Беда...
6 января 2016 г., 16:09
В ту ночь Андрей не позволил себе выйти за рамки приличия, да и родители с Анечкой вовремя приехали. Аня, увидев Киру, раскрасневшуюся и счастливую, победно глянувшую на Анечку, усмехнулась и прошла в комнату Андрея проведать Дашутку. Убедившись, что с девочкой все в порядке, она пошла в гостевую комнату. Но Кира-то этого не видела, гостевая была смежной с Андрюшиной комнатой. Все, что видела Кира, так это то, что эта дрянь ушла в комнату ее парня. Он спит с этой девкой! Её перемкнуло.
— Андрей, тебе не кажется, что это неприлично?
— Что неприлично, Кирочка?
— Что эта приживалка живет в твоей комнате.
В ту же секунду взгляд Андрея стал холодным и колючим. Набрав побольше воздуха, чтобы не сорваться и не нахамить, он постарался как можно спокойнее ответить.
— Она не приживалка. Она помогает мне, и это скорее я у нее в долгу. Она мой большой друг, она была другом Леночке. Мне неприятен ни твой тон, ни то, что ты говоришь.
— Она твой друг? И поэтому по-хозяйски она идет ночевать в твою комнату?
— Кирочка, как же ты не права. Моя комната смежная с ее. Вот и все. Я уверен, что она сейчас, проверив как Дашенька спит, уже давно прошла в свою комнату и легла спать.
— Она просто использует твою любовь к дочери, чтобы поближе подобраться к тебе. Вот и все.
Так они пережили и первую ревность и первую ссору. Любовь, не успев начаться, уже обещала быть трудной.
А назавтра, в воскресенье утром, Андрей с Дашей и Аней переезжали на новую квартиру. Хоть там и было все готово к их приезду, но все равно мелких работ хватало. Ребята решили было свалить их на Анечку, но та только челкой, как опахалом взмахнула и ее правый глаз, почти всегда скрывающийся за той самой челкой, блеснул яростью. О, эта девочка выросла с двумя такими же братьями-шовинистами.
— Мальчики, даже не думайте, или мы все вместе наводим порядок, или вызывайте своих девочек, пусть они вам убирают. Я вам не прислуга. Пригласи Кирюшу, Андрюшенька, а ты, Ромочка пригласи весь свой вчерашний эскорт. Вот вам и будет бригада помощи работ по дому! Даша на мне — это так. Но это по моей доброй воле. Потому что я ее люблю не меньше вас!
Ну, вот и все, круг замкнулся. Андрей с Ромкой смотрели на нее с восхищением и любовью. В эту минуту им обоим показалось, что это Ёлка вернулась и командует ими. В эту минуту Андрей обрел сестру, а Роман… с Романом все было намного сложнее.
Решив не тратить время и силы, Андрей позвонил в «Домовёнок», вызвал уборщиц и, пока они убирали, наша троица вышла в парк погулять с Дашуткой, а заодно обсудить вчерашний прием и планы на будущее.
В одном они сошлись сразу — этот подлец трухнул, когда Павел Олегович представил Дашу. Трухнул так, что поджилки затряслись. А вот по-поводу того, поверил ли он что это, действительно, дочка Андрея у ребят были разногласия.
— Я стояла в двух шагах от него, прямо напротив, и я видела, что он вздохнул с облегчением. И даже расслабился и начал вести себя снова нагло, шарить взглядом по залу, раздевая девочек этим своим взглядом, подбирая себе пассию на ночь.
— Аня, ты его с Ромкой-то не перепутала? Это он выискивал себе пассию, — сказал Андрей, получил увесистый тычок в бок от друга и прикусил язык.
— Аня, прости его, дурака, ты же знаешь, люблю только тебя. При Андрее говорю. Но ты же знать и видеть меня в этом качестве никак не хочешь, что мне еще остается? Гулять с другими, пока ты не передумаешь.
Андрей во все глаза смотрел на друзей. Он что-то пропустил? Между этими двумя что-то происходит, а он как последний слепец, ничего не видел. Эгоист, погруженный только в себя и свои заботы. Андрей твердо решил в ближайшее же время поговорить с Анечкой и с Ромкой по-отдельности. А Роман, между тем, продолжал: — Как хочешь, Андрюха, мне показалось, что он все понял. Он понял, что Даша его дочь.
— С чего ты сделал такие выводы? — Тут же начала заводиться Аня.
— Его знать надо. Он как-то слишком расслабился, как-то демонстративно расслабился, как-то все было чуть-чуть напоказ и слишком. Тебе так не показалось, Андрей?
— Не знаю. Вот честно, не знаю. И с тобой, Анечка, согласен, но и в том, что говорит Ромка, есть резон.
— Один «за», один «против», один «воздержался» — замечательно! Победила дружба! Теперь ты, Андрюша, докладывай. Только обо всем, Андрей. Обо всем.
***
Прошел месяц… За это время произошло несколько маленьких, но важных событий.
Анечка готовилась к сдаче вступительных экзаменов. Мальчики все же уболтали ее поступать в медицинский. Больше всего удивила Маргарита. Она заранее предупредила Анюту, что если та, не дай Бог не пройдет на бесплатное обучение, то они с Павликом берут на себя платное обучение Анечки. А когда та стала отказываться, Марго прижала ее к себе и сказала, что Аня для них с мужем, как родная дочь. Без нее им совсем плохо бы было. Завтра у Анютки начинались экзамены. И сегодня ее лучше было не дергать по пустякам. Второе событие было тоже важным. Кира решила доучиваться заочно, несмотря на все протесты родных. Она впервые в жизни приняла самостоятельное решение и шла к нему напролом. Кира хотела быть рядом с Андреем. Всегда! Поэтому учеба уходила на второй план, а вот работа выходила на первый. Она шла работать в компанию отца, на Ромкино место. Ромка же, стоящий явно большего, чем занимать должность начальника отдела продаж, переходил начальником в отдел стратегического планирования. А свой кабинет, находящийся рядом с кабинетом Андрея, освобождал для нее, для Киры. Завтра Воропаева Кира Юрьевна должна была выйти на работу. И еще одно событие случилось в этот месяц, Андрей поговорил с Романом об Анечке и с Анечкой о Романе. И да, черт побери, Роман ему был друг, но истина была дороже. Жданов на сто процентов согласился с позицией Ани. Пусть все идет своим чередом. А ближе к осени, когда Аня готовилась к первому дню занятий, она все-таки поступила на бесплатное отделение; когда Андрей уже по самую макушку был сыт романом с Кирой, ее ревностью и вечными ссорами, случилась беда. И снова они стояли все на кладбище и Воропаевы принимали соболезнования, и теперь уже Марго с Павлом поклялись на могиле друзей, что никогда не бросят их пусть и взрослых, но все же детей. Их хоронили в закрытых гробах. Говорят, что когда взорвался бензобак, их обоих накрыло этой огненной волной так, что гроб открывать не представилось никакой возможности. Говорят, что Юрик сам сидел за рулем и был немножко выпившим. Но все это были слухи. И про сгоревшие тела, и про выпивку. Ни Кира, ни Кристина на опознании не были. И им казалось, что все это какой-то абсурд и родители вот-вот вернутся. И все будет, как было раньше. А Андрей стоял, обняв Киру за плечи и думал о чем-то своем, мысленно переворачивал страницы Ёлкиного письма. В руках у него были цветы, но он не положил их на свежие могилы. Извинившись перед Кирюшей, Андрей отошел к могиле Ёлочки и положил цветы. — Ну, здравствуй, сестренка. Все будет хорошо. Вот увидишь, все будет хорошо. Бог есть. Подожди еще чуть-чуть. Подожди… А Дашка растет, она такая чудесная. Спасибо тебе за нее. Ёлка, слышишь, все будет так, как ты хотела. Андрей вернулся к Кире и остальным. Тот не подошел к Ёлкиной могиле. И Это Андрей тоже приметил, и еще одну галочку поставил на счете. Самым печальным в смерти друзей родителей для Андрея было то, что он не мог сейчас бросить Киру. Никак не мог. Она и так была сейчас надломлена, брось ее Андрей и она окончательно бы сломалась. Не мог он так поступить. Просто не мог и все.***
Странно, но Жданов-младший не переносил посторонних в своем доме. Ромка, Анечка, Дашутка, няня Саша — вот и весь список родных и желанных в доме лиц. Даже редкие приходы родителей выбивали его из колеи. А уж Киру он вообще в своем доме не переносил. Они встречались либо у нее на квартире, Кира сумела вытребовать себе квартиру, либо на квартире его, Андрея, родителей. Черт его знает почему, но Кира никак не вписывалась в их маленькую, но такую дружную компанию. А Андрюхе так хотелось, чтобы его девушка стала бы четвертым мушкетером.
