Excessive

– Ты мне можешь, блять, сказать, почему мы идем на пляж именно сейчас? – выходя из дома и закрывая за собой дверь, с гулким треском в голове спросил я у улыбающегося Дилана. Все утро, учитывая то, что проснулся я несколько минут назад, с его лица не сходила немного пидарирующая улыбочка, такая радостная и милая. Будто это не он со мной вчера все-таки усосал бутылку виски, а затем накрыл их еще двумя. Будто это не он спал меньше трех часов. Хоть его лицо и было немного припухшим, но его состояние было куда лучше моей головной боли и ужасной слабости. – Я уже ответил тебе, – растворяясь в утреннем свете, произносил он абсолютно спокойным голосом. Кровь в венах вскипала. Никакая твоя ахуенная милость не поможет тебе, маленький уебок. Потому что я пиздец как хочу аспирина и спать. – Ты серьезно считаешь, что 'Ты видел, как на улице классно по утрам?' является ответом? – выкрикнул невольно я, хватая брюнета за локоть, заставляя остановиться и обернуться на меня. – Не беси меня, О'Брайен, а то я отпизжю тебя. Поначалу мне показалось, что на его лице промелькнула странная эмоция растерянности, но потом он, блять, снова улыбнулся и взлохматил мои и без того похожие на веник волосы. – Бибер, завязывай орать и угрожать мне, – проговорил Дилан, отстраняя руку от моей головы. – Ты даже не представляешь, каково это, купаться в утреннем океане. Фыркнув, я одернул свою руку от него и, развернувшись, направился в другую сторону. В сторону, сука, своего дома и своей кровати, с которой меня нагло стащил этот высерок. – Если ты не пойдешь... – Увидимся после обеда, – оборвал я только начавшуюся реплику, выставив над своей головой оттопыренный большой палец, и потер слипающиеся глаза, пытаясь скрыть их от палящего, мать его, солнца. Но тут сзади меня потянули за футболку, отчего я упал на бок, после чего на моем торсе оказался Дилан, расположив свои ноги по обеим сторонам моих бедер. Его ладонь небрежно упала на мою грудь, и он наклонился к моему лицу, остановившись в нескольких сантиметрах от него. – Ты такая язва, Бибер, что от твоего упрямства и противности буквально тошнит, – прошипел он, скрутив футболку на моей груди в своем кулаке. Его дыхание переплеталось с моим, отчего мышцы немного подергивало. Мои ладони невольно оказались на мужских бедрах, честно говоря, я даже не понял, в какой момент это произошло. И бедра Дилана едва заметно шелохнулись на моих бедрах. И, блять, у меня встал. Великолепно. В самый нужный момент, Бибер – младший. Молодчина. – Я бы хотел отыметь тебя прямо на песке, О'Брайен, но, боюсь, ты еще не готов к такому огромному предмету в своей заднице, – прошептал я ему в губы, пытаясь подняться, но вместо этого почувствовал на своих губах леденящую сладость его губ. И почти ожидаемый смешок сквозь поцелуй. – Это мне говорит человек, который соскакивает каждый раз, когда до этого доходит? – оторвавшись, приподнимает парень бровь, упираясь в мои плечи ладонями. – Кто еще там не готов? Звучит, как вызов. И да, я знаю, что это я не готов к этому. Но я знаю, что не готов проигрывать ему. И именно поэтому: – Сегодня не соскочу. На лице Дилана гремит невообразимое удивление, а его губы (мои любимые губы) сжимаются в тонкую линию. – Значит, сегодня? – приподнимает он уголок рта, пропуская смешок, будто бы невзначай. – Будь к 8 у меня, – мой уверенный голос звенит в моих барабанных перепонках, и я чувствую, как сводит пальцы от осознания, что назначается пиздец. Брюнет поднимается с меня, отряхивая колени от песка и протягивает мне руку, но вместо этого я хватаю его за ногу и вновь заставляю упасть рядом со мной. Он поворачивает на меня голову, толкая в плечо кулаком, будто мы с ним закадычные друзья. – Накормишь меня ужином при свечах? – смеется и щурится от солнца, отчего в уголках его глаз появляются мелкие морщинки. – Заткнись и будь у меня в 8, ебанутый, – фыркаю, быстро поднимаясь на ноги, и сразу рядом со мной появляется он. – Эй, – выдыхает, неуверенно приподнимая уголок губ. – Иди сюда. Дилан едва дотрагивается до моих губ своими, оставляя в воздухе влажный чмок, а сразу после отстраняется. – Значит, сегодня в 8? – переспрашивает, облизывая нижнюю губу. Я киваю, сжимая скулы, потому что понимаю, о чем мы только что договорились. Мышцы тягостно скручивает от мысли, что сегодня он будет еще ближе ко мне, но затем включается мозг, буквально вопя на всю округу, какой я дебил. Да, я дебил, и что? Дилан собирается что-то сказать, но я перебиваю его жестом вскинутой брови, и он будто успокаивается. Уголок губ невольно поднялся, чего я даже не заметил. Зато заметил О'Брайен и громко цокнул, закатив глаза. Ему жутко не нравятся эти жесты, это невозможно не заметить. Едва эта мысль посетила мою голову, как туда тут же залезли воспоминания его уебских улыбочек и смешков, которые вымораживали меня с нашей первой встречи. Но я держался, чтобы не отпиздить его. Да, если честно, я до сих пор держусь, потому что его эти улыбочки не оставляют его ни на мгновение. Даже когда мы целуемся, он умудряется смеяться. Я сказал, мы целуемся? Ну, это не поцелуи, а что-то вроде... Короче, да.

* * *

Просидев дома до момента, когда часовая стрелка упала на 5, я все-таки решил сходить в магазин за парой бутылок вина. Ебать, вино? Он же не девочка - девственница, которую я пытаюсь затащить в кровать. Здесь нужно что-то явно крепче и жестче. Коньяк или виски. А может и то, и другое. Все-таки нужно ужраться, чтобы для моего мозга все происходящее вечером было не так абсурдно. Кто меня вообще за язык тянул? Как будто мне, блять, больше всех надо. Пиздец, в общем. Набросив на плечи кофту и сунув в карман несколько крупных купюр, я захлопнул дверь и направился вниз по улице, по-прежнему щуря глаза от солнца, отражающегося от окон частных домов. Сегодня на улице было явно прохладней, чем в прошлые дни, несмотря на палящее солнце. В лицо дул резкий ветер, отчего пиздецки слезились глаза. Уверен, что выгляжу сейчас подобно ебаному наркоману. Свернув в переулок, я застегнул байку и накинул на голову капюшон. И похер, что выгляжу абсолютной копией торчка, но ветер хотя бы не ебашит мне под кофту. Через пару минут я уже был у магазина. Попав внутрь, сразу ринулся к прилавку с алкоголем. Виски, виски, коньяк. Ром. Почему бы и нет? По-моему, прекрасный выбор. Ценитель внутри меня сложил ладони в замок и тряхнул плечами, а затем покачал головой в знак одобрения. Поэтому захватив пару бутылок с полки, я прихватил еще бутылку коньяка, на случай 'а вдруг', и двинулся к кассе, где меня буквально через секунду оглядывала продавщица в возрасте. Заметив этот ультра сканирующий взгляд, я скинул капюшон и расстегнул кофту. – Что с глазами? – грубым голосом спросила женщина, приподнимаясь. – На улице пиздецкий ветер, – шикнул ей в ответ, надеясь на то, что это получилось не слишком грубо. Но, если честно, похуй. – 65 долларов, наркоман, – скрипуче прошипела она, пихнув в пакет три стеклянные бутылки, которые звонко бились друг о друга. Бросив ей купюры, я закатил глаза и схватил пакет, выходя на улицу и поджигая сигарету у своих губ. Сунул зажигалку в карман, сделал затяжку и выдохнул густой дым, который тут же растворился в воздухе. Снова зажмурился от солнца. – Теперь и здороваться не будешь? – послышался сзади женский голос, отчего меня передернуло. Ну, блять, почему ты пришла не на 5 минут позже? Блять, да почему? – Давай в другой раз поболтаем, – улыбнулся я наигранно, кивая Кейтлин. Ее глаза тут же прищурились, когда она опустила их на звенящие бутылки в полупрозрачном пакете. Губы ее растянулись в едкой улыбке. У них это семейное что ли? – Что с тобой вообще происходит такое? – спросила девушка, сунув руку в карман потертых джинсов. – Не расскажешь? – Нет, мне пора, – отрезал ей в ответ и возобновил шаг в сторону дома. И мне в спину: – Сегодня в 9 я отмечаю День рождения, и ты приглашен. Ну, нет. Нет. Нет. – Я не могу, Кейтлин, – поворачиваюсь я к ней и сжимаю скулы. – Считай, что я не слышала, Бибер, – подмигивает О'Брайен и скрывается за дверью магазина. Но через мгновение возвращается. – Ты же помнишь, где я живу? – Да, блять. Кейтлин улыбается и теперь точно уходит, оставляя меня наедине с бутылками и дымящейся сигаретой между губ. Заебись.

* * *

07:55 p.m.

За окном уже начинало смеркаться, когда я стоял у окна в кухне и нервно курил 4 сигарету. Не знаю, боялся ли я или же просто нервничал. Но в моем случае это одно и то же. На столе сзади меня стояла бутылка рома и две стопки. Ужин на двоих я ебал устраивать, потому что не собирался производить на О'Брайена какое-то особое впечатление. Моей задачей было лишь одно - доказать, что я не бросаю слова на ветер. Что я не соскакиваю. Сигарета безжалостно шипела и дымилась, когда на часах было уже за восемь. Он опаздывал, и меня это бесило. То ли от того, что я ненавидел опаздывающих, то ли от того, что я слишком упорно ждал. В дверь постучали. И сердце упало к хуям. Я громко выдохнул и на секунду закрыл глаза. Все будет нормально. Просто трахнуть и все. Не свою же жопу подставлять. Подошел и открыл. И на пороге был он. В серой толстовке и темных джинсах, немного порванных над коленкой. Кивнув, я пропустил его в дом и закрыл дверь. – И где обещанный ужин? – хмыкнул он, оглядываясь на меня и выгиная бровь. – Ты всех так встречаешь? – Ром пьешь? – будто не заметив его очередных фразочек, спросил я, уже наполняя стопку алкоголем. – Только если ты тоже будешь, а то напоишь меня, а потом скажешь, что уже все было, – усмехнулся Дилан, облокотившись на высокий стол. – Что с твоим настроем? Нахмурившись, брюнет подкусил губу, заставив меня приковать к ней взгляд. И в момент мне стало душно, учитывая то, что я сегодня не пил, а в комнате было довольно прохладно. Затем Дилан приподнял уголок рта и едва приоткрыл губы, чтобы снова что-то сказать, но я успел перебить его. – Почему ты не сказал, что сегодня у твоей сестры День рождения? – Вообще-то, я вчера говорил тебе об этом, – сузил глаза парень, обойдя стол и подойдя ко мне. – Но сегодня ты не пойдешь на него, – пожал он плечами и улыбнулся. – Она сегодня меня пригласила, – поджав губы, я приковал взгляд к О'Брайену, заставляя его сделать тоже самое. – Может, отложим наши планы на завтра? Громко цокнув, Дилан развернулся и залпом осушил свою стопку, с громким ударом поставив ее обратно. Затем сделал то же самое с моей и выдернул сигарету у себя из пачки, зажав ее губами, и чиркнул колесиком зажигалки у носа. – Ответь уже, – шикнул я ему, укусив себя за внутреннюю сторону щеки. – В девять начало, – он бросил взгляд на наручные часы, – у тебя 20 минут, чтоб собраться, – и уставился в окно, выдыхая дым. Улыбнувшись и почувствовав, как с плеч упало что-то ужасно огромное и тяжелое, я выдохнул и сделал к нему шаг. – Я соберусь за 5 минут, поэтому у нас есть еще 15. Выхватив сигарету из его пальцев, я наскоро затушил ее в пепельнице и притянул парня к себе за руку, впечатываясь в его губы и чувствуя уже знакомый привкус его языка, с которым сразу столкнулся. Мои руки, будто бы вопреки всем моим мыслям, стали лезть под мужскую кофту, ощущая пальцами ровные мышцы живота и их сжатие от каждого моего движения. Дилан выдохнул мне в губы, полностью растворяясь и поддаваясь мне. Его губы покорно двигались в такт с моими, иногда перехватывая инициативу и проталкивая свой язык как можно глубже. И глубже. Его рука опустилась на мой член, отчего внутри все скрутило и отдалось под ребрами волной непреодолимого желания. Поцелуй не прерывался ни на мгновение, даже когда я сдавленно стонал ему в рот. Схватив Дилана за его темные, немного отросшие волосы, я сжал их пальцами, чувствуя, как он снова расплывается. И осознание, что он расплывается именно от моих рук, крутили и сжимали мой пах еще сильнее. Его пальцы переместились на мои ключицы, а затем туда переместились его губы, жадно цепляя кожу на них. И вот нужно мне было в этот момент приоткрыть глаза и заметить часы на стене. – Дилан, мне нужно одеваться, – выдохнул я, снова закрывая глаза, чувствуя, как его язык обжигает мою кожу. – Дилан. И он отстранился, возвращаясь к моим губам и оставляя на них глубокий поцелуй. – Пиздуй, принцесса, – кивнул он, падая на диван и закидывая голову. Усмехнувшись, я зашел в свою комнату и стянул футболку, открывая ключицы на обозрение зеркалу, в которое сейчас устремился свой взгляд. Краснеющие пятна на каждой из них слегка жгли, когда я дотронулся до них кончиком пальца. Безумие. Найдя в шкафу черную толстовку, я быстро сменил домашние штаны на светлые джинсы и потер глаза пальцами. Да не похож я на наркомана, че за бред? Сунув в карман телефон, я вышел в гостиную, где все так же сидел брюнет. – Принцесса собралась, – улыбнувшись, он поднялся на ноги и поправил слегка помявшуюся кофту, заставив меня закатить глаза. – Пойдем, не хочу вызывать такси. Выйдя из дома, О'Брайен схватил меня за рукав и снова притянул к себе, прижимая к стене. – Ты же понимаешь, что ты не отвертишься? – прошептал он, хватая мою нижнюю губу зубами, отчего вдоль моей спины прошел разряд тока, и я вздрогнул. – Угу, – промычать ему в ответ было лучшим, что я мог в тот момент. Несмотря на все наши недопоцелуи у дома, через полчаса мы уже были на вечеринке, где народу было не меньше, чем на всех прошлых, куда я ходил вместе с Кейтлин. Я вообще не думаю, что она увидит меня сегодня здесь, потому что народу здесь больше, чем я ожидал. Именно поэтому мы решили не терять времени, а просто начать заливать в себя, что попадало под руку. Виски, текила, ром, какие-то коктейли, от которых тут же плыло в глазах, и я хватался за плечо Дилана, надеясь удержать равновесие. Но равновесие в голове удержать никак не удавалось. Да, мне вообще редко это удается, даже когда я абсолютно трезвый. А после очередного коктейля, я точно понял, что мне нужен Дилан, хотя бы для того, чтобы держаться на ногах. Но рядом его не оказалось, и мне, естественно, нужно было его найти. Чем я и занялся. Пройдя мимо мелкой потасовки между двумя какими-то девчонками, я задел плечом брюнета, стоящего ко мне спиной. – Бля, О'Брайен, какого хуя? – вскрикнул я, цепляясь за его плечо и поворачивая его к себе, встречаясь с голубыми глазами. – Упс, ошибочка. – Иди нахуй, – парень тут же отпрянул меня, отчего я невольно покачнулся, но моментально схватил его за руку, заламывая за спину и ставя автоматически на колени. И сразу меня хватают за ногу, заставляя упасть спиной на пол и оказаться снизу. Сверху на меня садится этот уебок и начинает бить своими кулаками по моему лицу, отчего все вокруг начинают орать и разбегаться. К счастью, у моей головы находился какой-то стул, которым я приложил этого еблана и скинул с себя его тушу, после чего схватил его за отросшие волосы и ударил об пол. Один раз. Потом еще парочку. Ну, я не считал. Из моего разбитого носа потекла кровь, которая капала прямо на пол передо мной, когда меня отталкивали от брюнета, который, наверное, уже немного потерялся. Меня пихнули в стену, а сразу после передо мной появилось мужское лицо. – Ты головой думаешь, ебанутый? – вскрикнул парень, сводя брови на переносице, отчего между ними пролегла сетка мимических аккуратных морщинок. В голове немного закружилось, и я снова схватился за его плечо, словно он – мой спасательный круг. – Блять, ты отшибленный, – шикнул Дилан, хватая меня за локоть и таща за собой по лестнице на второй этаж, запихивая в уже знакомую мне комнату. В углу все так же стоял ночник с этими точками, похожими то ли на звезды, то ли на какую-то сыпь. Но мне это нравилось. Толкнув меня на кровать, брюнет сел на корточки перед тумбочкой и достал из нее небольшую коробочку. Открыв ее, он достал вату и какую-то жидкость, которой тут же смочил первую. – Включи ночник, – произнес я глухо, когда парень оказался в нескольких сантиметрах от моего лица. – Ты точно ебанутый, Бибер, – фыркнул тот, поймав мою голову и приложив к кровоточащим ссадинам намоченную вату. -Бля, - прошипел я, зажмурив глаза от внезапного неприятного ощущения в районе прикосновения.

in this moment - whore (до конца на повтор)

Дилан усмехнулся, тут же подув на место, где только что была вата. И ровно в тот момент, когда его губы были чуть выше моих, я вцепился в них, откидывая вату из его рук на пол. Вцепился так, как не цеплялся еще ни за что. Мои пальцы поймали его скулы, и я сжал их с такой силой, что он отстранился и грубо простонал, после чего снова вернулся к губам и начал с сумасшествием кусать кожу на них. По телу прошла дрожь, и я вцепился в его волосы, отрывая от своих губ и наклоняя голову так, чтобы его шея была полностью подвластна только мне. И совершенно немедля, я начал распределять по ней влажные поцелуи, сопровождающиеся больными укусами. Я чувствовал, как ему больно, но от этого возбуждения было еще сильнее. Я сошел с ума. В моей голове гремел зашкаливающий пульс, мое дыхание было сбито с того самого момента, когда он пришел ко мне домой. Когда он смотрел на меня и закусывал губу. – Джастин, – простонал Дилан, хватая меня за волосы и бросаясь в мои губы, словно в омут. И стоны становились насыщенней и ярче, подбираясь по венам к шее и сжимая кадык. Я мычал ему в губы, потому что если бы я не мычал, то просто орал бы на весь дом о том, как сильно он мне нужен. Схватив Дилана за плечи, я бросил его на спину, устроившись на его бедрах и зажав ему горло, наклонился и еле-еле дотронулся кончиком языка до его уха, и из его губ вылетел еще один стон, после чего я накрыл его губы своими. И мне не хватало. Я хотел большего. Хотел полностью. Хотел его. Мой член уже разрывал ширинку, и скрывать этого я не собирался. Мне не было стыдно, что я прямо сейчас готов ко всему, что он мне предложит. Сидя на нем и ощущая его пальцы на своих бедрах, я был готов пойти на все, лишь бы меня не разорвало от него. Потому что я чувствовал, что еще немного, и я просто-напросто взлечу. Я целовал его, съедал его губы и без устали двигал бедрами, чувствуя каменный стояк в штанах Дилана. Он сжал мои бедра, скидывая меня на кровать и оказываясь сверху между моих ног. Обхватив его шею ладонями, я почувствовал, как с меня стягивают толстовку, и тут же поднял руки, выныривая из-под ткани и оказываясь наполовину обнаженным. Тоже самое произошло и с Диланом, когда я стянул с него его кофту и вцепился пальцами в его родинки. Моимоимои родинки. Припав к его коже на груди, почувствовал, как его дыхание учащается еще сильнее. И я продолжал. Целовал каждую родинку, рисуя контур языком. Вернулся к ключицам, оставляя несколько бордовых пометок, отчего парень буквально изгибался. И его член точным образом упирался в мой, и я не смог. Потянулся к его ремню, в мгновение расправившись с бляшкой и ловко расстегивая молнию, спустил джинсы с мужских бедер, открывая своему взору светло-серые боксерки, которые едва скрывали уже вырывающуюся наружу плоть. Дилан тут же расправился с ними полностью, отбрасывая в сторону и вновь возвращаясь ко мне. С каждым мгновением я чувствовал, как желание разрастается все больше, захватывая все мое тело. И я расстегнул свой ремень, после чего Дилан так же ловко распрощался и с моими джинсами. Теперь мы лежали друг перед другом в одних трусах со сбитым дыханием и чересчур ускоренным сердцебиением. Мои ладони вспотели, а пульс гремел даже в пятках. Дилан был так близко ко мне, что если бы я едва высунул кончик языка, то тут же встретил бы его губы. И я, полностью это осознавая, подался вперед, снова поймав его мягкие губы и врезаясь в них жестким поцелуем. И кроме него мне сейчас не нужно было совершенно ничего. Дилан взял мои ноги и закинул их себе на спину, прижимаясь ко мне еще ближе. И я почувствовал, как во мне взрывается вулкан. Это даже не подобие оргазма, а что-то в тысячи раз приятнее. Его поцелуи с губ переместились на шею, а пахом он продолжал тереться об меня, и мне казалось, что я готов кончить прямо в тот момент. Прямо себе в трусы. И через мгновение прохладная рука накрыла мой член. И я сдох, закинув голову назад и выдавил из себя протяжный стон. Она стала двигаться от основания к головке, то сжимая, то немного ослабляя хватку. И я сдох во второй раз. А потом третий и четвертый. Дилан вернулся к моим губам, но руку не убрал, а наоборот усиливал движения и ускорялся. – О, мой бог! – выкрикнул я, когда его пальцы тронули головку, а сразу после я излился прямо ему в руку. Сумасшедше. Жарко. Невозможно. – Снимай трусы, Бибер, – шепнул он у моего уха, отчего я прикрыл глаза и покорно сделал то, что он мне сказал. Как податливый котенок. А он – мой единственный хозяин. – Поворачивайся на живот, – снова шепнул Дилан, распределяя поцелуи вдоль моей шеи и переходя к ключицам, где уже было достаточно его меток. И я перевернулся. – А теперь вставай на четвереньки, принцесса, – в последний раз шепнул О'Брайен, поглаживая мою спину и кусая выпирающие косточки позвоночника. – Чего? – неожиданно, даже для себя, проронил я, поворачивая голову на брюнета и встречаясь с горящими глазами. – Решил выебать меня, О'Брайен? – во мне нашлось сил усмехнуться. И я покачал головой в знак отрицания. – Не выйдет. Снимай трусы. Я поднялся и пихнул Дилана в плечо, отчего тот упал животом на кровать, и моим глазам открылся вид на его задницу в серых боксерках. – Качаешь что ли? – приподнял я уголок губ, шлепнув по ней ладонью. – Не хочешь снимать трусы? – выгнул я бровь, усевшись между его ногами, когда тот все еще лежал на животе. – Давай помогу. Ухватившись за край тонкой серой ткани, я потянул ее вниз, но его пальцы накрыли мою руку, и он потянул меня на себя, впиваясь губами в мою шею. То, как он это делал, невозможно сравнить ни с чем. Ни одна девчонка не доставляла столько удовольствия всем сексом, сколько он доставлял одними только поцелуями. И я даже понять не успел, в какой момент он оказался сверху. И в какой момент я покорно встал на четвереньки. Но так или иначе, я делал это. – Только не бойся, ладно? – Дилан оставил поцелуй на моей спине, после чего я почувствовал, как меня коснулось что-то прохладное, похожее на мазь. – Вазелин, – тут же оповестил меня парень, и в меня вошло что-то тонкое и чуть прохладнее ощущения мази. Его палец. Я зажмурился, закусил губу, сжал простынь в кулак, но все равно процедил короткий грубый стон. Это было ужасно неприятно, но мысль о том, что это должно пройти, держала меня. Палец двинулся, и я с облегчением ахнул. Но сразу после вошло что-то более широкое, но такое же прохладное. Одна рука поглаживать меня по спине, а вторая, видимо, была задействована там. Два пальца? Через мгновение стало еще шире. Три пальца? О, Боже. Я жрал свою губу, потому что если бы не это, я бы просто орал, как резанный. Пальцы снова двинулись, а после я почувствовал, как прислонилось что-то горячее. – Я люблю тебя, – выдохнул Дилан, и именно в тот момент, когда меня сразило током от этой фразы, его член вошел в меня, аккуратно и медленно. Но боли от этого меньше я не испытывал. – О, Господи, – простонал я, хватая зубами свой кулак и стискивая его настолько сильно, насколько это возможно. – Так и будет больно? – задал я вопрос, снова зажмуриваясь. Почувствовал мягкие пальцы на своей лопатке, которые немного сжали мою кожу. – Потерпи, ты сейчас привыкнешь, – тяжело сглотнув, я кивнул. Блять, это просто пиздец. Что я делаю? И через мгновение я вновь почувствовал движение у себя сзади, буквально поймав себя на ощущении, что сейчас стало чуть меньше боли, чем было пять секунд назад. И снова движение. Широкие ладони оказались на моих бедрах, когда я делал едва заметные колебания навстречу Дилану. И вот, мне показалось, что боль на секунду смешалась с удовольствием. Может, я просто так сильно хотел этого удовольствия, не знаю. Но мне правда показалось. И я закрыл глаза, почувствовав, как Дилан распределяет поцелуи на моем позвоночнике. – Еще немного, и ты привыкнешь, – снова прошептал он, и я поверил. Парень сделал очередное движение, такое же аккуратное, и я ощутил, как что-то дрогнуло внутри меня, отчего по венам разбежались мурашки. Снова движение, и я уже двигаюсь ему навстречу, потому что мне нравится. Потому что 'еще немного, и ты привыкнешь'. Движение, движение, движение. Головокружение. В моей голове все крутится, то ли от алкоголя, то ли от члена Дилана в моей заднице. Я еще не понял. Но я здесь, и я получаю удовольствие, хотя оно и смешано с небольшой, уже не шокирующей болью. Колебание, его поцелуи и стоны. И это 'я тебя люблю' в моем сознании. – Джастин, – Дилан прижимается ко мне своими бедрами, и я чувствую, как он купается в экстазе. Еще раз прижимается ко мне, и я падаю, потому что мне круто. Чудовищно круто. И Дилан падает рядом со мной, утыкается в мое плечо и шепчет: – Боже, лучше быть не может. А правда. Лучше и не будет.