Солнечный дождь

Она приложила сигарету к губам, сделала затяжку, насладившись ощущением, когда дым пробрался в легкие, и не спеша выдохнула. Вот уже два месяца она не ощущала этого и почти забыла, если признаться честно. Но сейчас, наконец совершив это, сделала для себя вывод, что скучала. Хотя она и нарушила обещание, данное самой себе, но ей нравилось это. И что поделать, если ее отрицательная сторона одержала победу над положительной. Как всем известно, добро не всегда побеждает зло. Она не хотела, так само вышло. Просто все навалилось сразу. А она много думала, думала и думала, тем самым делая только хуже и создавая те проблемы, которых и вовсе не было. Все дошло того, что Ариэль поставила себя перед выбором, что либо порежет вены прямо сейчас, либо вновь начнет курить. Пока она ограничилась вторым. Вам, видимо, непонятно, что произошло. Ведь в последний раз, когда вам удалось внедриться в ее жизнь, все было безоблачно. Ей даже было хорошо, действительно хорошо. Впервые за долгое время. Такое состояние продолжалось ровно день. До тех пор, пока все вновь не испортилось, не скатилось к черту и не стало таким, каким обычно бывает. Ей позвони родители, чтобы вновь предупредить о командировке. Голос отца, который разговаривал с ней по телефону, был монотонным и даже не дрогнул, когда проговаривал заученную наизусть фразу. В этот раз их отъезд планировал затянуться на три месяца, если не больше. Он скинул трубку, даже не дождавшись ее реплики. Даже не сказав то, что он любит ее или будет скучать. Абсолютно ничего, чтобы говорило ей, что ему не безразлично. Он всегда делал так. Он всегда заставлял ее чувствовать себя последним куском дерьма, который не нужен даже собственным родителям. Он всегда доводил ее до слез и делал ей так больно, как никто другой не мог. Отец побудил Ариэль задуматься над своей жизнью, переосмыслить все, что происходит с ней. И это, как, впрочем, и всегда, не привело ни к чему хорошему. В расстроенных чувствах она написала сообщение Джастину, который не подавал признаки жизни вот уже две недели, надеясь на его помощь. Да, это было глупо, когда она приходила в кафе и спрашивала про него, а ей говорили, что не знают, а она все равно приходила на следующий, вновь слыша один и тот же ответ. Но почему-то именно сейчас она захотела открыться ему, позволить стать частью своей жизни, впустить его в свой маленький мир и сделать там глоток воздуха. Привет Но он не ответил. Прошло пять минут, ее терпение лопнуло, и она вновь попыталась: Мы можем поговорить? В этот раз ответ пришел незамедлительно. Парень с кофтой: Я занят Это важно для меня Парень с кофтой: Я не буду повторять. Отъебись Его ответ заставил слезы наполнить ее глаза, а комок в груди сжаться. Ариэль очень редко плакала, но сейчас просто не могла себя сдержать. Это было чем-то вроде последней капли, которая наполнила ее сосуд из боли и страданий. Она подумала о том, что поторопилась. При чем очень сильно. Почему все в ее жизни рушиться? Почему она просто не может быть счастливой? Почему на каждом шагу жизни ее поджидают испытания, на котором любой другой уже давно опустил руки? Ариэль только увидела свет, солнечный луч посреди туч, который исправит все то дерьмо, что она переживает все семнадцать лет своего никчемного существования. Но она поспешила. Опять. Ничего не станет лучше. На ее планете всегда будет идти дождь, а небо навсегда увязнет в тучах. Сейчас она сидит на скамье возле аэропорта, делая одну затяжку за другой. Это уже вторая за последние несколько минут, что является далеко не пределом. Курение помогает. Оно успокаивает, утихомиривает мысли. На улице идет дождь. Как раз под ее душевное состояние. Нельзя было сказать, что она любила дождь, но сейчас он был лучшим вариантом. Ариэль бы не вытерпела палящего солнца, которое лишь напоминало о том, как в этом мире все прекрасно и как в ее собственном отвратительно. Она замечает знакомую фигуру и подпрыгивает, а на ее на лице появляется слабая улыбка. В любой другой момент, девушка бы улыбнулась во все тридцать два, ведь была искренне рада. Сейчас она находится в медвежьих объятиях того человека, которого видит очень редко, но который является самым близкий на всей это планете. Ее кузен Джозеф или, как его принято называть, Джо. Несмотря на то, что они видятся всего несколько раз в полгода, он являлся тем, кого она от всего сердца может назвать братом. Он заменил ей всех, кого ей всегда не хватало: родителей, друзей. Он всегда был рядом с ней в самые трудные моменты жизни, всегда помогал, поддерживал и настраивал на верный путь. Он никогда не осуждал ее и всегда был рядом, когда это было необходимо. Вот и сейчас. Ариэль стоило лишь позвонить ему пару часов назад, как он сразу же примчался и вот сейчас стоит перед ней. Весь такой из себя, с лицом, кричащим «Я весь твой».

***

Неудобные туфли жмут пальцы ее ног, заставляя делать перерывы в ходьбе каждые пять минут. Она уже сто раз прокляла этот вечер за то, что послушалась Джо и надела именно их, тем самым предав свои любимые черные кроссовки. Но, как говорил сам юноша: «Раз в год можно и потерпеть». К тому же, это также ее первый поход за этот год в заведения подобного рода. Если быть конкретнее, то в клуб. Если бы вы посмотрели на Ариэль сейчас и на нее же в любой другой день, то подумали, что это два разных человека. Косметика и более женственные вещи делали из нее абсолютно другую девушку. В данном образе она бы даже без труда прошла в сообщество школьных фиф и стала бы их завсегдатаем. - Ты можешь идти быстрее? Такими темпами мы пропустим всю шумиху, - сказал Джо, закатив глаза. Он и так делал все, чтобы они быстрее оказались в намеченном месте, практически таща ее, ведь девушка оперлась на него корпусом и сдавила его руку железной хваткой. - Нет, - проскулила в ответ та. Не выдержав ее медлительности и всей этой ситуации, парень без вопросов молча закинул ее к себе на плечо. Из ее рта тут же полилась целая орава мата, а тело начало брыкаться из стороны в сторону, как будто содрогалось от судорог. На секунду она вспомнила, как две недели назад так делал Джастин, и на ее лице появилась улыбка от этих воспоминаний. Но она тут же исчезла, когда она вспомнила то злополучное отъебись. Пару-тройку минут, и они оказались в нужном месте. Все было как всегда. И хоть Ариэль бывала здесь истошно мало, она знала, что как всегда это громкая музыка, запах сигарет и алкоголя, а также сотни парочек, зажимающихся везде, где только можно и нельзя. Им не составило труда преодолеть охрану, ведь ее представителем являлся мужчина, который всегда и всех пропускал, если они дождались своей очереди. А Ариэль и Джозеф входили в команду терпеливых, поэтому спустя некоторое время они оказались там. Сначала они держались в стороне и лишь смотрели на остальных, смеясь то от их диких танцев, то от попыток привлечь внимание местных девушек, но это продлилось недолго. До тех пор, пока любящий и заботливый кузен Ариэль не решил заказать пару стаканов чего-то «попьянее». А потом понеслось. Еще, еще и еще. И вот уже сейчас они во всю кружились на танцполе. Наполовину не в себе, они как будто бы парили в облаках, а не здесь, как будто бы дышали не воздухом, а смесью из жвачки и конфет. Руки юноши вовсю исследовали тело Ариэль, и, если признаться честно, она не совсем сопротивлялась. Знала ведь, что это все шутки и о большем речи идти и не может. И он знал. Именно поэтому позволял себе все это. К тому же, вероятно, назавтра никто из них этого уже не вспомнит. Так что же мешает отрываться им прямо сейчас, в эту секунду? Никто не может с точностью утверждать, как долго бы все это продлилось, если бы в одну секунду Ариэль не выбежала на улицу из-за плохого самочувствия. Она не пробовала на вкус алкоголь больше полугода, и вот сейчас ее организм дал об этом напоминание, когда она извергала содержимое своего желудка наружу. От этих событий Джозеф даже слегка протрезвел, ведь прямо сейчас держал ее волосы, думая о том, какой он идиот. Ариэль ведь хотела просто провести вечер за просмотром какой-нибудь сопливой мелодрамы с попкорном, но нет же, он взял инициативу на себя и притащил ее сюда. И теперь она страдает. Когда рвота прекратилась, она выпрямила спину и сделала большой вдох свежего воздуха. И, кажется, почувствовала себя лучше. Она сняла каблуки с ног и завязала на голове хвост, делая вывод, что ей надоело и пора домой. Во всяком случае, вечер с попкорном и мелодрамой все еще имеет шанс быть. Ариэль воодушевилась этой идеей и уже было хотела сообщить брату о своих планах, когда ее взгляд наткнулся на то, от чего на ее глазах появились слезы, а хорошее настроение вмиг исчезло. Такие перемены были то ли от того, что она была пьяна, то ли от того, что это действительно причинило ей боль. Она бы узнала его, казалось, из тысячи. И сейчас она пожелала бы избавиться от этого «таланта». Не видеть, как его руки касаются кожи на талии какой-то брюнетки, как его губы оставляют поцелуи на ее шее, также, как в свое время делали ей. Не слышать его реплик о том, какая она горячая, и ее тихих стонов, молящих не останавливаться. Да, это был Джастин. Чертов Бибер, который несколько часов назад испортил ее настроение и который сделал это вновь прямо сейчас. А она ведь думала, что его слова, его действия были не просто игрой, а чем-то больше. Я занят, отъебись По щеке проскользнула слеза, когда она осознает, чем он занят. Кем он занят. Кого он выбрал вместо нее, почему не появлялся в ее жизни две недели, с кем он был все это время. Ариэль срывается с места, не видя перед собой никого и ничего. Ей все равно, что где-то там вдалеке на нее кричит Джо, заставляя ее остановиться. Все равно, что он заметил ее, все равно, что он подумает. Она берет телефон в руки и начинает печатать сообщение, хоть пелена из слез мешает ей это сделать. Отъебалась. Удачи. И на этот раз она не сможет ограничиться вторым.