Превратности судьбы

      Мадара устал, вымотался, его нервы были напряжены до предела, но хуже всего то, что он не мог перестать думать о жене. Стоило представить, что с ней сейчас происходит, как в душе пробуждалась ярость, не дающая мыслить спокойно. Мужчина винил себя в происходящем — ему стоило помнить о том, что никому нельзя доверять и, конечно же, нужно было выставить охрану у дома раньше. Тогда подобного бы не случилось… Хотя… Итачи не просто родственник, он еще и полицейский, так что легко смог бы даже в этом случае похитить Сакуру. Как же все это злит!       Полицейский понимал, что «Акацуки» что-то от него нужно, и даже догадывался что именно — перестать копать под них, отпустить всех арестованных и закрывать глаза на все преступления организации. Но разве он может на это пойти? Нет. Однажды пойдя на уступки, можно оказаться в ловушке, из которой не будет выхода. К тому же, будучи полицейским, Учиха не понаслышке знал о том, что заложников обычно не отпускают. А в случае с его женой, можно было не сомневаться, её будут держать в плену бесконечно. Мафия не настолько глупа, чтобы считать, что после того, как семья воссоединиться, Учиха и дальше будет послушным и покорным. Нет. Они собираются использовать его, а после уничтожить, возможно, даже вынудить самому пустить себе пулю в висок. А что, ради жены готов пойти и не на такое. Ярость снова начала охватывать брюнета, но все же, он продолжал контролировать себя, осознавая, что нельзя давать волю эмоциям. На это еще будет время, когда все кончится.       — Почему они молчат?! Чего дожидаются? — мужчина ударил кулаком по столу, да с такой силой, что несчастная мебель затрещала.       — Полегче, только погромов нам не хватало, — недовольно проворчал Хаширама. Прокурор не представлял, как его друг держится до сих пор, если бы подобное случилось бы с Мито, он бы не выдержал напряжения и точно наделал глупости или сломался. — Нам стоит успокоиться. Наверняка «Акацуки» хотят заставить тебя нервничать, делать глупости, допускать ошибки. Тогда, когда они свяжутся с тобой, ты уже дойдешь до нужной кондиции и согласишься пойти на все, что угодно.       — И что теперь? Ждать?! Сидеть, сложа руки?! У нас так и не возникло никаких разумных предложений. Начинаю думать о том, что лучшим будет просто ворваться с отрядом спецназа в особняк Пейна, а одновременно с этим устроить аресты других членов организации! А дальше, слегка превысив свои полномочия, можно будет выбить нужную информацию.       — Мадара! — Хаширама укоризненно взглянул на друга. Хотя нужно признать, что, несмотря на то, что он был прокурором и обязан следить за соблюдением законности, идея Учихи уже не казалась ему чем-то неприемлемым. Более того, учитывая обстоятельства, она могла остаться единственной верной.       — Что Мадара? Что? Ты же не думаешь, что эти твари сдадутся добровольно? Нет. Они окажут сопротивление, так что этим будет просто грех не воспользоваться!       — А что если они ничего не скажут о Сакуре или решат отомстить и убьют её? Ты об этом подумал? — поинтересовался Сарутоби, все еще считающий, что не стоит посвящать Мадару во все свои планы. — Не стоит спешить. К тому же, сейчас мой человек находится в особняке Пейна.       — Что?! — Учиха возмущено взглянул на своего коллегу. — И ты молчал?! Сарутоби!!! Какого черта, ты не сказал об этом раньше?! Пусть выяснит, где держат Сакуру!!!       — Он сделает это, — успокаивающе ответил Хирузен. — Но для начала ему предстоит найти кое-какую информацию, которая позволит нанести по «Акацуки» последний удар, от которого они уже не оправятся никогда. Несмотря на то, что мой человек уже некоторое время находится в рядах этой организации и даже смог добиться некоторого доверия, но ему не удавалось надолго задержаться в особняке Пейна и добыть нужные документы. Но благодаря возникшей шумихе, мы, наконец, у цели. Как только нужные файлы будут скопированы, он займется твоей женой. Но торопиться нельзя, иначе все будет напрасно.       — Ясно, — Мадара раздражено поджал губы. Полицейский не сомневался в том, что Сарутоби в любой момент может получить сведения о том, где держат Сакуру, но он не делает этого лишь потому, что для дела будет лучше подождать. Но хуже всего было то, что Учиха осознавал, что он такой же. Для него не имеют значения люди, их трагедии, страдания, пока проблемы напрямую не задевают его, для него главное работа и борьба с преступностью. Наверное, большинство полицейских, проработавших не один год, ловя преступников и видя всю мерзость жизни, именно такие: упертые, циничные, расчетливые, они мало чем отличатся от тех, с кем борются. Занятные, но совершенно неуместные мысли.       — Прошу, успокойся и дождись звонка от Пейна, — Сарутоби надеялся на то, что его коллега будет вести себя благоразумно. — К утру у меня будет вся информация, и мы начнем действовать.       — Хорошо, пусть будет так, — нехотя ответил Мадара, хотя исполнять это свое обещание он не собирался. Как только станет известно о том, что важная информация украдена, а полиция вот-вот начнет действовать, «Акацуки» придут в ярость, и попытаются устранить Сакуру. В этом нет никаких сомнений. Она опасный свидетель, к тому же Пейн и его подручные захотят ударить побольнее, сделать так, чтобы некоторое время полицейский мог думать только об утрате. Этого нельзя допустить!       Учиха уже догадался, что его жену не держат в особняке, это было бы слишком рискованно для «Акацуки», а это значит, что Сакуру могли увезти на одну из квартир или притонов принадлежащих организации. Увы, далеко не все адреса известны полиции. Что же делать? Проверить все не получится — это привлечёт внимание. Нет. Действовать нужно иначе! Пока Сарутоби и Хаширама добывают информацию, Мадара планировал вместе со своими людьми найти жену. Более того, он знал того, кто ему в этом поможет… Пора старому знакомому, которого он постоянно отмазывал от неприятностей, отработать должок…