Слушайся папу, Сарада.

      С некоторых пор Яманако Ино стала оставаться в доме Учих уже не только каждый день, но и каждую ночь. Своей кровати в ее шикарном пентхаусе, видимо, женщине было катастрофически мало, так что, она, вместе с тем, решила еще и чужие себе заграбастать. Вот ведь…       Две недели нескончаемых стонов интимного характера по ночам. Две недели самих ночей без сна. Как будто Сарада имела к бурной сексуальной жизни своего родителя и его очередной потаскушки хоть какое-то отношение. Трахаются одни — а бессонница с отсутствием хоть какого-либо удовольствия дается в бонус другим. Несправедливо как-то, ведь речь шла не о процентах с миллиона долларов, вложенных в швейцарский банк. — Ино, — в этот раз не смогла удержать языка за зубами девушка, столкнувшаяся с блондинкой на лестнице. — Может, вы громкость по ночам будете убавлять чуткаря?       Та же, без зазрения совести перед младшими и малознакомыми, лишь ехидно ухмыльнулась на сие высказывание. — Может, тебе тоже стоит завести себе парня, Сарада? А то ты вечно будто какая-то неудовлетворенная ходишь.       Взгляд черных холодных глаз встретился со взглядом хитрых голубых, и на момент, будто искра образовалась между ними. Но это была, к счастью, не та искра, которой подчинялась любовь, а скорее, ровным счетом наоборот — ненависть. — С парнями я как-нибудь сама разберусь, а вот ваш муж, наверное, ох, как соскучился, — зуб за зуб, выдвинула свою колкую фразочку брюнетка. — Может, позвонить ему как-нибудь, скажем, этим вечерком. Поболтать по-дружески, пригласить сюда… — Стерва малолетняя, — процедила та, проходя мимо и направляясь в спальню ее отца. — Мы еще с тобой не закончили.       Девушка на сие высказывание лишь иронично покачала головой, а та с недовольным видом скрылась за белоснежной филенчатой дверью.       Черноглазой становилось истерически смешно лишь при одном только представлении их будущего сосуществования под одной крышей. И пусть вероятность этому изначально была равна максимум пяти процентам, но все же, если дать волю фантазии, то это же было бы просто фурором! По уровню своей опасности что-то не меньшее, чем катастрофа мировых масштабов.       Уже можно было представлять то, как Яманако делала бы попытки укротить льва-Учиху старшего, как пыталась бы сделать из того подкаблучника, и как разочаровалась бы в выборе спутника жизни с таким твердым духовным стержнем.       Спускаясь по лестнице, девушка ехидно улыбалась. В ее голове вновь и вновь прокручивался только что случившийся диалог, а также и комментарии по поводу него.       «Может, тебе тоже стоит завести себе парня, Сарада?», — отчетливо звучало в ее голове. — «Может, тебе тоже стоит завести? …А то вечно какая-то неудовлетворенная…».       Эти отголоски раздражали, но тем не менее, блондинка действительно была права. Брюнетка отчетливо понимала, что неудовлетворенность в интимном плане теперь для нее имела место быть. Ведь единственным в ее жизни сексуальным партнером был ее отец, да и то, времени-то с того момента прошло уже немало. — Вот ведь старая стерва, — проговорила та про себя, заходя за поворот и выходя к двери.       Особа, возможно, уже и вышла бы за пределы дома, если бы ее не остановил до боле знакомый голос все еще любимого ею отца. — Сарада, подойди, — мягко выдал тот. — Ну? — недовольно выдохнула черноглазая, во мгновение оказавшись стоящей напротив мужчины. — Я бы хотел попросить тебя об услуге, — почесав затылок, продолжил брюнет, на что девушка решила промолчать. — Ты не могла бы сегодня переночевать в доме у Узумаки?       Неожиданно, после осознания ею услышанного, у брюнетки внутри как-то все оборвалось. — Что? — переспросила она, хлопая ресницами. — Говорю, переночуешь сегодня у Наруто. Я уже договорился, — буркнул недовольно во второй раз тот. — Можешь идти. — А… — хотела хоть что-то высказать в знак протеста особа, но язык будто отнялся, а черноглазый к тому времени уже вновь скрылся на кухне.       Нет, ну это уже вообще ни в какие рамки не шло. Всему в родном доме юной Учихи должен был быть предел, но, похоже, в этот раз пультом по их отключению завладела блондинистая стерва, которая, видимо, деликатно намекнула Саске о том, что хотела бы побыть этой ночью с ним наедине. «Дрянь», — читалось теперь лишь одно понятие в мыслях особы.       Сарада была несколько подавлена решением своего отца не в ее пользу. И неужели, если мужчина вдруг надумает связать жизнь с этой полоумной Яманако, в этом доме так будет всегда?       Охо-хо, ну, уж нет. Замужняя женщина задумала построить свое второе «королевство» на «чужих территориях», думая, что той никто не помешает? — Вот тут-то блондинистая стерва ох как ошиблась. Сарада, уже представляя, что примерно та наплела ее отцу и с каким выражением лица она это делала, задумала нечистое. План был по уровню сложности довольно-таки примитивным, но зато по оценке будущего ущерба — весьма действенным. Черноглазая собиралась прибегнуть к известной ей слабости этой богатенькой «мамочки» — завязать переговоры с ее любимым муженьком, который все это время явно не знал о том, чем была занята его драгоценная женушка.

***

      Уста сомкнулись на устах партнёра. Страстный французский поцелуй, учащенный пульс и два силуэта, располагавшиеся в горизонтальном положении. Парень, иногда прерываясь, томно выдыхал в губы лежащей под ним особы, которая была возбуждена не меньше, чем он сам. — Ты точно хочешь этого? — слетело с алых от поцелуев губ блондина. — Узумаки, ты всегда задаешь такие тупые вопросы? — съязвила девушка, после чего её ладони вновь обхватили шею и притянули юношу к себе.       Оба задыхались. Оба прекрасно понимали, что от одежды им нужно было освободиться. И вот, на пол полетела темно-синяя мужская футболка, после — полетела женская блузка, были сняты девичьи джинсы, а за ними последовали и трусы.       Удобно устроившись между ног прерывисто дышавшей Сарады, чёрные волосы которой контрастировали с белоснежной наволочкой подушки, парень аккуратно обхватил её бедра руками и ещё ближе придвинул к себе. Послышался звук расстегивающейся ширинки, приспустившейся резинки боксеров, момент — и черноглазая почувствовала упирающийся в её промежность разгоряченный агрегат Боруто.       Парень, направляя член рукой, медленно, но верно начал входить в лоно партнерши, погружаясь в него все глубже и глубже. Блондин неровно дышал и чуть приоткрывал рот от удовольствия вхождения в столь желанную им все эти четыре года девушку.       Неужели он дождался симпатии Сарады. Столько времени понадобилось, чтобы растопить лёд её сердца, и сегодня, наконец, она не просто целовала парня, та решила отдаться ему полностью. Отдаться его чувствам и ласкам, оказаться в его руках.       Парень, так давно грезил об этом моменте. О моменте, в котором тот будет сверху, о моменте, когда черноглазая будет стонать от удовольствия и извиваться под ним, о моменте, когда горячие губы Учихи будут целовать его. Наконец, все эротические мечты стали реальностью.       Узумаки, с каждым разом вхождения, ускорял темп, двигая бедрами то быстрее, то чуть медленнее. Девушка пыталась сдержать стоны, зажимая себе рот ладонями, но парень, видя это, навалился на неё и, разведя её руки, обнял ту за талию. Не переставал двигаться, тихие стоны и томные выдохи сопровождали действия обезумевших от влияния гормонов детишек. — Я хочу слышать твои стоны, — проговорил тот на ушко Сараде, уткнувшись в ее черные волосы. — Я хочу слышать то, как тебе хорошо.       Сарада, слыша это, обхватила широкие плечи её сегодняшнего партнёра и, нежно поглаживая подушечками пальцев, позволила себе стонать громче.       Эти двое занимались запретными вещами в то время, как Узумаки старшие мирно спали через стенку от комнаты своего сына, даже не слыша того, как чуть поскрипывала от столь интенсивного движения его кровать.       С чего все началось? — Да с того же самого. Слова Ино задели Сараду за живое и она решила утопиться в объятиях самого близкого и безответно любящего её парня, Боруто.       Черноглазая понимала, что поступала плохо, давая ему сразу такую надежду на продолжения их отношений после этой ночи. Она где-то глубоко в душе раскаивалась за свою холодность к юноше. Ведь по сути, все происходившее было не от большой любви, а просто так, ради мести её отцу и ради забвения хотя бы на сегодня.       Особа издавала тихие стоны, а Боруто же был нежен так, как никогда и ни с кем. Он будто боялся сломить Сараду своим несдержанным напором, поэтому, входил в неё, по возможности, медленнее. Он любил эту девушку и не хотел причинять ей боль, да вот только сама брюнетка так же о нем не думала…       Прийдя домой полностью выжатой, та застала блондинку за сборами. — Вау, что я вижу? — не удержалась от очередной колкости Сарада. — Ино, вы уже уезжаете? Какая досада. — Откуда ты взяла номер моего мужа? — холодно задала вопрос та, складывая какую-то кофту вчетверо. — Ты, что, рылась в моём телефоне? — Нет, ну что вы, — иронично продолжала брюнетка, которой явно доставлял удовольствие вид сборов этой дамочки. — Я на такое не способна. А номер вашего мужа было не сложно отыскать в интернете, приемная. Секретарша — такая милая девушка. Как только услышала о вас, так сразу же любезнейшим образом соизволила соединить меня с главой корпорации. Я была тронута тем, какие хорошие люди работают на Вашего мужа.       Наконец, застегнув свой чемодан, та взяла его в руки и направилась к выходу. — Учти, милая, — проговорила стервозно улыбающаяся женщина, остановившаяся на момент возле девушки. — Это ещё наша не последняя встреча. — А жаль, — слетело с губ ухмыляющейся Сарады. — Прощайте.       Яманако, ничего не ответив, повержено вышла на улицу и за той захлопнулась дверь. Черноглазая же, с блеском в глазах, облегчённо выдохнула.       Наконец-то дом и все находящиеся в нем домочадцы принадлежали только ей. Свобода в действиях и без постороннего надзора. После жаркой ночки Сараде хотелось спать, но первоочередно — душ. Девушке хотелось смыть с себя весь тот стыд, который она испытывала к ни в чем не повинному парню, жертве обстоятельств. Орудию её мести в эту ночь.       После принятия тонизирующих водных процедур черноглазая уже вовсе не грезила о сне. Да и дома, похоже, никого не было, так что, не особо разодеваясь, лохматая после сушки феном Учиха вынырнула из комнаты в одной, еле прикрывающей её филейную часть, футболке.       Спустившись вниз, та решила перекусить, ибо возможности этого сделать в доме у Узумаки ей не представилось. Поэтому, достав из холодильника торт, и уже стоя заваривая себе кофе, Сарада что-то тихо напевала себе под нос. Казалось бы, что могло помешать? Да вот только черноглазая, в домашней обстановке окончательно потеряв бдительность, пропустила мимо ушей звук слышащихся в районе лестницы шагов.       Через момент звон разбившейся тарелки рассек тишину в помещении. Девушка, нахмурившись, вполоборота осмотрела кухню. В проходе стоял брюнетистый и столь знакомый ей мужчина. — Ты уже вернулась? — удивленно выдал тот, как бы невзначай прикрывая глаза ладонью, а потом и вовсе отвернувшись. — Д-да, — запнувшись, Учиха младшая потянула края коротенькой футболки вниз. — Я думала, тебя, как обычно, не будет дома в такое время, ну... или по крайней мере, ты будешь спать. — Как видишь, из-за Ино не совсем получилось выспаться.       И действительно, чуть видневшиеся синяки под глазами украшали нижние веки мужчины. — А, ну, ладно. Я пойду, надену что-нибудь, — пробубнила краснеющая девушка и быстро юркнула наверх, даже забыв про торт и чай.       И если бы еще теперь только она краснела от столь неловкой ситуации… Не тут-то было. На бледной коже мужественного лица Саске теперь тоже выступал лёгкий, чуть заметный румянец.