Тук-тук! Кто там? Князь тьмы пришел к вам погостить.

— Черт, голова болит! — яро стягивая с себя резинку, выругался пепельноволосый князь. — Как вы только это носите?       Внезапно поскользнувшись на замерзшей лужице, коварно скрывшейся под тонким слоем снега, неистово ругающийся Фобос чуть было не сделал идеальный пируэт перед тем, как грохнуться спиной на землю, но был вовремя подстрахован сзади идущей стражницей. Уперев обе ладони в его позвоночник, девушке пришлось нехило напрячься, чтобы не только удержать принца на весу, но и самой устоять на ногах. — У меня сейчас геморрой вылезет, — зажмурившись от напряжения, с трясущимися руками выдавила из себя Вандом, — слазь быстрее! — А? Ой, — немного замешкал, но сразу же выпрямился, сохраняя равновесие, колдун. — Фух, — протерев ладонью лоб от облегчения, тяжело выдохнула рыжеволосая. — Может, ты для разнообразия будешь за дорогой следить и, на всякий случай, замаскируешься? — Не, — возобновив шаг, грубо буркнул волшебник, закинув руки за спину, — мне лень. — Ты серьезно?! — нагнав его сзади, вцепилась в того удивленно-саркастичным взглядом Вилл. — Мы вообще-то в торговый центр идем! А там, ой, как много знакомых встретить можно… — Спокойно, у меня все под контролем. Если кто-то из знакомых обнаружится, я сразу перевоплощусь. — Когда ты говоришь таким уверенным тоном, все кажется еще безнадёжнее, — устало приложила ладонь к виску хранительница сердца. — Не жалуйся, а шагай давай!       Две весьма различные друг от друга ростом фигуры, одетые в темную зимнюю одежду, не спеша гуляли по широкому оживленному проспекту, оставляя за собой робкие следы на пушистом снегу. Несмотря на пасмурную, морозную погоду, вся атмосфера вокруг них была наполнена греющим человеческим теплом; какая-то раскованность и безмятежность парила в невесомости, медленно опускаясь на землю и людей крохотными снежинками. Маленькие кристаллики осторожно приземлялись на снующих туда-сюда прохожих, из стороны в сторону мчащиеся машины и мгновенно таяли не только от резкой перемены в температуре, но и от того витающего повсюду тепла, что излучали наши счастливые сердца в неприметном предвкушении грядущего праздника. Выглядывающие из-под черной шапки алые локоны старшеклассницы, завороженно осматривающейся по сторонам, ярким пятном мелькали в толпе, а длинная серебряная шевелюра молодого человека, что с малозаметным упоением наблюдал за ее восторгом, идеально сливалась с падающим сверкающим снегом. Когда Вилл останавливалась возле очередной пестрой витрины и с широкой улыбкой на лице говорила, как мило выглядят украшения, а принц лишь, усмехаясь ее мимолетной инфантильности, короткой репликой соглашался с заклинательницей, они выдыхали прозрачный белёсый пар, изящно вьющийся, но тут же бесследно растворявшийся в воздухе. Словно иней, робко окутывающий стекла своими причудливыми узорами, их редкие тихие слова плавно и размеренно текли на фоне шумящего народа. Их каждая фраза, и каждое их молчание будто таили в себе капельку волшебства, постепенно рассеивающегося и объединявшего собой всех горожан огромного зимнего мегаполиса. И не обязательно быть чародеем, чтобы почувствовать красоту этой магии, скрепляющей воедино души тех, кто трепетно ждет наступления праздника. — Пришли! — восторженно захлопала в ладоши ведьма, наконец, узрев на горизонте пункт назначения после терпеливой и долгой ходьбы.       В тот же момент ученица почувствовала, как подошва ее правого ботинка начала стремительно скользить по обледеневшей части дороги, отчего девица с обреченным видом полетела вниз, будто притягиваемая сильнейшим магнитом к земле прямиком своей пятой точкой. Вскрикнув от неожиданности, зажмурившись, она морально приготовилась принять свою жестокую и «жесткую» участь, но буквально за пару сантиметров от нее зависла в воздухе, подхваченная под руки. Когда к Вандом пришло осознание того, что ей все-таки удалось избежать болезненного падения, она в изумлении раскрыла глаза и, похлопав ими, мельком огляделась по сторонам. Без всяких усилий мужские пальцы в серых тканевых перчатках обхватывали ее тонкие плечи. Додумав в голове всю произошедшую вне ее видимости картину, хранительница сердца вскинула голову, чтобы узреть лицо своего внезапного спасителя. Но, как и ожидалось, ничего доброго она там так и не нашла. Как и всегда: хмурый лоб, сжатые губы и испепеляющий взгляд. Пропустив между собой какую-то магическую искру, их глаза встретились и замерли, заострив внимание каждого из волшебников друг на друге.       Совсем не удивительно было наблюдать князя в таком его настроении, однако рыжеволосая почему-то решилась привычно не отводить глаз в испуге или отвращении, а наоборот дерзнула вполне осмысленным и заинтересованным взором рассмотреть портрет принца с такого ракурса. Постепенно в течение минуты напряжение спало с лица Эсканора, оставив после себя лишь безразличную маску, обыкновенную для ее владельца. Но что-то было явно не так — ракурс все-таки сыграл свое дело. Определенная расстановка теней, мягкость и угол падения света открыли чародейке в Фобосе что-то новое, чего она не видела раньше, но о чем в глубине души стала недавно догадываться или же, еще хуже, чего бояться. Ответ оказался прост — его глаза. Вилл никогда не видела их так близко и настолько часто, как за последние несколько дней. С самого первого дня личного знакомства ведьмы и колдуна она не отличала его холодное и невозмутимое лицо тирана от его зеленых глаз. Все вперемешку и так казалось ей противным и омерзительным, настолько невыносимым, что вдаваться в такие детали, как «зеркала души», излишне. Но сейчас обстоятельства заставили обернуть сложившуюся о заклинателе истину в существующую реальность. Девушка, наконец-то, заметила, как его сверкающие изумрудные радужки выделяются на фоне той бледной маски деспота, буквально пробиваясь своим блеском сквозь ее маленькие зазоры, не нарочно оставленные магом открытыми на короткое время.       Цепочку мыслей прервал фыркнувший Фобос. Не успев опомниться, ойкнувшая старшеклассница оказалась нагло вскинута резким рывком светловолосого, явно не побрезговавшим силой для «помощи другу». От такого толчка стражница, еле удерживая равновесие, в рассеянности пробежала несколько метров вперед. Опасно покачнувшись в конце пути, она все же устояла на ногах и перевела негодующий взгляд на ухмыляющегося и явно довольного результатом своих стараний парня. Только ее рот хотел раскрыться в давно крутившемся в голове нецензурном ругательстве, как маг пресек ее попытку омрачить видимую невинность подростка лишь одним словом: — Пошли, — двинувшись навстречу хранительнице сердца, в своем обычном ледяном тоне кинул князь — ухмылка тут же сползла с его лица. — Л-ладно, — опешив от такой смены эмоций, Вандом смогла лишь невнятно буркнуть это в ответ и проводить испуганным взглядом прошедшего мимо нее мужчину. Смотря ему вслед, она внезапно опомнилась лишь через несколько секунд — принц со своим гигантским размахом ноги за время ее тормоза улепетал уже достаточно далеко. Тряхнув головой, смахивая с себя все страхи и опасения, школьница побежала за партнером и вскоре, поравнявшись с ним, нагнала того у входа в здание.

***

— Проблемка, — озадаченным взором обводя огромные своды Сити-Молла, стражница от старательного и активного мышления машинально приложила ладонь к лицу. — Какая же? — нехотя оторвавшись от созерцания вытянутых стройных пальм и высоких камней-обелисков с начертанными на них иероглифами, коротко мотнул головой в сторону нахмурившейся аловолосой экс-диктатор. — Возможно, нам придется разделиться, или же нас вынудят сделать это обстоятельства… — Вилл замолчала, растерянно опустив глаза в пол, — а у тебя даже мобильника нет на такой случай. — Примерно такого?..       Откликнувшись на загадочный голос мага, Вандом тотчас подняла взгляд и, просияв в лице, приятно удивилась такому сюрпризу: хитро прищурившись и расплывшись в удовлетворенной лыбе, Фобос демонстрационно покачивал обыкновенным сотовым-раскладушкой в пальцах правой руки. — Вчера купил?! — чуть ли не взвизгнув от непонятно откуда накатившего счастья, воодушевленно воскликнула заклинательница. — Естественно. — Погоди, а симка? — запнувшись, вновь отвела хмурый взгляд хранительница сердца. — Без нее этот телефон — все равно, что пустая железяка. — Все схвачено, — с довольно пижонским выражением лица подкинул мобильный, перехватив его в падении, мужчина. — Мой номер официально зарегистрирован.       Стиснув зубы и зажмурившись от радости, ведьма победно сжала кулак. В такие… вот именно в такие моменты, когда темный повелитель проявлял свои лучшие качества — смышленость и предусмотрительность — хотелось боготворить его за них; никаких лишних хлопот — князь сам обо всем позаботился. Поймав себя на тревожной мысли о том, что она чуть не запрыгнула от счастья принцу на шею, Вандом тут же испуганно вскинула веки, представив себе похожую картину. Только слегка в другом ключе… Эсканор непонятливо пригляделся к ушедшей в ступор девушке, картинно изогнув при этом бровь, вероятно, в ожидании от нее объяснений. Но с ними она не торопилась, наверное, испытывая его терпение.       Пронзительно смотря в маячащую перед неосмысленным взором толпу, чародейка поняла, что начала потихоньку краснеть. Осознание пришло быстро, но не сразу. Мгновенно прикрыв ладонью подрумянившиеся щеки, она буркнула что-то невнятное в ответ совершенно сбитому с толку собеседнику и, позвав того за собой, поспешила к эскалатору. Светловолосый попытался как-то возразить напарнице своей выразительной мимикой и выпытать из нее информацию при помощи несообразных жестов и хлопающего рта, однако, видя ее, неудержимо рвущуюся вдаль, с недовольным видом, согнувшись в спине, сдался. Ему ничего не оставалось, кроме как, просто махнув на это рукой, равнодушно пожать плечами и последовать за своим ведомым.       Поднявшись на следующий этаж с помощью эскалатора, пара обошла пару незаурядных коридоров, в целях добраться до следующей лестницы; но внимание Вилл вдруг привлекла одна из ярких магазинных витрин, специально выставленных на показ, дабы эффективнее притягивать клиентов. Маркетинговый ход таки принес свои плоды. Остановившись на ней завороженным взором, ученица медленно подошла поближе и осторожно положила ладони на стекло, не отводя сверкающих глаз от хранившихся внутри драгоценных побрякушек. Заметив, а точнее, не заметив под рукой привычной рыжей макушки, колдун сконфуженно затормозил и, крутанув корпусом, попытался найти среди случайных покупателей его спутницу. Как только он выудил обеспокоенным взглядом из толпы огненный пучок волос, лицо тут же приняло недобрый оттенок. Насупившись и сжав пальцы до побеления костяшек, парень торопливо зашагал в сторону старшеклассницы, неистово жалуясь про себя на ее периодическую рассеянность и отстраненность от реальности. — Ты увидела там что-то занимательное? — со всей своей сдержанностью и галантностью, нервно подергивая бровью, поинтересовался Фобос. Встрепенувшись, обладательница кристалла очнулась от недолгого забвения и, похлопав глазами в попытках прийти в себя, огляделась вокруг. Как ни странно, она натолкнулась на перекосившееся от сдерживаемого потока гнева лицо князя. Однако, как бы он ни старался скрыть свою неудержимую ярость, все было более чем напрасно: от напряжения на бледном лбу набухла небольшая венка; фальшивая вежливая улыбка, не сползавшая с лица, дрожала по той же причине… — Прости, — виновато потупила взгляд волшебница. — Ты можешь пока что походить по этажу, а я в это время загляну ненадолго сюда… — Мы в торговый центр не за этим пришли! — скрипнув зубами, рявкнул Эсканор. — Нас время никуда не гонит, — уже заходя вовнутрь, добродушно улыбнулась ему юная леди, что еще сильнее взбесило зеленоглазого. — Мне даже не понадобится твой мобильный номер, чтобы отыскать могущественного владыку среди египетских декораций. — Катись уже, — отворачиваясь, грубо оборвал ее речь, закатив глаза, парень. — Скоро буду, — не обратив внимания на его резкость, ласково кинула напоследок чародейка, уходя вглубь светлого, ярко освещенного помещения. — Тфу, да что с тобой поделаешь?.. — небрежно сунув руки в карманы, бросил финальный презрительный взгляд на злополучную витрину Фобос. Сгорбившись и задумчиво склонив голову, он развернулся в противоположном направлении и медленно двинулся вперед по коридору, с каждым шагом постепенно растворяясь в собственных думах.

***

      Петляя между группами людей, подталкиваемая общим «течением», рыжеволосая девушка не спеша двигалась вперед, навстречу замеченной в конце коридора белоснежной шевелюре. Удаленный силуэт князя стоял к ней боком и, не замечая ничего вокруг, задумчиво смотрел сквозь стекло на какой-то товар, выставленный на витрине. Стражница невольно улыбнулась своим мыслям, отмечая про себя, что недавняя злоба принца на лишние покупки в данный момент полностью сошла на нет. Хихикнув себе под нос, Вилл заговорщически потерла ладони и загадочно сверкнула глазами — видя беззащитность Фобоса, она просто не могла не осуществить свой очередной гениальный план по возмездию его избалованной личности. Слегка пригнувшись, с ехидной улыбкой и прищуренными глазами колдунья стала крадучись, незаметно подбираться к своей цели. — Бу, — тихо выдохнула Вандом, крепко обхватив предплечье светловолосого. — Говно звероящера! — схватившись свободной рукой за куртку в области сердца, негромко выругался Эсканор. — Ты из ума выжила так пугать меня?!.. — Это, что, был меридианский жаргон? — пропустив упреки мимо ушей, прыснула в кулачок ведьма, отпустив при этом кожаный рукав. — Что-то наподобие… — маг удостоил девушку косым холодным взглядом. Поймав его на себе, Вилл дрогнула, а затем заметно поникла, вмиг растеряв всю свою веселость. Ведь в этих ледяных глазах она не заметила даже намека на презрение, а лишь… обиду? Задуманная с самого начала комичность ситуации моментально улетучилась, оставив после себя в душе ученицы какой-то осадок и странное чувство вины.       Блуждающий из стороны в сторону взор карих глаз случайно наткнулся на то, чем так долго любовался волшебник. Легкая улыбка непроизвольно окрасила воспрянувшее от грусти лицо чародейки. Оба смотрели на классическую гитару, стоящую на небольшом белоснежном пьедестале, бережно поддерживаемую прозрачной подставкой. Красивый черный гриф с вделанными в него тонкими металлическими порожками, идеально натянутые, привязанные к колкам струны и начищенный до блеска корпус с бежевой деревянной декой. Инструмент гордо и одиноко стоял на своей возвышенности, заставляя прохожих при одном лишь взгляде на витрину восторгаться его неотразимым великолепием. Радостно вскинув брови от прилива приятных воспоминаний из детства, Вилл бодро повернула голову в сторону принца, чтобы расспросить того — что же все-таки привлекло его в этом предмете, но вдруг остановилась, так и не начав говорить. Сглотнув и затаив дыхание, она медленно сомкнула губы и зачарованным, открытым взглядом остановилась на еле заметной улыбке парня, проникновенно всматривавшегося внутрь прилавка потеплевшими изумрудными глазами. И это… так было похоже на магию. По крайней мере, очень хотелось в это верить. Зеленый цвет его радужек притягивал к себе каким-то неизвестным, согревавшим душу волшебством, которое каждый раз заставляло сердце от восторга гулко биться в груди в разы быстрее, чем обычно. Испытывая этот неожиданный букет эмоций, безмятежно наблюдая за напарником, колдунья слегка приподняла уголки губ и не до конца прикрыла веки, просто наслаждаясь безмолвной красотой момента. — Этот инструмент очень похож на лютню, — светловолосый прервал тишину мелодичной, тихой репликой, не отрывая глаз от музыкального атрибута. — Во дворце меня обучали игре на ней. И, как ни странно, это было одним из моих любимейших занятий… — Оказывается, у злодеев тоже есть увлечения, — отведя взгляд к стеклянной витрине, добро пошутила Вандом. — Злодеи тоже люди, — кинув на девицу хитрый взор, усмехнулся заклинатель. — Как это называется?.. — Гитара, — развернувшись к нему корпусом, жизнерадостно начала хранительница сердца, — но, к сожалению, денег на такую роскошь у меня не хватит. Тем более дома у меня пылится почти такая же. Правда, не настроенная… Осталась от папы. — Дашь попробовать? — А, э?.. — внезапно чародейка запнулась, приоткрыв рот от удивления. — Ты у меня разрешения просишь? — Что же смущает тебя в моих действиях? — положив руку на пояс, ухмыльнулся Фобос, гордо становясь передом к собеседнице. — Да в принципе ничего… — ведьма юрко опустила взгляд в пол, оторопело бегая им из стороны в сторону, из-за чего князь заметно повеселел, смотря на ее милую и вызывающую добросердечную усмешку растерянность. — Кстати, — вскинув голову, вдруг радостно воскликнула стражница, — дай-ка сюда свой мобильник! — Зачем? — тут же омрачился в лице повелитель тьмы. — Хочу показать то, за чем я ходила в магазин, — начав активно шарить в кармане пальто, прикусила кончик языка от усердия старшеклассница. — Ладно, — фыркнув, неохотно согласился, доставая из куртки телефон, бывший правитель Меридиана.       Пока чародейка энергично рылась у себя в одежде, маг со скучающим видом положил в руку сотовый и вытянул ее перед собой. Наконец, найдя искомое, Вилл выхватила электронный прибор из пальцев князя и, отвернувшись, стала шаманить над предметом. Выждав пару секунд, Эсканор из малого любопытства и толики беспокойства выглянул из-за ее плеча, дабы удостовериться в целости и сохранности его собственного имущества. Но рассмотреть действия волшебницы он не успел, так как она в тот же момент крутанулась обратно, неловко уткнувшись при этом носом в мужскую грудь. Инерционно покачнувшись и нестандартно выругавшись по поводу аккуратности «одной девчонки», Фобос отошел на пару шагов назад и устремил безразличный взгляд в ее сложенные в замок ладони. — Вот возьми, — резким и неаккуратным движением руки рыжевласка протянула мобильник мужчине, сим жестом давая понять, что сгорает от нетерпения увидеть его реакцию. Лениво осмотрев предмет, Фобос поднял на нее многозначительный взгляд и красноречиво вскинул бровь, всем своим видом безмолвно вопрошая: «В чем разница?» — Просто возьми, — поняв намек, ведьма раздраженно-демонстративно потрясла сотовым, терпеливо удерживая тот на весу.       Пожав плечами, аристократ сговорчиво принял телефон и оценивающе повертел тот в руках в поисках изменений. Вдруг сквозь пальцы выпал тонкий белый шнурок с привязанным к нему на конце камушком, отчего парень слегка струхнул из-за внезапности момента. Чародей поднял средство связи на уровень лица и изучающе взглянул на украшение. Идеально гладкий, полупрозрачный шар небесно-голубого цвета был заключен сверху и снизу причудливыми железными завитками, которые, в свою очередь, маленьким колечком прикреплялись к плетеной белой веревке. — Это… — прищурившись, с задумчивым видом произнес парень, — Сердце Кондракара, что ли? — Ага, — еле сдерживая порыв восхищения, выпалила заклинательница, — его подобие… — Способно портал открыть? — опустив мобильник, ехидно оскалился в сторону знакомой темный колдун. — Ну, нет… — немного растерянно пробубнила Вилл, уткнувшись глазами в кафельное покрытие. — Шучу, — в следующее мгновение мужская ладонь легла на лоб старшеклассницы, заставив ту заметно смутиться и покраснеть от неожиданности. Сделав небольшой шаг вперед, принц аккуратно забрался пальцами под ткань черной шапки и с дружелюбной улыбкой потрепал короткие огненно-рыжие волосы, на что их достаточно впечатлительная обладательница отреагировала уже вошедшим в привычку удивлением. Совершенно не обращая внимания на какие-либо ответные реакции Вандом, все с тем же приветливым выражением лица волшебник деликатно отнял руку и, развернувшись, без лишних слов, не спеша двинулся обратно, в сторону эскалаторов. — … Эй, подожди! — вот уже в который раз за утро, опомнившись от этих странных «княжеских чар», девушка, пришедшая в чувства, панически окликнула своего спутника, а затем в скором темпе нагнала его у соседнего магазина. — И?.. — терпеливо дождавшись момента, когда чародейка подойдет поближе, и убедившись, что она слушает, Фобос мягко нарушил молчание, — по какому же поводу случилось такое благосклонное снисхождение до самого «меня»? — мерно вышагивая вдоль витрин и элегантно выписывая руками причудливые невидимые узоры, он начал свой иронично-красноречивый рассказ. — Я… так полагаю, что это была, как говорят в вашем мире, взятка. Своего рода вещица, которая ставит меня в невыгодное положение перед вами, так как товар уже куплен, и этот факт неизменен. Значит, логично сделать вывод, что вы, миледи, хотите, чтобы я пребывал перед вами в долгу и сделал какую-либо ответную услугу!.. — Да ты что такое несешь? — не удержавшись, прервала его вычурную аристократическую речь тихим смешком школьница. — Это же просто подарок. — Прос-стите? — продолжая «игру», светловолосый манерно поправил воротник куртки и показательно нахмурился, выказывая свое искреннее непонимание. — Тогда, если вы позволите, я повторюсь со своим вопросом: «по какому поводу?» — Завтра День святого Валентина, еще не забыл? — Я все прекрасно помню, — попытался заверить говорящую своей королевской, гордой выправкой Эсканор, — однако каким образом это касается меня? — Я разве не могу сделать подарок близкому человеку?.. — Вилл сделала шаг вперед, взойдя на движущуюся ступеньку эскалатора, и осторожно обернулась, искренне и лучезарно улыбнувшись князю.       Сердце пропустил неведомо доселе сильный удар, гулким стуком раздавшийся в его ушах и легким покалыванием — в подушечках пальцев. Время постепенно замедлило свой ход, сдержав текущий поток толпы, а весь окружающий мир моментально потускнел, оставив в красках лишь ее образ — прекрасные очертания обычной девушки в темном пальто, ярко и незабвенно выделявшейся на фоне остальных своими алыми, словно кровь, волосами. Раскрыв глаза, колдун остановился прямо перед лестницей и устремил свой взгляд на нее, будто и не видя саму обладательницу кристалла, а лишь смотря куда-то сквозь, в туманную пустоту.       «Близкому человеку?..» А кто им вообще может быть?.. Кто-то из прислуги или же сестра? Смешно даже предположить. После смерти короля и королевы бесспорно не осталось больше никого, кто смог бы с таким же трепетом и лаской заглянуть в его лицо, глаза — со временем все это стало ассоциироваться исключительно как с вселенским злом и вызывало опротивевшею до тошноты гримасу отвращения.       Сколько Фобос помнил себя, окружающие относились к нему с должным почтением, уважением и после смерти родителей, но намного позже искренние и когда-то полные заботы улыбки превратились в натянутые оскалы поданных, через силу сгибавших спину в формальном поклоне, в это же самое время чистосердечно желая смерти своему господину. Но он благосклонно терпел. Изо дня в день, сколько бы ему не приходилось видеть лиц, плохо скрывающих свою накопившуюся в душе злобу, глаз, ярко отражающих ненависть к ужаснейшему за всю историю Меридиана правителю, сгубившему собственную страну, он вежливо отвечал на все их жесты равнодушным взглядом и нейтральным кивком. А ведь когда он только начинал свой путь в стезе ведения политики государства и только-только примерялся к креслу монарха, ныне взрослый и опытный мужчина был на тот момент не глупым, но и не просвещенным мальчишкой. Юнцом, на которого возложили слишком много надежд, которые, к сожалению, он не смог оправдать перед народом.       Каждый божий день подрастающему принцу приходилось с величайшим трудом терпеть на себе шквал отрицательной энергии, грязевыми потоками выливавшейся прямо на его раненое сердце. Не было у него никаких скрытых мотивов. Фобос просто физически не мог справиться с поставленной задачей. Но кому нужны были какие-то объяснения и оправдания, когда Меридиан прозябал без своего законного правителя? Никому! Никто и никогда не слушал Фобоса, не воспринимал его поступки и намерения всерьез до того, как чаша его терпения окончательно не переполнилась, и не наступил конец. Конец, оказавшийся крайне печальным, даже пагубным как для характера Эсканора, так и для всего королевства: решив держать горожан в страхе под гнетом своей магической власти, он также решил навсегда забыть, что такое жизнь обычного человека, испытывающего положительные эмоции и какие-то… чувства. Так значат ли теперь похожие слова что-то для холодного и эгоистичного тирана, живущего лишь затертыми до дыр принципами и воспоминаниями из своего печального прошлого? — Приём! Хьюстон на связи! У нас проблемы с остолбеневшим князем… — уперев руки в бока, стражница укоризненно смотрела на «застывшего» светловолосого уже немалое количество времени, пребывая при этом на следующем этаже. — А?.. — волна воспоминаний отпустила парня лишь в тот момент, когда тот, магическим образом преодолев отрывок, длиной в эскалатор, рассеянно натолкнулся на стоящую в боевой стойке покрепче гранитного монолита Вандом. — Я… — голос предательски сорвался уже на первом слове — колдун не успел отойти от гаммы полученных за пару минут впечатлений, — т-так полагаю, это б-был розыгрыш? — Ничего себе, — смотря на то, как повелитель тьмы в испуге прикрыл ладонью рот от собственных заиканий, старшеклассница подлинно выразила свое изумление ошарашенными глазами и приоткрытыми губами. — Да ты, как никак… Повторяться стал! — выдержав самую правдоподобную интонацию, умело выкрутилась та из ситуации. — Действительно, что это на меня нашло? — отведя взгляд и нервно дергая коленом, решил утрированно подыграть спектаклю экс-правитель. — Эти фразочки, вроде «Я так полагаю», я… так полагаю, — с поддельной кокетливостью, глумливо добавила Вилл, — у вас, аристократов, на зубок заучены, чтобы умнее казаться окружающим? — Раз на раз не приходится. — Ага, — исчерпывающе умозаключила девушка. — Ну, так что, мистер «Я так полагаю…»? Вы, чтобы не казаться тупым остолопом, соизволите продолжить путь по намеченному курсу? — А то, — по-детски перекривив ее излишнюю галантность, махнул своей густой гривой зеленоглазый. — Дамы вперед, — он почтительно указал ей рукой на проход, не давая более сопернице шанса отыграться на себе его же оружием.       В ответку чародейка лишь с глупой улыбочкой наигранно отвальсировала реверанс и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, нерешительно зашагала вперед. И как только она оказалась спиной к своему собеседнику, девичье лицо приняло настолько мрачный и жалостливый оттенок, что не знающий эту школьницу прохожий мог бы ненароком подумать, что ее совсем недавно принудили стать террористкой-смертницей. Эта чрезвычайно печальная окраска лица оказалась неслучайной, ведь с самого начала, с самой первой секунды этого проклятого разговора хранительница сердца поняла, что вроде бы с наилучшими побуждениями для своего напарника «взболтнула лишнего», но все же совершила что-то непоправимое, когда, вместо ожидаемого результата, увидела его траурную задумчивость, и горько пожалела о содеянном. Вилл не глупа. Она догадалась, что, возможно, пробудила этим какие-то неприятные воспоминания из прошлого Фобоса, и поэтому-то попыталась всеми силами отвести тему в иное русло, вновь чувствуя взыгравшие угрызения совести. Но, видимо, это у нее вышло из рук вон плохо. Князь все-таки тоже не глуп. Он тоже смог заметить то, на что его новая союзница лишь притворно попыталась закрыть глаза. И почему-то как раз это обеспокоило заклинателя больше всего…       Смотря в затылок нехотя шаркающей по натертому кафелю волшебнице, принц, как и всегда, плавно двигался вслед за ней, сохраняя свою королевскую осанку и манеры приличия. Но, хоть вид его и позволял думать о Фобосе, как о личности из светского общества, взгляд изумрудных глаз все же был полон сомнений и несвойственной этому человеку растерянности. Мыслей в его голове скопилось настолько много, что, как только одна появлялась, она сразу же путалась с остальными, так и не сложившимися в связную цепочку повествования. Они только назойливо роились внутри, не давая сосредоточиться мужчине хотя бы на мельчайшей детали, от которой можно было оттолкнуться в своих рассуждениях. А все из-за чего?! Точнее, из-за кого?.. Вон, из-за того ходячего недоразумения. Теперь из-за нее какая-то пугающая неизвестность ждала Эсканора за каждым следующим поворотом, и эта же самая непредсказуемая неизвестность сейчас шагала прямо перед его носом. Ть! «несносная девчонка», изрядно подпортившая жизнь одному принцу-тирану. А ведь по правде, кто кому жизнь-то подпортил?..       Ладонь, невольно спрятанная в карман от бурного мыслительного процесса, случайно нащупала внутри мобильник… и новый брелок, подаренный одной очень вежливой дамой одному очень черствому и не поблагодарившему ее за такой чистосердечный поступок молодому человеку в один прекрасный праздник. Все мысли разом прекратили свой несносный шум; все нутро мага охватил какой-то страх и такое странное. Знаете?.. Чувство вины. Именно в этот миг его настигло величайшее в его жизни озарение. Вынув телефон наружу, парень с усмешкой покрутил тот в пальцах, с глубочайшей иронией смотря на голубенький шарик, отблескивающий мерцанием огоньков ярких витрин. Он действительно только что понял, что ответ на не так давно гложущий его вопрос: «Что вообще происходит вокруг?» может оказаться предельно простым, если он начнет думать не головой, а сердцем. Еще раз усмехнувшись, чародей спрятал сотовый обратно в штаны и теперь, свободно идя навстречу судьбе лишь с таким выражением лица, решил полностью отдаться на ее попечение.       До самого дома они будут молчать, так и не проронив ни слова в адрес друг друга. Кто знает, чем будет грезить в это время озаренный светлой мыслью князь, но удрученной одной лишь печалью и сожалением девушке подобная мысль о чем-то более теплом или возвышенном так и не придет в голову.

***

— С чего бы мне так убиваться из-за этого придурка, у которого, черт поймет, что на уме? — раскладывая свеж купленные вещи на гладильной доске, отчаянно попыталась успокоить себя уже в десятый раз этим же риторическим вопросом кареглазка. — Сначала впадает в транс из-за моих слов, а потом, как ни в чем не бывало, ходит повсюду, нацепив какую-то идиотскую улыбку…       Нежно и аккуратно перебирая складки одежды, Вилл морально готовилась к глажке ее и его костюма на завтрашний день, но, к сожалению, так и не решалась приступить к делу, как оно того следует. Безрадостно осознавая, что мыслями она ушла отсюда далеко-далеко, а мысли эти были о каком-то ненавистном ей человеке, юная леди понимала — если снова задумается и прожжет дыру в чьем-то наряде — покатится весь придуманный Фобосом план в самые далекие и глубокие тартарары. — Тьфу, опять этот Фобос! — не выдержав, предводительница стражниц сорвала всю свою злость на ни в чем не повинной деревяшке, со всей силой стукнув по той ладонями. — Он… Да он!.. — буквально задыхаясь от гнева, она стала гнуть пальцы от распирающих изнутри эмоций, пока вдруг не услышала красивые и до боли знакомые переборы из дальней части квартиры, — играет на гитаре?       Плюнув, наконец, на купленные вещи, колдунья всмятку оставила те лежать на синенькой дощечке, а сама, поддавшись соблазну, тайком перебралась из прихожей поближе к своей комнате.       С каждым ее невесомым шагом навстречу заветной и давно ставшей родной двери прелестные и мелодичные звуки гитары становились все громче и отчетливее. Завороженно прислушиваясь к тому, как парень «приигрывается» к инструменту, Вандом с наслаждением начинала понимать — все-таки как же быстро и умело принц смог перестроиться с доисторической лютни на современный струнный лад. И плевать, что она снова превозносит его в собственных глазах. Ничто сейчас не могло затмить умения экс-диктатора играть на любимом музыкальном инструменте хранительницы силы пяти стихий…       Тихо подслушивая у самого входа в помещение, с этой упоительной мыслью Вилл не заметила, как у нее из-под рук стала постепенно исчезать опора в виде двери, разделявшей ее и князя всего какими-то несколькими сантиметрами ДСП. Ойкнув от неожиданности, девушка почувствовала, как теряет равновесие, и уже через секунду, не успев опомниться, со всей своей грацией полетела внутрь комнаты из-за приоткрытого дверного проема, а затем в довершении еще и с громким хлопком шлепнулась на пол. Течение музыки мгновенно прервалось, и два взгляда, так и не решившихся больше посмотреть друг на друга за сегодня, наконец, встретились. Один — виноватый, а второй — весьма озадаченный на данный момент присутствием хозяйки в ее собственных хоромах. Чуть не попав в тот самый капкан обаятельных зеленых глаз уже в который раз на дню, ведьма поспешила жестоко разъединить первый зрительный контакт, установившейся у пары за последние несколько часов. Вскочив с ковра по стойке смирно, она наспех отряхнула одежду и, глупо рассмеявшись, попыталась стыдливо ретироваться в коридор, но в последний момент была окликнута приятным знакомым басом, как ни странно, не произнесшего за этот вечер ни одной своей колкой фразы: — Постой, — не очень твердо, но настойчиво он произнес лишь одно это слово. — Похоже, тебе понравилась моя игра на гитаре. Может, все-таки останешься, а не будешь подслушивать за дверью?       Неотразимая улыбка князя в конце его предложения заставила рыжевласку немало смутиться и тут же, обиженно надув губы, показательно усесться на собственную кровать. Нахохлившись и выпустив иголки, обладательница кристалла подогнула под себя ноги, скрестила руки, согнула спину и, таким образом, не издав и звука, приготовилась слушать музыку дальше. Фобос внимательно взглянул на излишне саркастичное лицо его напарницы: ну, точно — губки бантиком, бровки домиком (ну, а про гномиков продолжать вообще не стоило, так как у сидящей напротив персоны мог вдобавок комплекс неполноценности еще и из-за роста развиться). Наблюдая за этим ее детским поведением, светловолосому захотелось лишь душевно рассмеяться, но он, как истинный дремлющий внутри самого себя джентльмен, сдержался, потому что сейчас это могло лишь усугубить сложившуюся ситуацию. — Не хочешь говорить?.. — Эсканор выжидающе посмотрел на прожигающую его внимательнейшим взором ученицу старших классов. Неизменное лицо собеседницы и молчание в ответ явно дали ему понять намерения слабого пола, находящего в этой комнате. — Ну, тогда, — загадочно переведя глаза с заклинательницы на гриф гитары, он аккуратно разложил пальцы по нужным аккордам, — слова песни лучше скажут все за нас обоих.       Моментально оттаяв после таких сказанных им вслух слов, чародейка обомлела и с проникновенным удивлением глянула на всерьез приготовившегося играть для нее черного мага, всего год назад пытавшегося захватить вселенную. В мгновение ока какая-то жаркая истома подступила к горлу; тело затряслось от нетерпения; вся Вилл задрожала от ожидания того, что же преподнесет ей сейчас колдун — и все это в одну секунду. Безжалостно терзая девушку, он бросил на нее свой последний взгляд, полный довольства и триумфа, и словил на себе осуждающий укол со стороны обделенной зрелищным вступлением половины. Взор снова плавно перетек от женских очертаний к инструменту, и длинные мужские пальцы плавно коснулись струн, а умопомрачительный бас запел свои первые ноты, заставив тем самым единственную слушательницу прикрыть глаза от накатившего мурашками экстаза… «Stone Sour — Through Glass (Сквозь стекло)»* Iʼm looking at you through the glass Я наблюдаю сквозь стекло, Donʼt know how much time has passed О, сколько лет так утекло, Oh God it feels like forever Казалось бы, будто вечность… But no one ever tells you that forever feels like home И ведь никто не скажет вам, что привыкаешь жить в мечтах, Sitting all alone inside your head В каменных стенах внутри себя. How do you feel, that is the question А как дела? — вопрос банальный. But I forget you donʼt expect an easy answer Но я же знаю, ты не ждешь ответ «нормально». When something like a soul becomes initialized Ведь там внутри душа рыдает и зовет, And folded up like paper dolls and little notes Ее любовь ввысь подняла, дала полет You canʼt expect a bit of hope И тут же обратила в лед. So while youʼre outside looking in Взгляни, что в ней увидишь ты, Describing what you see Скажи же мне, шутя, Remember what youʼre staring at is me Но помни, что ты смотришь на меня. 'Cause Iʼm looking at you through the glass Я наблюдаю сквозь стекло, Donʼt know how much time has passed О, сколько лет так утекло, All I know is that it feels like forever Казалось бы, будто вечность… But no one ever tells you that forever feels like home, И ведь никто не скажет вам, что привыкаешь жить в мечтах, Sitting all alone inside your head В каменных стенах внутри себя. How much is real, so much to question Реален мир? Вопросов много. An epidemic of the mannequins contaminating everything А мы похожи с каждым днем сильней на манекенов — не людей. When thought came from the heart Как сердцем всем любить, But never did right from the start Давно успели позабыть. Just listen to the noises Прислушайся к толпе ты (null and void instead of voices) (пустота лишь без ответа) Before you tell yourself И если скажешь ты, Itʼs just a different scene Так было и не раз, Remember itʼs just different from what youʼve seen Почувствуй — все совсем не так сейчас. Iʼm looking at you through the glass Я наблюдаю сквозь стекло, Donʼt know how much time has passed О, сколько лет так утекло, And all I know is that it feels like forever Казалось бы, будто вечность… But no one ever tells you that forever feels like home, И ведь никто не скажет вам, что привыкаешь жить в мечтах, Sitting all alone inside your head В каменных стенах внутри себя.       Окончательно потерявшись и растворившись в гармоничных звуках музыки, Вилл, очарованная этим прекрасным голосом и виртуозной игрой мужчины, с прозрачным восхищением смотрела за тем, как он быстро перебирает пальцами по натянутым струнам гитары, полностью отдавая себя делу. Помутненный собственными фантазиями, карий взор иногда сам невольно поднимался на лицо князя, останавливаясь на его губах, так нежно и трепетно произносивших все слова песни. Ведь с каждой новой строчкой они наполнялись какой-то нарастающей страстью, распалявшей огонь чувств в душе обоих волшебников и ведущей к своей долгожданной кульминации. And itʼs the stars И эти звезды, The stars that shine for you Звезды светят нам. And itʼs the stars И эти звезды, The stars that lie to you Звезды соврали нам. Iʼm looking at you through the glass Я наблюдаю сквозь стекло, Donʼt know how much time has passed О, сколько лет так утекло, Oh God it feels like forever Казалось бы, будто вечность… But no one ever tells you that forever feels like home, И ведь никто не скажет вам, что привыкаешь жить в мечтах, Sitting all alone inside your head В каменных стенах внутри себя. 'Cause Iʼm looking at you through the glass Я наблюдаю сквозь стекло, Donʼt know how much time has passed О, сколько лет так утекло, All I know is that it feels like forever Казалось бы, будто вечность… But no one ever tells you that forever feels like home, И ведь никто не скажет вам, что привыкаешь жить в мечтах, Sitting all alone inside your head В каменных стенах внутри себя. And itʼs the stars И эти звезды, The stars that shine for you Звезды светят нам. And itʼs the stars И эти звезды, The stars that lie to you Звезды соврали нам. And itʼs the stars И эти звезды, The stars that shine for you Звезды светят нам. And itʼs the stars И эти звезды, The stars that lie to you Звезды соврали нам. Who are the stars? И этот свет, Who are the stars? И этот свет They lie… Врал нам.       Зажав несколько струн, Фобос последний раз провел по ним подушечками пальцев другой руки и тут же отпустил их, окончив песню долгим и протяжным эхом, повисшим в воздухе немым вопросом. Положив инструмент на колени, колдун еще раз окинул его слегка утомленным взглядом, а затем мягко провел ладонью от головки грифа до самой подставки, буквально ощущая кожей все шероховатости струн, перпендикулярно переплетающихся с металлическими порожками. От этих весьма приятных ощущений уголки его губ слегка приподнялись, осветлив и без того фарфоровое, обрамленное белыми прядями лицо принца. Рассматривание этой поистине удивительной вещи явно доставило ему эстетическое удовлетворение, поэтому молодой человек даже не заметил, как просидел за этим занятием целую минуту в полнейшем молчании. После он, наконец, почувствовал на себе чужой взгляд и, опомнившись от короткого забвения, медленно поднял голову, невинно смотря прямо в глаза застывшей напротив него чародейки. Этот его взор… Он оказался настолько чувственным, нежным и полным яркой надежды на скорый ответ его напарницы, что та, забыв обо всем на свете, нечаянно позволила себе рискнуть и еще один раз окунуться в эти магические изумрудные омуты. — Это было прекрасно, — девушка не выказала ни единой эмоции, говоря эти слова заклинателю. — Я… на самом деле, ничего подобного раньше не слышала. — Разве Мэтт не играл тебе на гитаре? — Это… совсем другое, — стражница с трудом вытягивала из себя вязкие, короткие фразы, раздававшиеся в пространстве с такой заторможенностью, словно тяжелые грузы, опускающиеся на дно неглубокого озера. Она всеми силами пыталась привести себя в чувства, но, к сожалению, и сама понимала, что находилась в невменяемом состоянии прострации, из которого трудно было выйти лишь с помощью усилия воли. — Если честно, сейчас ты предстал передо мной в совершенно новом свете. Поздравляю, тебе удалось меня действительно удивить… — Польщен столь откровенным комплиментом, — язвительный отзыв Фобоса заставил рыжеволосую уже по привычке нахмуриться и исподлобья посмотреть на своего бывшего врага угрюмым взглядом. — Ха-ха, подействовало, — усмехнувшись, он мимолетным жестом указал на свою собеседницу, заставив ее тем самым слегка сконфуженно похлопать глазами и вопросительно взглянуть на говорящего, — затмение прошло, как только я вернулся к привычному для окружающих образу. — Да, соглашусь, — коротко кивнула Вандом, — твои едкие комментарии весьма отрезвительны. — Сочту это за еще один комплимент, — загадочно ухмыльнувшись и отведя взор в сторону, темный маг аккуратно положил инструмент рядом с собой на рабочий стол хозяйки комнаты. — Ты, между прочим, без спроса ее взял, — укоризненно пялясь на деревянный корпус вещицы, пробормотала хранительница сердца. — Но тебе же все равно понравилось, как я играл, так что не возникай, — брезгливо фыркнул в ее сторону аристократ. — А ты без спроса подслушивала меня! — В своем доме имею право, — гордо и победоносно вскинув подбородок, сложила руки на груди леди. — Ла-а-адно уж, — из вредности закатив глаза, протянул зеленоглазый. — Чего ты хочешь? — Я не буду возникать только при одном условии, — на милом лице старшеклассницы проскочила хитрая гримаса человека, придумавшего изощренное наказание провинившемуся товарищу. — И каково твое условие?.. — уже с опаской поглядывая в сторону ведьмы, осторожно бросил Эсканор.       Заметно просияв в лице от понимания того факта, что Фобос готов принять ее шуточное требование, Вилл хлопнула в ладоши и стала активно растирать их от волной подступившего к горлу энтузиазма. Она незамедлительно вскочила с кровати и, подойдя к подозрительно косящемуся на нее светловолосому, наклонилась к его уху, чтобы игриво нашептать тому пришедшую в ее голову идею. Его веки тут же широко распахнулись, а брови подскочили вверх от удивления. Выждав пару секунд, чтобы отойти от шока, князь отстранился и, насколько это физически возможно, возмущенно крикнул: — Ни за что! * — адаптированный, свободный перевод (общий смысл совсем немного расходится, но мне такой больше понравился — можно петь и на английском, и на русском)