Зачем ты приходишь?

Flashback – Мне нравится, как звучит твой голос, – говорит Намджун, когда Тэхен выходит из комнаты записи. – Все еще не уверен в себе? – Тэ пожимает плечами, опираясь на дверь позади себя. – Вот посмотришь, все будут в восторге от этого, только еще видео надо снять, например, на твой день рождения. – Ты снимешь? – Хочешь, чтобы это сделал я? – Джун улыбается немного хитро и пальцами трогает губы. – Будто бы я тебя прошу домашнее порно снять, – смеется младший. – Или? – Или? – Или? – Я соскучился по тебе, – Тэхен внезапно вспоминает, когда слышал эту фразу прошлый раз, и настроение куда-то пропадает. Ее Намджун говорил Юнги, уходя от Тэ, и теперь все наоборот. Неужели они опять с Шугой должны поменяться местами в постели лидера? – Пить хочу, – он пытается выйти из комнаты. – Что-то случилось? – Джун чувствует, что что-то не так. – Ты не скучал? – Не заставляй меня сейчас отвечать, иначе я останусь виноватым, – Тэ выходит из комнаты, а Джун откидывается в кресле, закрывая глаза. Как же все запуталось-то вокруг них. *** Он ищет Юнги, как воздуха. В каждой комнате, за каждым углом, а чертов хён куда-то будто бы провалился. И Тэхен злится, потому что в голове «Я соскучился», которая уже звучала не для него. Разве можно так просто говорить это двум разным людям. Он очень хотел бы ее только себе, эту чертову фразу только для себя. А когда он находит Юнги на третьем этаже, тянет резко за угол и прижимает сильно к стене, что бы второй раз за пару дней поцеловать и почувствовать того, с кем делит фразы, чувства, музыку в наушниках и одного человека. – Что ты делаешь? – старший отталкивает парня от себя. – С ума сошел? – Прости, – Тэхен теряется и отходит еще дальше. И правда, что это он делает? С тем самым парнем, которому первым сказал Намджун те слова, а он обнимает его и целует вместо того, чтобы это делать с Джуном. Он точно слетел с катушек и перепутал место в этом мире. – Прости, – улыбается виновато и снова бежит. Он уходит из здания компании один, натянув посильнее капюшон на голову, засунув в уши наушники и слушая только свои любимые треки, спотыкается на ровном месте и идет уже не в общагу, а куда глаза глядят. Только спустя пару часов он возвращается домой и сразу же на балкон. – Вернулся? – Юнги заходит почти следом. – Не слышишь? – он заметил уже провода наушников. Ему очень сложно быть здесь. – Джун остался в студии, поэтому иди в комнату, поспи. – Почему ты здесь? – Тэхен сидит с опущенной головой на коленях, все так же в капюшоне и наушниках, из которых доносится музыка. – Зачем ты приходишь? – Покурить. – Точно, – Тэхен не слышит слов второго человека, а Юнги точно знает, что догадывается про его ответ. И это чувство вины, что обидел его, оттолкнув, бродит где-то под кожей заставляя сейчас быть здесь, а до этого пару часов ждать его возвращения. Только докурив он решает исправить все начатое в здании. Подходит, наклоняется, снимает с Тэ капюшон, а когда парень поднимает голову, он видит уставшие глаза и непривычное равнодушие. Но он все равно хочет всё исправить, подается ближе, прикасается нежно к губам. Ви отворачивается от него в сторону. – Я пойду спать. Юнги сидит на корточках на балконе зарываясь пальцами в волосы. Это место пустует несколько дней. Только он приходит сюда покурить и подышать ночным воздухом. А в их комнате каждый спит на своей кровати, и разговаривают они только по надобности, притом все трое. Напряжение уходит постепенно, то ли все успокаиваются, то ли выбора у них нет. Но вечером одного из дней Джун обнимает пойманного на кухне Тэхена и не отпускает очень долго, просто стоя вот так, удерживая в своих руках. – Я люблю вас двоих и с этим надо что-то решать, – он сжимает младшего еще крепче. – Я не смогу выбрать одного, не смогу отдать кого-то другому. Даже подумать о том, что ты опять с кем-то будешь, как в самом начале, доводит до бешенства, но мысль о том, что мне надо будет расстаться с Юнги – выводит не меньше. Я люблю тебя, – он целует в шею, как раньше, а кто Тэхен такой, чтобы не верить его словам? – И что делать мне? – Будь со мной как и раньше, люби меня, улыбайся мне, не грусти, прошу, и не уходи. И кто Тэхен такой, чтобы не сдаться, ведь так хочется быть в этих крепких уверенных объятиях. – Ты главное люби меня крепко и держи уверенно. *** Новый камбек и новое бешеное расписание, когда сил хватает только на сон. Они готовы поклясться, что где-то в компании, в кабинете директора скорее всего, спрятаны инструкции по применению человекоподобных роботов, которыми они и являются, потому что от усталости в голове теряются слова, но тексты песен и движения новой хореографии заучиваются уже автоматически. Тэхен бесится с Чонгуком, виснет довольный на шее лидера и внимательно слушает когда говорит Шуга. Полтора месяца на отработки и концерты, подготовку к новому промоушену, фотосессии к фотобукам и спец. изданиям, редкие десять минут друг на друга в туалете и дальней комнате в здании компании Тэхена с Намджуном, редкие ночи в студии записи на диване Намджуна и Юнги, и игры в гляделки Тэ и Шуги время от времени… и никаких встреч на балконе. Время расставляет свои акценты, делится на троих почти поровну. *** – Я уже достаточно взрослый, – улыбается Чонгук шаря по карманам стоящего перед ним Тэхена. – Обыск? – У Тэ скрещены руки на груди и взгляд умиротворенной девы. – Тсс, я знаю тебе нравится что я тебя лапаю, – хихикает макне, хорошенько вмазывая ладонью по заднему карману. – И сзади нет. – Меня ой как терзает вопрос, что твое взрослое создание ищет по моим карманам с такого размаха? – спокойствие уже исчезает с лица Кима. – Ладно, пойдем, у меня кое-что есть. Тэхен почти бросил курить за это время, потому что частых перерывов на перекур расписание не подразумевало, и вот сейчас Чонгук тянет его на балкон и на пол. У этого парня какой-то странный блеск в глазах, и Тэхену кажется, что ему сейчас лет четырнадцать, не больше, и они впервые втихоря будут смотреть порножурнал, курить папины сигареты и мечтать о том, чтобы где-нибудь раздобыть чего спиртного. Чон сейчас вот тот самый ребенок, а Тэ, вспоминая тот период своей жизни, улыбается, садясь напротив младшего. – Ну и для чего ты уже достаточно взрослый? – Я забежал в магазин пока менеджер отвлекся и купил нам расслабительное, - улыбка широко расползается по лицу макне. – Та-дам, – из-под диванчика вытаскивается бутылка соджу и пара стаканчиков. – Я просто нереальный умничка. – Чонгук, – тянет Тэхен и кладет голову на плечо довольного парня, – ты придурок, ну правда. – Ага, – отпихивает от себя старшего, откупоривая бутылку. – Кто угодно, но ты с этим придурком сегодня пьешь. Иначе мой гениальный мозг взорвется от перенапряга. – Сидим мы на полу, чтобы нас таких взрослых и бесстрашных придурков никто не спалил за этим делом? – Чонгук молча кивает, тупо улыбаясь и протягивая стаканчик Тэ. Он, кажется, одну уже бахнул самостоятельно, думает Ви. – Ты просто гениальный малый, – чокаясь, подводит итог Тэхен, и начинает их тайную операцию. – На самом деле их две, – приговорив одну бутылку, Гук тянет из-под дивана вторую. Тэхен, выпивший даже немного, – вообще забавное создание, а рядом с еще более странным созданием Чонгуком, вообще кладезь странностей, поэтому он сейчас ложится на пол и заглядывает под диван, проверяя нет ли там еще чего. – Остались только сигареты, но не под подушкой, – Гук срывает защитную пленку и тянет одну сигарету из пачки, зажимает в губах и чиркает зажигалкой. – Не поверишь, никогда не курил, – он начинает кашлять слишком громко, и первое, что приходит в голову Тэ, так это дать мелкому подушку, чтобы тот тише кашлял. – Нас сейчас спалят из-за тебя, придурок, – смеется Тэхен, наблюдая, как на глазах откашлявшегося парня выступили слезы. – Не умеешь – не берись, да и не нужно это тебе, – забрав сигарету у младшего, говорит Тэхен и вдыхает сигаретный дым. Ему, оказывается, сейчас очень спокойно и легко, сидя тут с Чонгуком, выпивая и болтая о всяких глупостях и промоушене. Он выдыхает кольцами дым, откинув голову на диван. – И за наш успех, – вставляя в руку Тэ стаканчик, произносит тост Чонгук. – За успех, – поддерживает Тэхен. Воздуха на балконе становится мало, температура ползет вверх, а алкоголь доходит до дна. Сигаретный дым уже впитался в одежду и волосы, а голова наливается чем-то тяжелым. Все-таки пить во время бешеного графика – это конечно хорошо, но желательно в очень небольших количествах иначе… – Меня сейчас вырвет, – зажимая рот подскакивает Чонгук и выбегает с балкона. – Чего и следовало ожидать, – легко улыбается старший. Он убирает под диван пустую тару, а под подушку пачку сигарет, открывает окно еще шире и идет на помощь макне, прихватив кое-что из аптечки на кухне. Стучится в ванну. – Это я, впусти, – щелкает дверной замок. Тэ смотрит на зеленое лицо младшего и снова совсем немного улыбается, протягивая таблетки и бутылку с водой. – Выпей и скоро отпустит, – Тэ включает воду в душе, чтобы не было слышно происходящего посторонним, гладит по взмокшим волосам Чонгука, берет одно из полотенец, мочит его в холодной воде и кладет на спину парню. – Держись, зато мозг расслабил хорошо, – и это укор совсем немного, потому что сам знает, что в таком состоянии мозг отдыхает больше всего, потому что не до мыслей, лишь бы полегче стало и быстрее уснуть. И даже сны будут спокойные, или вообще ночь без них. Напиваться – неплохое, в общем-то, дело. – Можно я здесь останусь на ночь? – внезапно хихикает макне, разворачиваясь и подпирая голову рукой. – Мне не столько плохо, сколько кружит. – Ага, значит могло быть хуже. Пей водичку. Когда младший начинает вырубаться, Тэ будит его, поднимает и умывает с головой под холодной водой, убирает полотенце, снимает промокшую холодную футболку, дает прополоскать рот и сушит немного младшему волосы сухим полотенцем. До этого он уже успел и умыться, и почистить зубы, чтобы не уснуть, вот только в душ так и не сходил, а жаль. – Теперь можно и спать. Они идут в комнату Чонгука, Джина там еще нет и, скорее всего, это он что-то творит на кухне, скорее всего, конечно, жрет, раз ему не спится в час ночи. Тэ забрал бы малого к себе, но кто знает – там старшие или нет, и вообще, им лучше не видеть происходящего. Ви укладывает его в кровать, а Гук тянет за собой. – Останься, вдруг мне ночью плохо станет, – и разве можно отказать пьяному Чонгуку с закрытыми глазами? – Останусь, – он снимает с мелкого штаны с носками, потом с себя все не нужное и ложится рядом. Младший немного дрожит и жмется близко. – Спасибо, хен, – он то ли случайно, то ли, да, случайно, а как же еще, прикасается губами к плечу Тэ, укладывается на его руку и, кажется, тут же вырубается. – Не за что, Гуки. *** Он случайно вышел на шум, просто проверить, кто не спит и почему так громко и долго в ванной бежала вода. Чонгук на шее Тэхена, мокрые волосы обоих, снятые футболки, какие-то непонятные улыбки друг на друга – если смотреть со стороны, в голову лезут только одни мысли. Юнги потирает глаза, опираясь на стену, ждет пока их третье несчастье выйдет из чужой комнаты, но только улыбается. – С Чонгуком спишь, – смешок, улыбка на губах. Какой же Юнги странный и доверчивый хен, он ведь где-то в душе начал верить, что всё поведение Тэ не просто так, не от безразличия обида. Как глупо. Он возвращается за сигаретами в комнату, идет на привычное место и, выпуская дым в окно, старается выветрить из себя мысли о мелком засранце. Ну подумаешь целовались, подумаешь ему понравилось, подумаешь он очень скучает по странным посиделкам на балконе. Подумаешь... лучше больше не думать. flashback end