Forbidden Apple

Луи витал в облаках. Его урок актерского мастерства, оказавшийся большой переменой в карьере учителя, прошел очень успешно в первый же день. Конечно, есть вероятность того, что в дальнейшем все пойдет не так гладко, но сейчас Томлинсон абсолютно точно знал, что его первый урок драмы прошел как по маслу. Молодой учитель воодушевленно шагнул внутрь класса, чтобы дождаться близнецов и провести первый в своей жизни час отработки. До сих пор находясь в состоянии эйфории, Луи смог убедить себя, что следующие сорок минут наказания пройдут так же хорошо, как и его урок. Мальчики зайдут в класс, он еще раз объяснит им, почему-то, что они сделали — плохо, а после они будут мыть доску, расставлять книги на полках или еще что-нибудь в абсолютной тишине. Все под контролем. Минуты шли, и счастливый Луи рассеянно прислушивался к переговаривающимся за дверью голосам. Он сел за свой стол и закрыл глаза, стараясь удержать хорошее настроение. Внезапный стук в дверь заставил молодого учителя подскочить с кресла, широко распахнув глаза. В дверях стояла стройная брюнетка, слишком взрослая для ученицы и слишком хорошо одетая для случайно ошибившегося кабинетом родителя. Она тепло улыбнулась, махая рукой в приветствии. — Эй, незнакомец, есть минутка? — Да, конечно, — Луи в недоумении уставился на нее, когда она подошла к столу и протянула руку. — Элеонор Колдер, — представилась женщина, когда Луи пожал ей руку. — Десять лет преподаю тут математику. — Рад знакомству, — ответил Луи, немного расслабившись. Она коллега, не стоит беспокоиться. — Ты что-то хотела? — Луи тут же пожалел о сказанных словах, увидев, как улыбка спала с лица женщины. Он не хотел, чтобы фраза прозвучала так, словно ему хочется поскорее отделаться от нее. — Потому что через пару минут придут ученики на отработку, — продолжил он, чувствуя себя еще большим идиотом. — Я просто зашла поздороваться, — сказала Элеонор с улыбкой. — Ты здесь новенький, так что я подумала, что нужно представиться. — Она осмотрела Луи с ног до головы, от чего молодой мужчина неловко перемялся с ноги на ногу. — Может, как-нибудь пообедаем вместе? Луи знал, что должен быть польщен ее оценивающим взглядом и приглашением на обед, но что-то отталкивало его. Тем не менее, миловидная девушка хотела провести с ним время, поэтому он на автомате кивнул головой. Элеонор засияла и взволнованно хлопнула в ладоши. — Прекрасно. Тогда, до завтра? — счастливо спросила брюнетка. — Договорились, — ответил Луи, выдавливая улыбку. Элеонор на секунду задержала дыхание, что не осталось незамеченным для Луи, но почему же у него не возникло ответного чувства? Она определенно была привлекательна с этими длинными вьющимися каштановыми волосами и пронзительными зелеными глазами, нахальной улыбкой и ямочками на – нет, у Элеонор карие глаза, и точно нет ямочек. Луи пару раз моргнул, не понимая, куда его занесло. — Я буду ждать с нетерпением, Элеонор. Правда. Бледные щеки девушки вспыхнули, очевидно, она была польщена.  — Я тоже, что ж, оставлю тебя наедине с твоим наказанием. Надеюсь, ученики не доставят тебе в этом году много хлопот. — Легко засмеялась Элеонор и, помахав рукой на прощание, развернулась и вышла как раз в тот момент, когда близнецы переступили порог класса, с любопытством рассматривая Луи. Томлинсон почувствовал, как его сердце ускорило ритм, когда мальчики вошли внутрь, держась за руки. Мейсон лишь на мгновение отпустил руку брата, чтобы прикрыть дверь, в ту же секунду вновь легко переплетая пальцы с Гарри. — Зачем она приходила? — спросил младший, свободной рукой указывая на закрытую дверь. — Кто, Элеонор? Гарри закатил глаза. — Нет, швабра половая. Да, Мисс Колдер, — мальчик особым тоном выделил ее имя, переводя взгляд на Мейсона. Хотя брат продолжал смотреть на Луи. — Просто представилась и пригласила меня, — начал Луи, но Мейсон опередил его. — Пообедать? Да, неудивительно, — расцепив руки, они с братом сели за парту, которую заняли еще сегодня утром, пока до Луи доходил смысл слов Мейсона. — И что это значит? — спросил учитель, скептически поднимая брови. — А то, что Мисс Колдер клеится к каждому новому мужику в нашей школе, — со смешком ответил ученик. Луи широко распахнул глаза в абсолютном шоке от услышанных слов. — Ты не должен так говорить об учителе. — Значит, мы так же не должны говорить о том, что ты чертовски привлекателен в этих брюках, — усмехнулся Гарри, игриво улыбаясь. Луи покраснел. — Нет, ни в коем случае не должны! — прикрикнул учитель. Он глубоко вздохнул, когда осознал, что позволил себе повысить голос. Они всего лишь ученики, напомнил он себе. Все под контролем. — Мальчики, вы остались после уроков из-за вашего непозволительного поведения, которое, я надеюсь, прекратится. У меня нет оснований доводить ваше дело до директора, — спокойно сказал Томлинсон. Близнецы пожали плечами, украдкой переглядываясь друг с другом. Луи снова вздохнул, потирая переносицу. Он знал этих ребят три дня, а они уже намертво засели в его сознании. И не только в нем, произнес тихий голос в голове, а перед глазами непроизвольно пронеслись картинки утра предыдущего дня. — Так каково же наше наказание, Луи? — спросил Гарри, невинно хлопая ресничками. Учитель перевел взгляд на пухлые, слегка надутые губы, насыщенный розовый цвет которых буквально насмехался над ним. Луи едва сдержал стон; как два мальчика могут быть настолько привлекательны? — Мистер Томлинсон, — небрежно поправил он ученика. — И я хочу, чтобы… — голос Луи притих, а сам учитель бегло осматривал комнату. Ведь он преподавал всего лишь второй день; вопреки его планам, отмывать было нечего. Его взгляд остановился на окне, за которым только что начался дождь. — Чтобы? — повторил Мейсон. Он и его близнец внимательно смотрели на Луи, который слегка выпал из реальности. — Чтобы вы написали эссе на тему, почему говорить учителям неуместные слова — плохо, — ответил Луи с места. Он снова сосредоточил свое внимание на близнецах, которые смотрели на него с одинаковыми ухмылками на губах. Томлинсон провел рукой по волосам, прежде чем сел за стол. — На сколько слов? — спросил Гарри, выискивая в рюкзаке тетрадь для себя и Мейсона. — Не знаю, пусть будет до конца урока, — он пренебрежительно махнул рукой, переключая внимание на свой ноутбук. Экран засветился, как только Луи провел пальцами по воображаемой мышке. Открылся документ, отображающий планы на первый урок актерского мастерства. Усталая улыбка исказила лицо Луи. Они всего лишь ученики, повторил он. Все под контролем. — Мы тебя возбуждаем? — внезапно Мейсон оказался прямо перед его столом. Удивительно, но Гарри все также сидел за партой, делая записи в тетради. Луи перевел взгляд на мальчика, стараясь сохранять спокойствие. — Сядь на место, Мейсон, и дописывай эссе. — Ответь на вопрос, и я уйду, — ученик небрежно склонился над столом Луи. — Нет. — Нет, не возбуждаем или нет, ты не ответишь? — Гарри встал рядом со своим близнецом. — Я не отвечу, — Луи скрестил руки на груди. — Ты считаешь нас привлекательными. По глазам вижу, — заметил Мейсон, слегка наклонив голову. Мужчина изо всех сил старался сохранить маску безразличия на своем лице. — Уверяю вас, мальчики, что я стопроцентный натурал. И, как ваш учитель, я должен… — Луи прервал смех двух братьев. — Ты не должен лгать, — проговорил Гарри в перерывах между смешками. Луи резко поднялся с места, заставляя близнецов отступить на пару шагов назад. — С меня хватит, — взбешенный шатен изо всех сил старался не обращать внимания на румянец на щеках и покрасневшие кончики ушей. — В кабинет директора, — в подтверждении своих слов он указал рукой на дверь. Близнецы смотрели друг на друга, не двигаясь, и, прежде чем Луи смог понять, что происходит, они соединили свои губы вместе. Томлинсон отчетливо видел, как ресницы младшего опустились на щеки. — Я… что? — ошеломленно выдохнул учитель. Гарри прижался ближе к своему близнецу, плавно ведя рукой по талии Мейсона вниз, дразня и проскальзывая под его толстовку. Мальчики оторвались друг от друга лишь на мгновение, снова горячо соприкасаясь губами. А завороженный Луи наблюдал за открывшейся перед ним картиной со смесью шока, отвращения и неподдельного восхищения на лице. Гарри сделал пару шагов назад, прижимая Мейсона спиной к доске. Его рука непрерывно касалась подтянутого живота брата под одеждой, от чего старший парень подавался вперед, требуя большего. — Прекратите, — сдавленным шепотом потребовал Луи. Он откашлялся и предпринял еще одну попытку заговорить. — Ребята, прекратите немедленно, — все же не так требовательно, как он ожидал, но Луи вздохнул с облегчением, когда близнецы оторвались друг от друга. — Какого черта вы творите? Гарри повернул голову в сторону учителя, а его глаза загорелись возбуждением. — Что теперь скажешь? — Луи осторожно и неотрывно смотрел на Гарри и его близнеца, словно боялся, что если он отвернется, то они подойдут ближе. — Что я скажу? Насчет чего?! Мейсон повернулся, чтобы прошептать что-то брату на ушко. Одна лишь картина перешептывающихся близнецов заставила пульс Луи ускорить свой ритм. Гарри перевел взгляд на ширинку Луи. — Ты не прав, Мейс, — саркастично заключил парень, хватая брата за руку. — Он самый натуральный натурал, — с этими словами он потянул близнеца обратно к парте. Луи смотрел на них, чувствуя очевидный и неловкий стояк в штанах, явно привлекший внимание Стайлсов. Он не думал, что стоит говорить что-то еще, поэтому просто рухнул на свой стул. Все зашло слишком далеко, размышлял Луи, я должен донести до директора; перевести мальчиков в другой класс. Что угодно, лишь бы прекратить эту пытку. Луи запрокинул голову, чтобы посмотреть в потолок, надеясь найти там ответ. Почему он до сих пор ничего не сделал? Что мешает ему привлечь внимание к ситуации? Это касается не только потери работы, заключил Луи. Он был абсолютно точно уверен, что директор встанет на его сторону. К тому же, слово взрослого учителя против парочки проблемных подростков. Так что же останавливало его? Тебе нравится это, проговорила дьявольская сторона Луи. Искушение, соблазн, похоть, запреты, все; ему нравилось это. Что-то тянуло к этим близнецам с неимоверной силой, удерживая на месте, и не позволяя этому делу выйти за пределы его кабинета. Он сложил руки на столе, упираясь в них подбородком, чтобы наблюдать за мальчиками. Больше они не обращали на него внимания, увлеченные своим заданием. Луи видел, как Мейсон наклонился, чтобы прочитать записи Гарри и указать на несколько ошибок. Младший из близнецов благодарно улыбнулся, исправляя оплошность. Ответная улыбка брата была лучезарной, искрящейся, красивой. Гарри ласково взъерошил волосы своей старшей копии, и Луи почувствовал, как вся его злость и обида незаметно растворились. Близнецы так невинно касались друг друга, что сердце мужчины таяло от нежности. Он знал, что это неправильно, все это. Но в тот момент, когда лучезарные улыбки оказались адресованы ему, у Луи перехватило дыхание. Три дня, прошло всего лишь три дня, и учитель понимал, что его ожидает гораздо большее. И он с нетерпением ждал этого.

***

Эссе были полнейшим дерьмом. Луи, свернувшись калачиком под одеялом, лежал на диване, держа в одной руке чашку крепкого дымящегося чая, а в другой — первую страницу эссе Мейсона. Конечно, они написали все по плану, но в содержании не хватало аргументов. Практически весь листок был заполнен текстом. В нем был смысл; они не считали, что говорить неуместные слова учителям — это что-то плохое. Но эта парочка также не думала, что целовать своего брата-близнеца — это плохо. Луи мог почувствовать, как его тело реагирует на воспоминание о самом горячем и, наверное, самом странном моменте в его жизни. Отложив листок, учитель обернул обе ладони вокруг чашки с чаем, медленно наслаждаясь вкусом и ароматом горячего напитка. Он закрыл глаза, сосредоточившись на насыщенном сочетании букета из всевозможных трав, прижал кружку к подбородку и задумчиво глубоко вздохнул. Последнее, что было нужно Луи, это повторение предыдущего утра. Как учитель, он не имеет права дрочить на двух своих учеников, прижимающих друг друга к классной доске, бездумно целующихся и пробирающихся руками под одежду дру… Внезапно Луи услышал сигнал своего телефона. Рукой он каким-то образом нашарил в кармане устройство и увидел, что на экране мигало входящее сообщение от Стэна, его старого друга. Нажав на несколько клавиш, Луи открыл текст. как работка: ) хх Луи улыбнулся, прикидывая, как кратко можно описать сложившуюся с близнецами ситуацию. Но, не желая, чтобы брови его друга подлетели к потолку, он просто ответил: сойдет, как сам? Х Он кинул телефон на диван рядом с собой и потянулся за пультом, чтобы увеличить громкость какой-то развлекательной передачи, которая уже час шла по кабельному телевидению. Бессмысленные, дешевые сплетни, но Луи любил их. Спустя десять минут пришел ответ от Стэна. заплесневел до мозга костей хреново слышать. Хочешь приехать в Лондон и напиться, а? Луи закрыл сообщения. Конечно, он пошутил; приехать из Донкастера в Лондон для того, чтобы провести несколько часов с другом, было бы очень неразумно. дразнишься, засранец хх Ответ Стэна спустя несколько минут заставил Луи рассмеяться. скучаешь по мне, да? : ) сильнее, чем ты думаешь Что-то в сообщении Стэна обеспокоило Луи. Он снова перечитал короткое предложение. Ни смайликов, ни поцелуйчиков, ни типичных шуточек. Мужчина подумал даже вернуться к другу в Донкастер. Они вместе прошли через многое. Школа, семьи, пьянки, вечеринки. Однажды они напились так сильно, что решили на время завязать с подобными развлечениями. Ханна еще долго поддразнивала их по этому поводу. Они со Стэном всегда были близки, так что Луи чувствовал, что что-то не так. Не способный выразить все свое беспокойство через текст сообщения, он отправил короткое: позвонишь? Луи выключил телевизор, ожидая звонка от Стэна. Но вместе этого пришло оповещение о новом сообщении. хаха может завтра: ) Нахмурившись, Луи засунул телефон обратно в карман. Если Стэн не хотел с ним разговаривать, то почему же он написал первым? Томлинсон подождет, может, его друг напишет что-то еще. Если нет, значит, Луи обязательно завтра позвонит Стэну. Сидя в своей теперь тихой квартире, вспоминая о его друзьях из Донкастера, Луи первый раз за все время почувствовал себя по-настоящему одиноким. В свою первую ночь в городе, которая привела к огромной драме с близнецами Стайлс, молодой мужчина был слишком занят, чтобы размышлять о том, насколько сильно он одинок. Легкий ветерок скользнул в комнату сквозь открытые окна и прошелся холодком по позвоночнику Луи. Может быть, стоит сходить выпить, плевать, что завтра на уроки. Нет, вклинилась здравомыслящая сторона мужчина, идти с похмельем в школу, где учится парочка дьявольских манипуляторов, не самая лучшая идея. Он мог позвонить Элеонор. Вероятно, ее номер был записан в журнале учителей. Но нет, это была не самая лучшая идея. Тоска по дому обрушилась внезапной волной на Луи точно так же, как крупные капли дождя на асфальт за окном. Если бы он был в Донкастере, то парой быстрых сообщений договорился бы с Ханной, они бы вместе заехали за Стэном и еще парочкой друзей, а потом отправились куда-нибудь повеселиться. Танцевали бы под дождем в парке, напились бы в местном баре, или в последнюю минуту бы решили пойти к Ханне домой и устроить вечеринку. Луи поставил чашку с чаем, стоя около окна с одеялом, обернутым вокруг его плеч. Несмотря на вовсю хлещущий ливень, он даже не потрудился закрыть окно, без интереса разглядывая лондонские улицы. Все будет хорошо, пообещал он себе. Он заведет друзей, может быть, встретит кого-нибудь, и тогда все будет хорошо. Луи еще сильнее укутался в одеяло. Сквозь непрерывную дробь дождя, учитель услышал отзвуки музыки. Уверенный в своем предположении, он прислушался и смог различить плавную мелодию гитарных струн где-то рядом. — Эй? — произнес Луи, теряясь в серой дымке. Сумасшествие. Звуки гитары резко прекратились. — Ой, там кто-то есть? — отозвался голос. — Эм, да, я услышал музыку? — неуверенно ответил Луи. — Ты где, чувак? — последовал приглушенный шумом дождя вопрос. — В своей квартире, — ответил Томлинсон, думая, что разговаривать с незнакомцем не самая лучшая идея. Ничего страшного, решил он. Нужно подружиться с кем-то. — Я тоже. Погоди, ты мой сосед что ли? — Луи отдаленно услышал, как окно с шумом захлопнулось. Через несколько минут в дверь его квартиры постучались, от чего он подскочил на месте. Мужчина поспешил открыть гостю, по пути сбрасывая с себя фланелевое одеяло. Открыв дверь, он встретился с глазами цвета имбиря, гитарой в руках незнакомца и хищной улыбкой на лице. — Ты умеешь петь? Мне бы хотелось спеть дуэтом, — сказал мужчина, дружелюбно протягивая Луи руку для приветствия. Не увидев в лице новоиспеченного соседа ничего, кроме добродушия и легкости, Томлинсон вложил свою ладошку в чужую, гораздо большую, чем его собственная. — Немного. Но я не Айзек Слэйд*, — ответил Луи, пожимая руку рыжеволосого парня. — The Fray? Отличный вкус, приятель. Меня зовут Эд. Эд Ширан. — Луи. Луи Томлинсон, — отозвался в той же манере учитель, прежде чем незнакомец самовольно прошел внутрь его квартиры.

***

Эд просидел до поздней ночи; извинившись только тогда, когда узнал, что его новый друг — учитель, и ему завтра рано вставать на занятия. Жизнь Луи в Лондоне осветил рыжеволосый музыкант, поэтому неделя, казалось, должна пройти быстро. На следующий после происшествия с близнецами день, он пошел пообедать с Элеонор, было крайне неловко, но они пообещали друг другу иногда выпивать по чашечке кофе месте. Луи ничего не мог с собой поделать, когда сознание отбрасывало его на день назад, к близнецам и их словам о его сексуальной ориентации. Он может и не быть геем, но и абсолютный натурал из него никакой, решил Луи. Любого бы натурала привлекла высокая брюнетка. Другая история была с близнецами. Он виделся с ними три раза за день: английский, драма и ежедневная отработка после уроков. Они, казалось, вели себя прилично, но это подействовало на Луи совершенно не так, как он ожидал. Вместо того, чтобы увлечение мальчиками свелось на нет, ведь сами близнецы, видимо, потеряли к нему интерес, оно увеличивалось в геометрической прогрессии. Зачастую учитель замечал за собой, что пристально наблюдает за парочкой кудрявых парней, впечатывая в память каждое их движение. За ними было очаровательно наблюдать, отметил Луи спустя несколько дней. То, как мальчики взаимодействовали друг с другом, словно слаженные части одного целого, завораживали старшего мужчину. Как будто магниты; если подвинулся один, его движение в точности повторит другой. И их потребность в вечном контакте друг с другом также не могла не гипнотизировать. Часто это были мимолетные движения: соприкосновения пальцев на кончике карандаша или легкий толчок ногой под партой. Луи много раз замечал их, держащихся за руки, и эти простые касания, которые, как близнецы думали, никто не замечает, окончательно пленили его. Он понял, что зашел слишком далеко, на третий день в школе. Ничего хорошего из этого не выйдет, рассуждал он, так почему же так тяжело? Посмотрите, до чего он дошел. Когда неделя подошла к концу, и он увидел, как пара кудрявых макушек выходит за дверь его кабинета, Луи ничего не мог поделать с вырвавшемся из груди вздохом разочарования. Несколько секунд спустя знакомые лица оказались в дверном проеме. — До скорой встречи, Лу, — отозвались близнецы, внезапно посмотрев на него тем самым развратным взглядом. Гарри едва сдерживал улыбку, когда Мейсон подмигнул. Они быстро развернулись и ушли, оставляя Луи наедине со своими мыслями о резком, пусть и недолгом, возрождении к нему интереса.