Saving Me

      Опять это дурацкое чувство дежавю. Как же оно начинало раздражать Элис. В который раз она теряет сознание и приходит в себя непонятно где? Тамплиеры вновь ее поймали.       Голова кружилась и ужасно болела, перед глазами светил яркий белый свет. Слышался какой-то противный писк. Элис поморщилась и попыталась встать, но ничего не вышло. Постепенно она привыкла к свету и обнаружила себя привязанной к операционному столу. Куин увидела капельницу и приборы, которые так противно продолжали пищать. Как она могла оказаться в больнице? Почему ее привязали?       Последнее, что помнила девушка, как оказалась в Нотр-даме, и ее окружили. Арно бежал к ней, но, кажется, не успел. Сердце болезненно сжалось в груди, стоило Элис представить, каково сейчас ассасину.       Элис занервничала и попыталась вырваться из пут, но ничего не получалось. Девушка готова была закричать, чтобы позвать на помощь. Вдруг Куин услышала гул шагов и скрипнувшую дверь. Стало страшно. Почему защита Минервы не сработала? Епископ же говорила, что Абстерго сбилось со следа… Что вообще пошло не так? Элис нервно кусала губы, в очередной раз попытавшись выбраться. Безуспешно. — Мисс Куин, — радостно поприветствовал Джозеф Ричардс, появляясь из тени и убирая яркий свет от лица Элис.       Она вздрогнула и начала ерзать на столе. Девушка постепенно начала догадываться, в чем дело. Это не просто больница. Куин попала к тамплиерам, которые собирались сделать то, что хотели сделать давно. С самого начала, как она случайно попала не в то время и не в то место. Элис что-то вякнула, пытаясь закричать, но не вышло. Ее голос охрип так, как будто вчера вечером она всю ночь провела на футбольном стадионе, болея за свою любимую команду. — Ну-ну, чего вы так волнуетесь? — приторно-сладко пролепетал ученый и подошел к капельнице. — Мы ничего плохого вам не сделаем. — Это хорошее дело? — недоумевала Куин, хрипло выдавив из себя. — Хорошее дело — выливать из человека, не заслужившего смерть, кровь ради каких-то артефактов, ради маленького шага к захвату мира? — О, мисс Куин, — протянул Ричардс, натянуто улыбаясь, — Вы многого не знаете о наших намерениях на Вашу кровь. Расслабьтесь, если не хотите, чтобы Вам было больно.       Он повернулся к ней с коварной улыбкой на лице, держа в руках острую иглу, от которой шла длинная трубка. Элис нервно сглотнула. Доктор подступил к ней на шаг, и девушка тотчас заерзала, начиная громко кричать и молить о пощаде. Один раз ей удалось ударить его ногой, но после этого к нему присоединилось еще несколько людей в белых халатах. Слезы градом текли по щекам, она продолжала кричать, звать на помощь кого-нибудь, зная, что это все бесполезно. До последнего мгновения не хотелось терять надежду. Где же та защита от Минервы? Почему она не сработала? Почему Элис должна сейчас умереть?       Девушка вскрикнула от боли, когда иглу все-таки воткнули в ее вену. Куин с ужасом в глазах смотрела на то, как темно-красная кровь начала быстро бежать по трубке в какой-то сосуд. Элис продолжала плакать, постепенно чувствуя слабость во всем теле. Доктора между собой переглянулись, и девушка была уверена, что за их противными белыми марлевыми повязками скрывались ехидные и коварные улыбки. Тамплиеры вышли из операционной, оставив Ричардса наблюдать за Элис.       Перед глазами Элис начали мелькать символы, которые она видела, когда прикасалась к частицам Эдема, затем все совсем помутнело и поплыло. В голове начали всплывать воспоминания из жизни. Как будто ее подготавливали в «последний путь». Оставалось совсем немного. Кровь по трубке бежала слишком быстро. Элис продолжала плакать и дрожать от ужаса. Она чувствовала, как ею овладел страх, холодный пот катился со лба, все внутри сжималось от адской боли. Сердце бешено колотилось в груди, гулом отдаваясь в висках. Ничего подобного Элис не чувствовала прежде. Воздуха в операционной резко стало не хватать.       Неужели это действительно конец? Почему все должно закончиться именно так? Она надеялась умереть в глубокой старости, путешествуя по миру. Она столько всего не успела сделать… Она подвела всех, кого любила. Подвела Арно.       В памяти мгновенно пронеслись все семейные праздники, которые Элис проводила вместе с семьей. Она вспомнила маленькую сестру Карен, всегда радующуюся и улыбающуюся. Вспомнила мать и отца, которые без памяти любили и гордились ею. Вспомнила двух несносных братьев. Девушка едва смогла выдавить из себя подобие улыбки, вспоминая знакомство с подругами. Они такие нелепые и необычные. Такими она их и запомнит. Она их всех любила. — Мисс Куин, неужели вы уже сдались? — расхохотался Ричардс, смотря на побледневшую Элис.       Девушка из последних сил подняла на него карие глаза, наполненные слезами, и надеялась заставить почувствовать всю ту душевную и физическую боль, которую испытывала прямо сейчас. Однако это никак не повлияло на сумасшедшего доктора. Он вновь расхохотался и скрылся где-то в тени операционной.       С каждой минутой Элис становилась все слабее и слабее. Кожа стала мертвенно-бледной. Девушка уже хотела просто закрыть глаза и наконец умереть, чтобы больше не мучиться, но не получалось.       Неожиданно в голове возник образ ассасина, в которого она была влюблена. Из глаз Куин вновь потекли слезы. Элис только сейчас поняла, что время закончилось слишком быстро. Девушка жалела об упущенных возможностях, жалела о том, что говорила слишком мало о своих чувствах. Она хотела, чтобы Арно был счастлив. Хотела сделать все, чтобы он больше никогда не погружался в бездну боли и отчаяния, из которой Элис с огромным трудом помогла ему выкарабкаться.       Все расплывалось перед глазами, а в ушах как будто звенело от жуткого шума. Вдруг кто-то ворвался в просторную комнату. Раздался оглушительный выстрел, и Элис попыталась разглядеть, кто это был. Девушка застонала от боли, чувствуя, как резко выдернули иглу, высасывающую жизнь. Что-то происходило на фоне, все по-прежнему расплывалось. Элис ничего не понимала, чувствуя слабость во всем теле. Не просто слабость, а боль. Ей еще никогда не было так больно, как сейчас. В глазах все резко потемнело, и казалось вот он…       Долгожданный конец.

***

      Адская боль во всем теле с примесью усталости привели Элис в чувство. Она медленно открыла глаза, надеясь оказаться где-нибудь в просторном белом коридоре или в каком-то подобном месте. Однако девушка ничего толком рассмотреть не могла, все было как в тумане. Тело онемело и продолжало сводить от боли. Куин попыталась подняться, но сил на это не было. Ее кто-то остановил. — Нет, Элис! Не поднимайся! — кажется, это Епископ. — Мы почти приехали в больницу! — Где… — единственное, что смогла выдохнуть Элис.       Она почувствовала, как медленно билось сердце. Оно пропустило слабый удар, и девушка тяжело дышала. Казалось, сердце вот-вот остановится вовсе. Воздуха в помещении не хватало, и Элис готова была задохнуться. Девушка закрыла глаза, вновь отключаясь и надеясь, что на этот раз больше никогда не придет в себя.

***

      В больничную палату сквозь голубые жалюзи начали пробираться лучи утреннего солнца. Писк различных аппаратов повторялся раз за разом, как тиканье часов. Он был медленный и размеренный, как и дыхание спящей Элис. Она дышала через специальную трубку, а рядом с кушеткой стояла капельница. Черты лица девушки заострились, под глазами появились черные круги, сама кожа до сих пор была бледной. Многочисленные провода были подведены к кушетке. Все эти аппараты старались хоть как-то поддержать жизнь в Элис.       Епископ сидела на стуле рядом с кушеткой, накинув на плечи белый халат. Она была погружена в легкую дремоту, так как уже не спала вторую ночь. Все это время женщина провела рядом с Элис, которая еще отходила от продолжительной операции и наркоза. Епископ боялась, что Куин вообще могла не проснуться больше никогда. Доктора сказали, что кровопотеря была достаточно большой, и после этого у Элис совсем немного шансов, чтобы выжить. Конечно, Епископ не стала молчать и мгновенно связалась с семьей девушки. Родители Куин, как и она, до сих пор не уходили из больницы, переживая за состояние дочери. — Элис, не сдавайся, прошу тебя… — в который раз повторила Епископ, посмотрев на Куин, а затем на кардиомонитор.       Биение сердца Элис было нормальным и спокойным, однако женщине очень хотелось, чтобы при этом она была в сознании. Епископ тяжело вздохнула, скрестив руки на груди.       Она вновь на некоторое время погрузилась в дремоту. — Где я? — послышался слабый голос Элис, и Епископ тотчас проснулась. Она радостно посмотрела на Элис, которая еще не понимала, что происходило вокруг. — О, Элис! Я так рада, что ты пришла в себя! — воскликнула женщина, подскочив со стула. — Во рту все пересохло… — тихо пробормотала девушка.       Епископ схватилась за кувшин с водой и стакан. Доктор просил ее выполнять все требования Элис, как только она проснется. Если этого не сделать, то это может негативно повлиять на дальнейшее лечение. Женщина помогла ей осушить стакан. — Это нормально, Элис, — выдохнула Епископ, присаживаясь на стул, а Элис медленно перевела на нее взгляд. — Мы сейчас в больнице. Ты три дня была под наркозом, точнее отходила от него. Операция по переливанию крови длилась почти до самого утра. Врачи думали, что ты не выживешь. Ты потеряла очень много крови в Абстерго. Но они даже не успели ей воспользоваться, мой помощник вовремя тебя спас. Еще бы немного, и тебе был бы конец… Но теперь все хорошо, ты вскоре пойдешь на поправку.       Элис закрыла глаза, пытаясь понять каждое слово, сказанное Епископ. Все-таки она еще не совсем отошла от трехдневного сна. — Кстати, мне пришлось все рассказать твоим родителям… — после некоторого молчания добавила Епископ. — Я не знала, что ты говорила обо всем маме. Она меня, конечно, сразу поняла. А мистер Куин даже не хотел верить в это, назвав все какой-то ахинеей. — Он такой… — выдавила Элис, попытавшись улыбнуться, но вышло криво. — Они здесь? — Да, — кивнула женщина. — Хочешь, я их позову? — Родственники подождут, мисс, — вмешался в их разговор доктор, вошедший в палату.       Это был мужчина лет сорока-сорока пяти, высокого роста и довольно приятной внешности, у него был орлиный нос и добрые зеленые глаза, на переносице очки, короткие черные волосы были аккуратно пострижены. — Здравствуйте, мисс Куин. Я искренне рад, что вы пришли в себя, — мужчина тепло улыбнулся, смотря на бледную девушку. — Я сделаю кое-какие заметки и далее расскажу вам, какую терапию вам придется пройти в ближайший месяц. — Я здесь буду еще месяц? — удивилась она, глянув на доктора, который подошел и начал записывать показатели кардиомонитора и других аппаратов в блокнот. Он вновь улыбнулся, отвлекаясь от своего занятия. — Да, мисс, — ответил он. — У вас была острая потеря крови, и теперь вам предстоит пройти всю инфузионную терапию. То есть мы восстановим вам нормальный объем циркулирующей крови, затем восполним количество эритроцитов, в итоге поддержим уровень свертывающихся факторов, так как ваша система гемостаза уже отреагировала на острую потерю крови. Все это занимает намного больше времени, чем вы думаете. Тем более к каждому больному нужен свой подход, — мужчина подмигнул Элис и улыбнулся. — Не волнуйтесь, ваш естественный цвет кожи вернется. Все будет хорошо, я гарантирую. — Спасибо, доктор, — поблагодарила Куин. — Пока что не за что. Отдыхайте, — с этими словами он вышел из палаты.       Элис тяжело вздохнула и глянула на Епископ. Женщина грустно улыбнулась. Куин устремила взгляд в потолок и задумалась. Той боли, что она испытывала прежде, уже практически не было, но слабость все еще оставалась. Элис клонило в сон. — Что произошло, Епископ, после того, как меня спасли? — тихо поинтересовалась девушка, продолжая разглядывать потолок. — Мой друг, спасший тебя, сразу же поехал в больницу. В Абстерго в это время творился какой-то хаос, если честно. Я не знаю, что у них конкретно произошло, но тамплиеры всполошились так, как будто у них конец света наступил. Ученый, который организовал весь процесс лишения тебя крови, убит. Помощник хорошенько зачистил здание, прежде чем спасать тебя. Но если бы он не успел, то все бы было напрасно. Потом ты отключилась и пришла в себя на несколько секунд в машине, хотела куда-то пойти, затем снова отключилась. В общем, — вздохнула Епископ, завершая рассказ, — Все кончено, Элис. — Неужели? — фыркнула брюнетка, не веря своим ушам. — Они меня оставят навсегда? — Им больше не зачем тебя ловить, — пожала плечами женщина. — Твою кровь мы вернули, привезли в больницу. Доктора смешали ее с донорской и использовали в переливании. В общем, да, это конец. — Надо было сразу сходить в больницу и сдать кровь, — проворчала Элис, вновь тяжело вздыхая. — Позовешь моих родителей? — Конечно, — улыбнулась Епископ, мгновенно скрываясь за дверью в палату.       Куин выдавила из себя улыбку, когда на пороге палаты появилось ее семейство. Мелани, увидев бледную дочь, бросилась к ней и начала крепко обнимать и целовать. Элис попыталась не задохнуться от объятий матери. — Как такое могло произойти?! — с возмущением спросила миссис Куин. После нее, дочь принялся обнимать отец. Епископ с умилением на лице наблюдала за семейной идиллией. — Ты вся бледная, милая! — Конечно, бледная, — хмыкнул Стив, глянув на Элис, которая продолжала улыбаться. — Попади я в такую передрягу, сам бы побледнел от ужаса. Ну, тебя, конечно, угораздило, Элис. — А где Карен и Майкл? Криса здесь тоже нет? — поинтересовалась Куин у родителей. — Да они в коридоре. Окружили несчастного мужчину в синем капюшоне, что сидел рядом с нами, — объяснила миссис Куин, и после этих слов Элис забыла как дышать.       Она легла обратно на постель, смотря на родителей, которые продолжали что-то говорить. Элис их уже не слушала. Девушка не думала, что когда-нибудь еще встретится с Дорианом, а он оказывается был здесь и ждал ее пробуждения. Куин почувствовала, как на душе что-то больно кольнуло. Она чувствовала вину перед ним.       Только Епископ заметила, как Элис переменилась в лице, услышав об ассасине. Мистер и миссис Куин продолжали во всем обвинять неуклюжесть дочери за то, что ее угораздило вляпаться во все это с тамплиерами. Женщина прыснула от смеха и вышла из палаты в больничный коридор, где были остальные члены семьи Куинов и ассасин.       Дориан из-под капюшона тихо наблюдал за Карен, которая заваливала вопросами и крутилась возле него, а он ничего не понимал. Старший брат Элис был очень суров и буквально испепелял взглядом Арно. Но тот не обращал на это внимание. Все-таки хорошо, что Епископ не сказала им, что между Арно и Элис кое-что происходило. Иначе бы он живого места не оставил бы от ассасина, несмотря на то, что он был первоклассным убийцей. — А как тебя зовут? — спрашивала Карен, внимательно смотря Арно в глаза, а он тупо уставился на нее, не понимая ни слова. — А зачем ты здесь? У тебя тоже кто-то в больнице лежит? А почему ты так странно одет? — Не доставай его, Карен, — буркнул Майкл, скрестив руки на груди и заметив Епископ. — Элис уже пришла в себя?       Услышав имя Куин, ассасин встрепенулся и посмотрел на Епископ. Он снял капюшон, быстро поднимаясь с места и подходя к ней. Карен, Майкл и Крис внимательно проследили за ним. — Тебе, наверное, стоит зайти после того, как у нее побудет семья? — сказала женщина, спрятав руки за спиной. — Хорошо, — кивнул Арно. — Но мне бы хотелось с ней увидится поскорее…       Он вздохнул и устало сел обратно на стул. Карен вновь к нему подбежала и начала опять заваливать вопросами. Ассасин грустно улыбнулся, смотря на маленькую девочку, которая чем-то ему напоминала Элис, не зная, что это ее родная сестра.       Епископ позвала Криса, Карен и Майкла в палату. Арно остался в коридоре больницы и устремил взгляд куда-то вдаль. Он с нетерпением ждал встречи с Элис. Дориану очень хотелось извиниться перед ней за то, что он не успел спасти ее. Хотел извиниться вообще за все, ведь он мог вовсе ее потерять. Теперь Арно не мог простить себе такую ужасную оплошность. Элис вновь попала к тамплиерам и на этот раз чуть не лишилась жизни. Во многом здесь виноват именно он.       Ассасин тяжело вздохнул и схватился за голову. — Арно, — тихо позвала его Епископ. Дориан подскочил с места и направился к палате, в дверях которой скрылась женщина.       Он набрал в легкие побольше воздуха и ступил на порог. Семейство Куинов обратило на него свои взгляды. Дориан не сразу заметил среди них ту, ради которой пришел сюда.       Арно с сочувствием и болью смотрел на бледную Элис, остановившись на пороге палаты.