Осколки

Кэлен успела еще увидеть изумленно распахнувшиеся глаза Кары, испуганные, спрашивающие, и… проснулась. Чтобы тут же вновь встретиться с вопросом в зеленых глазах — теперь уже наяву: Кара нависала над ней, тревожно вглядываясь в лицо. Или это продолжение сна? У нее, у Кэлен, была одна особенность: когда она видела сны — не так уж часто, на самом деле, — она всегда осознавала, что это именно сны. Не после пробуждения, нет, а прямо в процессе. Словно бы пребывая в царстве грез она раздваивалась, и одна Кэлен Амнелл играла роль в театре Морфея, а вторая смотрела этот спектакль из зрительного зала… Но проснувшись, Кэлен порой не сразу понимала, что “шоу” закончилось. Вот и сейчас она, моргнув раз, другой, прищурилась: — Я проснулась? — Хмм… — брови Кары взлетели вверх, а тревога в глазах разбавилась недоумением. Но в уголках губ поселилась улыбка: — А ты в этом не уверена? — Нет… — Кэлен вздохнула. И повторила требовательно: — Я проснулась? — Да, милая, — Кара приблизила к ней лицо, легонько — и ощутимо — укусила нижнюю губу. Улыбнулась: — Или лучше ущипнуть? — Ущипни, — Кэлен облизнула укушенную губу, положила ладонь на затылок Кары, надавила, снова пригибая её к себе, принимая её губы своими… почти приняла: ибо Кара зачем-то спросила в секунде от поцелуя: — Тебе снилось что-то страшное? Ты все кричала: «Женщина! Женщина!»… — Черт! — Кэлен вскинулась резко, поднимаясь… и впечатала лоб точно в нос не успевшей сориентироваться Кары… — Мать твою! — голова Кары мотнулась назад, а из глаз брызнули — именно брызнули, долетев даже до лица Кэлен! — слезы. Кара прижала к носу ладонь, простонала в нее невнятно: — Больно, чееерт! — Боже, милая...— Кэлен потянула её руку от лица. — Прости! Покажи… покажи-покажи! Кровь не идет? — выдохнула облегченно, увидев вполне целый нос. — Слава богу, не сломала! Не сломала же? — бережно прикоснулась к кончику губами. — Нет… вроде бы, цел, — Кара свела глаза к переносице, насмешив Кэлен, — несмотря на ситуацию. Нет, ну правда, она, Кара, что, планировала разглядеть перелом, если бы он был? Кэлен приложилась губами к переносице: — Больно, да? — Чертовски больно! — героя, в отличие от Мэйсон, Кара строить из себя не стала. Скривилась, повторила жалобно: — Жутко болит! — Радость моя, — Кэлен целовала несчастный нос все так же бережно, едва касаясь, целовала мокрые дорожки рядом с ним — слезы только-только перестали бежать… — Прости меня, любимая… Девочка моя… — вдруг остановилась, с улыбкой покачала головой: — Какая-то убийственная у меня с вами любовь, Кара Мэйсон… Вот с тех пор, как вы приехали, все время кому-то достается — то мне, то вам… — Да уж… — Кара провела кончиком пальца под глазом Кэлен — от гематомы там почти уже ничего не осталось, так, легкая желтоватая тень, прикоснулась к губе. — Это точно. Кажется, в последние три недели я получала в лицо чаще, чем за всю предыдущую жизнь. Хотя Мэйсон всегда была не дура подраться! — Драчунья она? — Кэлен тоже погладила пальцем нижнюю губу Кары, еще слегка припухшую слева. — Еще какая! — А ты, моя радость? — Я? Нееет, — Кара рассмеялась, тут же охнула тихо: смех отозвался болью в травмированном носу. — Я если бью, то словом. Ну или червем. — Червеем? — Кэлен распахнула глаза и скривила губы. — Фууу! — Вирусной программой, — Кара снова хихикнула, на этот раз осторожно. Шмыгнула носом: — Так что там с женщиной? — и быстро положила ладонь на грудину Кэлен. — Только не подпрыгивай! — Женщина? А! Да! Черт! Кара! — предосторожность в виде ладони была весьма своевременной: Кэлен загорелась, завелась с полуоборота, подалась-таки вперед — и, кажется, от нового столкновения с какой-нибудь частью лица Кары её, Кэлен, лоб именно эта вот предусмотрительность Кары и уберегла. — Сообщник Сайфера — женщина! — Вот как… — к восторгу Кэлен Кара изумилась неподдельно. — С чего ты это решила? — Телефон! — от азартного возбуждения Кэлен мелко подпрыгивала на постели. — Звонок старшему Картеру, Седрику! Помнишь? Ему позвонили с моего мобильника и представились мной. Мной, Кара! — И? Я пока не улавливаю связи. — Ну как же! Радость моя, ну ты что? Голос! Голос же! Седрик, конечно, очень пожилой уже, но… разве мой голос можно перепутать с мужским? — Твой-то? — нежная улыбка расцвела на губах. — Нет, любовь моя, твой голос точно с мужским не перепутаешь… — Ну! — азарт переполнял Кэлен, полыхал ярко синих глазах, горел малиновым на подрагивающих нетерпеливо губах. — Вот и Картер поверил, что ему звоню я, именно потому, что слышал женский голос! Седрику звонила женщина! — Кэлен… — Кара молчала целую вечность — секунды три! — затем усмехнулась мягко: — Милая, ты в курсе, что есть устройства, меняющие голос? С мужского на женский и наоборот… да хоть на детский! — Конечно, я знаю о них! — Кэлен, ничуть не смутившись, а, кажется, возбудившись еще больше, схватила Кару за руку, потрясла её — руку, не Кару: — Я об этом подумала. Но тут вот еще что… Кара слушала с все нарастающим изумлением и скепсисом — тоже нарастающим. И брови все больше съезжались к переносице: так, что когда Кэлен закончила, вид у её возлюбленной был задумчивый и весьма хмурый, мрачный даже. Она помолчала, потрогала пальцем свой нос… хмыкнула, качнув головой: — Мммда… милая, а это не слишком ли… ну, притянуто? — Может быть! — кажется, сейчас ничто не могло остудить пыл Кэлен, её вдохновенный азарт: — Но проверить-то стоит, как считаешь? Мы ведь её совершенно сбросили со счетов, а почему? Эмили такая же жертва Хогана, как и мальчики… думаю, даже более травмирована. Гораздо сильнее. — Кэлен, но зачем ей это? Ладно, это цинично, ужасно, но я еще могу понять, почему она убивает… но насиловать? — Кара вздрогнула, передернув плечами, словно от отвращения. — Зачем, Кэлен? — Ну, я не мозгоправ, моя радость, и психолог невеликий, но про такую защиту, как идентификация с насильником, слышала, — Кэлен погладила её плечи. — Да и ты наверняка тоже. Как компенсация пси-травмы это тоже весьма распространенное явление… — Хм… — Кара прикусила нижнюю губу и задумчиво потрогала двумя пальцами свой нос. Повторила: — Допустим. Но как ты это проверишь? — Вот тут начинаются сложности, — Кэлен улыбнулась очаровательно-беспомощно, пожав плечами: — Пока мне пришло в голову только одно: поговорить с Сарой. — и пояснила в ответ на вопросительный взгляд Кары: — Сара Литл, наш антрополог, я тебе рассказывала. — Аа! Эта, с буферами? — Да, — Кэлен прыснула. Тут же нахмурилась то ли смущенно, то ли виновато: — Но к ней придется ехать… — Тебе будет нужна Мэйсон, — Кара не спрашивала, утверждала. Еще и кивнула. — Всего на час, милая! Ну, может, полтора, — Кэлен прикоснулась пальцами к её щеке. — Ты не обидишься? — Нет, — Кара, улыбнувшись, прижалась щекой к её ладони. — Не обижусь. Даже больше — я с удовольствием поменяюсь с Мэйсон на пару часов, — закрыла глаза, вздохнула: — Я странно себя чувствую, если честно. Как-то… нехорошо… — Что такое? У тебя что-то болит? — всполошилась Кэлен мгновенно, тут же забыв, кажется, о своей гипотезе, об азарте — да вообще обо всем! Кара, не открывая глаз, снова улыбнулась: — Кроме носа? Нет, ничего не болит. Просто… голова какая-то, знаешь, тяжелая и… будто ватой набита. Думать трудно… Не пойму, что это такое. — Голова тяжелая? — Кэлен выдохнула облегченно, потянулась, взяла с тумбочки свой телефон, посмотрела на часы. Поджала губы, сдерживая смех. — А тело вялое? — Да… — Кара удивленно открыла глаза. — Я заболела? Чем? — Страшным недугом, милая, — смех рвался наружу, и Кэлен прилагала недюжинные усилия, чтобы не выпустить его. — Называется недосып. — Что? — недоумение Кары было столь искренним, что смех отступил под натиском нежности и умиления. Кэлен прижала вторую ладонь к другой её щеке: — Поздравляю, радость моя, ты не выспалась. Добро пожаловать в мой мир. *** На сборы ушло минут двадцать. Причем, добрая половина этого времени — на ворчание “разбуженной” неурочно Мэйсон: чертова напарница Кэлен для начала чуть ли не показания с нее снимала, щедро разбавляя вопросы иронией и своими фантастическими предположениями о том, что не поделили сладкая с мелкой и почему они дрались. Верить в то, что встреча лба Кэлен с носом Кары произошла абсолютно случайно, Мэйсон отказывалась категорически. А на все объяснения Кэлен лишь красноречиво хмыкала, играла бровями да закатывала глаза. И лейтмотивом её, Мэйсон, ироничного допроса и этих самых вот предположений звучала мысль о том, что Амнелл жить не может без нее, без Мэйсон. Заткнуть — и чертову Мэйсон, и её манию величия — удалось лишь поцелуем. После которого чертова Мэйсон, естественно, вдохновилась на большее, засияв глазами, искривив губы в хищной усмешке… Мэйсон настроилась на продолжение, очевидно же, но Кэлен не дала ей и рта раскрыть — буквально: едва оторвалась от её губ, как тут же приложила к ним указательный палец и, строго сдвинув брови, чуть ли не на одном дыхании выпалила чертовой Мэйсон свою гипотезу и план её проверки. Мэйсон впечатлилась — хоть и старалась скрыть, но Кэлен заметила. Возликовала внутренне: если уж даже её ироничная, циничная и весьма скептически настроенная ко всему вообще напарница не отвергла и этот план, и эту гипотезу, а напротив, задумалась, — значит, не такой уж бред Кэлен предположила, не так ли? … Конечно, прежде, чем «будить» Мэйсон, Кэлен, отправив Кару в душ — привести в порядок тело, дабы чертова Мэйсон не тратила на это время, — позвонила Саре. Если честно, в другой ситуации, а главное — в ином эмоциональном состоянии Кэлен ни за что не решилась бы на этот звонок. Да просто духу не хватило бы встретиться — даже по телефону — с разозленной, а оттого невозможно язвительной Литл. Но азарт, бушующий в крови, придал и сил, и смелости, и — стойкости, что позволила вынести возмущенно-обиженный вопль Сары: — Что? Ты еще спрашиваешь, где я? Издеваешься, Амнелл? Да по твоей с Мэйсон милости я уже забыла, как выглядит мой дом, мой муж, мои дети, солнечный свет и нормальная еда! Из-за вас я тухну тут все выходные! А ты еще смеешь..! — задохнувшись праведным гневом Литл замолчала, и Кэлен торопливо вклинилась в эту паузу: — Сара… солнышко наше, — не то чтобы Кэлен так уж боялась антрополога или её гневных всплесков — нет, пугал голос собственной совести: вполне возможно ей, Кэлен, придется вскоре сообщить Саре, что та напрасно тухла в подвале, совершенно зря просмотрела хренову тучу видеоматериала. — Ты самая чудесная! Ты герой… героиня! Ты единственная! Я так ценю твою самоотверженность и великодушие! Ты лучшая из лучших! — Так, — Сара прервала её, и в голосе Сары явственно зазвучало металлическими нотками подозрение: — Что происходит, Амнелл? Чего ты так грубо льстишь? — Есть дело, Сара. Можем мы с Мэйсон к тебе приехать? Привезем тебе кофе из Парижской, и сырное печенье, и все, что захочешь! — Так, — повторила Литл, и металлический звон превратился в скрежет. — Ты еще и подлизываешься. А также планируешь меня подкупить. Дело плохо. — Сара… — Приезжайте, — Литл как молотом по наковальне ударила — у Кэлен в ушах гул раздался, ей-богу! — Только чую, сладким вы не отделаетесь. Да меня и тошнит от него. Везите свиные ребра в остром соусе и салат с гребешками, мой любимый, ты знаешь. Да, и, — она хохотнула зловеще. — Бронежилеты наденьте. А то ведь не уйдете живыми! — Спасибо, Сара, — Кэлен мысленно перекрестилась: Литл шутит, значит, не так уж все плохо. — Ты лучшая!... В машине Мэйсон молчала. Вот все время — пока ездили в «Парижскую кофейню», а потом в любимую забегаловку Сары, где её, Сары, любимый тайский шеф готовил тайскую же еду, и после, по дороге к управлению — молчала. А на попытки Кэлен втянуть её в обсуждение новой гипотезы — ну да, да, по кругу, ну и что, если Кэлен хочется об этом поговорить? — чертова напарница отделывалась невнятным хмыканьем да равнодушным мычанием. Кэлен быстро сдалась. Несгибаемая она, эта Мэйсон, черт бы её побрал! Не любит переливать из пустого в порожнее. Ей все понятно — и, значит, говорить не о чем. И даже в голову не приходит такой умной, внимательной, обученной читать эмоции Мэйсон, что Кэлен волнуется. И что Кэлен — девочка, если чертова Мэйсон до сих пор этого не заметила! Взрослая, да, но девочка же, ну! А когда девочка волнуется — девочке нужно, необходимо просто поговорить! Неужели чертова Мэйсон этого не знает? Такая вся из себя опытная — и не знает элементарного? Или знает, но ей наплевать. Да. Именно. Плевать она хотела на чувства Кэлен, её потребности, чертова эгоцентричная бездушная Мэйсон! Кэлен обижалась, да. И злилась. А Мэйсон молчала. Правда, всю дорогу чертова Мэйсон бросала на Кэлен какие-то странные взгляды, украдкой, исподтишка… если, конечно, Кэлен это не чудилось. Она, Кэлен, потому и спросить не решалась — а хотела же, ну! — что сомневалась. Нет, правда, вдруг ей это мерещится? Лучше не спрашивать, не давать чертовой Мэйсон повод для новой иронично-язвительной лекции… И все же, чего она так косится-то, а? *** — Привет, мои хорошие! Как же я рада вас видеть! — Сара буквально бросилась им навстречу, раскинув руки для объятий, — и заставив оторопеть не только Кэлен, но, кажется, и вечно невозмутимую Мэйсон тоже. Кэлен уже было даже подумала, не тронулась ли Литл умом от долгого заточения в подвале — в это было проще поверить, ей-богу, чем в то, что Сара пришла в восторг от их, Кэлен и Мэйсон, визита, — да вовремя сообразила: радость антрополога и её слова были адресованы пакетам с едой в руках детективов. И кто-то еще будет говорить, что секс, половое, в смысле, влечение — основной инстинкт? Ну-ну. Мэйсон сунула пакеты в объятия Сары, Кэлен поставила на ближайший стол и, пока Литл изливалась нежностью над коробочками и ланчбоксами, выуживая их из бумажного нутра, огляделась. Первым делом наткнулась взглядом на застывшее на паузе изображение их таинственного маньяка: похоже, техники почистили видео, осветлили, насколько смогли, — по крайней мере, очертания тела в черном одеянии проступали теперь более явственно. Впрочем, четкость картинки все еще оставляла желать лучшего. Фигуру подозреваемого перечеркивали разноцветные линии, над ними светились цифры, какие-то формулы… Кэлен прищурилась: интересненько. Опустила глаза на другой монитор, настольный, поменьше размером, и усмехнулась: на этом экране мелькали видеокадры в переплетениях все тех же разноцветных линий, бежали сверху строчкой цифры, сбоку — в колонке — сменялись формулы, уравнения, подсчеты. Вот, значит, как! Хитра Сара Литл: жалуется на непосильный труд, а сама использует программу распознавания! Кэлен развернулась к антропологу с коварной улыбкой: — Я смотрю, за тебя техника работает, Сара? — Фто? — Литл застыла с ребрышком в руках — и только что оторванным от него куском мяса, явственным бугром проступающим за щекой. Хлопнула пару раз ресницами, прожевала, проглотила судорожно. Облизала губы и набрала в легкие воздуха — двойную порцию, не иначе, ибо от её возмущенного вопля Кэлен даже покачнулась: — Амнелл! У тебя совесть есть вообще?! Я что, по-твоему, три тысячи человек должна вручную отсматривать? — и в глазах засветилась атомным огнем такая праведная ярость, что Кэлен невольно попятилась. За спиной Литл громко фыркнула Мэйсон, заставив вздрогнуть и Сару, и Кэлен. Литл сбавила обороты: — Конечно, сначала отбирает программа. Но из-за плохого качества видео антропометрия неточная. Она мне десятки совпадений выдает. А с ними, Амнелл, — и Сара, словно жезл, выставила перед собой свиное ребро, направив его на Кэлен. — А с ними я уже работаю глазками, сличаю нюансы — движение, работа мышц, привычные мышечные зажимы, микрожесты… Масса нюансов, Амнелл, масса! Если бы программа могла это делать, меня бы здесь не было! — Ладно, ладно, — все же пришлось сделать шаг назад — очень уж наседала возбужденная Литл. Кэлен выставила перед собой ладони, улыбнулась примирительно: — Я просто спросила, Сара. Твой вклад в дело я не обесцениваю, ни-ни! — Ладно, — Литл отступила, оторвала зубами кусочек мяса с ребрышка. Кэлен деликатно отвела глаза, вновь повернувшись к большому экрану. — А вы чего приехали-то вообще? — Сара, видимо, прожевала. — Не покормить же меня, наверно? — Мы… — и голос дрогнул от накатившего вдруг глупого, иррационального страха. Казалось бы, чего бояться, а? Ну, покричит Сара, повозмущается — но не убьет же, ну! А Кэлен даже голову в плечи втянула — совсем немного, но все же. — Да вот, понимаешь… — Это может быть женщина? — спокойный хрипловатый голос Мэйсон прозвучал у самого уха — внезапно, неожиданно, — и Кэлен, снова вздрогнув, обернулась: напарница стояла теперь между ней и Литл, прикрывая её, Кэлен, собой. И столь же мгновенно, как до того страхом, накрыло, затопило благодарной нежностью — правда, с нотками недоумения и раздражения: вот все-таки, какая она, чертова Мэйсон, а? Кэлен никак не может её раскусить! Кажется, только она смирится с тем, что Мэйсон бесчувственный холодный циник, плюющий на её, Кэлен, чувства, — и на тебе, чертова Мэйсон прикрывает её собой от Сары, снова берет на себя самое трудное… ну, для Кэлен трудное, да. И кто она, Мэйсон, после этого, а? Как к ней относиться? Пока Кэлен крутила в голове эти вопросы, уставившись в спину напарницы, Сара молчала, уставившись в лицо напарницы Кэлен. Видимо, переваривала услышанное. Переварила. Не поверила. Похоже, решила, что ослышалась: выглянула из-за Мэйсон, посмотрела на большой экран. Снова встретилась взглядом с Мэйсон, переспросив: — Что? — Это может быть женщина? — терпеливо повторила та. Невозмутимо, конечно же. Сара моргнула, тряхнула головой: — Кто? — Это, — Мэйсон не оборачиваясь показала большим пальцем себе за спину, на экран. Сара вздернула брови: — Шутишь? — всмотрелась в глаза Мэйсон. — Не шутишь… Черт. Ну нет, конечно! Это мужик! Как это может быть женщиной, вы что, детективы? Он насилует девочку. Вот прямо здесь, на этом видео! Какая женщина? Как? — Ну, технически это возможно, — Мэйсон пожала плечами. — Женщина может это сделать. — Что? Как? — Литл потрясла в воздухе обглоданным ребром. Мэйсон покосилась на него, усмехнулась: — Сара, ты в секс-шоп ни разу в жизни не заглядывала? — Что? — Литл распахнула глаза и дышать перестала. Секунды три таращилась на Мэйсон, а затем брови Сары поползли вверх, а подбородок вниз: — О… Ты думаешь? Твою ж мать... — и уставилась на экран. — Но зачем, мать твою?! Мэйсон вновь пожала плечами и, чуть сдвинувшись в сторону, оглянулась на Кэлен: мол, твои фантазии — ты и объясняй. И Кэлен, глубоко вздохнув, заговорила. *** — Твою же ж мать… — Сара, у которой под конец рассказа Кэлен подкосились колени — буквально, Литл просто плюхнулась на стоящий рядом стул, — оглянулась на любовно разложенные на столе коробки с едой и скривилась, передернувшись от отвращения. — Аппетит пропал напрочь… Боже, какой ужас, а! Черт же меня дернул стать судебным антропологом! Жила бы себе спокойно и не знала обо всей этой мерзости… Как вы с этим справляетесь, а? Привыкли? — К этому невозможно привыкнуть, Сара, — Кэлен опустилась на соседний стул, дотянулась до руки антрополога, погладила её. — Так что твои чувства сейчас я хорошо понимаю. Но… что скажешь? Это может быть женщина? — Ох… — Литл вздохнула, покачала головой. — Черт его знает… после того, что ты рассказала… и все же… если верить антропометрии… ну, знаешь, соотношение ширины плеч с шириной таза, расположение конечностей и прочее… если верить этому и моему опыту — нет, это парень. Картинка, конечно, некачественная, хоть и почистили, но все равно... И женщины бывают… да, широкоплечие, мужеподобные… Но и все равно, Амнелл, они женщины и они отличаются. Нюансы, я говорила. Неспециалист и не заметит, но мне видно. Мужчины двигаются иначе, дышат иначе. Походка, опять же… ни одна женщина не сможет ходить как мужчина, я имею в виду, естественно ходить — просто в силу отсутствия члена с мошонкой между ног! Вот может изобразить, достоверно даже, но профи, вроде меня, не обманет! Так что… прости, Кэлен, но это мужик. Как бы объяснить? Он думает, как мужик, и это отражается в теле, понимаешь? — Понимаю, — Кэлен покивала задумчиво. Еще бы она не понимала — после знакомства с теориями Кары-то. Покосилась на молчащую Мэйсон: — А если это женщина, которая думает, как мужик? — Что ты имеешь в виду? — Сара нахмурилась, потерла пальцами подбородок. — Трансгендер? Транссексуал? Вроде, таких у нас в управлении точно нет, уж я бы знала, если б был… — Трансгендер? Нет, я не об этом… — Кэлен вновь беспомощно оглянулась на напарницу: — Мэйсон? Покажем Саре? — Покажете что? — Литл вытянула шею и тоже посмотрела на Мэйсон. Мэйсон поморщилась: — Думаешь, оно того стоит, Амнелл? — Сара не трепло, — Кэлен глянула умоляюще. Нет, она прекрасно осознавала, чем они рискуют, но… это дело, тупик, в котором они оказались, сводили её с ума. — Я трепло, — сообщила Сара. Очень уверенно и серьезно. — Нет, — Кэлен улыбнулась ей. — Действительно важные секреты ты хранить умеешь, — и опять бросила отчаянный взгляд на напарницу: — Мэйсон? — Ладно, — она хмыкнула, прижалась ягодицами к краю ближайшей столешницы, закрыла глаза. Минута, другая...Кэлен покосилась на Сару: та смотрела, не отрываясь, удивленно и по-детски заинтересованно, даже рот чуть приоткрыла… Минуты текли, как казалось Кэлен, невозможно, невыносимо медленно! Она уже начала терять терпение — правда, ну что так долго-то, Кэлен же знает, это не занимает столько времени, ну! Она уже заподозрила, что её напарница передумала и теперь просто издевается! Она набрала в легкие воздуха, чтобы обрушиться на Мэйсон, как только та распахнет свои наглые и вечно невозмутимые глазищи! Она… Ресницы дрогнули. Мэйсон вздохнула глубоко, словно просыпаясь. Нахмурилась. Открыла глаза, растерянно огляделась… встретилась взглядом с Кэлен — и Кэлен улыбнулась теплому солнцу: — Привет… — Привет, — Кара откликнулась удивленно, но радостно. Посмотрела на Сару, отлепила ягодицы от стола, выпрямляясь: — Добрый день. Сара ответила сдавленным квакающим: «Хлквик», вытаращилась, резко отпрянув назад — и чуть не уронив себя вместе со стулом. Бросила испуганный взгляд на Кэлен: — Твою ж мать… Кто это??? Кэлен прикусила губу: реакция Сары её развеселила — несмотря на все напряжение этой непростой ситуации. Подмигнула Каре и невинно глянула на Литл: — Это Мэйсон же. — Это не Мэйсон, — Сара полыхнула глазами. — А если и Мэйсон, то… что с ней? Она другая! — Ты это видишь, да? — Кэлен восхитилась на самом деле, но Литл поняла её по-своему. Вспыхнула: — Амнелл! Ты охренела? Вы мне тут что, экзамен на профпригодность устроили? Конечно я вижу, черт побери! — уставилась требовательно в глаза Каре: — Что с тобой? Или кто ты? — Знакомься, Сара, — Кэлен не выдержала все же, рассмеялась. — Это Кара. Альтернативная личность Мэйсон. Кара, это Сара Литл, наш судебный антрополог, лучший специалист в мире и замечательный человек. — Очень приятно, — Кара улыбнулась чуть смущенно. Литл распахнула глаза еще шире, изрядно поразив этим Кэлен: настолько увеличиться в размерах глаза человека не способны, ну! Но зато стало очевидным, что выражение “Глаза на лоб полезли” вовсе не фигура речи… А Сара подалась вперед, буквально пожирая Кару своими вылезшими на лоб глазами: — Твою же мать… У детектива Мэйсон диссоциативный синдром? — и вдруг, словно опомнившись, подорвалась со стула: — Черт, прости, Кара! Мне тоже очень приятно! — протянула руку, пожала пальцы Кары. — Просто все это... очень неожиданно… — Я понимаю, — Кара улыбнулась. Все так же смущенно. — На самом деле, ты довольно спокойно реагируешь. Обычно люди пугаются таких вещей… — Ну так то обычные люди, не я, — Литл презрительно фыркнула. И восторженно покачала головой: — Ну надо же, а… Поразительно! Никогда не встречала людей, подобных вам. Черт, ты ведь совсем, совсем другая… я имею в виду, не Мэйсон, совсем. Даже дышишь иначе! Черт, прости! Я ученый, исследователь, понимаешь… увлекаюсь моментально! — теперь смущенно улыбнулась Сара. — Да я понимаю, — Кара, будто зеркало, отразила эту улыбку и покосилась на Кэлен. И Кэлен, тоже словно опомнившись — боже, её девочке наверняка же не слишком комфортно тут в роли объекта исследований, ну! — подскочила со стула, встала рядом с Карой, близко, соприкасаясь плечами, поймала взгляд Литл: — Сара, ты же понимаешь, что об этом — никому? Мэйсон это может стоить карьеры… — Амнел, ты меня дурой считаешь? — Литл ощетинилась мгновенно — и так же моментально оттаяла, хитро прищурившись, а затем и вовсе подмигнула: — Так вот кто твоя большая любовь, Кэлен, а? — Черт… — настала её, Кэлен, очередь смущаться, да? — Ты и это видишь? — Тч! — Сара всплеснула руками и посмотрела на Кару, словно призывая её в свидетели: мол, ты это слышала? Ну и ну! Кэлен рассмеялась, взяла руку Кары в свои: — Ладно, супер-профи, ты права. Только давай сейчас не о моей любви, а о деле, Сара. Теперь понимаешь, что я имела в виду? — Да уж… весьма наглядно, — Литл все смотрела на Кару. Сияющими такими глазами. Похоже, Кара ей понравилась куда как больше, чем Мэйсон. А вот Кэлен это совсем не понравилось, этот вот интерес Литл к Каре. Не то чтобы она, Кэлен ревновала — хотя, что врать-то, легкий укол ревности ощутила, не без этого, как говорит Мэйсон, — просто вот не понравилось и все! Черт, ладно, укол был не такой уж и легкий. Кэлен даже поймала себя на том, что буквально стискивает руку Кары в своих — и Кара смотрит на нее уже пару секунд удивленно и тревожно. Кэлен вздохнула, прикрыв на миг глаза, улыбнулась Каре, разжав челюсти — их она, оказывается, тоже стискивала, ага. А Кара поняла — она ведь во все вникает быстрее и глубже, не так ли? Кара согрела взглядом, улыбнулась Кэлен в ответ и спросила… нет, просто сообщила: — Думаю, сейчас здесь будет более уместно и полезно присутствие Мэйсон. Сердце сдавило резко и больно, и Кэлен просто физически почувствовала, как разрывает её внутренним конфликтом. Она не хотела расставаться с Карой, категорически не хотела! Это с одной стороны. А с другой — отчаянно жаждала вывести это мучительное, сводящее с ума дело из тупика! И, конечно, здесь и сейчас ей была нужна Мэйсон. Но… расставаться с Карой… снова… пусть и ненадолго — боже, это невыносимо! И Кэлен смотрела на Кару, разрываемая этим противоречием, и никак, совершенно не могла сделать выбор. Вновь этот выбор, невозможный, мучительный, черт бы его побрал!!! Кара решила за нее. Потянулась, подалась к ней, поцеловала, ничуть не смущаясь глазеющей на них Литл, в уголок губ: — Скоро увидимся. Да? — Да! — Кэлен словно ожила, переполняясь благодарностью и радостью — точно, конечно же, они ведь увидятся уже скоро! Провела пальцами по щеке Кары: — Спасибо, моя радость. — Да… — улыбнулась мягко. — До встречи, Кэлен, — повернулась к Саре: — Рада была познакомиться. — И я! — кажется, Литл даже слегка подпрыгнула на месте. Или просто опять пустила в ход свое колышущееся оружие, эти свои верхние девяносто? Они колыхнулись, да. — Надеюсь, я с тобой тоже еще увижусь, Кара! — Ну… — она растерялась, оглянулась на Кэлен. Кэлен пожала плечами: — Почему бы и нет? Разве только Мэйсон имеет право заводить друзей? — и растаяла, захлебнувшись нежностью от её, Кары, счастливой улыбки.