Холодное блюдо...

      Утром Катя с Андреем, как и всю последнюю неделю, вышли на работу. Дашенька осталась с Сашей и горячими заверениями Елены Александровны, что как только, она справится по дому, так сразу и приедет к внучке.       Сегодня должен был состояться показ той самой первой провальной коллекции. Милко был безмерно рад. Ткани были потрясающие, платья на моделях так и струились. Милко ожидал оглушительного успеха. И оглушительный успех был. Ну, откуда было знать бедному дизайнеру, что склады в цехах по самую макушку были завалены совсем другими тканями, не шелками и атласами, не шифонами и креп-жоржетами, а простыми хлопчатобумажными тканями. Шелк и атлас прекрасно заменили сатин и поплин, а шифон и креп-жоржет превратился в бязь и миткаль. В детские дома, да такие наряды, да из сто процентно натуральной ткани, пусть и не высшего качества, да это же за счастье! Ну, да для начала завезти продукцию в магазины нужно будет. Полежит там с месячишко и как раз к лету в детские дома поедет.       А «Зималетто» тем временем и еще одну провальную коллекцию подгонит. Вот, собственно будет и все. Можно будет залезать в долги к параллельной компании, закладывать ей оборудование и торговую марку «Зималетто» и проводить последнее собрание акционеров. Узким составом. Только Воропаевы и Ждановы. И, наконец выложить все карты и высказать в лицо подонкам, что они подонки.       Катюша с Андреем вышли из лифта. Маша Тропинкина бросилась к ним.       — Андрей Павлович, ну что, выписали Дашеньку? Как она себя чувствует? А то мой Егорушка проел всю печенку. Как там Дашенька, да как там Дашенька? А я сама ничего не знаю. Но девочки сказали, что Дашу вчера выписали. Это правда?       — Правда, Маша, правда. Дашеньку вчера выписали. Ей намного лучше. Но еще не совсем здорова.       — Пусть выздоравливает и приходит. Больше никто ей не навредит. Кира Юрьевна не появляется в «Зималетто».       Но, как говорится, не буди лихо, пока оно тихо. В очередной раз открылись двери лифта и из него вышла Кира Юрьевна. В стильном, красивом наряде и с гордо поднятой головой. Катюша взяла Андрея под руку и повела в кабинет, от греха подальше. Кира восприняла это, как демарш, как желание Кати продемонстрировать свои права на Андрея. «Ладно, — подумала она, — посмотрим чья возьмет. Рано вы меня со счета списали». Нет, она не надеялась вернуть Андрея, после того, что произошло с Дашей, это было невозможно, но разлучить эту парочку все-таки стоило попробовать. Как и у всех людей такого типа, у Киры любовь очень быстро превращалась в ненависть. Не мой, значит ненавижу. Все просто, как дважды два. Сегодня показ, вот там она эту выскочку и опозорит, вот там Андрею палки в колеса и поставит.

***

      Катя впервые была на показе. Андрей отвез ее вначале в бутик, где ей подобрали наряд, а затем в салон красоты, где ее накрасили и уложили ей волосы. Катюша была хороша, так хороша, что Андрей подумывал, а не плюнуть ли на все и не заехать ли на полчасика домой, но Катя ни за что не согласилась. И прически было жалко и макияжа.       Когда Жданов вошел в зал показа под руку со своей невестой, все взгляды устремились на них. Для всех Катюша была темной лошадкой, сплетни о смене состава невест еще не так, чтобы очень просочились в гламурно-глазурную среду, поскольку все действия разворачивались в рамках отдельно взятой компании.       К Жданову подлетела телеведущая передачи «О гламуре и не только» Диана Лисочкина.       — Андрей, что за очаровательно создание сопровождает вас? И где ваша невеста Кира?       — Разрешите представить — Екатерина Пушкарева, через полтора месяца Жданова.       — Что вы этим хотите сказать, что вы расстались с Кирой и женитесь на Екатерине? Наших зрителей интересует, откуда взялась ваша новая невеста? И кто она.       — Катенька, финансовый директор «Зималетто», а так же мой личный помощник. Откуда взялась? Сама пришла! Мы любим друг друга и собираемся пожениться. Если я ответил на все ваши вопросы, разрешите, мы с Катюшей пойдем. Мне еще показ открывать.       — Еще один вопрос, но на сей раз к вашей невесте. Катенька, как вам удалось заполучить одного из самых видных женихов Москвы?       Катя открыла было рот, но голос сзади опередил ее.       — Либо колдовством, либо хорошо дает. Как иначе можно объяснить, что Андрей променял меня на вот эту уродину, — Кира подняла повыше увеличенную фотографию Катюши, вытащенную из ее личного дела. Фотографию Кати до преображения, с брекетами, косичками в виде мышиных хвостиков, в круглых очках и нелепом берете. Все камеры стали наезжать на фотографию. — Это и есть наша Катерина Пушкарева, а то, что вы видите — это всего лишь искусство стилиста.       Андрей собирался уже броситься на Киру, но Катюша остановила его, сжав рукой его руку. И, когда камеры повернулись к ней, Катенька с улыбкой английской королевы ответила спокойно и бесстрастно:       — Это как же нужно было опротиветь жениху, чтобы даже вот такую страшненькую девушку он предпочел Вам, Кира Юрьевна, такой гламурной красавице. Но это, очевидно, потому, что вы под следствием за попытку убийства дочери Андрей Павловича.       В зале послышался гул, все камеры, как по команде повернулись к Кире, со всех сторон стали доноситься реплики:       — Это правда?       — Вы, действительно, под следствием?       — Вы пытались убить ребенка?       — Да как у вас поднялась рука?       Кира бежала. Сначала в гардероб, а затем и с показа. А Андрей поднялся на подиум и открыл показ.

***

      В десять вечера, когда не только Дашка уже спала, но и Саша, посмотрев очередную серию своего любимого сериала, уже легла в постель с книжкой, в двери квартиры Жданова раздался звонок. Андрей открыл дверь и увидел невысокого, тощенького парнишку в круглых очках, дурно одетого, взлохмаченного и с тоненькой длинной шейкой. Это и был Катин друг Николай Антонович Зорькин собственной персоной. Экономический гений, обжора и фантазер.       — Колька! — Катя бросилась к другу, — сто лет тебя не видела. Соскучилась ужасно! Давай проходи, буду тебя кормить и посвящать в наш тайный орден. Проходи же, чего уставился?       — А ты какая-то красивенькая, Пушкарица. Ой, всем здрасьте. Меня зовут Николай Зорькин. Я Катин друг детства. И она меня сюда к вам пригласила.       — Ты давай заходи и садись есть. Ты ведь пока голодный все равно ничего не поймешь. Ты ешь, а я тебя буду знакомить со всеми. Это Андрей Жданов, президент компании «Зималетто» и мой жених.       Зорькин от неожиданности закашлялся, подавился и подал Андрею руку. — Ты что, Пушкарица, замуж собралась? Кто тебя возьмет- то?       — Я возьму, вернее уже беру, — засмеялся Андрей.       — Ты, Зорькин, если будешь хамить, еду я сейчас отберу. Это Роман Дмитриевич Малиновский, начальник отдела маркетинга нашей компании, по совместительству наш с Андрюшей друг и муж вот этой потрясающей женщины — Анечки Малиновской, нашей подруги, замечательного человека и будущего врача. С ней нужно быть поаккуратней. Язычок, как бритва. Полоснет, изойдешь кровью. Правда сама потом вылечит.       — Николай Зорькин, — представился Колька в ответ, — ни муж, ни жених и вообще безработный.       — Он нам подходит, — засмеялась Анечка, — берем, упакуйте.       И компания приступила к главной теме вечера…