Холодное блюдо...

      — Колька, нам очень нужна помощь. Очень. И помочь можешь только ты. Потому, что никому другому мы этого доверить не можем. А за тебя я поручилась. Я знаю, что ты надежный человек и никогда не предашь и не подведешь меня.       По мере того, как Катя говорила, грудь у Кольки все больше и больше приобретала форму колеса.       — И вот еще что, Коленька, забудь, что ты безработный. С завтрашнего дня у тебя есть работа. Ты будешь управляющим компании… как бы нам назвать ее…       — Катька, давай назовем фирму «НиКа» — НИколай и КАтя. А? Как тебе?       — Классно, но все дело в том, что жених мой, как бы тебе это сказать… ну тоже будет иметь некоторое отношение к твоей компании, ты не возражаешь?       — К моей компании? Катька, ты не перегрелась? Я что-то ничего не понимаю.       — А если «НиКа Мода», — сказал Андрей, — тогда мы все будем иметь к ней отношение, — Анечка, не смотри на меня так. Ты тоже имеешь отношение к моде. Ты же у нас самая большая модница.       — Коль, давай я тебе все объясню в двух словах. И проблему и ее решение. От тебя зависит получится у нас что-нибудь, или ничего не выйдет. Значит так, мы должны обанкротить «Зималетто», перевести все активы на параллельную компанию и начать все сначала. Компанию, на которую нужно все перевести, мы планируем записать на тебя. На время. В аренду, так сказать. А потом ты вернешь ее законному хозяину. Сразу хочу тебе сказать, Колька, ты меня знаешь много лет. Знаешь, что ни в какой афере ради денег я не стала бы участвовать. Но я участвую. Значит, как ты понимаешь, причина не в деньгах. Партнеры Андрея по бизнесу оказались не самыми порядочными людьми. Я не хочу, по крайней мере пока, вдаваться в подробности. Но из-за них погибла сестра Андрея. Не из-за нелепой случайности. Они ее убили. Они убивали ее долго и мучительно почти десять лет. Умирая она попросила отомстить мучителям. Одного этого было бы достаточно, для того, чтобы отобрать у них бизнес. Но там есть еще одна деталь. Отец этих мучителей отмывал деньги через «Зималетто» и тоже кого-то обманул, если ты согласишься на наше предложение, я расскажу тебе об этом подробнее. Андрей не хочет руководить замаранной компанией. Мы решили начать все с чистого листа.       — Как звали вашу сестру? — спросил Коля у Андрея.       — Лена, Леночка, Ёлка для близких.       — А у вас есть ее фотография. Мне можно на нее посмотреть?       — Да, конечно, пожалуйста, — Андрей протянул Кольке фото Ёлки.       — Она же совсем молоденькая. Сколько ей здесь? Лет семнадцать?       — Здесь ей почти семнадцать.       — Я согласен помочь, — твердо и решительно ответил Колька. — Давай Катюха, вводи меня в курс дела. Вы же явно не сидели и не ждали, пока я приду к вам со своим планом, небось все уже продумали.       Давным давно Малиновские поехали домой, давным давно Андрей заснул в кухне на диване, а Катя с Колей все сидели, разбирали план по захвату компании, план по созданию новой компании и ее процветанию.

***

      «Ей это так просто с рук не сойдет. Да что о себе возомнила эта выскочка? Что ей все можно? Ничего, мы еще посмотрим, что ей можно, а что ей сильные мира сего и запретить могут» — думала Кира, паркуя машину на стоянке у своего дома. Она очень надеялась, что Сашка, вызванный ею сразу после бегства с показа, уже подъехал или вот-вот появится. И она была не обманута в своих ожиданиях, на площадке у ее двери уже топтался братец.       — Привет, заходи, нужно поговорить и очень серьезно.       — Привет, Кира, — сказал Сашка, входя в квартиру и с порога направляясь к бару, где всегда для него была припрятана бутылочка хорошего односолодового виски.Он налил себе напиток в бокал, подумал секунду, посмотрел на Киру, которая не могла унять дрожь в руках и налил виски во второй бокал, подал его сестре. — Ну, рассказывай, что случилось.       — Завтра вся Москва будет знать, что я под следствием.       Кира вкратце рассказала брату, что произошло на показе. — Кстати, а почему ты не пришел? Тебя вообще не интересует судьба «Зималетто»? Ты решил устраниться и облегчить жизнь Жданову?       — Нет, Кирюша, меня очень интересует судьба компании. Но у меня сейчас большие проблемы. Боюсь, что очень большие.       — Сашка, ты опять?       — Нет, Кира, кажется мою должность собираются сократить. А тогда все. Я сажусь на сухой паек процентов от «Зималетто».       — Саша, а как же твои накопления?       — Есть, конечно, но ты же понимаешь, деньги должны делать деньги, иначе это регресс.       — Сашка, мне очень нужны деньги. Много денег. Мне от суда откупаться нужно. И еще кое на что.       — Да, Кирюша, это я понимаю. Ладно, пока я еще на службе и есть кое-какие накопления, я постараюсь что-нибудь предпринять.       — Санечка, мы должны их уничтожить, всех Ждановых. Павел с Марго приезжали и даже не захотели встретиться с нами. Я позвонила и Марго сказала, что они сюда приехали не для встреч, а проведать внучку.       — А что ты хотела? Чтобы они тебя в десна целовали? После того, что ты натворила?       — Я не пойму, на чьей ты стороне?       — На твоей, Кирюша, на твоей. Тебе деньги нужны на что-то конкретное?       — Да! Я знаю, что нужно делать, — Кира сузила глаза, взгляд ее стал отрешенным и очень холодным.

***

      Через два дня Катя во время очередной хакерской вылазки вдруг обнаружила что-то странное.       — Колька! А ну, ка взгляни, — позвала она друга. Кольке хватило пяти минут, чтобы во всем разобраться. Все же замечательно, что Катюшин друг с ними в одной команде.       — Кать! Мы можем его сейчас оставить без копейки денег, только решать это надо прямо сейчас!       — Андрей! — Крикнула Катя, — Иди сюда, нужно срочно решить один вопрос.       Андрей прибежал в кухню, где Колька очень быстро ввел его в курс дела.       — Я «за», — сказал Жданов, — только куда переводить будем?       — А давайте на депозиты двух, трех детских домов переведем, — вставила Катя.        — Умница моя, — Андрей только собрался поцеловать Катюшу, как разгневанный Зорькин остановил его.       — Потом целоваться будете, Катька, давай быстро номера счетов и отвали от компа, я работать сажусь, как бы не опоздать.

***

      Сашка ничего не понимал. Он провернул такую замечательную операцию. Деньги широким и мощным потоком должны были перетечь на его счет в офшорной зоне. Но денег не было. Ни тех, которые он вложил в операцию, ни тех, которые должен был получить по окончании ее. Денег вообще не было. Его самый надежный и самый сытый счет был пуст. Вернее не совсем пуст. Словно в насмешку на нем одиноко валялся один доллар.