Новое начало.

      Pow Мейсон.       Как ножом по сердцу. Именно так для меня ощущались ее слова. Она выполнила мое условие. Сказала прямо в глаза. Не лгала. Это было эгоистично и глупо придумывать себе, что она может любить меня. Да кто я такой? Элис принцесса, будущая королева. Хоть она этого и не признает, из нее получилась бы отличная королева. Рассудительная, в меру вежливая и добрая. Идеал для многих. Непостижимый и далекий идеал. Так же, как и для меня. Она прекрасна. Длинные волнистые шелковые волосы, потрясающая фигура, льдисто-голубые глаза способны разжечь во мне самый настоящий пожар своим жгучим холодом, когда она была в линзах, хоть я немного это видел, они затягивали, словно омуты. Ее настоящие сиреневые глаза просто не поддаются описанию. Они напоминают мне далекий космос. Такой же таинственный, но неумолимо притягивающий. Я не устоял. Она слишком… неподражаема. Даже к Розе я не испытывал подобного. Теперь я понимаю, что она чувствует к Дмитрию. При виде ее у меня замирает сердце, когда я слышу ее смех, мне хочется всю свою жизнь провести рядом с ней, стоит ей прикоснуться ко мне, у меня начисто сносит крышу.       И это одностороннее чувство. Она не любит меня. Сердце больно защемило при одной только мысли об этом. А если вспомнить ее голос? Такой холодный, отстраненный, словно чужой вовсе. Потом будто молящий о прощении, сожалеющий. Конечно, трудно разбивать человеку сердце!       Мне казалось, да, мне только казалось, что она любит меня. Но ее глаза… они были пустыми. Неужели она так переживает на счет своего отъезда? Почему она меня блокирует?! Я мог бы ей помочь. Чертова самостоятельность!       Мы решили попробовать подождать возвращения Элис в покоях Лорда Озера. Места там предостаточно. Незаметно для себя я подошел к комнате. Здесь собралась вся наша компания. Кроме Элис. У Дмитрия еще не закончилось дежурство, и он храбро стоял у стены. Кристиан развалился на кровати, прикрыв глаза. Роза с Василисой сидели на одном из диванов. — Присоединяйся, — немного сонно пробормотал Кристиан и похлопал рядом с собой. Я не стал возражать и тоже лег.       Стоило мне закрыть глаза, как сразу увидел слегка размытый силуэт Элис. Расслабленная, но, в то же время, напряженная, ее фигура была едва различима на фоне темного леса. Она была такой далекой, даже немного… призрачной. Последний пункт немало волновал меня. И правда, при взгляде на нее меня пробирал непонятный холод и ужас. Ее присутствие вызывало ощущение неправильности, отчужденности. Она была в длинном черном платье, волосы были подвержены сильным порывам ветра. Элис что-то шептала и шептала, но мне не было слышно ни слова.       Внезапно она оказалась прямо передо мной. Девушка столь молниеносно переместилась, что я даже этого не заметил. По инерции я отшатнулся, слишком резко все произошло. — Прощай…       Это был жуткий, пробирающий до дрожи шепот. Элис. Она произнесла это. Только… у нее был загробный голос, словно с того света. Вдруг что-то вспыхнуло и на пару секунд ослепило меня. Когда я смог открыть глаза, то узрел ужасающую картину. Рамирка стояла вся в огне. Пламя полыхало вокруг нее, языки пламени очерчивали стройную фигуру. Я пытался добраться до нее, но будто невидимый барьер удерживал меня. Она была недостижимой целью, непокоримой вершиной.       Вдруг огонь пропал, вокруг девушки начали проноситься еле уловимые шары. Они становились все больше и больше и вскоре образовали уже плотный заслон, лишь изредка я мог видеть знакомые черты. Все пропало. Время остановилось, я не слышал ни звука. Была лишь тьма, я будто перенесся в какой-то бункер. Вдалеке была видна какая-то белая точка. Мне не надо было даже с места двигаться. Я оказался прямо там, передо мной была точка, передо мной была Элис. Сияние образовывалось в груди девушки, казалось, оно исходит от сердца. Произошел взрыв. Меня отбросило назад мощнейшей волной. На удивление, никаких повреждений не было, только… Элис! Она стояла в эпицентре взрыва! Я, что есть мочи, побежал туда, где должна была быть она, если… Так, не надо об этом думать. Она живучая. И я ее увидел.       Элис стояла ровно на том же месте, нигде не пострадала, но я замер в изумлении и страхе одновременно. Теперь девушка светилась вся. Словно сверхновая звезда. На нее было практически невозможно смотреть без боли в глазах. Но я не сводил взгляда. Мне было необходимо узнать, что же случиться дальше! Хоть я и не могу ничем ей помочь, что нещадно обжигало душу новой болью, то я должен знать, что случилось.       Она начала распадаться, словно была выложена из пазла, и вот кто-то нарушил картинку. Ее частички переносил ветер в мою сторону, я пятился назад. На лице Элис была непередаваемая боль, но потом, за мгновение до того, как она исчезла полностью, я увидел ту счастливую улыбку, что видел лишь несколько раз, недавно, на пикнике. Сейчас эта улыбка принесла мне боли больше, чем любое ее слово, отчуждающее мою любовь.       Секунда, и это свечение пропало, частички унес ветер, но буквально на мгновение я почувствовал еле уловимое прикосновение к своей щеке. Это было словно прикосновение Элис…       Я резко сел на кровати, пытаясь выровнять дыхание. Что это, черт возьми, было?! — Мейс, что ты дергаешься, я только уснул, — недовольно сказал Крис. Все в комнате, как по команде, перевели взгляды на меня. Я шумно выдохнул и попытался произнести что-то внятное, потому как сейчас на языке вертелись лишь ругательства. — Она… Я видел что-то… ужасное.       Роза настолько резко повернула голову в мою сторону, что я непроизвольно вздрогнул. — Что ты видел? — Ее… Она…       Я закрыл глаза и собрался с мыслями. — Элис… Она развеялась у меня на глазах… Это было словно ветер лепестки переносил… Это было что-то вроде видения, но не так, как если бы я был в ее голове… Что-то наподобие сна. Только очень реалистичного и… страшного.       Кристиан, до этого лежащий на спине, сел, даже для мороя он был слишком бледный, и задумчиво почесал затылок. На его лице так и боролись два противоборствующих чувства. С одной стороны, он точно знал, что Эл ничего не угрожает, с другой волновался за нее и как родной брат, и как друг. Наверное, такие же эмоции отражаются и на моем лице. — Черт, я больше не могу, Лисс!       Роза вскочила с места и начала расхаживать по комнате, нервно запустив руки в волосы. — Она сама просила рассказать, — грустно сказала Василиса, — Думаю, уже можно.       Дампирка возмущенно, но в тоже время сокрушенно, посмотрела на моройку. — И как мы им это скажем? Так срубим с плеча и все? Не-е-ет, прости, но так нельзя, а по-другому я не умею.       Я переводил взгляд с одной девушки на другую. Страх во мне медленно поднимал свою мерзкую голову. Не только мне в этой комнате не понравились их слова. — Василиса, что происходит? — моройка поморщилась от того, что Крис назвал ее полным именем. — Это касается Элис, — Роза сдалась. Сердце неприятно екнуло, предупреждая что-то ужасное. — Она заходила к нам перед отъездом и… кое-что передала.       Лисса встала с места, подошла к комоду, выдвинула ящик и достала оттуда два тоненьких листочка. Я не сразу понял, что это конверты. — Письма. Тебе и Мейсу, — добавила дампирка. — Зачем ей нам что-то писать, если Элис вернется буквально через день? — стараясь скрыть волнение в голосе, вступил в беседу я. Спросил, не желая знать ответа.       Девушки переглянулись. Первой начала Роза. — Она солгала нам всем. Никто не знал. Почти. Сейчас мы знаем и обещали, что расскажем вам. — Может, уже выполните обещание? — нетерпеливо произнес Кристиан. — Не думаю, что хоть кому-то здесь нравится эта ситуация. — Элис не вернется… — выдохнула Василиса. — Она, правда, нашла способ остановить Майкла, но… немного не такой, как она нам объяснила. Это очень сложное заклинание, которое связывает ее и его. — Да, он связал их, когда Элис была еще ребенком, так что противиться она не могла. В общем… — Роза шумно втянула воздух, — Жизнь Майкла зависит от ее жизни. Он умрет только после ее смерти.       Их речь была слегка ломаной и непонятной, но смысл уловить можно. — Что? — голос Кристиана осел до шепота. — Она должна умереть, чтобы остановить Майкла! — выкрикнула Роза. Нервы были уже у всех на пределе. — Почему… Почему она не сказала нам? Мне?       Лисса с жалостью посмотрела на меня со слезами на глазах и тихо произнесла: — Элис знала, что ты не отпустишь ее, узнай ты правду. Это была вынужденная мера. — Вынужденная мера? Черт! Какая вынужденная мера! Это самое настоящее самоубийство! Какого дьявола она творит?! — злился я. — Элис сказала, куда отправится? — уже спокойнее спросил я. — Нет, — Роза покачала головой, — Но, возможно, хоть какой-то намек есть в ваших письмах. Может, посмотрите? — неуверенно добавила она.       Мы с мороем подошли и забрали конверты. Они были совсем невесомыми. Никакого адресата, ничего лишнего. Просто белые конверты.       Я мгновенно открыл свой. Даже не потому, что желал прочесть, что написала Элис. Сейчас я был слишком зол из-за ее выходки. Ох, она у меня получит. Мне хотелось найти хоть какой-то ключик к разгадке, где можно найти эту сумасшедшую.       Здравствуй, Мейсон.

Знаешь, разговаривать с кем-то, хоть и через письмо, осознавая, что больше его никогда не увидишь довольно тяжело. Я не хотела уходить просто так. Возможно, своим письмом я только усугублю ситуацию, раню еще больше ваши чувства, но уйти, не попрощавшись, было бы неправильно и неблагодарно. Да, я ухожу. Ты уже должен об этом знать, девушки, скорее всего, все рассказали. Понимаю, вешать на них такую просьбу было эгоистично с моей стороны, но мне нужно было время. Время, чтобы уйти как можно дальше от Двора, от вас. Я не буду играть с вами в прятки и скажу честно. Я направляюсь в Спокан. Символично, правда? Там, где все началось, там, где я спасла твою жизнь и запустила эту цепочку событий, все и закончится. Умрет мой приемный отец, тиран для моего народа и угроза для всего моройского мира. Вместе с ним умру и я. У каждого человека есть своя цель в жизнь. Конечно, с самого рожденья ее не знает никто, но потом она обязательно заявит о себе. Как только я прочла в дневнике Майкла, который мы нашли в том замке, я почувствовала — вот оно, цель моей жизни. Видимо, это и есть мое предназначение. Звучит глупо и безрассудно, но зачастую, чтобы спасти кого-то надо жертвовать многим… И знаешь… я готова без сомнений пожертвовать своей жизнью, лишь бы заработать один день вашей. Вы стали для меня семьей. Я не могу промолчать еще кое о чем. Не знаю, говорили ли мы с тобой перед моим уходом, наверное, судьба та еще злодейка, и мы говорили. Не имею возможности угадать тему нашего разговора, да это и не важно. Не представляю, что я буду чувствовать в тот момент. Видя тебя в последний раз, в последний раз слыша твой голос, ощущая присутствие. Так же мне будет невыносимо больно по еще одной причине. Не только потому, что я больше никогда не увижу своего друга, поцелованного тьмой, в конце концов, но и человека, которого люблю. Я не смогла сказать тебе этих слов, так что ты узнаешь об этом здесь. Я люблю тебя, Мейсон Эшфорд. С самого начала, мне было понятно — я не могу в тебя влюбиться. Не потому, что ты как-то не подходишь по критериям или ростом не вышел, просто это будет жестко по отношению к тебе. Ты и так вытерпел много всего. Смерть, плен, пытки. Прости, что напоминаю, просто хочу, чтобы ты понял. Моя жизнь никогда не была бы спокойной, даже придя во Двор, я принесла много проблем этому миру. Первоначально, я хотела побыть здесь лишь немного времени, увидеться с братом и уйти. Но потом появился ты. С каждым днем я все больше и больше привязывалась ко всем вам. В особенности, к тебе. Расставание с тобой через некоторое время, когда я уже все вспомнила, стало невыносимой мыслью. И я осталась. Но никогда не знаешь, чего ожидать от будущего, верно? Моя жизнь повернулась таким образом, что теперь на сомнения времени уже не осталось. Я ухожу. Возможно, ты сейчас в ярости, но, прошу, пойми ради кого я это делаю. Вы стали для меня самыми родными и близкими людьми, благодаря вам я обрела настоящие ценности этой жизни — дружбу, семью и любовь. Мне больно уходить от вас, и будь моя воля, я бы осталась… Но не в этой жизни.

Запомни, я всегда буду любить тебя. Прощай… прощай навсегда….

      Я не мог пошевелиться. Это… Я ее убью! Понимаю, это героизм, но можно же было найти другой способ! На глазах выступили слезы одновременно от злости и от страха. Я боялся, что не успею, не смогу спасти ее. Еще одно потрясение и новость. Она любит меня. А ведь сумела заверить меня, что это не так. Я горько усмехнулся. Как я мог пропустить ее переживания? Идиот! Так волновался из-за признания, что вовсе не уделял внимания нашей связи. Будь я чуть внимательней, этого всего сейчас не было бы. Над нами бы не нависала грозовой туче опасность потерять ее, потерять Элис. Я не прощу себе, если с ней что-то случится. Я закрыл глаза, глубоко вздохнул и ответил на незаданный вопрос: — Спокан.       Роза громко чертыхнулась. Все понимали — до туда долго добираться. Сначала Академия Святого Владимира, потом еще на машине. Дерьмо! — Здравствуйте, — вежливо поздоровалась Василиса, — организуйте мне самолет в Монтану. Да, именно туда. Как можно быстрее. Дело срочное. Нет, об этом никто не должен знать. Тоже нет. Ганс, прошу, сделайте все возможное. Да, чтобы через полчаса мы были в воздухе, совершенно верно, — только сейчас я заметил в ее руках телефон. Она прикрыла глаза. — Все готово. Через полчаса мы вылетим в академию. Сейчас я позвоню и договорюсь, чтобы нас там уже ждала машина. Об этом всем будут знать максимально маленькое количество людей.       Лисса, не дождавшись нашего согласия, начала набирать нужный номер. Все благодарно на нее смотрели. Конечно, уже каждый в этой комнате догадывался и хотел поехать туда. Лично к моим желаниям еще присоединялось дать хороший подзатыльник этой самостоятельной девушке. Да, не отрицаю, это благородно и даже завораживающе, но так же напоминает безумие. Самостоятельность и сумасшествие — разные вещи, имеющие очень тонкую разделяющую черту, которую Элис, похоже, переступила.       На заднем плане слышался голос королевы, вежливо разговаривающей со своими подданными. Роза подошла к Дмитрию и положила голову ему на плечо, наплевав на форму стражей. Я опустился на софу, взъерошив волосы. Напряжение в комнате можно было резать ножом. Все переживали и надеялись, что мы успеем.       Я взглянул на Кристиана. Морой сидел на кровати, застыв в неестественной позе. Прямая, словно выпрямленная по струнке, спина, колени, согнутые под прямым углом, руки, сжатые в кулаки, глаза плотно зажмурены. На лице ни одной эмоции, словно маску стража надел.       Представить не могу, что он чувствует. Он только нашел сестру и тут же может ее потерять. Я не вытерпел и пересел к нему. — Успокойся, Крис, нам сейчас нужны ясные головы. С ней все будет хорошо. — Ты сам-то в это веришь? — через какое-то время поинтересовался морой с горькой усмешкой.       Верю ли? Да. Должен верить. Но в глубине души меня не могут не мучить сомнения. Все же Элис может найти способы задержать нас. Или они могут возникнуть сами собой… Нет, нельзя об этом думать. Мы успеем. — Да. И ты должен. — Это так… неправильно. Осознавать, что можешь ее потерять. Ты чувствуешь то же самое? — взгляд льдисто-голубых глаз устремился на меня. — Что? — Брось, Мейс. Я уже давно заметил, что тебе небезразличная моя сестра. — Я люблю ее, — мой ответ был еле слышен.       Кристиан тихо присвистнул и хлопнул меня по плечу. — Тогда удачи, как мы вернем ее. Но только позволь я первый ей лекцию устрою.       В голосе слышалось призрачное веселье, но в глазах была плохо скрываемая грусть. Я не очень хорошо знаю его, но достаточно для того, чтобы понять, что он опять это делает. Скрывает эмоции под шутками, сарказмом и весельем. Не самый приятный способ, но действенный.       Вскоре мы уже сидели в самолете. Он уже летел, но я не мог расслабиться. Стоило мне закрыть глаза, как представлялась смерть Элис. Совершенно разные способы, разное время смерти и разные последствия. Это как кошмар на яву. Я не мог ничего с этим поделать. Ведь, не оставлял попыток достучаться до Элис. Это ничем не заканчивалось. Я упираюсь в барьер и от безысходности уже скоро, по-моему, сломаю подлокотник у кресла. Мне был слышен ее голос, я ощущал ее прикосновения. В каждом видении она умирала, а я не мог ничего сделать. Иногда видения прекращались. Но как только все начиналось вновь, я встречал их с пробирающим до костей ужасом. Ведь, любое из них могло оказаться реальностью. Но весь полет в голове вертелась только одна мысль.       Пожалуйста, мы должны успеть.