10. Перемены
14 июня 2016 г., 14:08
Дом пропитался запахом мальчишки, а сейчас, кажется, особенно. Волк впитывал в себя каждую нотку: усталость, легкое раздражение, ощущение потерянности, привязанность к месту, стае, альфе. Больше всего к альфе. И это дико бесило, хотелось проучить парня, показать, кого надо слушать и кому он принадлежит. Голова кружилась от накативших животных эмоций.
Дерек потерял контроль над своим разумом и телом, оставаясь где-то в глубине и лишь наблюдая, не в силах что-либо предпринять. Стайлз спокойно сидел на диване, ничего не подозревая, когда его жизнь могла оборваться в любой момент от когтистой лапы озверевшего оборотня. Глаза загорелись ярко-голубым, вылезли острые клыки, лицо покрылось шерстью и исказилось ужасающей гримасой дикого зверя. Дерек быстрым шагом вышел из кухни, направляясь к Стайлзу, который все еще сидел, размышляя о чем-то своем. Пацан даже не успел пискнуть, когда его шею сжала когтистая лапа, только предупреждая, запугивая, не позволяя совершать глупых поступков. Угрожающе, но тихо зарычав, чтобы чужие уши не услышали, Дерек забрался свободной рукой под тонкую футболку Стилински. Волк думал, что делает человеку хорошо, но на самом деле он царапал его когтями, приносил боль.
Стайлз зажмурился, чтобы не видеть этого. Он знал, на что Дерек способен, знал, что будет невыносимо, но терпел и молчал, показывая ему, что он гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд. Стилински молчал, когда его разорванная футболка полетела на пол, когда его уложили на диван, даже когда перевернули на живот и начали вылизывать спину. Возможно, Стайлз бы возбудился от подобных действий со стороны, если бы Дерек не царапал его до крови, не придавливал бы к дивану со всей своей грубостью, не сжимал бы горло когтями. Было страшно так, что хотелось дать этому мудаку все, что нужно, только чтобы он отвалил, но, видимо, это только начало.
Дерек нихрена не соображал, продолжая слизывать со спины Стилински кровь, которая появилась благодаря ему же. Но это только раззадоривало волка. Стайлз, прижатый к жесткому дивану, кусал собственную ладонь, чтобы отвлечься на другую боль, потому что спина горела так, будто его только что пороли. Он был готов к тому, что его снова изнасилуют, вынудят почувствовать себя шлюхой, игрушкой, а потом все повторится.
Все попытки Дерека что-либо исправить провалились. И почти получилось же! Стайлз почти поверил, что он может исправиться, стать нормальным, таким, каким он был рядом с дядей. Такой Дерек был бы прекрасным мужчиной, которому хотелось бы готовить завтраки по утрам, а лучше — оставаться в постели и дарить утренний ленивый секс. Стайлз почти смирился, почти привык, почти доверился. Но было слишком много почти. А почти — ничего не значит.
Плечо прожгла острая боль, в нежную плоть вонзились клыки, и Стайлз уже не смог терпеть. Он закричал, что есть сил, не сдерживая хлынувшие от боли слезы. Плевать, что ему могут разорвать горло с такой легкостью, будто он — травинка. На лестнице послышались торопливые шаги, и появился Питер, одетый только в пижамные штаны. Он сразу все понял, как только увидел, поэтому не стал медлить: грозно зарычал, подчиняя себе зарвавшегося щенка. Дерек, закрыв уши руками, осел на пол и склонил голову. Волк поджал хвост, оставив Дерека разгребать то, что натворил. Стайлз тихо всхлипывал, приложив ладонь к укусу, из которого струйками текла горячая кровь, пачкая диван, кожу. Он сел, смотря то на Дерека, то на Питера. Будто первый мог обжечь, Стайлз отскочил в сторону, стараясь отойти на максимально безопасное расстояние, которое было за альфой.
— Покажи, — попросил обеспокоенный Питер, кивая на плечо.
Стайлз убрал руку, открывая вид на некрасивую рану, похожую на изуродованный кусок мяса, который терзали несколько собак. Было так больно, что перед глазами плясали круги, а сознание готово было помахать рукой и свалить куда-нибудь в далекие страны, где ему будет лучше. Хотя, ему будет лучше везде, чем здесь.
— Сегодня снова спим вместе, а с Дереком я разберусь утром.
Голос Питера успокаивал, дарил тепло, внушал надежду на то, что все будет хорошо. Мужчина аккуратно подтолкнул Стайлза к лестнице, направляя, а потом шел рядом, не убирая руку. Стилински сел на кровать в своей комнате, наблюдая за тем, как Питер что-то ищет.
— В этом доме есть аптечка? — недовольно спросил он.
— Есть, в твоей комнате, она под кроватью. Мне Лидия ее принесла.
Кивнув, Питер быстро сходил за всем нужным, а потом долго и осторожно обрабатывал укус, после чего Стайлз начал расспрашивать о том, что было между охотниками и оборотнями, между Питером и тем-мужиком-с-которым-ты-заигрывал.
Питер все рассказал.
Рассказал о том, что пытался поговорить с Джоном, но Дерек не умеет держать язык за зубами, вот и они накинулись друг на друга, словно по сорванные с цепи хищники, которых готовили к бою. Джон пытался прикончить Дерека любыми способами, чтобы восстановить справедливость, а Дерек же считал, что все и так в норме. В итоге завязалась настоящая борьба, из которой вышел бы только один победитель, если бы не Стайлз.
А Питер и Крис — давние друзья. Даже больше, чем друзья — любовники. Питер помнил, как Джерард — отец Криса — постоянно гонял его по дому, пытаясь проучить, когда видел его рядом со своим сыном. Про это Питер тоже рассказал, ничего не скрывая.
Потом Стайлз долго сидел, опустив голову, и наконец открыто признался Питеру: «Я не хочу отсюда уходить. Если бы не ты, то, возможно, согласился бы, но это сложно». На что Питер только усмехнулся и, приобняв Стилински за плечи, ответил: «Я знаю». Питер все понимал, ему не нужно было объяснять — достаточно посмотреть в его глаза, и он кивал, улыбаясь. Стайлз был безумно благодарен ему, но не сказал вслух, потому что Питер поцеловал его в лоб и уложил спать.
Он все понял.
***
Дерек сидел на полу до самого утра. Точнее, он отключился, поэтому и сидел. Сила альфы заставила подчиниться, сделать так, как было нужно, а ему было нужно, чтобы племянник не смог шевелиться, как можно дольше. Но все рано или поздно кончается, поэтому Дерек открыл глаза, когда все еще спали, а солнце встало не так давно. В нос сразу ударил запах железа, и Дерек с опаской посмотрел на свои руки. Так и есть: кровь на пальцах. Кровь Стайлза. Дерек резко встал, часто моргая и пытаясь прийти в норму. Опустив взгляд на диван, Дерек также увидел пятно крови и понял, что натворил, но не смог вспомнить, как это было на самом деле. Давно ему не отбивало память в полнолуние. Но это не освобождало его от ответственности за содеянное. Стараясь не шуметь, Дерек тихо поднялся по лестнице и остановился напротив двери в комнату, в которой раньше жил сам и которую отдал Стайлзу. На все более-менее доброе, что он делал, снова осел слой пепла, который оттереть будет не так-то просто. Чуть приоткрыв дверь, он увидел только спину своего дяди, но несложно было догадаться, что он обнимал Стилински, закрывая его своим телом и защищая от него, Дерека. «Ты — монстр», — всплыла в сознании фраза, когда-то сказанная Стайлзом. Хейл понял, что да — он действительно монстр. Сердце болезненно сжалось от осознания того, что это конец, что он больше не сможет вернуть доверие Стайлза. Что Стайлз его никогда не простит. Дерек чувствовал запах крови и медикаментов, от чего становилось понятно, что мальчишка все-таки укушен. Дерек не помнил, чтобы ему когда-то было так хуево, как сейчас. Ведь раньше он не чувствовал подобного, не думал, что кто-то может вот так влезть в его жизнь и приручить волка. Двадцать чертовых лет он был никому не нужен, кроме Питера, а сейчас появился мизерный шанс, который он благополучно просрал. Возможно, есть и шанс все вернуть, но это будет долго и сложно: Стилински теперь будет бояться. Что же ты, волчара, натворил, а? Альфа здесь, Стайлз спит, поэтому Дерек решил зайти позже, когда будет более удачный момент. Этот момент наступил, когда к семи утра Питер ушел из дома, чтобы побегать по лесу, на время отпустив волка. Стайлз все еще сладко сопел, поэтому Дерек на ватных ногах вошел в комнату, разглядывая хрупкое тельце, аккуратно прикрытое одеялом. Он не хотел пугать его, он хотел лишь все выяснить. Тихо подкравшись, Дерек сел на пол около кровати. Наверное, со стороны это выглядело так, будто маньяк наблюдает за своей жертвой. Точно, ведь так и есть. Стайлз завошкался, его сердце забилось чаще: он просыпался. — Какого хрена?! — взвизгнул Стайлз, резко сев на кровати и натянув одеяло до подбородка, так, на всякий случай. — Тише, не бойся, — Дерек поднял руки вверх, пытаясь заверить Стайлза в своих невинных помыслах. — Я только хотел узнать: что было в полнолуние? — Ты не помнишь? — Нет. Стайлз видел, что Дерек растерян, возможно, напуган, поэтому не стал говорить ничего лишнего — только оголил плечо, на котором красовалась повязка в виде куска светлой простыни, приклеенной пластырями, на которой виднелось розовое пятно. Стайлз аккуратно отлепил пластыри и убрал испачканный кровью лоскут. В этом доме ничего не было для оказания первой помощи людям. — Стайлз, я… я укусил тебя? Это я? Вот теперь во взгляде Дерека был настоящий испуг и понимание пиздеца ситуации. — Нет, я сам, — не удержался от ехидства Стилински, закатив глаза. — Господи, Стайлз, прости, — прошептал Дерек и забрался на кровать, — я не хотел. — Уйди. Парень выставил руки вперед, чтобы не позволить мужчине подобраться ближе. Его кожу будто обожгло, когда Дерек дотронулся до ладони. Он запаниковал, пытаясь отползти, но кровать быстро закончилась. — Не бойся. Я могу вылечить тебя. — Взмахнешь волшебной палочкой, и все затянется? — Да нет же. Укус мой, значит, только я могу вылечить. Позволь мне. Стайлз немного расслабился и позволил Дереку осмотреть его плечо. Когда Дерек касался пальцами целой кожи, казалось, по ней шкребут наждачной бумагой. Хотелось помыть то место, хорошенько потереть, чтобы избавиться от неприятных ощущений. — И как ты вылечишь? — пересилив себя, спросил Стайлз. — Слюна. — Что?! Издеваешься? — Просто позволь. Дерек не предпринимал никаких действий, ожидая разрешения Стайлза. Он возвращал доверие детскими шажочками, которых окажется много. Стайлз кивнул, и Дерек аккуратно опустился к его плечу, почти невесомо касаясь губами укуса. Своего же укуса. Сначала Дерек лишь касался, а когда Стайлз привык, подключил и язык, слизывая небольшие капельки крови со сладко-металлическим вкусом. Стайлз жмурился и часто дышал. Кожа затягивалась безболезненно, но плавилась от чужих прикосновений, и Стилински хотелось поскорее избавиться от этого. Когда он понял, что рана зажила, и остались лишь шрамы, а Дерек просто целует его плечо, Стайлз снова натянул одеяло, давая понять, что не намерен это терпеть. — Теперь уйди, — произнес Стайлз, будто воткнув нож в сердце оборотню. — Хорошо. Дерек послушно слез с кровати и подошел к двери. Прежде чем выйти, он обернулся: — Не поблагодаришь? — Не заслужил. Он действительно не заслужил. Видимо, путь будет долгим. Когда Дерек почти ушел, Стайлз вспомнил, о чем хотел спросить. — Зачем ты меня укусил? Дерек опустил голову, но не ответил, а только закрыл за собой дверь. — Зачем ты это сделал? Отвечай, сукин сын!***
Когда Дерек ушел, Стайлз снова уснул, перед этим нервно походив по комнате. Конечно, ведь было семь утра, а лег он поздно. Питер вернулся через полчаса и сразу же ушел в комнату к Стилински. Похоже, что он уже считает ее своей. Дерек понимал, почему мальчишка не хочет его видеть и спит с дядей, но на душе все равно было противно, будто отобрали любимую игрушку, заставили довольствоваться… ничем. Дерек так и просидел на кухне, мешая ложечкой чай в кружке, который успел пять раз остыть. Он и не притронулся к нему. В голове крутились мысли о том, что пора сваливать отсюда, начинать новую жизнь. Возможно, смена обстановки станет для Стайлза толчком. Дерек очень на это надеялся. Он услышал ленивые шаги и приготовился словесно обороняться, но ему повезло — это был Денни. Он был все еще уставшим, с растрепанными волосами, с сонно прикрытыми глазами. Он налил себе в стакан воды и осушил его парой глотков. — Денни? — позвал его Дерек, когда парень почти ушел. — М? — Мне нужен твой совет. Денни открыл глаза, недоуменно уставившись на Дерека. Казалось, даже сон пропал. — Мой? Думаю, в советах сильна Лидия. И Питер. Лучше спросить у них, — ответил Денни и, подмигнув, собрался уйти, как его снова окликнул Дерек. — Ты — парень, и ты лучше поймешь меня. — Ах, вот ты о чем. Денни кивнул самому себе и уселся за стол напротив Дерека, ожидая, когда он спросит хоть что-нибудь. Но тот упрямо молчал, сверля взглядом стол. Денни не вмешивался в мыслительные процессы и решил подождать, но, когда Дерек открыл рот, а потом снова закрыл, он решил подтолкнуть его: — Так о чем ты хотел спросить? Что-то со Стайлзом? — Да… Слушай, как вы с Итаном начали встречаться? Я же помню, что вы не переносили друг друга и постоянно дрались. Дерек хотел спросить совсем не это, но ему было действительно интересно. Может, после этого завяжется разговор о Стайлзе. — Да уж, — усмехнулся Денни, вспоминая недавние события, — Это произошло быстро и неожиданно. Мы в очередной раз сцепились, чуть не разнесли Питеру квартиру, а потом внезапно оказались голыми на кровати, — Денни рассказывал с улыбкой на губах. Он всегда был улыбчивым. Никто из волчат не стеснялся рассказывать о себе даже личные вещи, ведь доверие в стае — прежде всего. — Мы поняли, что на самом деле бесили друг друга только потому, что не могли быть рядом. Итан сразу изменился, стал мягким и покладистым. Поначалу было непривычно видеть его таким, но потом я понял, что он такой и есть. Без конфетно-букетного периода, конечно, не обошлось, и мы не раз ходили на свидания, а сейчас буквально дышим друг другом, понимаем с полуслова. И… я люблю его. — Я тебя тоже, — отозвался Итан, который все это время стоял за спиной Денни в паре шагов. Денни смущенно улыбнулся, когда Итан подошел вплотную и поцеловал его уголок губ, и Дерек увидел, что они действительно любят друг друга. Он понял, что это то, чего ему так не хватает. То, чего он хочет со Стайлзом. — Поговори с ним, — произнес Денни, — объясни все. — Он боится меня. — Начни ухаживать, — начал Итан, — если он — парень, то это не значит, что внимание ему не нужно. — Не цветочки же дарить, — закатил глаза Дерек. — Да хоть цветочки. Стайлз — умный парень, просто дай ему понять, что ты не опасен. Дерек кивнул, соглашаясь с Итаном. Сейчас ему нужно быть максимально осторожным, чтобы не порвать последние хрупкие ниточки. Дерек надеялся, что ничего такого не произойдет, из-за чего потом Стайлз его возненавидит без возможности вернуть все обратно. — Собирайте вещи, мы уезжаем. — Куда? — одновременно спросили Итан и Денни. — Потом расскажу. Через десять минут уже все были на ногах, спал только Стайлз. Дерек собрал всех в гостиной, чтобы все обсудить. Он давно хотел переехать, но что-то держало его в этом доме, зато теперь он готов был оставить этот особняк догнивать в гордом одиночестве. — Сегодня ты какой-то потерянный, племянничек, — произнес Питер, пронзительно глядя на Дерека, который вот уже пятнадцать минут расхаживал по гостиной. — Это тебе твоя наблюдательность подсказала? Питер закатил глаза, продолжая гладить сонную Лидию по голове, которая уютно устроилась под боком альфы. Остальные же просто сидели на диване. Хоть Лидия и не пыталась сотворить глупость в полнолуние, держа себя в руках, — восстанавливалась она несколько дней. — В общем, — начал Дерек, собравшись с мыслями, — мы переезжаем. — О, да неужели? Я думал, что ты решишься на это, когда обвалится крыша. — Питер, давай без этого. Ты должен понимать, почему я это делаю. Я купил квартиру в Торонто, недалеко от твоей. Правда, это больше лофт, чем квартира. — Так вот куда ты ездил? — спросил Эйдан, который сидел на подлокотнике, держа свою девушку за руку. — Ага. — Я догадываюсь, о каком лофте ты говоришь. Он был единственный в том районе, так? — поинтересовался Питер. — Так. — Я хотел его выкупить. Питер рассмеялся, понимая, что так будет даже лучше, ведь теперь вся стая будет в одном безопасном месте. Место действительно было хорошим: сам лофт строился несколько лет, его проектировали лучшие архитекторы Канады, и строился он как студия по обучению боевым искусствам, поэтому в крепости стен можно было не сомневаться. Но потом его переделали под обычную квартиру и выставили на продажу. Питер все выяснил об этом здании. Да и находился он в районе, где не так много машин и движухи: главная дорога обходила его стороной, что было плюсом. — Стайлз едет с нами? — спросила Лидия, приподняв голову. — Да, милая, — ответил ей Питер. — А если он не захочет? — Он захочет. А еще у тебя будет возможность устроиться на работу. — Ага, и куда меня возьмут без высшего? — Например, в мою компанию. — Ты серьезно? Питер, спасибо! Лидия счастливо улыбнулась и обвила шею альфы руками. Она давно хотела куда-нибудь устроиться, но никому не нужны девицы без стажа работы и высшего образования. Теперь Питер наконец уволит свою секретутку, которая только делает себе маникюр на рабочем месте вместо того, чтобы заниматься более важными вещами. — Так, мы все решили? — поинтересовался Дерек. — Ну да. Надо только съездить за билетами на самолет, потому что ехать в такую даль на машине я не собираюсь. — Но у Стайлза нет документов. — Это не проблема, я все улажу.***
Вылет был следующим вечером, чтобы к раннему утру уже быть в Торонто. Вся стая взяла с собой самые нужные вещи, оставляя некоторые в особняке. Дерек решил его просто снести, чтобы не заморачиваться. Продать такой дом было бы сложно: он простоял бы еще год, если повезет, да и кому он нужен в чаще леса, где даже сотовая связь почти не ловит? Стайлз проспал тогда до трех часов дня, чем сильно удивил Питера, потому что тот думал, Стилински просыпается не позже девяти утра. Стайлз объяснял это тем, что сильно вымотался физически и эмоционально, и в тот момент оголилось его плечо, где недавно красовался укус. Стайлзу не нужно было открывать рот, чтобы что-то сказать, потому что Питер и сам все понял, а разговор с Дереком решил на время отложить. Стайлз шугался Дерека, постоянно отпрыгивал, как ошпаренный, когда тот подходил ближе, чем на метр, пытаясь поговорить или просто дотронуться. Причем он боялся не только Дерека, но и остальным не позволял прикасаться к себе. Кроме Питера, конечно. Они, будто сиамские близнецы, постоянно ходили вместе, ели вместе, даже на озеро Стайлз согласился идти только с ним. Дерек не знал, что там происходило, а Стилински пах дядей постоянно, поэтому оставалось только верить в то, что они не натворили глупостей. Дерек постоянно находился в раздумьях. Он обдумывал разные варианты, которые бы помогли ему сблизиться со Стайлзом: от кофе в постель и подмигиваний до серьезных свиданий где-нибудь в шикарном ресторане Торонто. Но он все отбрасывал, как только видел страх в глазах мальчишки. Хотелось видеть его улыбку, милые ямочки на щеках и блеск в янтарно-карих глазах, но Стайлз, как специально, хмурился и скрывался в комнате, беседуя там с Питером. Каково было удивление Дерека, когда за несколько часов до отъезда в аэропорт Стилински подошел к нему, отдав старый альбом с фотографиями. Взгляд Стайлза был устремлен в пустоту, а сам он выглядел покинутым, но снова подскочил, когда Дерек коснулся его ладони во время того, как забирал альбом. «Нам надо поговорить», — сказал тогда Дерек, пытаясь привлечь внимание. «Не надо», — сухо бросил Стайлз и убежал в свою комнату, оставляя Дерека наедине с мыслями. Дерек хотел объяснить, зачем укусил, но ему снова не дали, оборвав на полуслове. Чувство одиночества не покидало его, но другого выбора не было. Волчата не могли заполнить пустоту, хоть и пытались. Раньше Дерек вытаскивал их из депрессии, а теперь — наоборот. Забавно. В самолете Стайлзу досталось место у окна, Дереку — посередине, а Питеру — у прохода. Стоило Стилински бросить взгляд на Питера, как тот поменялся местами с племянником, чтобы оградить его от возможности даже заговорить. Первый час полета Стайлз провел, разглядывая невероятной красоты пейзажи, открывшиеся ему с огромной высоты. Он чувствовал себя птицей, которая была свободна от всего и просто летела, куда вздумается. Стайлз бы хотел быть птицей. Потом он уснул, укрывшись тонким пледом, который принесла стюардесса. Питер все уладил, подделав Стайлзу паспорт. У него было множество связей, поэтому несложно было позвонить одному знакомому, чтобы тот позвонил другому, который согласился бы нарушить закон за неплохую сумму денег. Благо, Питер ее имел, владея крупной страховой компанией, где сейчас управлял заместитель. Теперь Стилински был Томасом ОʼБрайеном. Стайлзу даже нравилось, поэтому он не был против. Пару раз Питер назвал его Томасом, чтобы смутить, но у него не получилось — парень только рассмеялся, показав язык.***
В Торонто они прибыли к пяти утра, а в новый дом — к семи. Стайлз сразу же побежал осматривать лофт, чтобы найти подходящую комнату, которых здесь было три, а также большая прихожая, переходящая в просторную гостиную, удобная кухня, две ванных комнаты по одной на этаж и кладовка. В лофте было тепло, несмотря на то что на улице было семь градусов по Цельсию ниже нуля. Все-таки в Канаде был более суровый климат, нежели на самом юге США, и здесь в начале ноября уже было холодно. Стайлз занял комнату на втором этаже лофта рядом с лестницей. Ему хотелось, чтобы была возможность быстро выйти из комнаты и спуститься вниз. Он забрал у Хейла-старшего чемодан, в котором были их вещи, и унес в комнату, чтобы начать обживаться. Первое время он будет спать с Питером. А то мало ли. Лидия с Эйданом и Итан с Денни также поселились на втором этаже, а Дереку досталась кровать в небольшом закутке в гостиной, которая была видна только с лестницы напротив. Там же был и небольшой шкафчик для вещей, которых у Дерека было не так уж и много, поэтому все поместилось. А еще с лофта открывался шикарный вид на город и детский парк, где мамочки гуляли со своим малышами; в стене было огромное панорамное окно. Которое, кстати, не мешало бы помыть. Но уборку все дружно решили отложить на следующий день, потому что долгий перелет и суета отнимали все силы. К вечеру все хлопоты были закончены, поэтому стая решила провести оставшееся время за просмотром телевизора, который здесь, слава Богу, был. Все уже успели соскучиться по зомбоящику, но позже поняли, что не так уж и много они потеряли. Дерек решил скрасить вечер: — Отметим новоселье? У меня есть бутылочка вина. — А у меня — две, — откликнулся Питер. Лидия с Денни переглянулись и одновременно слезли с дивана. — Мы за закуской. Я видела круглосуточный магазин недалеко от нас. — Окей, а я помою бокалы. Они тут остались от прошлых хозяев. Дерек направился на кухню, которая была в самой гостиной, отделенная лишь кухонным гарнитуром. Стайлз не без удовольствия наблюдал за тем, как Дерек тщательно моет бокалы под водой, а потом насухо вытирает чистым полотенцем. Близнецы решили помочь: они хорошо протерли большой стол, стулья, затем расставили бокалы, тарелки, разложили вилки. Пока они этим занимались, Питер сходил за вином, которое он выложил из чемодана, оставив на комоде. Лидия с Денни вернулись, купив разнообразные овощи, зелень, сыр и пару салатов, заправленных оливковым маслом. — О, как знала! — воскликнула Лидия, увидев на столе две бутылки белого сухого вина. У Дерека же было красное, но для такого не подойдет закуска в виде салата и кусочка сыра, поэтому его решили оставить на потом. Стилински чувствовал, как уют приятно заполняет его, и это заставило его губы расплыться в полуулыбке. — Стайлз, ты так и собираешься там сидеть? — окликнула его Лидия, разливая по бокалам алкоголь. Стайлз отлично сидел и на диване, но пришлось присоединиться к стае, чтобы никого не обидеть. Хоть он и не любил алкоголь, сегодня можно было выпить один бокал. Когда с приготовлениями было закончено, все уселись за стол, улыбаясь друг другу. Стайлз — не исключение. Он был рад смене обстановки. Здесь он начинал чувствовать себя как дома. Лидия потянулась за бокалом, и все последовали её примеру. — Наверное, нужно что-нибудь сказать, — начала она. — Не утруждайся, Дерек, можешь и помолчать. Стайлз, я понимаю, что это прозвучит глупо, возможно, неуместно, но я хочу, чтобы первый бокал был за тебя и твой день рождения, который ты так и не отметил. — И подарок мне достался так себе, — хмыкнул Стайлз, вспоминая тот день. Сейчас он не был так обеспокоен, поэтому лишь отшутился, не обращая внимания на Дерека, который, поджав губы, вздохнул. Похоже, сейчас он переживал больше самого Стилински. — Стайлз, я, — начал Дерек, но мальчишка его прервал. — Заткнись, волчара, не порть момент. Тонкое стекло бокалов звякало, когда они соприкасались друг с другом, и, когда Стилински сделал глоток, он почувствовал, как прошлое постепенно отпускает его, оставаясь в том доме. Он почувствовал себя чуточку лучше. Возможно, все действительно наладится, и Стайлз в это верил.
