меня не маленький список любовников, но большинство из них просто пустышки. С ними не интересно. А Шизу-тян другой… - протянул Изая мечтательно. – Он… мне кажется, он моногамный. И… по-моему, он просто шифруется под маской глупого блондина. Он далеко не дурак… - Орихара тихо захихикал. – Иногда мне кажется, что он похож на свою кошку. Такой же любопытный. Кстати, о кошках… Ну, перестань на меня так смотреть. Да, ты меня смущаешь. И да, я сохну по твоему хозяину! Вот кто сказал, что звери тупые? Покажите мне того человека! Вот ни мимики, ни жестов, а настроения всё равно есть. И ведь думает о чём-то. И сны ей наверное снятся… А ведь всего лишь маленький меховой клубок. Ну, иди сюда, - очередная серия шорохов и хрустящее мурлыканье. - Нравишься ты мне, животинка, хоть и не особо вас жалую. Э-э-эх! Как-то всё не вовремя, не так я себе представлял встречу со своей любовью. И ведь было время, когда я сам себя зазомбировал, что мне вообще никто не нужен. А тут, на тебе! Захотелось новых ощущений. Ну да, особенно с учётом того, какая у меня была раньше личная жизнь. Шизуо со своим насилием кажется просто ангелом по сравнению с некоторыми, - на последнем слове голос блохи помрачнел. - Как вспомню, так вздрагивать начинаю. Ниа, не доверяй никому, все предают и обманывают! А внешности вообще верить нельзя. Такие сволочи под красивой оболочкой находятся, что это просто тихий ужас. И это я ещё считал себя злостной тварью?.. Ну да ладно... Давай о весёлом, а? И так тошно, - тишина и грустный вздох. - М-да, о весёлом как-то не получается... - задумчиво и очень тихо. - Ну и пофиг. Тогда о наболевшем, то есть о Шизуо. Да, Ниа, именно о нём. Иех! Хочу повторения. Эх, раз, да еще раз, да еще много-много раз! - Изаю так понесло, что он запел. - Если бы он знал, какие вещи я могу вытворять в постели, он согласился бы ещё на один разочек, нэ? Как думаешь, Ниа? О да, весна, но уже и не март, а кота хочется! Ты меня понимаешь, - он тихо рассмеялся. - Я разговариваю с кошкой... Куда мир катится? Но с тобой приятно беседовать. Ты меня слушаешь, за что я тебе, пушистый комок, благодарен. Тяжело это произносить... Но я ведь люблю его. По-своему, но люблю. Со мной такое редко происходит... чтобы при одном упоминании о человеке и проведённой с ним ночи я начинал испытывать странный трепет, а тело охватывала лёгкая дрожь. Мне приятно, я хочу ещё, я не так часто наслаждаюсь сексом. Обычно он у меня отдаёт механикой... А тут столько эмоций, столько задаром отданного тепла и ласки. Отданной не ради только одного себя. Я не имею ввиду первый случай, там-то всё было понятно: - Привет, стена! - Здоро́во, репа! Кончай вопить, снимай портки. Насилие в массы! Чего ещё ожидать от обиженного на жизнь Шизуо? Уж явно не романтики. Второй раз был иной, там была страсть. У-у-ух! Как вспомню, столько пошлостей тут же в голову лезет, - Изая замолк, надолго. Дальше его слова мешались с тяжелыми вздохами. - Блин, вот я балда! Дофантазировался! У меня встал... И что теперь? Нет, можно пойти к Шизуо, растолкать его. Но большее, что я получу от него - это кулаком в челюсть. И это в лучшем случае, - послышалась очередная серия фоновых шумов и мрачный голос блохи. - Пойду, утоплюсь по этому поводу. На этой печальной ноте запись заканчивалась. Я выключил диктофон, тупо смотря на устройство. Это не было похоже на шутку. Я не верю, что он это подстроил. Диктофон был его личной вещью и, судя по записям, часто использовался. Он не предназначен для общего прослушивания. Такое слушать чужакам не дают. Слишком личное. Я знал, что у него хроническая бессонница, знал, что его жизнь не была такой гладкой, как он её пытался показать. Но его монолог дал мне почву для размышлений. Кое-что встало на свои места, а ещё возникли вопросы, которые очень хотелось задать блохе. Я хотел понять его. Мне не давали покоя некоторые детали, которые просто кричали о своём прояснении. Он меня любит... какая жуть! А если серьёзно, это странно. Изая с таким упорством всё время твердил, что я монстр, животное, бездумная машина для убийств, а сам, противореча себе и своим словам, влюбился в меня, монстра и зверя. Я даже не знаю, как на это реагировать. С одной стороны радоваться надо, а с другой? Вот так забыть вражду и принять его? Это легко на словах, но не уверен, было бы ли это уместно в нашей жизни. - Ниа, что мы делаем? - спросил я кошку тоскливо, заваливаясь на спину и вытягивая руки вверх. - Как всё глупо-то! Кошка наполовину приоткрыла зелёный глаз, прислушиваясь к моему голосу. - Как же всё это глупо... - вновь повторил я, смотря в белый потолок. - Ниа, а он тебе понравился, да? Хотя, я знаю, понравился. Ты бы не стала сидеть на коленях у человека, который бы тебя раздражал, и не слушала бы его ночные монологи. Значит, он хороший, да? Вы же это лучше чувствуете. Ниа подняла мордочку, дёрнула ухом и зевнула, показав мелкие и острые клычки. - Я знаю, тебе не интересно, - усмехнулся я. - Изаю нужно выручать! Только я ума не приложу, как. Единственное, что я знал точно, так это то, что сигнал с навигатора исчез в тот момент, когда Изая находился на перекрёстке двух дорог посреди городского парка. И было это около полуночи. Я не справлюсь один. Из меня никудышная ищейка. Мне просто необходима посторонняя помощь, но к кому обратиться? И первое имя, что тут же всплыло в моей памяти - Селти. Она ведь общается с той странной девчонкой, управляющей сознаниями людей, которых называла своими "детьми". Может, эти "дети" что-нибудь да видели? Селти отозвалась на моё сообщение сразу. Обещала заехать через час, закончив свои дела. Я же в это время продолжал валяться на кровати Изаи. Странное ощущение... Пустая чужая квартира с витающим в воздухе привкусом одиночества. Холодная и словно необжитая. Вся, кроме этой кровати в спальне. Кровати, чьи простыни ещё сохраняли в себе память о запахе и тепле своего владельца. Жутковато. Словно я к Изае в душу залез. Я вновь взял его диктофон и выбрал наугад запись из длинного списка. Тут голос был уже не сонный, а злой, иногда мешающийся со всхлипами. - Зачем?! - истошный вопль срывающимся голосом. - Что ему ещё от меня надо! Ему мало было? Мало моей сломанной психики?! Добавить решил? Я не понимаю, зачем... Я ограничил с ним все возможные контакты, свёл общение на "нет", не пересекался даже, а он... а он... - всхлипы перешли в рёв. - Я не хочу его знать! Да будь он проклят! - несколько минут надсадного плача, затем затишье и уже тихие всхлипы. - Эта тварь опять устроила оргию... - пожаловался Изая диктофону. - Бля, как в старые добрые времена... Да я быстрее Шизуо отдамся, чем лягу ещё раз под какого-нибудь старого маразматика! Фу, отвратительно... Как вспомню, так тошнить начинает. Я даже отказать ему по-нормальному не смог. Потому что он не дал мне этого сделать. Это унизительно, жутко противно и недопустимо. Я должен придумать способ, но, бля, какой?! Я уже всё испробовал... Я его боюсь... Ненавижу и боюсь. Я выключил запись, закусывая губу. Интересно, о ком это он? На протяжении всего монолога Изая ни разу не назвал его имени, а это говорило о жутком презрении со стороны блохи. Оргия. Хм, значит, Изая терпеть не может такое времяпрепровождение, это если судить по его бурной реакции. От дальнейшего терзания диктофона меня отвлёк деликатный звонок в дверь. Я поднялся с кровати, положив устройство на место, и спустился вниз. В глазок смотреть не стал, и так знал, что это Селти. - "Привет, Шизуо. Что произошло?" - поприветствовала меня дюллахан, сразу переходя к делу. - Я хотел попросить у тебя помощи, - начал я, провожая её в зал. - Тебе Шинра не рассказывал о деле, которое расследовал Изая? - "Да, он говорил про странные смерти и пропажи", - быстро напечатала Селти, присаживаясь на диван. - "Кое-что я в новостях слышала. Видела голову, которую Шинра привёз. Это ужасно, я очень переживаю за мать той девочки". - С ней всё хорошо, не переживай, - быстро успокоил я начавшую было волноваться подругу. - Она сильная женщина... Мы с Изаей дошли до того, что уже практически вычислили маньяка, его оставалось только найти и разузнать побольше о мелочах. Блоха даже предположил, что убийца, скорее всего, каннибал, но это только предположение. И вот только он собрался раздобыть информацию, как в тот же день и пропал. Уже третий день пошёл, а о нём вообще ничего не известно. - "Пропал?" - удивилась Селти. - "В это с трудом верится". - Первый день я тоже так считал, на второй задумался, а сейчас мне неспокойно. - "Ты за него волнуешься? Это на тебя не похоже". - Да я и сам этого от себя не ожидал, но больше всего я переживаю за то, что этот убийца окажется безнаказанным. Хотя, за блоху тоже волнуюсь. Последнее время, то, что я провёл у него, я кое-что стал замечать. Мелочи, которые никто не видел, которые он не показывал. Я пока не определился, что чувствую по этому поводу... но... мне нужно время. - "Пока я не понимаю, о чём ты, но если что, мысленно я с тобой!" - показывая это сообщение, она подняла свободную руку, сжатую в кулак. - "Ты хочешь, чтобы я попыталась узнать, где может находиться Изая?" - Да, - кивнул я. - Единственное, что я знаю, так это то, что перед пропажей он был в городском парке. - "Тогда я навещу Анри. Если узнаю что-нибудь интересное, то тут же сообщу тебе", - она поднялась на ноги. - "Я пойду, нужно торопиться!" Я кивнул и проводил её до выхода. Когда она ушла, я вновь вернулся в спальню Изаи, не знаю, почему. Словно что-то влекло меня туда. Ниа продолжала мирно спать на одной из подушек, закрыв носик лапкой. Я прилёг на кровать и задумчиво повертел в руках диктофон. Имел ли я право так нагло вторгаться в его личную жизнь? Наверное, нет. Только любопытство было сильнее меня, я ничего не мог с ним поделать. Эх, Изая, что тебе мешало поговорить со мной откровенно и без вранья? Да, знаю, моя реакция была бы однозначно агрессивной. Раньше, но не сейчас. Как бы разговор выглядел сейчас, понятия не имею. И не знаю, кто бы его начал первым. Но кто-бы это ни был, разговор должен состояться, почему-то я чувствую в нём необходимость. Я в очередной раз пробежался по списку. Очередная запись, спокойный голос, металлический и бесцветный, язык заплетается. - А его убили... легко так, на моих глазах. Просто пулей в лоб. Легко... убили. Посреди дня, ни за что. Бедный мальчик. Он никому ничего не сделал, даже зла не желал... а тут такой подарок. Кусок свинца. Может, и не его убить хотели... зачем убивать простого паренька, у которого ни гроша за душой? Только из-за того, что он со мной связался? Это глупо. Не верю. Но ведь снайпер не мог промахнуться... или это была показательная смерть... для меня, - тихий всхлип. - А почему же нельзя было просто меня пристрелить? По-тихому. Быстро и безболезненно, - нервный смешок. - Не-е-ет, хотели задеть, сделать больно. У них получилось. Я не стал дослушивать, ибо дальше шла истерика. По голосу Изае здесь было лет шестнадцать-семнадцать. Я даже, кажется, помню тот день. Мы ещё тогда учились в старшей школе. Единственный день, когда Изая меня не пытался задеть, он тогда вообще не обращал ни на кого внимания, был в какой-то прострации и умудрился прийти в школу вдрызг пьяным. Как его не выгнали с занятий, оставалось загадкой. А потом он исчез куда-то на несколько дней, вернулся в школу уже привычно злой и ехидный, возмещая пропущенное время агрессией и ссорами со мной. Ну, хоть понятно стало, что за муха его тогда укусила. Жаль, имени застреленного бедолаги не знаю. Время шло, день тянулся за днём, а от Селти не было вестей. Я её не торопил, а тихо грыз себя разными подозрениями. Только одну вещь я знал точно - Изая жив. Почему я в этом был уверен, не знаю. Я верил своей интуиции. Да, она могла подвести, но это лучше, чем вообще ни во что не верить. Чтобы хоть как-то скоротать ожидание, я навестил Каэде. Она уже выписалась из больницы и ожидала завершения расследования. Ей полиция запретила выезжать из города, пока убийца не будет найден. Тётя не возражала. А время продолжало медленно течь дальше, убивая неведением и своей неторопливостью. Вечером шестого дня пришла короткая смс-ка от Селти: "Жди меня, у меня есть новости". И я ждал. Когда она приехала, то была сильно взволнована. Из-под шлема нервно струился тёмный туман, показывая её беспокойство. - "В городе появилось сильное существо! Я пока не знаю, кто именно, но очень сильный. Я это чувствую!" - дюллахан взволнованно продемонстрировала мне экранчик КПК. - Хочешь сказать, что опасения Изаи были верными? - приподнял бровь я. - "Да!" - кивнула Селти. - "Я чувствую что-то, но не могу определить, что именно. Словно мне мешают". - А по поводу того, где Изая?.. - "Один из "детей" Сайки видел, как Изаю похитили и запихали в багажник чёрного мерседеса, который уехал в сторону промзоны. Это всё. Куда же именно направилась машина, неизвестно". - Промзона? - "Да, но это только направление", - грудь Селти тяжело приподнялась, как при глубоком вздохе. - Это уже много, - ухмыльнулся я. Заброшенных цехов и заводов не так много, что упростило бы поиск. Внезапно маленький навигатор, лежавший на письменном столе Изаи, словно поняв, что речь идёт о месторасположении своего хозяина, пискнул. Он нашёл связь с передатчиком. Мы с Селти как по команде кинулись к столу, уставившись на экранчик - промзона, заброшенный и готовый под снос завод по разделке мяса где-то на окраине. И почему я не удивлён?