Тук-тук! Кто там? Князь тьмы пришел к вам погостить.

      Действуя на нервы, боль несильно пульсировала в висках, но капли дождя, часто ударявшиеся о голову и стекавшие за воротник по всему телу, раздражали Фобоса гораздо больше. Уткнувшись пустым взором в тело напарницы, он брел на изредка подкашивавшихся ногах по улице, куда-то вперед, в надежде, что двигается в правильном направлении. Правая нога случайно наступила в лужу, потревожив идеально гладкую поверхность воды кругообразными волнами, спокойными и умиротворяющими. Приостановившись, принц опустил голову и брезгливо сморщился от противного, расползающегося по ступне чувства сырости. Влага, осевшая прямо поверх нетолстого слоя снега, что от бесконечных прогулок горожан превратился в коричневую бесформенную массу, как-то мерзко перемешалась с ним, образовав в дорожном углублении чашу с грязной и преотвратнейшей жидкостью. Вынув обшитый до неприличия тонкой кожей ботинок наружу лишь через пару секунд, он безразлично глянул на испорченную обувь и, вновь углубляясь в свои траурные мысли, будто ничего не случилось, медленно поплелся дальше, абсолютно отключившийся от реальности. Случайные прохожие периодически кидали на него шокированные взгляды, однако не решались на что-то большее и, равнодушно отворачиваясь, проходили мимо. Слишком долго. Он потерял много времени, пока шел пешком, ведь сил не осталось даже на бег. Ну, по крайней мере, здесь были хоть какой-то свет и свидетели. В такой обстановке алхимик вряд ли бы решился нападать вновь да и… кто знает, может, его цель уже была достигнута? В бессилии маг уперся лбом в первую попавшуюся на пути преграду. Сквозь тяжкие шумные вздохи, заглушавшие внешние раздражители, Фобос услышал отдаленное копошение в помещении и чьи-то приближающиеся шаги. Взгляд постепенно мутнел. Мужчина оказался на грани потери сознания, но открывшаяся вскоре дверь моментально отрезвила его: чуть не упав вместе с Вилл на живот, князь оступился, в попытке твердо устоять на ногах. Все же удержав равновесие, он проморгался в легком недоумении и неуверенно поднял голову. Его счастье — на пороге стояла низенькая, но не выглядевшая потрепанной жизнью старушка, Ян Лин, в своем неизменном сине-зеленом кимоно. С беспокойством и малой толикой удивления она смотрела лишь на девушку, еле слышно сопящую, обмякшую в руках чародея, и, казалось, совершенно не обращала на того внимания. — Бегом за мной, — холодно приказала, разворачиваясь, женщина.       Принц среагировал моментально, устремившись вверх по лестнице вслед за бывшей чаровницей воздуха. За ним протянулась дорожка из мокрых следов и хаотично разбрызганных по сторонам капель, что при каждом малейшем колебании срывались, падая на пол как с волос Вилл, так и Эсканора. Шагая частой и почти невесомой поступью, тот быстро нагнал старушку у входа в нужную комнату. В глаза сразу же бросились пестрые плакаты на стенах, а также разбросанные повсюду эскизы, кисти и кое-где баночки с краской. Весь этот сумбурный кавардак был гармонично перемешан с китайской стилистикой. По всей видимости, здесь находилась спальня внучки. Приглушенное сияние настольной лампы мягко освещало помещение, не только захламленное всяческими атрибутами художника, но и заранее подготовленное в качестве лазарета для пострадавшей. С неярко выраженным изумлением Фобос глянул на аптечку, лежащую рядом с кроватью на тумбе, — Ян Лин все-таки стоило похвалить за предусмотрительность. — Девочки рассказали все по телефону, — заходя, она кратко ответила на немой вопрос князя. Каждое ее движение было идеально отточено и лаконично: несколько шагов вперед, бесшумный поворот. — Клади ее сюда, — ладонь, указывающая на постель, — все разговоры позже.       Немедля заклинатель так и поступил. Войдя в комнату и бережно уложив Вилл на плотное покрывало, он присел рядом на стул, скрестив пальцы у подбородка, в то время как колдунья-Лин, занявшая край кровати, принялась разбинтовывать экспромт-повязку из его манжета. Остановив задумчивый взгляд на какой-то колоритной картинке, взятой за точку концентрации внимания, Фобос в обычной своей манере погрузился в размышления. Сознание так и норовило покинуть тело, но лицо его, несмотря на сильную слабость, было очень сосредоточенным и выражало крайнюю степень напряжения. Беспокоящие колдуна мысли не позволяли окончательно затуманить разум. Сейчас ни в коем случае нельзя отключаться. — Перекись водорода, — маг встрепенулся, непонятливо осматриваясь по сторонам. Ян Лин в ожидании протянула ему раскрытую ладонь, не думая даже оглянуться. Озадаченно похлопав ресницами, мужчина, кажется, понял, что от него требуется, и без решимости отдал волшебнице склянку с бесцветной жидкостью. — Бинты, — требовательно прозвучало через какое-то время. Дошло. На данный момент Фобосу выпала роль мальчика на побегушках у бывшей стражницы, что не смогло не вызвать у него ироничной усмешки. Если все это заранее было спланировано Лин, то она действительно постаралась на славу. — Метнись-ка вниз за чистым полотенцем и наполни, пожалуйста, таз водой, — плюнув уже на всех с высокой колокольни, чертыхнувшись, принц двинулся в сторону выхода, хотя все же услышал напоследок снисходительное уточнение: «Все необходимое на кухне. После лестницы направо по коридору». «Интересно, сколько бы я провозился с этим простым поручением без ее подсказки?» — такая назойливая и интересная мысль вертелась в голове Эсканора, пока тот нес заполненную до краев посудину обратно. Из-за своей рассеянности принц чуть было не навернулся на одной из ступеней, но по удачному стечению обстоятельств устоял, лишь немного расплескав содержимое таза.       Фобос небрежно подпихнул дверь плечом и вошел в комнату. Взор упал на лежащую без сознания девушку. Крыло Вилл уже было перебинтовано, а старушка-ведьма просто сидела рядом, смиренно дожидаясь появления ее помощника. Заметив таки его присутствие в комнате, она суетливо подскочила с места, схватив опешившего князя за плечо, подтащила того к стульям и усадила перед собой на один из них. — Зачем таз с водой?.. — колдун все же отважился заговорить, но сделал это без особой отваги. — Это уже для тебя, красавчик, — пояснительно буркнула женщина, стараясь отвечать как можно короче, — снимай маску. — В смысле? Зачем? — Ты по пути сюда последние мозги, что ли, растерял? Раны обработать надо, а ты весь, как черт, чумазый, — Ян Лин присмотрелась к его правой щеке, по которой неаккуратно была растерта кровавая полоса. — Да и, вижу, висок разбит, лицо, вон, в царапинах все! — Не надо, — манерно хмыкнул, отвернувшись, князь, — сейчас можно обойтись и без этого. — А ну быстро снял маску, обалдуй! — в лоб прилетел сильный и яростный удар ребром ладони, отчего темный властелин вскрикнул и, зажмурившись, попытался схватиться за голову — нет, хвататься было слишком больно. Ругательства и избиение его персоны вызывали дежавю. — А если заражение крови будет?! — Я вообще-то взрослый самостоятельный мужчина… — Большой ребенок, вот ты кто, — Фобос с неловкостью поймал на себе укоризненный, нахмуренный взгляд пожилой дамы. Кем бы он ни являлся, все-таки за него она точно беспокоилась. Если парень спас фактически вторую твою внучку, он точно не может быть врагом. Так, вероятно, думала Ян Лин, когда предлагал экс-тирану свою помощь…       Ровно выдохнув, маг со спокойствием, монотонностью обнажил свое лицо и устало посмотрел в раскрывшиеся то ли от страха, то ли от удивления глаза китаянки. — Ах, — с явной досадой, жалобно сдвинув брови, вымолвила Лин. — Оказывается, девочки были правы. А я до последнего верила, что они ошиблись. — Ну, спасибо, — видимо, задетый ее словами, Фобос саркастично всплеснул руками. — Избавить вас от моего общества? — Не говори глупостей, — резко отмахнувшись, не иначе как, сорвавшись с ручника, заклинательница стала тщательно обтирать ему, словно измазюкавшемуся в дворовой грязи мальчику, нос, щеки и лоб. А князь в это время, как и положено гордым «маленьким мужчинкам», супился, слегка подрагивал от боли, но терпел ее и краснел, отводя взгляд. — Ты принес сюда Вилл, значит, чего-то теперь да стоишь! Я не буду расспрашивать тебя ни о чем, но для ее спасения попрошу помочь мне еще один раз. — Что нужно сделать? — растеряв всю инфантильность, чародей задал вопрос официальным тоном, с чрезвычайно серьезным выражением лица. — Слушай внимательно, — вкрадчиво произнесла Ян Лин, обмакивая ватку дезинфицирующим средством и осторожно поднося ее к пораненному участку кожи. — У стражниц есть некая особенность, о которой девочки до сей поры даже не догадывались, — на них все раны заживают с поразительной скоростью, чего, к сожалению, не скажешь о тебе, — она удрученно посмотрела на шипящего, скривившегося от острого укола в висок принца и, мельком извинившись, продолжила. — Царапины и порезы — за полчаса, серьезные — за час с лишним. Это же относится и к их крыльям. После того, как стражницы рассказали о случившемся, я долго думала над тем, кто в состоянии помочь Вилл в кротчайшие сроки. Так, Совет Кондракара мог бы с легкостью восстановить ее крылья, но вот уже около года я не могу наладить связь ни с одним из его членов… — Правильно, Совет временно изолирован. — Что ты хочешь этим сказать? — отпрянув, женщина в изумлении даже приостановила процесс лечения. — Если выдастся возможность, позже объясню, — Фобос слушал предельно внимательно и не хотел отвлекаться от намеченного курса беседы — он брезгливо отмахнулся: «Продолжайте». — Кхэм, итак, у девочек же в этой области опыта никакого да и навыки на полноги хромают… — К чему клоните? — К тому, — колдунья отложила склянку и вату в сторону и, накрыв колени расслабленными морщинистыми пальцами, подняла на принца тяжелый взгляд, — что на данный момент единственный человек, у которого достаточно могущества, чтобы быстро помочь Вилл, — это Элион. — Элион?! — вылупив глаза, он чуть было не поперхнулся собственной слюной. — Какого черта?.. — Поверь, я перебрала все возможные варианты. За последний год правления Элион стала намного сильнее, поэтому она гарантированно вылечит Вилл. — О, карамба! Я пытался избежать встречи с ней весь фанфик… тьфу, что я несу?! — прервав гневную тираду, Фобос нервно похлопал себя по рту, точно наказывая за словоблудие. — Всю неделю я из кожи вон лез, чтобы заставить стражу думать, что я до сих пор в тюрьме, и не пересечься с этой мелкой паршивкой, а теперь должен пустить все на самотёк?!.. — Даже сейчас, — старушка тихо перебила его, глядя на разгоряченного и пылающего гневом мужчину глазами пустыми и полными разочарования, — ты не можешь переступить через свою гордость. Теперь я уверена, что говорю с Фобосом, — слабая усмешка, не лишенная иронии. — Никто не заставляет тебя решать семейные проблемы. Если в действительности ты не хотел помогать Вилл, то зачем принес ее сюда? Чтобы поиздеваться над моими, ее и чувствами остальных стражниц?.. Но если все же в душе твоей есть капля гуманности и действовал ты из добрых побуждений, то, прошу, пересиль себя. Не дай Вилл навсегда потерять крылья, — ее корпус стал медленно опускаться; плечи не дрогнули, ладони твердо покоились на коленях. В безмолвном удивлении маг лицезрел, как Ян Лин совершала традиционный восточный поклон, что выражал крайнюю степень уважения и нес в себе всю ту скорбь и отчаянную мольбу о помощи, обращенную к бывшему врагу.       Спустя минуту женщина вздрогнула, заслышав странные шорохи подле себя. Она с непониманием приподняла голову и увидела валяющийся на полу мокрый и измятый пиджак. Взор устремился дальше: спиной к ней монументально стоял князь, держа на руках тело хранительницы сердца; впереди слабо мерцала складка меж измерениями, внутри которой уже виднелись коридоры королевского замка. — Выпрямитесь, Ян Лин, — едва дернувшись, Фобос бросил на нее косой взгляд: он смотрел свысока величественно, но не надменно, а даже несколько печально; и голос его, кажется, был полон сожаления, — такие, как я, недостойны ваших поклонов.       Хмуро взглянув перед собой, он сделал уверенный шаг в трещину меж измерениями. Суровость морально готового к испытаниям владыки тьмы устрашала, а немигающие глаза, что с ледяным спокойствием пронзали все насквозь, заставили бы любого покрыться дрожью. В испуге вскакивая со стула, бывшая стражница тревожно окликнула его, пока еще не стало слишком поздно: — Я поговорю с Тарани, чтобы она немедленно связалась с Элион, — сбивчиво протараторила Лин. Ее голос дрожал, а во рту пересохло от беспокойства и волнения. Она сглотнула слюну, боязливо потряхивая руками и пораженно смотря вслед излучающему убийственную ауру колдуну. — Спасибо, — хоть и горько, но твёрдо прозвучало в ответ. Сия благодарность, как отклик смирения и почтения, легкой дымкой повисла в воздухе, после чего наступило провальное глубокое молчание. — Я спасу Вилл, обещаю.       Не оборачиваясь более, мужчина двинулся вдоль темного коридора, звонко стуча каблуками туфель по матовым мраморным плитам, коими устлана была практически вся необъятная территория дворца; за ним тут же закрылся проход.

***

      Глухой дробью капли барабанили по жестяному отливу и окну, плавно стекали вниз, пропадая, но оставляя за собой длинные мокрые дорожки. Ресторан пустовал, и лишь этот волшебный звук успокаивал единственного его посетителя. Внутри было мало света: только несколько блеклых лампочек над барной стойкой и проникающее сквозь широкое витринное стекло сияние луны. За барной стойкой, к слову, и сидел тот молодой человек и, держась за голову руками, безутешно всматривался в пустоту перед собой. Больше он не мог сохранять хладнокровие. Эмоции одолевали: хотелось рычать, плакать или кричать, прятать от мира лицо в дрожащих ладонях… лишь бы только не быть безразличным. Но он таким был. Всегда, сколько себя помнил. Несбыточное желание расстаться с прошлыми привычками мучало Фобоса и съедало его изнутри, постепенно разрушая душу. Он разучился чувствовать по-настоящему. Вся прежняя заносчивость, гордыня, счастье и даже гнев с раздражением были фальшью, набором мнимых масок, которые он попеременно примерял перед различной публикой, словно жизнь после смерти родителей превратилась в театральную постановку. Осточертело притворяться. Но как только в сердце его все же взяли свое начало искренность и открытость, та, что породила их семя, чуть не погибла сама. Кончится ли когда-нибудь проклятье, что ограждает принца от людей, или все обречено остаться таким навсегда?.. — Я принесла кофе, — Фобос испуганно встрепенулся, оторвав голову от цепких пальцев. Сознание мгновенно вернуло его в реальность, а взгляд судорожно переметнулся к месту, откуда послышался знакомый голос. Ян Лин держала в руках кружку с дымящимся, ароматным напитком; лицо ее выражало спокойствие, но, казалось, будто все в ее образе было ненастоящим. Душа болела, и стоило лишь взглянуть в эти пустые безжизненные глаза, где мерцала глубоко-глубоко запрятанная искра беспокойства, — он понял это. И вновь обман. — Спасибо, — приняв и поставив кружку перед собой, маг опустил в нее свой потускневший взор и обхватил ледяными пальцами приятно греющий кожу фарфор. Прядь пепельных, беспорядочно растрепанных и свисающих с плеч волос случайно попала в кофе, но князь не обратил внимания — мёртвая задумчивость, с маячившим где-то на заднем плане чувством тревоги и печали, поглощала все его мысли. — Позволишь присесть? — Конечно.       Ян Лин неуклюже взобралась на высокий барный стул и, сложив руки в замок, с жалостью посмотрела на удрученного мага. Сложно было принять все его внешние перемены после сложившейся картинки надменного узурпатора, но чуткое старое сердце ощущало ту боль, которая терзала Эсканора. Все же он тоже человек. И хотел он того или нет, душа даже такого человека, как Фобос, нуждалась в исцелении. Вопрос в том — решит ли он поделиться с кем-то своей болью или сойдет от нее с ума, окончательно замкнувшись в себе?.. Колдунья сочувственно похлопала переставшего реагировать на что-либо парня по плечу и хотела было оставить того наедине с самим собой, но буквально тут же откликнулась на его голос: — Кофе вкусный, — князь тихо сёрбнул, апатически глядя в никуда, — хоть я и не знаю, что это такое… — Благодарю, наслаждайся. — …а нет ли у вас сигар и чего-нибудь покрепче?       Поймав на себе его взгляд, убитый, но кажущийся поначалу холодным и равнодушным, китаянка напряженно сжала кулаки. Больше она старалась не показывать принцу своих особенно ярких эмоций, вроде удивления и страха, из гуманных побуждений, поэтому сейчас лишь пристально осматривала его, мысленно анализируя все аспекты поведения экс-диктатора. — Выпивка исключительно для посетителей, сигар нет, — за строгим ответом последовал вымученный вздох, — однако в куртке у моего сына есть земные сигареты. — Можно? — Ян Лин видела, как в изумрудной радужке мелькнул неявный бледный проблеск надежды, и не могла, будучи слишком добросердечной, лишить паренька хотя бы такого удовольствия. — Черная кожанка на вешалке, — с улыбкой на лице ласково произнесла Лин, кивая в нужном направлении. — Тьфу, что за дерьма туда понамешали?! — милая старческая улыбка тут же превратилась в перекошенную от шока гримасу. Попытавшись сделать первую затяжку, князь с хрипом откашлялся, а затем вызывающе обругал табак, завернутый в кусок бумаги, глядя на тот, как на истинно конечный продукт пищеварения. Весьма недоуменный взгляд бывшей чародейки красноречиво вопрошал мага. — Земной жаргон — заразная штука, — выпустив клубы пара изо рта, усмехнулся светловолосый. — А ты, выходит, уже курил раньше? — с недовольством наблюдая, как Фобос задымляет помещение ресторана, колдунья пододвинула пепельницу практически ему под нос. — Естественно, — стряхнув туда оставшуюся шелуху, темный властелин вновь поднес окурок к губам и, затянувшись, стравил тонкую струю дыма в сторону. — По вашему, сколько мне лет? — Да-да, про взрослого и самостоятельного я уже слышала сегодня, — мужчина осекся, ощупав свою щеку, полностью обклеенную пластырями, и сконфуженно опустил глаза в пол, ощущая на себе колкий взгляд собеседницы. — Любопытно, это Вилл заставила тебя подстричься? — Воистину так, — неохотно согласившись, он подпер свободной рукой голову, зарываясь пальцами в густую и гладкую после дождя шевелюру. — Вы — сама проницательность. — Старость не в радость, но, как видишь, и у нее есть свои плюсы, — старушка бодро и назидательно вскинула указательный палец, заставив тем самым слушателя перевести усталый взор на нее. — Возможно, сначала ты длительное время испытываешь дискомфорт от сколиоза или беспамятства и сетуешь на судьбу за свои страдания, но со временем, взамен мук, приходит поразительная наблюдательность, а после — мудрость. Древнекитайское учение о дао* гласит, что Инь не может существовать без Ян. Не осознав природу тьмы, ты не познаешь света, и наоборот. Только в том случае, если связь между черным и белым крепка, человек достигает баланса и внутренней гармонии. Принять обе стороны своего Тайцзиту** — значит обрести душевный покой и равновесие. — Я должен извлечь из этого какой-то урок?.. — Желательно. — Но я и половины слов не понял. — Не придуривайся, — даже Лин не хватало выдержки: она грозно нахмурилась, будто говорила не с серьезным человеком, а с пререкающимся ребенком, — понял ты все. Вижу же, что ты задумался. — Эх, — он лишь безмятежно рассмеялся, понимая, что «маски» потеряли свою прежнюю силу. Последние попытки обмануть и мудрую заклинательницу, и себя потерпели сокрушительный провал — бесспорно, она видела его насквозь, поэтому смысла лгаться больше не было. Неторопливо докуривая, принц оставил дымящийся бычок в пепельнице и утомленно сложил голову на скрещенных ладонях, — ничего-то от вас не скроешь. — Не пытайся винить и жалеть себя, Фобос, — голос Ян Лин звучал твердо, но слышна была в нем какая-то мягкость сострадания и искреннего желания помочь. Это успокаивало князя, хотя и наводило на определенную мысль: вероятно, вот она приходящая с опытом гармония инь и ян. — Я вижу, как рвется на куски твоя душа и мечется, словно зверь, загнанный в клетку. Ты стремишься к невозможному, выбирая обе стороны одновременно. Есть только одна верная дорога. Но знай, что бы ты ни решил, непременно что-то потеряешь, или что-то потеряют другие. Отказ и жертва твоего выбора — цена становления на путь истины… — Где Вилл?! Где она? — створки входных дверей с грохотом распахнулись, нарушая благоговейную тишину и впуская внутрь разъяренно вопящую Ирму. Оба сидящих за барной стойкой в испуге вздрогнули и случайно встретились глазами с повелительницей воды. — Мать моя женщина, — ошеломленно пролепетала Лэир, — и вправду Фобос! Девочки!.. — Тихо, не голоси, — раздраженно рявкнула волшебница, подходя и запирая за вновь пришедшими двери. — У нас тут нешуточные философские беседы, всю атмосферу нарушаешь. — Какие к черту философские беседы?! Это же Фобос! Ну… Ну, Фобос. — Похоже, Тарани была права, — затравленно выпалила Хай Лин, глядя на неприветливого и хмурящегося от излишнего кипеша вокруг его персоны Эсканора. — Послушайте, а может это его двойник, — Корнелия с едкой ухмылкой стрельнула взглядом в сторону подруг, — или голограмма?.. — Искусственный интеллект? — продлила список взбудораженная Ирма. — Ау, прием! — в мгновение ока она оказалась около объекта обсуждения и с неподдельной пытливостью стала тыкать в щеку князя, всерьез проверяя живой он, или нет. Фобос даже не успел разозлиться… Хотя сил на агрессию все равно не было. Лицо выражало одно глубокое безразличие. Разве что совсем чуть-чуть покоробившееся от назойливых тычков ведьмы. — В тебя устанавливали какие-то программы? — А ну-ка быстро прекратили! — Ян Лин сорвалась на гневный крик. Подействовало, однако, — все разом замолчали. Затем она откашлялась, возвращая себе прежний невозмутимый вид. — Он настоящий. — Неужели? — Тогда он непременно обманул нас всех и сделал что-то с Вилл! — чародей закатил глаза, прикрывая их ладонью и, превозмогая тошнотворный позыв, шепча: «Опять двадцать пять». — Зуб даю. — Можно я лично вырву его у тебя изо рта? — в конце концов, не выдержав, он вскочил с места и грозно нависнул над порядком струхнувшей старшеклассницей. — Проверка пройдена, — зажмурившись и сжавшись в тонкую струнку, боязливо брякнула Ирма, показывая одобрительный жест большим пальцем. — Ладно, покончим с вашими бессмысленными дурачествами, — аккуратно поправив воротник рубашки, Фобос вытащил из кармана резинку для волос, завязал на голове высокий хвост и вальяжно присел обратно на край барного стула. — Судя по всему, трезво мыслит из вас только Тарани, хранившая молчание все это время, — из тени наконец показалась последняя фигура. Серьезные взгляды двух стратегов столкнулись, обращая на себя внимание всей аудитории. Тарани задумчиво почесывала подбородок, не отрываясь глазами от холодно смотрящего на нее темного властелина. — Из опыта общения с Вилл я понял, насколько любопытны женские особи. Уверен, вы — не исключение. И я готов удовлетворить ваше любопытство, но только если буду отвечать на ее вопросы, — беспристрастно выставив свое условие, он без всякого пафоса указал на каменное лицо огненной стражницы. — На вопрос, который ты задала мне по телефону, думаю, ответа больше не требуется. Поэтому слушаю следующий. — П-прости, — многообещающая суровость стала постепенно покидать образ Кук, сменяясь еле сдерживаемыми порывами смеха, что весьма насторожило князя. — Я чего-то не понимаю, но за что? — Ирма предвидела такой исход, и… — подрагивая и стараясь не расхохотаться на весь зал, она сделала драматическую паузу перед тем, как продолжить, — я пообещала ей, что первым делом спрошу у тебя: «Как так вышло, что ты обрезал волосы?»       Фейспалм. * — учение о «пути вещей»; китайское традиционное учение, включающее элементы религии и философии. ** — знак тайцзи — («высшее начало», «великий предел») в китайской мифологии и философии космическое начало, порождающее инь и ян, — то есть рисунок круга, состоящего из черной и белой половинок, переходящих одна в другую.