Паноптикум души.

Шизуо. Вспоминая тот день, когда вновь заработал навигатор, и дальнейшие события того вечера в целом, я всё больше ощущаю какую-то дикую уверенность, что Сигрюн просто играла. С самого начала играла в жуткую и весёлую на её взгляд игру. Но начнём по-порядку. Мы не стали тянуть время на составление мудрёных планов, а сразу кинулись вниз, на улицу, где стоял байк Селти. Дюллахан на ходу сунула мне в руки мотоциклетный шлем, но я отмахнулся. - Нет, не надо, - бросил я. - "Но как же безопасность?" - обеспокоенно поинтересовалась она, распыляя шлем и вновь превращая его в свои тени. - "Можем нарваться на неприятности". - Ты о дорожных патрулях? - спросил я, на что Селти тревожно качнула шлемом. - Не парься, давай просто выберем дорогу поспокойнее и там уже дадим по газам. Ты же знаешь такие пути. А вообще, мне не мешало бы проветрить голову. Селти в очередной раз кивнула, тяжело вздыхая, и сняла припаркованный на обочине байк с подножки. Стальной конь встретил её тихим ржанием. Жутковато, если не знать, что это призрачная лошадь. Я видел её только один раз в настоящем обличии. Закованный в чёрные латы безголовый, как и его хозяйка, зверь. Селти легко перекинула через него ногу и обернулась ко мне, ожидая, пока я устроюсь позади неё. Промзона была далеко. Байк нёсся быстро по объездным и побочным дорогам, легко минуя длинные пробки, ветер свистел в ушах, заставляя крепче вцепится в худенькую байкершу. - "Как думаешь, мы там встретим жуткое существо?" - спросила меня Селти, печатая и демонстрируя КПК при помощи одних лишь нитей теней. - Ага, встретим, "Изая" называется, особенно если не поторопимся, - буркнул я. - А если честно, то чёрт его знает. - "Я боюсь этого", - тени дрожали от волнения. - Чего ты боишься? Ты сама воплощение людских страхов. - "Я боюсь, что могу не справиться!" - А я на что? - фыркнул я. - Не переживай, прорвёмся! Дорога стала петлять между зданиями старых заводов и цехов. Картинка просто постапокалиптическая. Бетон и битое стекло. Узловатые и неестественно изогнутые деревья по обочинам, кусты с ветвями, похожими на клешни монстров. Шурующие в тени бродячие собаки с голодными и злыми глазами. Заброшенные железнодорожные составы. Гоняющий по асфальту старенькую газету ветер. Ничего не скажешь, прелестное место. Самое то, чтобы снимать фильм про Конец Света и другие радости атомной войны. - "Я чувствую опасность", - сообщила Селти. - "Мы уже близко". - Не волнуйся, - повторил я. - Просто довези меня до места. А там уже будем смотреть по ходу дела. Селти кивнула, надавив на ручку газа. Железный конь отозвался тихим ржанием и ускорил свой бег. Нужный нам цех стоял в отдалении. Небольшое здание с огромными окнами, обнесённое высоким бетонным забором. Селти не стала искать въезд, а заставила своего коня "перепрыгнуть" барьер. Не снижая скорости, она влетела внутрь, разбив окно, и резко дала по тормозам, заставив мотоцикл сделать полуоборот. Я спрыгнул на пол и замер, пытаясь въехать в ситуацию. Я не сразу понял, кого надо спасать. Каннибала или Изаю? Но в момент нашего появления Изая с нечеловеческой скоростью метнулся в сторону какого-то мужика и с размаху всадил ему нож аккурат между глаз. Два других неизвестных стояли в бездействии, как и я, удивлённые поведением блохи. Изая был безумен и продолжал беспорядочно вонзать лезвие ножа в уже мёртвое тело, сопровождая каждый удар диким смехом. Ребятки очухались и обратили внимание на новоприбывших, то есть, на нас с Селти. Громила борзо потрусил в мою сторону, а крысёныш отступил назад. - При-и-ивет! - оскалился я, готовясь к мордобою. Ответом мне была тишина. Собранные ребята, однако! Сказать, что с ними было тяжело, это значит вообще ничего не сказать. А ведь их было всего лишь двое. Первое, что меня напрягло, так это отсутствие чувства боли у громилы. Блять, берсерк грёбанный! Обычно мне хватало пары ударов, чтобы свалить человека с ног или вообще отключить его к чертям собачьим, но не тут-то было! В итоге я сам схлопотал по уху, что оскорбило меня до глубины души. Под грохот ломаемого мною стола, раздался другой, более мелодичный звук. Пение флейты. Скосив глаза на Селти и крысёныша, я понял, что мне ещё повезло. Перспектива отмахиваться от грызунов меня не прельщала. И вообще, откуда их столько понабежало?! Дюллахан нервно отскочила назад от серой волны мелких тварей, надвигающихся на неё, и судорожно махала призрачной косой, отгоняя их от себя. Парень с флейтой стоял в сторонке и, щуря хитрые глаза, ускорял мелодию, заставляя крыс звереть и бросаться на Селти с новой силой. Изае же всё было фиолетово, он как механизм упорно продолжал кромсать труп. Я медленно двигался по кругу, полностью перейдя в оборону. Отражать удары громилы становилось всё труднее с каждым разом. Меня это начинало пугать. Я понимал, что я тупо слабее, но сдаваться не собирался. Не на того напали! Пропустив мимо себя очередной удар берсерка, я нанёс ответный удар куском ножки стола, сшиб ногой жестяной таз и чуть не потерял равновесие. Отскочил в бок и удивлённо уставился на разлившуюся по полу кровь и что-то отдалённо напоминающее требуху. Громила занёс руку для очередного удара, но внезапно замер, как и крысёныш, тут же прервавший музыку и отнявший флейту от губ. Тишину нарушал лишь безумный смех блохи и хлюпанье лезвия, входившего в остывающее тело. Под прикрытием Селти, я метнулся к Изае, схватил за плечо и тут же выставил перед собой деревяшку... Изая меня не узнал и со всей дури ударил ножом, метя в сердце, но вместо него попал в ножку стола. Я перехватил блоху за запястье, слабо сдавил его и заставил выронить оружие. - Тише-тише, свои, успокойся, - я прижал его тщедушное тельце к себе и гладил по голове. - Всё, уже всё прошло... Успокойся. Изая тихо скулил, вцепившись в мою рубашку дрожащими пальцами, и невидящим взглядом смотрел куда-то сквозь стену за моим плечом. Бледный как полотно, с запавшими глазами... он мало что соображал и навряд ли что-то мог нормально воспринимать кроме голоса. Я глянул на тело и огромную лужу, растёкшуюся под ним, и тут же отвёл глаза от этого кровавого месива. Весьма не привлекательная смерть. Изая мелко трясся и крепче прижался ко мне, ища защиты. Я лишь беспомощно оглянулся на Селти, совершенно не понимая, что происходит. Ответ пришёл сам, сопроводив своё появление лошадиным ржанием и шорохом крыльев. Надо мной пронеслась огромная тень, чуть-чуть не задев копытами по голове, приземлилась посреди помещения и замерла, давая рассмотреть себя и всадницу со всех сторон под аккомпанемент холодного женского смеха. Никогда не видел таких существ. Кажется, такие лошади именуются пегасами, да? Огромная, серебристо белая, со сложенными крыльями как у птицы, грива чуть ли не до пола, умные чёрные глаза, сбруя начищенная до стального блеска мягко золотилась от света ламп. Но хватит о лошади. Наездница была молода. Но только внешне. Её возраст выдавали ярко-голубые глаза, в которых плескалась вечность. Длинные русые волосы были заплетены в две толстые косы, голову украшал шлем с крыльями и кольчужными звеньями, защищавшими шею со спины, облегчённый кожаный доспех со стальными вставками, белая ткань широких рукавов и подола длинной рубашки-платья, чёрные сапоги на невысоком каблучке и копьё с мерцающим наконечником в опущенной руке. Деревянный щит, притороченный к седлу, украшало изображение ворона. Истинный воин и плевать что женщина. Изая вообще не замечал ничего вокруг себя и это, как не странно, было очень хорошо. Селти подошла ближе ко мне, а двое парней наоборот, ближе к странной женщине. - Приветствую тебя, дитя севера, - обратилась она к Селти, перевела взгляд на меня и широко улыбнулась. - И тебя тоже, доблестный воин. Для начала я представлю себя и своих слуг. Моё имя Сигрюн, как не трудно догадаться, я - ... - Валькирия, - мрачно закончил я за неё. - Значит, смерть мальчишки и старика на тебе? - Да, - она загадочно улыбнулась. - Их время вышло, а моё копьё быстро и безболезненно решило эту проблему. - Безболезненно? Не знал, что судороги и предсмертный ужас - это безболезненно. - Не горячись. По-настоящему их смерть должна была быть более страшной, - беззаботно отмахнулась валькирия. - Я же за оказанную мне помощь вознаградила их небольшим смягчением приговора судьбы. - Ладно... А это кто? - спросил я хмуро, кивком головы указывая на громилу с крысёнышем, и крепче сжал начавшего нервно хихикать Изаю, не вышедшего из неадеквата. - О... Тот, что померился с тобой силой - Фрэнк, берсерк. Тот, что играл на флейте - Ганс, гаммельнский крысолов. Чтобы убрать все недоговорённости и неточности, мне стоит рассказать немного правды? Её конь переступил с ноги на ногу и тихо фыркнул, байк Селти отозвался на ржание пегаса. Я кивнул и, подумав, резким движением отрубил Изаю, мягко уложил его поперёк коня дюллахан. Ему это не помешает, пусть отдохнёт, да и так он меньше услышит. - Стоит начать с того, что всё произошедшее было необходимо, - начала Сигрюн. - Этакая акция мести. - Кому?! Детям?! Они-то в чём виноваты? - Они - ни в чём. Но ты не волнуйся, дети - чистые существа, они попадают в свет. Виноват наш общий знакомый. Для него всё и разыгрывалось, - она многозначительно посмотрела на Изаю. - И в чём же он провинился именно перед тобой? - Он виновен не передо мной. Он знает, перед кем. И знает, кому следует вернуть долг. Имени я называть не буду, иначе пропадёт вся интрига. Но ты ему напомни. Скажи, что со смертью играть опасно. Он поймёт. Должен понять. - Зато я нихера не понял! - вскипел я. Селти за моей спиной настороженно прислушивалась к словам валькирии, а туман вокруг неё то сгущался, то вновь становился едва видным. - И не надо, - усмехнулась Сигрюн. - Я уже взяла достойную плату за его деяние. И я довольна результатом. Всё, что делал Мартин, придумано мной. Я тщательно следила за происходящим, за смерть твоей родственницы прости. Это была случайность... и самоволие Мартина. Он тоже заплатил за это. Её лошадь вновь переступила с ноги на ногу, тряхнув головой, и тихо фыркнула, звеня сбруей. - Скоро сюда приедут полицейские. Об этом я тоже позаботилась. Дело должно быть закрыто по вашим законам. Скрываться не советую. Он сможет доказать свою невиновность, - она вновь кивнула на Изаю. - А состояние аффекта пройдёт ещё не скоро, - она некоторое время помолчала, внимательно смотря на меня, и через некоторое время закончила свою речь. - Я забираю своих людей и ухожу, но буду наблюдать за ним и дальше. А через некоторое время нанесу визит и поговорю с Изаей по душам. Она не стала дожидаться нашей реакции, а молча сделала знак рукой парочке странных парней, развернула пегаса и пришпорила его пятками. Лошадь эффектно встала на дыбы, расправила мощные крылья и сорвалась с места, переходя в бешеный галоп. - Вот, это вам ещё пригодится, - Ганс протянул мне небольшую лакированную карточку. - Не сейчас, так позже. И меня просили передать... Ну, чтобы не волновались... Я умею не только задурманивать мозги, но и делать так, чтобы детям не было больно. - Как это благородно, - мрачно произнёс я, хмуро смотря на крысолова. - Сваливай уже! Послышался протяжный болезненный стон и глухой удар о бетон - Изая очнулся и свалился с мотоцикла. Что-то как-то он быстро. - О-о-о... наш бывший узник очнулся! - фыркнул Ганс, оголяя крысиные зубы. - Послушаюсь-ка я твоего совета. Фрэнк, пошли отсюда! Молчаливый громила кивнул и они быстро покинули цех, оставив нас одних. - Селти, я ничего не понял, - растерянно произнёс я, поднимая за шкирку всё ещё нервно трясущегося Изаю. - "Зато я, кажется, кое-что начинаю подозревать", - Селти убрала свою косу. - "Но обвинять пока никого не буду. Подожду". Я посмотрел на карточку в своих руках и тихо присвистнул. Организация "Валькирия" предоставляет помощь в устранении проблем связанных с мистикой и в ситуациях, когда не видно выхода. Ни контактного телефона, ни имён начальников не было. Только короткая фраза: "Мы найдём вас сами, лишь только пожелайте этого!" Изая шатающейся походкой дошёл до трупа, поднял свой нож, судорожно сжал рукоять и направил лезвие себе в сердце. - Ты с ума сошёл?! - я вовремя ударил его по рукам, вновь выбивая нож. - Я... я... я так не могу, - зашептал он. - Не могу. Его глаза болезненно блестели, быстро наполняясь слезами. Я притянул его к себе во избежание очередных глупостей. - Сейчас приедет полиция, и ты ей всё расскажешь. Всё, что было на самом деле. Так надо, - я старался говорить спокойно, но не уверен, что голос ни разу не дрогнул. - Кому? - глухо поинтересовался Изая. - Нам, - подумав, ответил я. Я и правда считал, что честность позволит смягчить наказание. Чуялка подсказывала, что юлить не следовало. Сигрюн всё продумала. Я в этом даже не сомневался. На горизонте замаячили огни мигалок. Селти настороженно выглянула из разбитого окна и обернулась ко мне. - "Что будем делать?" - поинтересовалась она. - "Послушаем совета валькирии?" - Ты ей доверяешь? - задал я встречный вопрос. Селти долго не давала ответа, не решаясь ничего напечатать. - "Да. Я ей доверяю", - наконец решилась она. - "Только не могу понять, почему". - Значит, будем содействовать этим государственным придуркам, хотя я их терпеть не могу. Да и бояться нам нечего. А потом начался ад... Не для меня, для Изаи. Его тут же осмотрела группа врачей, проводя свои тесты, замурыжили кучей вопросов следователи. Изая старался отвечать развёрнуто, но вместо этого только путался в своих словах и датах, трясся и беспомощно смотрел то на меня, то на вечно заикающегося следователя с лысеющей головой и пивным брюхом, выпирающим из-под формы. - Отстаньте от него. Оставьте свои расспросы на потом! Вы не видите, что он сейчас не способен вам ничем помочь?! - В-вижу, н-но я до-должен. Т-так надо! - возмутился толстый следователь. Его заикание в сочетании с привычкой вечно протирать лысину платочком просто выбешивали. - Его н-нужно по-поме-естить в лечебницу! - Чё? - моё терпение было полностью исчерпано. Я схватил толстяка за грудки и приподнял над полом, хорошенько встряхнул, сдерживаясь от острого желания зарядить ему в пятак. - Вы чем думаете?! Жопой? Человек только что вышел из заточения, а вы его опять запереть решили?! Он же до суда с катушек съедет! - И что вы предлагаете? - толстяк так перепугался, что даже перестал заикаться. Его подчинённые столпились вокруг меня, но пока ничего не предпринимали. Оттеснённые в сторону санитарами Селти и Изая тоже внимательно наблюдали за мной и следователем. - Давайте мы подпишем все ваши бумажонки, оформленные задним числом, но ни в какой изолятор не поедем? - предложил я, многозначительно скалясь. - Вы не имеете права! - взвизгнул следователь. - Ага. Точно так же, как и вы не имеете права давить на психику. Вы освидетельствовали состояние аффекта подозреваемого, да? - Да, - ответил врач откуда-то из-за спин полицейских. - Ну и вот. Дайте Изае прийти в себя, и я сам его приведу на расследование и все ваши допросы. Просто дайте Орихаре подписку о невыезде, - я старался быть очень убедительным. - Я прошу всего пару дней. Незаконно, конечно, но пусть только попробуют на меня бочку покатить, и тогда они свои кости точно будут собирать по всей округе. Я на грызне с ними уже собаку съел. - Но я не могу... - А ты смоги! - рявкнул я. - Ладно... но знайте, я выставлю наблюдение, во вторник он должен быть в участке. У вас есть три дня. - Уже лучше, - я поставил следователя на пол. - Можете же, когда вас вежливо попросят. А потом была дорога домой, правда, в патрульной машине. И жмущийся к моему боку, словно слепой котёнок, Изая. Он уже начал приходить в себя и смотреть по сторонам более осмысленно. Он вложил свои ледяные руки в мои ладони и тихо шепнул на ухо только одно слово: - Спасибо. Остаток ночи Изая молчал. Оказавшись в квартире, он тут же залез в горячую ванну, оставив шпингалет открытым. Сидел он там долго, постоянно подогревая воду. Первое время я к нему не лез с вопросами, старался не мешать и не мозолить глаза. Через час меня это начало тревожить. Тактично постучавшись в дверь, я заглянул к Изае и присел на бортик ванной. Блошка смотрел в одну точку, положив подбородок на согнутые колени, и меланхолично жмякал мочалку, не обращая на меня никакого внимания. - Может Шинре позвонить? - предложил я тихо. - Зачем? - спросил он вяло, водя рукой по поверхности воды. - Ну, может, тебе нездоровится... - Со мной всё хорошо, только холодно, - картонным голосом произнёс Изая. - Всё хо-ро-шо. - А... Я так и не смог спросить о том, что же с ним произошло, что он не может до сих пор прийти в себя. На теле не было синяков, ушибов или ран, только отпечаток усталости в виде теней под глазами и худоба от голодания. И ничего более. Изая очень медленно повернулся ко мне и вкрадчиво спросил: - Интересно? Знаю, что интересно. Только ничего я тебе не скажу! Где вы были?! Месяц! Я вас целый месяц ждал!!! От переизбытка эмоций он вскочил на ноги и вцепился в ворот моей рубашки, расплёскивая воду по полу. - Какой месяц, Изая? - удивлённо выдохнул я. - Такой! Я же ждал! Я как дурак ждал, а вы... почему так долго?.. - он тихо всхлипнул. - Тебя не было всего неделю. - Какая неделя? Месяц! - взвыл Орихара. - Тише, - я медленно отцепил его руки от своей рубашки. - Не надо волноваться. Если ты не веришь моим словам, то проверь сам. И хватит сидеть в воде, у тебя уже шкурка как у шарпея. - А вот и проверю, - заверил меня Изая. Накинув на плечи пушистое огромное полотенце, он босыми ногами прошлёпал в зал, включил компьютер и долго шипел и матерился сквозь сжатые зубы. - Я не понимаю, как такое возможно! - раздражённо выплюнул он. - Вот ведь чертовщина! Хм, и, правда, ведь невозможно принять неделю за месяц, даже взаперти. Тогда что же заставило Изаю сбиться с правильного счёта? А вот этого я не узнаю до тех пор, пока он мне всё не выскажет.