Пенелопа

Стена была теплая, нагретая солнцем. Так приятно было стоять, прислонившись к ней, и слушать разглагольствования Алби. Лишь на третий день Пенни осознала весь ужас их положения. Они не знают, кто они, зачем здесь, кто виноват и где выход. Из тридцати человек не пали духом пятеро-шестеро, остальные же либо смирились, либо тихо истерили по углам. Самыми невозмутимыми, как ей показалось, были Алби и Фрайпан, а самым решительным - Джеймс. Вчера ночью Алби показал ей гривера. Сквозь крохотное мутное окошко в стене они долго глядели во тьму лабиринта, но чудовище пришло с прожекторами, и осветило само себя. Бесформенная хитиново-металлическая тварь, размером с хорошую лошадь, но при этом вся в мерзких отростках, на концах которых, казалось, нашли себе место все орудия средневековых пыток. Пенни долго было стыдно за свою реакцию - она сползла по стене, и прорыдала не меньше двух минут - пока Алби не сообщил, без имен, конечно, что несколько его знакомых наплюкали в собственные штаны, впервые увидав монстра. В углах квадрата Глэйда каждое утро открывались двери. Если, конечно, можно назвать дверью многотонную бетонную бандуру, черт знает, скольки футов в высоту. Больше всего удивило ее то, что глэйдеры, как они себя называли, выходили наружу, в Лабиринт. Правда, пока таких было всего четверо, но они не просто исследовали его, они пытались следить за изменениями, происходящими каждую ночь, и день за днем вычерчивали новые карты. - "С сегодняшнего дня - проговорил Алби - ты больше не бездельничаешь. Вон там - указал он рукой - хлев. Хотя, боюсь, мало от тебя там будет проку, если ты, конечно, не умеешь доить коров и грести навоз" Посоветовавшись со своей памятью, Пенелопа почти уверенно ответила - "Умею, кажется" - и перехватила взгляд, брошеный Алби на ее маленькие белые ладошки. Хлев оказался на удивление приличным, по сравнению с Хомстедом, где она уже дважды ночевала. Трое парней, которые там работали, как раз заканчивали утреннюю дойку. - "Оставляю девочку вам - улыбнулся Алби старшему - Если что, отвечать будут ваши задницы" Парни смущенно замялись, забормотали что-то типа"да что с ней тут может случиться". - "А ты куда?" - рванулась Пенни вслед уходящему парню. - "Ну не могу же я двадцать четыре часа нянчиться с тобой, у меня и свои дела есть" - он улыбнулся, а она с ужасом вспомнила, что он - один из четверых, исследующих лабиринт. Алби ушел, а Пенни принялась за дело. Подойдя к парню, которого ей в первый день представили как Ника, она тронула его за плечо и попросила, указывая на скамейку под выменем одной из сытых буренок. - "Можно попробую? Просто надо кое-что прояснить" - тот машинально кивнул. И девушка, ополоснув руки в ведре с водой и смазав их вазелином из большой банки, стоявшей на полке, принялась за дело. Очень долго она не могла поверить, что занималась этим прежде, но руки скользили ровно, словно у робота-доильщика, и белые струйки прыскали в заполненное наполовину ведро. Рогатая стояла спокойно, меланхолично пережевывая жвачку и помахивая куцым хвостом. - "Обалдеть! - пробормотал Ник, заглядывая ей через плечо - Я тебя Зарту не отдам, пусть не надеется даже" - "Кто такой Зарт?" - спросила Пенни, обмывая вымя теплой водой из кувшина. - "Главный Червяк. Ну, так мы тех зовем, кто в огороде горбатиться" Пенни представила себе ровные грядки овощей, поливку, прополку, и не почувствовала отвращения. "Может - подумала она - я жила в деревне? С родителями, или с бабушкой? Я знаю, что такое деревня, как выглядят животные и огородные растения. Я знаю, как и что с ними делают. Значит, точно жила. Но наверное, давно" - поправилась она, взглянув на свои руки, так удивившие Алби. - "А вас как называют?" - спросила она у второго парня, помладше. - "Мясники" - буркнул он, повернувшись спиной. - "Эй, Уинстон, завязывай хандрить, к тебе красивая девушка обращается" - воскликнул третий, но Уинстон уже вышел наружу. - "Красивая? - недоверчиво протянула Пенни - а зеркало тут у вас, ну, в смысле в Глэйде вообще, имеется?" - "В душевой только. Тебе после нашей сральни - Ник обвел рукой окружающее пространство - туда прямая дорога" *** Душевая оказалась маленькой комнаткой в Хомстеде, с несколькими кранами, даже без перегородок. Хотя, начерта они были, если тут жили одни парни. Дверь не запиралась, видимо, по той же причине. Пенни направилась было на поиски Алби, но вовремя вспомнила, что он занят. Вымыться хотелось зверски. После вечерней чистки хлева ныли плечи, а вся одежда пропиталась запахом ... коровьего и птичьего плюка. Вдруг, под навесом мелькнуло знакомое лицо. - "Эй, как там тебя, Ньют?!" - крикнула девушка, махнув рукой. Парнишка подошел и встал напротив, сложив руки на груди. Эта поза, как и серьезный вид, абсолютно не вязались с его почти- что детской внешностью. Пенни едва не хихикнула, но сдержалась, боясь лишиться последней возможной помощи. - "Слушай, тут такое дело, у вас в душе не закроешься, а я... сам понимаешь - она в замешательстве взлохматила волосы рукой - И одежду чистую не знаю, где взять. Вот" В лице мальчика лишь прибавилось серьезности. - "Иди за мной" - кивнул он, направляясь обратно в помещение. Отперев дверь под лестницей, он сделал приглашающий жест, и Пенни увидела ряды полок, заполненные разнообразными джинсами, толстовками, шортами, майками, носками и нижним бельем. Все это было, абсолютно логично, мужским. - "Может, подойдет что" - задумчиво промолвил Ньют, закрывая за нею дверь. - "Эй! - воскликнула девушка - Ты только не уходи" - "Не бойся, я здесь, и подглядывать не стану" Почему-то она не сомневалась, что так оно и будет. Здесь тоже висело зеркало, большое, фута три в поперечнике. И Пенни наконец решилась взглянуть на себя. "Хм. Ничего особенного" - подумала она, разглядывая невысокую, тощую фигурку, с едва заметной грудью и грязно-пепельными волосами, перетянутыми какой-то немыслимой веревкой, найденной в хлеву. Глаза были большими и абсолютно потерянными, такого-же невыразительно-серого цвета, как и волосы. Маленький носик и аккуратный рот немного скрашивали общее впечатление, но вот бледные веснушки абсолютно все портили. Решительно отвернувшись от предательского стекла, девушка набросилась на стеллажи, и вскоре откопала серые джинсы, в самый раз для тощих ног ее охранника. - "У нас, похоже, один размер!" - крикнула она в сторону двери. Белье пришлось взять мужское, так как ее собственное, после трехдневной носки, можно было спокойно выбросить. Наконец она нашла и майку с забавным смайликом, и надписью "Улыбайся - люди любят идиотов" - "А как на счет душа? Покараулишь?" - спросила она мальчишку, выйдя со склада. - "Ок - хмыкнул он - только недолго. Я сам сегодня еще не мылся" Уже стоя под потоком теплой воды Пенни задумалась - "А чего это он такой добренький?" И стала ждать подвоха. Но его не последовало. Все то время, что она проработала с Мясниками, Ньют ежевечерне сторожил ее в душе. Старшие подтрунивали над этой системой, но прежде чем войти в душ, стали стучать, и спрашивать, можно ли. Вторая неделя началась для Пенни с похода по Садам, как называли парни свои посадки. Зарт, большой и сильный на вид, оказался добродушным, но немного нудным парнем. Гряды с морковью, картофелем, салатом, помидорами, радовали душу. Но больше всего девушке понравились здешние яблони. Совсем еще молодые, но уже обильно плодоносящие. Густой сладкий запах пробудил голод, и Пенни, не удержавшись, протянула руку, и сорвала спелое, крупное яблоко. Вгрызаясь в него, словно кролик, она невольно подумала - "Как же это здорово, жить на природе, пить молоко, есть яблоки и бекон, дышать чистым, ароматным воздухом. Ради этого можно смириться даже с тем, что весь этот чудесный мир ограничен бетонными стенами" Вечером к ней подошел Алби. - "Ну, как дела, что нового?" - спросил он, садясь рядом с ней на штабель досок у стены Хомстеда. - "Знаешь, Алби, - ответила она - не хочу тебя пугать, но тут такое..." - "Что?!" - мгновенно вскинулся парень. "Не знаю, как я жила раньше, до Глэйда. Но сейчас у меня стойкое ощущение того, что я попала в Рай" Алби расхохотался, хлопая ее по плечу. - "Кому расскажу - не поверят. Ты бы сама себя послушала" - "А что? Травка, цветочки, яблочки. И, между прочим, Адам у Евы только один был, а у меня - целых три десятка" - "Кстати, одному ты, судя по всему, успела запасть в душу" - заговорщицким шепотом отвечал Алби. - "Что?... Кому?" - у Пенни буквально челюсть отвисла, а по лицу парня было не понять, шутит он, или говорит серьезно. - "Так я тебе и сказал" - он поднялся, разминая длинные ноги. - "Ой, да не больно то и хотелось - съязвила девушка - в моем возрасте должно быть стыдно интересоваться такой малышней" - "Постой! В каком возрасте?" - уставился на нее Алби. - "Боже - пробормотала она, прикрыв ладонью рот - ты не представляешь... Я только что вспомнила..." - "Вспомнила что?!" - он потряс ее за плечи, заглядывая в глаза, переполненные ужасом. - "Алби, ты не поверишь. Вы все согласились, что мне не больше шестнадцати, но это не так. Мне двадцать лет, Алби! Двадцать гребаных лет!!!"