Houses

Houses Факультеты Часть четвёртая

Скорпиус шёл в большой зал на ужин после Маггловедения,и именно в этот момент Джеймс дёрнул его за гобелен Этельред Настороженной в узком пустом коридоре. Скорпиус уже открыл рот, чтобы наслать на него проклятье, но Джеймс удержал его руки, прижал к стене и укусил за нижнюю губу настолько сильно, что Скорпиус почувствовал вкус крови. Все мысли вылетели из его головы. Он зажмурил глаза, чтобы не видеть лицо Джеймса, его веснушки, разбросанные по переносице, или тёмные тени ресниц. Джеймс поцеловал его так же, как и ударил - неожиданно и крышесносно. - Если ты, блядь, произнесёшь хоть звук, то я... - Заткнись, - зашипел Скорпиус в его рот, - заткнись и... Джеймс застонал и сомкнул их губы вместе. Скорпиус чувствовал его твёрдую выпуклость возле своего бедра. Он укусил Джеймса в шею: туда, где она переходит в челюсть. Щетина оставляла царапины на его лице, а ему было плевать. Он не мог ни о чём думать. Их рты издавали непристойные, мокрые звуки друг напротив друга; Джеймс отпустил его руки и отвёл голову немного в сторону, чтобы добраться до шеи, и толкнулся в него бёдрами. Скорпиус почти чувствовал, как молния на его вельветовых штанах давит на кожу его члена. Джеймс выругался и полез в штаны Скорпиуса, то есть, его руки полезли туда, и Скорпиусу казалось, что он сейчас сойдёт с ума: на руках Джеймса были мозоли, и его хватка была слишком сильной. Скорпиус развёл ноги. Он целовал шею Джеймса, его челюсть - всё, до чего мог дотянуться, пока не почувствовал, как его яйца напряглись, и он кончил в кулак Джеймса. - Ебать, - сказал Джеймс в его волосы, и его голос звучал запыхавшимся и обалдевшим, так, как хотел Скорпиус, когда ласкал себя в одиночестве в темноте, когда не думал ни о чём и ни о ком, особенно о том Джеймсе Поттере, который толкает хаффлпаффок вниз с лестницы и обзывает людей жирными педиками. Скорпиус расстегнул Джеймсу брюки. Они были цвета хаки, изношеные и потёртые возле карманов и шлеек. Скорпиус опускал молнию, чувствуя твёрдость Джеймса своими пальцами. Он стянул вниз его штаны и засунул туда руку. Джеймс дёрнулся, когда он прикоснулся к нему. Кожа на его члене была горячей и упругой. Он двинул рукой, сначала медленно, потом всё быстрее, в то время как Джеймс одними губами водя по его шее, вздрогнул и кончил, глухо выдохнув на его кожу. Скорпиус вспоминал, как странно вёл себя Джеймс в этот раз, как гладил его по волосам и уткнулся носом в его лицо. Они поправляли одежду в тишине, и Скорпиус наложил Эпискеи на свою губу. Он старался не смотреть на лицо Джеймса, на его опухший рот, затуманенные карие глаза, острые скулы - но не мог удержаться и всё равно делал это, вполне возможно, хотя бы от желания пригладить вихры и убрать волосы с его лба. Джеймс поцеловал его в висок и выскользнул из-за гобелена. Скорпиус сполз вниз по стене, чувствуя спиной грубый камень. Он не знал, как долго он просидел там, но когда он вышел оттуда с болевшей спиной, все тарелки в большом зале уже исчезли. Джеймса нигде не было видно. - Ты пропустил ужин, - сказал Ал, когда он поднялся в спальню. Это были первые слова, которые Ал сказал ему после инцидента с бладжером пять дней назад. - Да, - согласился Скорпиус. Он задавался вопросом, к чему всё это. Он отчаянно скучал по Алу как по другу, но тот факт, что Ал поверил в то, что Скорпиус хотел сломать плечо его брату, всё ещё давал о себе знать. С другой стороны, он бы не заговорил с ним в таком случае никогда, верно? Он чувствовал себя определённо плохо, вспоминая, как следовал за Джеймсом к гобелену. - Я принёс это для тебя, - Ал бросил свёрток ему в голову. - Спасибо, - Скорпиус не стал говорить ему, что сходил на кухню и поел остатки жареной свинины и яблок. Он разорвал свёрток с угла. Они смотрели друг на друга - голубые глаза в зелёные. - Какого чёрта ты не сказал мне, что это был несчастный случай? - наконец спросил Ал. - Я не знаю, - сказал Скорпиус, хотя это было совершенно не то, что он собирался говорить, когда открыл рот, - просто каждый поверил, что я сделал это. Я говорил Полу, но он не собирался менять своё мнение. И поэтому я не думаю, что оно того стоило. Люди всё равно будут верить в то, во что им хочется верить. Об этом или о..., - он собирался сказать "моём отце", но остановил себя. - Да, они и будут, если ты не постоишь за себя. Идиот, - он сказал это с любовью, - Джеймс рассказал мне всё, знаешь? - Джеймс? Ал кинул в него носок. - Не заставляй меня думать, что мой отвратительный брат может делать что-то хорошее. Они спустились в общую гостиную так, как они делали всегда, и Ал помог ему с Травологией. Скорпиус видел, как Норман сидел один в углу и крикнул ему присоединяться, потому что он был также ужасен в Травологии. Ал послал ему красноречивый взгляд, но не сказал ничего, просто начал объяснять, как правильно сажать прыгающие луковицы. - Ты должен вернуться, - сообщил ему Ира за завтраком следующим утром. Скорпиус предположил, что оба Поттера стоят за этим заявлением, и было лишь вопросом времени, когда остальная команда сделает тоже самое. Кроме того, он всегда хорошо ладил с Ирой... Ира умел хорошо говорить, а он умел хорошо слушать. - Если Пол попросит меня, - помолчав, сказал он. - Но ведь это ты ушёл, - Ира уставился на него так, будто в этом была вся проблема. Скорпиус пожал плечами и съел кусочек тоста. На столе не было кофе - его никогда там не было. Он спрашивал об этом домовых эльфов, но те поклонились и хрипло пропищали, что директриса запретила им выполнять прихоти студентов, как предполагал Скорпиус, по бюджетным и диетическим причинам. Тем не менее, он ничего не мог с этим сделать. Чай был мерзкий и водянистый. - Тебя там не было, - сказал он, ибо Ира, по-видимому, ждал от него какого-либо ответа. - Он не будет просить тебя, приятель. - Тогда он идиот. Как дела у Геры? - Не произноси это имя, - вздрогнул Ира, - Джеймс готов ударить её битой. Я тоже, и, кажется, мне даже не нужна для этого бита. - Пол должен позвать Скорпа назад, - крикнула Александра с другого края стола. Она смотрела на него своими большими карими глазами, и он почувствовал укол раздражения - она смотрела на него так весь сентябрь, после того, как поцеловала его, но он делал вид, что не слышит её предложений потренировать её в Защите в свободное время, которые она делала с прошлой пятницы. - Увидим, - сказал он, проводя ножом по своей тарелке с лососем. Скорпиус закончил со своим тостом и проглотил апельсиновый сок. Ира имел гораздо большее влияние на команду, чем он думал, и Скорпиус понял, что именно он будет капитаном команды после того, как Пол уйдёт (хотя он и не поделился ни с кем этой мыслью). Ира ладил со всеми и имел хорошую стратегическую голову - Скорпиус знал, что именно он составил план команды на этот сезон, хотя номинально это сделал Пол. Джеймс, с другой стороны, был пылким мерзавцем, который бил своих товарищей по команде, а после поедал их губами, до того, как они отправятся в больничное крыло или пойдут в любое другое общественное место. Но он был Поттером, и это имело значение с того дня, когда основатели факультетов начали выбирать капитанов. А ещё все, даже его садовые гномы, знали о Поттерах и Долгопупсе (Битва за Хогвартс и всё такое). - Хочешь чаю? - спросила его Александра, левитируя к нему чашку. - Он ненавидит чёртов чай, - рявкнул Джеймс у неё из-за спины, - Ира, двигай, мы должны идти на Уход, я хотел спросить у Чарли кое-что. То есть, у профессора Уизли. Александра вскочила и пролила чай на тарелку Нормана. И, помогая ей очистить всё, Скорпиус думал о том, как Джеймс узнал то, что он ненавидит чай. В тот вечер они с Алом выскользнули из башни Гриффиндора и поднялись на Астрономическую. Ал хотел переделать звёздную карту для профессора Синистры - видимо, что-то не сошлось в углах или ещё что-нибудь. - Ты и твоя математика, - сказал Скорпиус, облокотившись на стену башни. Прямо над ним мерцали звёзды. Он должен был знать их названия, но он не знал, зато почти наверняка знал Ал. Он любил вещи вроде Астрономии и Нумерологии - где ежеминутно нужно было что-то детально измерять. - Ты и твои Чары, - дополнил Ал. Скорпиус хмыкнул. Он любил магию, которая что-то создавала. Насколько он мог судить, Алу нравились три предмета: Травология, Астрономия и Нумерология - те предметы, где надо было стоять и наблюдать, а после чего записывать всё в подробные карты. И до тех пор, пока Ал объяснял ему всё, он не видел необходимости проявлять интерес к этим дисциплинам. Не то, чтобы он когда-нибудь будет пойман возле класса профессора Вектор. Луна, узкий серп из серебра, поднималась медленно, постепенно выглядывая сквозь зубчатый край башни. Ночь была ясная. Наверное, всё идеально подходило для Ала и его телескопа. Он взмахнул палочкой и согревающие чары распространились над ними. - Ты должен научить меня делать это, - сказал Ал, оторвав глаза от телескопа. Он усмехнулся. - И когда я приведу сюда девушку, ветер не испортит нам настроения. - Какие девушки, - фыркнул Скорпиус. - О, я не знаю. - И кроме того, я думаю, для тебя было бы лучше, если бы было холодно. И тогда они захотели бы... согреться. - Чёртовски жаль, верно? - рассмеялся Ал, - на нашем курсе некрасивые гриффиндорки. - Думаю, это не так, - сказал Скорпиус, думая о карих глазах Александры и о том, как она прижималась к нему. Это не было плохо, как он думал, просто ужасно неловко, и он никогда не думал о её губах, находясь рядом с ней; в то время как с Джеймсом, большим придурком, хотя он и был... Скорпиус вздохнул. - Мы собираемся начать охоту на Равенкло. Это Джеймс решил. Он считает, что Хаффлпафф - это слишком просто. Скорпиус приподнялся и сел, скрестив ноги. Он не знал, как он относится к Джеймсовой охоте на Равенкло. Он думал, что они были немного странными, несмотря на книголюбие - конечно, лучше, красивее, чем Александра, у которой было широкое лицо, и которая практически не отличалась от доски, хотя её волосы действительно пахли хорошо. Он вспомнил, как Джеймс целовал Морин Хорнби в начале этого года. Он подумал, что Джеймс целовался с любой равенкловкой и даже с любой "простой" хаффлпаффкой. Чертовски некомфортно было думать о Джеймсе, целующем Бриджит Легат, четверокурсницу Равенкло, которую было принято считать самой красивой девушкой в школе, или сжимающего руками мягкую грудь пятикурсницы из Хаффлпаффа, с которой они иногда сидели в библиотеке рядом. - Ну и какую из них ты хочешь? - спросил он Ала. Ал тут же отвернулся к своему телескопу, пробормотав что-то. - Не слышу тебя, Поттер. - Я сказал, что кого-то определённого нет. - Конечно, - протянул Скорпиус. Он наслаждался дружбой с Алом достаточно долго, чтобы подтолкнуть его к ответу, да и Ал не особо умел хранить секреты, - раз уж Джеймс говорит о том, что хаффлпаффки слишком простые, что он говорит о Розе? - Я не хочу даже думать об этом, - Ал вздрогнул, но затем рассмеялся. Пока Ал заканчивал свою карту, Скорпиус практиковал патронуса. Это были единственные чары, которые он практиковал начиная с первого курса и которые доставляли ему трудности. Профессор Джонс велел им сосредоточится на счастливых, сильных воспоминаниях. У Скорпиуса было много счастливых воспоминаний на выбор, ну, или, по крайней мере, он думал, что они были: игра в Квиддич; выигрыш кубка факультетов у Равенкло в прошлом году; утро, когда он просыпался под звуки смеха Ала - но никогда не получалось ничего лучшего, чем нечёткое серебристое облако. - Экспекто Патронум, - чётко произнёс он заклинание, отправляя его в нагретый чарами воздух, концентрируясь на ощущении полёта: ветер в лицо, грубо сделанная ручка биты в его руках, парящее ощущение в его животе. Ничего не произошло. - Всё ещё мучаешься? - спросил Ал. - Ага. - Я рад, что есть по крайней мере одно заклинание, которое не получается у тебя идеально, - мрачно сказал Ал. В этот раз совершенно беспричинно Скорпиус подумал о том, как пах Джеймс. Мыло и насыщенный запах квиддичной кожи. - Экспекто Патронум, - он не ожидал, что сработает, но знакомое серебряное облачко выплыло из кончика палочки. Скорпиус был так потрясён, что чуть не упустил его, но затем сконцентрировался: губы Джеймса, его мозолистые руки и растянутый свитер ручной вязки, который он начал носить с наступлением холодов. Края облака стали закрепляться, обретая чёткую форму. А потом, совершенно неожиданно, перед ним встал волк. Он наклонил голову и завилял хвостом. - Ал! - вскрикнул Скорпиус. Но к тому времени, когда Ал повернулся, волка уже не было. - Что? - У меня получилось! - Я не вижу где-либо чёртовски большое серебряное животное. - Эээ, я упустил его. Но он получился, на секунду! - "Пока я думал, как целую твоего брата", - подумал он. Он заставил себя остановить ход своих мыслей, потому что он действительно не хотел признавать тот факт, что тайная, потная дрочка с Джеймсом Поттером стала достаточно мощным воспоминанием, чтобы вызвать телесный патронус. - Ну и кто это был-то? - Волк. - О, страшно, - патронусом Ала была выдра. Он был одним из первых, у кого получилось заклинание на Защите, и профессор Джонс сказала ему, что ничего меньшего от сына Гарри Поттера она и не ожидала, и просто из-за этого, дала Гриффиндору пять баллов. Скорпиус думал, что это было немного несправедливо, но Ал сказал, что это было случайностью, потому что он не был лучшим по Чарам ни единого раза, - слушай, - Ал приземлился на пол, примерно в том же самом месте, где сидел волк-Патронус, - Пол собирается просить тебя вернуться в команду. Скорпиус снова плюхнулся на пол и посмотрел на звёзды. Камни были холодными и гладкими от многих лет хождения по ним студенческих ног. Ал толкнул его в лодыжку. - Разве ты не рад? - Думаю, рад. - Это то, чего ты хотел. - Ага. - Ты хочешь вернуться, - сказал Ал медленно, - Ира сказал, что хочешь. - Я хочу, - Скорпиус сглотнул, - просто... - Я знаю, Джеймс ведёт себя довольно ужасно с тобой. Я скажу ему, чтобы он прекратил. Или передам папе, чтобы он поговорил с ним. - Не нужно этого делать. На самом деле, проблема не в Джеймсе. Я могу... - Скорпиус чуть не сказал: "Я могу с ним справиться", но, честно говоря, он не знал, мог ли он. - Тогда что? Скорпиус сказал, что это сложно. И тогда, в силу того, что Ал не был удовлетворён его ответом, Скорпиус передал ему те слова Пола. - Так лучше? - спросил он у ночного неба. Его руки, подложенные между камнями и головой, начали неметь от холода. - Ох, Скорпиус, - сказал Ал. - Я знаю, что многие люди так думают. И Джеймс говорит это всё время, но Джеймс просто сказал это, потому что он думал, что получит моё место, когда меня выгонят. А вот Пол... он именно это имел в виду. - Мне так жаль, - сказал Ал, - мне так жаль. Скорпиус вздохнул. Ал ничего не мог сделать. Он хотел, чтобы мог, но это было невозможно. - Я иду спать, хорошо? - он встал и подал Алу руку. Ал принял её, и Скорпиус поднял его. Он выглядел озабоченно: зелёные глаза были широко раскрыты, а на лбу появилась складка. Неожиданно Ал заключил его в объятия. Спустя мгновенье Скорпиус обнял его в ответ. Разговор с Полом сразу после Зелий был неловким, но, по крайней мере, ни один из них не хотел затягивать его. Как только Пол ушёл, Джеймс выскочил из-за угла и затащил его в чулан, где безумно затискал его. Это было не очень удобно, не только потому, что чулан пах грязными швабрами, а полки упирались в спину, но и потому, что он всё время думал о том, что Джеймс был его Сильным Счастливым Воспоминанием. - Так ты вернёшься? - спросил Джеймс, не отрывая губ от его лица. Скорпиус чувствовал их где-то у себя под бровью, на самом краю века. Он кивнул. Он не знал, был ли он когда-нибудь так напуган. - Увидимся на тренировке, - Джеймс поцеловал его в уголок глаза и выскользнул из чулана. Скорпиус заклинанием закрыл дверь. Он не подумал сделать это раньше, потому что был горячий рот Джеймса и его руки везде, абсолютно везде. Он медленно сел среди швабр и помёта докси и положил голову на колени. Он не знал, что делать. Он хотел порвать с этим, но в тот момент почувствовал запах Джеймса на своих пальцах и ему захотелось быть счастливым с этим всем. Он возвращался с тренировки с Алом. Все говорили, что это здорово, что он вернулся, все, кроме Джеймса, который играл как неживой. Они неплохо ладили, может быть, в кладовке или в туалете возле класса Заклинаний, но что-то произошло между ними. Той ночью... Это была пятница - грандиозная ночь в гостиной Гриффиндора; Равенкло обычно распоряжались субботой, Хаффлпафф проявлял лояльность, беря четверг, слизеринцы занимали все ночи... Ира приволакивал огневиски и Ядозубную* водку. Он сунул стакан в руку Скорпиуса, "чтобы отпраздновать его возвращение", Скорпиус не взял бы его, если бы Джеймс оторвался от Равенкловки, над которой склонился. Скорпиус посмотрел на него, а затем на девушку, имя которой, возможно, было Лаура и у которой была определённо прекрасная фигура и милые светлые волосы. Водка горела в его желудке. Алу каким-то образом удалось загнать в угол Бриджит Легат, с которой он сидел за одной партой. Ира пытался взобраться на каминную полку; кучка хаффлпаффцев, исключая Розу, подбадривали его. Риз Брэнниган возился с набором маггловских динамиков, которые шипели и выпускали блестящий синий дым, воспроизводя тяжёлые басы Лэс Фэйс*. Кто-то удвоил количество алкоголя или кто-то из хаффлпаффцев принёс его с собой. Джеймс касался, вероятно... спины Лауры, её длинные волосы завивались вокруг его пальцев. Скорпиус налил себе ещё выпить, а затем пошёл наверх. Норман лежал в постели, как он обычно делал, когда читал один из своих вездесущих комиксов. - Хочешь ненадолго спуститься? - спросил он не совсем уверенно. - Устал от своих популярных друзей? - Может быть, - Скорпиус покрутил стакан с водкой, - хочешь? - Я не прикоснусь к этой гнили, - Норман скривил лицо. - Как хочешь, - Скорпиус обычно тоже не прикасался и не пил более одного стакана, но он не мог выкинуть из головы картинку руки Джеймса на спине девушки. Она была одета в платье на бретельках, и его рука задевала её голую кожу. Он проглотил водку и слегка закашлялся, когда она обожгла ему горло, - эй, пойдём погуляем. Норман сомнительно посмотрел на него, но свой комикс убрал на место. Он всё ещё был в джинсах и свитере. - Сейчас я узнаю то место, куда вы всегда ходите с Алом? - Мы не всегда куда-то идём, - Норман, а затем Скорпиус спустились вниз по лестнице. Ему казалось, что алкоголь распространялся в его крови. Скорпиус бросил Акцио в полупустую бутылку из-под Ядозубной водки, просто потому, что он мог это сделать. Риз увеличил громкость динамиков. Люди начали танцевать, в их числе и Бриджит с Алом: последний имел настолько поражённый взгляд, что напоминал человека, столкнувшегося с бладжером. Никто не заметил, как они проскользнули через портрет с Полной дамой. - Что теперь? - спросил Норман. Скорпиус пожал плечами. Двое райвенкловцев подошли к портрету, и он сказал пароль: "Драконья оспа". После того, как они проскочили через портрет, Скорпиус повёл Нормана вниз по лестнице. Там был неиспользуемый класс, который они с Алом иногда посещали, если хотели позаниматься, а в общей гостиной было слишком шумно. Скорпиус чарами отпер дверь и потом запер её за ними заклинанием, которое он выучил летом и которое нельзя было бы отменить обычной Алохоморой. В добавок, он наложил ещё и заглушающие чары. - Здесь, - он сунул бутылку в руки Норману, как только закончил с чарами. - Я не... - Прекрасно, - Скорпиус с помощью Акцио призвал её обратно и сделал глоток. Сейчас вкус уже не казался таким плохим. В его тринадцатый день рождения его мать позволила ему бокал вина за обедом, помимо этого, он иногда пробовал Сливочное пиво или другие алкогольные напитки, в особенности, когда Ира был убедительным. Он надеялся, что чары не спадут. Мадам Помфри, когда-то посреди учебного года, прочла им лекцию о том, где можно оказаться за превышение лимита магии (под землёй или верхом на слоне)*, но он в самом деле сомневался, что Заглушающие чары отправят его на равнины Африки. В худшем случае, чары бы просто разрушились. Может быть. - Я думал, что ты хочешь быть там, - сказал Норман, сидя на столе и болтая ногами, - ну, знаешь, празднуя возвращение твоих настоящих друзей. - Я не в настроении, - Скорпиус леветировал бутылку обратно к Норману, - давай, попробуй немного. Это не убьёт тебя. Всё ещё сомневаясь, Норман запрокинул бутылку. Едва Ядозубная обожгла его язык, он начал кашлять, брызжа слюной. - Немного обжигает, да? - Чёртов кошмар! Как вы пьёте эту чушь? - Я этого не делаю обычно, - на джинсах Нормана была дырка, его свитер был ему мал и из него на животе и запястьях вылазили нитки. Шнурки на кедах были завязаны в узлы. Он выглядел потерянным, маленьким и бедным. Скорпиус чувствовал себя кошмарно, - ты не должен пить, если не хочешь, я просто... - он остановился, не зная что ещё сказать. - Всё в порядке. Когда-нибудь же я должен был это сделать, - Норман сделал ещё глоток, вздрагивая, когда жидкость прошла вниз по горлу, - видишь? Боже, я живу отдельно от кошмаров той школы, куда хотели отправить меня мои родители. - Что? - О, ты знаешь, - Норман махнул Ядозубной, - это. Шататься по коридорам после отбоя. С шикарным парнем. - Ненавижу, когда люди говорят, что я шикарный, - Скорпиус в отместку чарами притянул водку назад к себе, - Но какое это имеет отношение к делу? - Они боялись, что я превращусь в изнеженного гея, надев волшебную шляпу. - Это бессмысленно. И никто, кроме профессора МакГонагалл, больше не носит шляпы. - Они магглы, приятель, они понятия не имеют. - Верно, - Скорпиус взял бутылку, - Я целовался с Джеймсом Поттером несколько раз, - заявил он без особой на то причины, кроме, конечно же, того, что он был пьян и того, что Норману никто бы не поверил, если бы он попытался разнести это по школе. Норман рассмеялся. - Неплохо. Поиграем в стереотипы, приятель? Отдай мне её обратно. Позже, после того, как Норман бросил в мусорную корзину пустую бутылку, и Скорпиус десять минут пытался вспомнить чары, которыми запирал дверь, они отправились назад в Гриффиндорскую башню. Вечеринка закончилась: на диванах лежали чьи-то тела, а Хаффлпафф спал на полу перед камином. Динамики Риза по-прежнему выплёвывали клубы синего дыма, но музыка всё ещё играла, правда звучала так, будто бы исходила откуда-то издалека. Едва проснувшись, Ал потащил его на завтрак. Общая гостиная была пуста, за исключением запаха синего дыма, бутылок и Джеймса с блондинкой из Равенкло - Скорпиус мог только мечтать обо всём этом. Джеймс опирался на спинку дивана, а она стояла между его ног. Её платье было стянуто внизу, вокруг её бёдер. Джеймс поглаживал вверх-вниз по её спине и по её длинным вьющимся волосам. Скорпиус следил за его рукой, круговыми движениями, описывающей восьмёрку между её позвонков на пояснице. Джеймс склонил голову в сторону, когда она прижалась ближе к его телу. Он посмотрел вокруг и увидел Скорпиуса, уголки его губ приподнялись в чём-то, похожем на улыбку, но ею явно не являющейся. Ал пожал плечами, и на секунду Скорпиусу показалось, что перед ним Джеймс, но сходство быстро исчезло. - Так что же случилось с Легат? - спросил Скорпиус когда они чистили зубы. Он чувствовал себя разбитым, и у него болела голова, но Ал выглядел хуже, хотя на имя Бриджит улыбнулся той простой лёгкой улыбкой, которую, как думал Скорпиус, он никогда не увидит у Джеймса. - Мы немного потанцевали, а потом я проводил её до Равенкло, - ответил Ал, - Мерлин, с ней всё в порядке, ведь да? - Да. - Мы должны сходить выпить в Хогсмид на следующей неделе. - Пошевеливайся, Ал. - Я заполучил Бриджит Легат! - прокричал Ал в воздух. Скорпиус подумал, что и Джеймс заполучил собственную Равенкловку. Поттеры могли бы пойти на двойное свидание со своими умными* девушками к Мадам Паддифут; Скорпиус мог бы попытаться купить бутылку Огневиски в Кабаньей голове с Ирой или смотреть, как Норман лазит по полкам с волшебными комиксами во Флориш и Блоттс. Он надеялся, что Джеймс будет шокирован таким количеством конфетти и умрёт. Всю следующую неделю Скорпиус был вынужден слушать восхищённые комментарии Ала на каждую составляющую Бриджит, начиная с её глаз («голубых»), грудью («небольшие, но знаешь... в самый раз, да») – не то, что бы он их трогал – и заканчивая тем, как она выглядела, пока шла по коридору («блестяще!»). Они сели вместе на Истории магии, Бриджит хихикала время от времени, в то время, как с другой стороны от Ала Скорпиус пытался не заколдовать ей грудь, которая была «в самый раз». В Нумерологии Бриджит была «лучшая... Она потрясающая, Скорп, она всё знает, но не кичится этим, как Роза, понимаешь?». Только Ал называл Скорпиуса «Скорп», когда слишком отвлекался, чтобы опасаться за целостность своего имущества. Таким образом, субботним утром он был готов тешить себя надеждой, что Ал тоже придёт в шок от конфетти и умрёт, так или иначе. - Так что ты будешь делать в Хогсмиде? – спросил Ал, стоя перед зеркалом и пытаясь уложить свои волосы. Скорпиус, до этого пытающийся увлечь себя одним из комиксов Нормана, но в итоге выбросивший его в другой конец комнаты, подошёл к своему списку во Флориш и Блоттс. - Не знаю. - Я бы сказал, что ты можешь пойти со мной и Бриджит, но... - Ал, мне не интересно быть третьим лишним. Нет. - Ох, хорошо,- сказал Ал, оторвавшись от волос и перейдя на подбородок. Скорпиус вздохнул и навел Очищающие чары вместо него, в нынешнем состоянии Ал скорее бы избавился от собственного носа или сделал бы что-то такое же катастрофическое, из-за чего «потрясающая» Бриджит потом боялась бы быть замеченной с ним в общественном месте. - Я знаю, что Ира планировал устроить пьянку в Кабаньей голове, - предложил Ал, - знаешь, так как Пол отменил тренировку и всё такое. - Да, он пригласил меня. - Хотя, Джеймс, вероятно, будет там, - поморщился Ал. Что-то опустилось внутри Скорпиуса. Это причиняло ему боль всю неделю, особенно учитывая то, что Джеймс не затаскивал его в любой незанятый мётлами шкаф. Так или иначе. И не то, чтобы его это волновало. - Он приведёт с собой эту Равенкловку? Лауру или Ленору или как-то так? - Кого? - Блондинка. С шестого курса, думаю. - О, ты имеешь ввиду Леонору Льювеллин? Не знаю, я не слышал. Но Джеймсом... кто знает. Вероятно, он трахает её по всей школе, но не хочет признаться, что у него есть девушка. Он так поступил в прошлом году с Эвелин Аристо. Знаешь её? Она из Слизерина. Скорпиус почувствовал, как его живот перевернулся, что было очень похоже на последствия Ядозубной водки. - Откуда ты всегда это знаешь? – спросил он, заставляя себя рассмеяться. - Я слушаю, как ты думаешь? – Ал окинул себя окончательным, оценивающим взглядом и направился вниз, чтобы встретить «потрясающую» Бриджит. Скорпиус плюхнулся на кровать и уставился на вышивку на пологе – единорогов и львов на бордовой ткани. Вернулся Норман, пахнущий чаем с молоком и его любимыми липкими булочками. - Я собираюсь вниз сейчас, ты идёшь? – он начал шариться по своему шкафу, вероятно, ища там свой плащ, который валялся на кровати, - я видел Ала и Равенкловку, направляющихся к выходу. - Здорово, - взмахом палочки Скорпиус поднял плащ Нормана и заставил его танцевать джигу в центре комнаты. Норман всё ещё копался в своём шкафу. Скорпиус вздохнул, - я встречаюсь с Ирой в Кабаньей голове, но мы можем спуститься вместе, если ты поторопишься. - Ты такой добрый, - усмехнулся Норман. Он вскочил, когда увидел танцующий плащ, который Скорпиус направил ему в лицо. - Прекрасно. Спускайся самостоятельно, - Скорпиус вскочил на ноги - его плащ послушно лёг на его плечи - и с грохотом кинулся вниз по лестнице. Норман догнал его уже возле Полной Дамы, его плащ был застёгнут возле уха. Он сказал, что Скорпиус большой мерзавец. Последний был не в настроении, чтобы спорить с этим, хотя он почувствовал себя виноватым сразу же, как вышел из замка. - Ты сказал, что хочешь пойти во Флориш и Блоттс, да? – спросил он наконец. Норман кивнул. - Приходи в Кабанью голову после, если захочешь. - Малфой, - сказал Норман, - Ты даже заплатить мне не сможешь за то, чтобы я сидел там и развлекался с твоей чертовой квиддичной командой. И я знаю, что на самом деле ты не хочешь, чтобы я там был. - Конечно же я… - Не ври. Я знаю, что нужен тебе, только тогда когда Ал занят, - фыркнул Норман. Скорпиус открыл было рот, чтобы опровергнуть это, но решил, что не стоит. - Так и есть. - Ты просто ужасен, знаешь? - Да, хорошо, что ты миришься с этим. Они прошли остаток пути до Хогсмида в тишине. Норман не стал прощаться, когда повернул к Флориш и Блоттс. К тому времени, как он добрался до Кабаньей головы, Скорпиус был готов проклясть любого третьекурсника, который снова спросит его, где находится Сладкое королевство. Он хотел бы, он так думал, развернуться и вернуться в замок, чтобы полетать на метле, но появившийся из ниоткуда Джеймс подтолкнул его к двери, не сказав ни слова. Джеймс подошёл к стоящему в углу столу, за которым сидели Ира с Ризом, Карой Бут и Александрой. Александра оживлённо помахала ему. Скорпиус вздохнул и подтянул стул от соседнего столика. И, конечно, нигде, кроме как рядом с Джеймсом, места не нашлось. Ира плеснул ему в стакан сливочного пива, не прерывая историю, что он рассказывал. Что-то, включающее в себя трёх оборотней, блондинку и Автобус Ночной рыцарь – Скорпиус не обращал на это внимания. Александра много смеялась и строила глаза Ризу, также, как, Скорпиус помнил, ему в сентябре. Джеймс допил свой напиток, кажется, пунш, затем пошёл к бару и вернулся уже с другим кувшином – не со сливочным пивом, а с толстой, маггловской бутылью. Это было на вкус как шоколад. Скорпиус слизывал пену с края стакана, когда понял, что Джеймс смотрит на его губы прищуренными глазами. У Скорпиуса хорошо получалось изображать то, что ему нет никакого дела до него, пока он не почувствовал руку Джеймса на внутренней стороне своего бедра. Он подпрыгнул. Джеймс наклонился и прошептал ему на ухо: - Давай убираться отсюда, - Скорпиус покачал головой, удивляясь тому, что никто, казалось, не замечал, что происходит на их стороне стола. Джеймс фыркнул и рассмеялся, его дыхание пробежало по его волосам. - Ребята, мы должны вернуться в замок, - Скорпиус не понимал, что происходит, но Джеймс уже стоял, застёгивая маггловское пальто, - обещал Полу, что мы полетаем в свободное время. Скорпиус открыл было рот, чтобы возразить, но потом увидел на лице Иры понимание. Он встал и последовал за Джеймсом из бара, обратно в замок. И не было неожиданностью, что Джеймс вошёл в двери, вместо того, чтобы отправиться на квиддичное поле. Скорпиус задавался вопросом, когда это он стал человеком, который следует за Джеймсом Поттером. Они поднялись на второй этаж. Джеймс попросил его подождать возле картины с Аргайлом* и прошёлся вперёд-назад три раза. На стене появилась дверь. Он открыл её. - Ты идёшь? - Зачем мне это? - Это очевидно, - фыркнул Джеймс. - Я так не думаю, - сказал Скорпиус. Он повернулся и пошёл прочь. Джеймс схватил его за запястье, развернул и жестко поцеловал. Он почувствовал себя бутылью из Кабаньей головы – богатой и горькой, - я же сказал, что ухожу. - Ты всегда, что-то, блядь, говоришь, - в голосе Джеймса не было гнева. Его голос был низким и смеющимся, и это стало последней каплей. Скорпиус наслал на него Петрификус и отправился на квиддичное поле, где и был, пока его пальцы не окаменели до того, что он не мог обхватить рукоять метлы. * Vipertooth Vodka - Ядозубная водка (досл.: Viper - гадюка, tooth - зуб) * Les Feys - вероятно название музыкальной группы *...about Over the Limit, Under the Earth Or An Elephant - я бы предпочла перевести это как аббревиатуру или как нормальное название лекции, но всё что я пробовала получалось слишком глупо. *Имеется ввиду то, что девушки обе с Равенкло. *Argyllshire - Графство Аргайл – графство в Шотландии.