Лилии на соломе

— У меня никогда так не получится, — устало произнесла Эмма, откидываясь на спинку скамьи, стоявшей в зимнем саду. Тонкая веточка орхидеи с нераспустившимися бутонами коснулась её плеча, и девушка, не ожидавшая этого, испуганно отодвинулась.  — Так быстро сдаешься? — поинтересовалась Реджина, которая стояла в шаге от неё, и стряхнула с ладони пепел, в который превратился нежный листочек фиалки.  — Это ты здесь потомственная колдунья, — блондинка взяла с маленького столика яблоко, надкусила его и невнятно пробормотала: — Ведьма.  — Эмма, ты оживляешь мёртвые цветы, но не можешь зажечь элементарный огонь? Реджина попыталась забрать у неё яблоко, но девушка ловко перебросила его в другую руку. Принцесса взглянула на неё с укором и села рядом на скамью, оправив подол алого платья.  — Он ведь меня обожжёт, — попыталась оправдаться Эмма.  — Прекрати, — дернула головой Реджина, будто отгоняла назойливую муху. Она уже второй час пыталась научить девушку заклинанию, но та, поначалу увлекшись, сейчас пыталась всеми силами увильнуть от этого.  — Я же говорю, у меня не получается! Одно дело цветы, а другое — все эти зелья и проклятия, — Эмма скривилась. — Я думала, всё будет не так.  — Магия требует усердия, — настойчиво произнесла Реджина, отодвигая назойливую веточку орхидеи, запутавшуюся в волосах.  — Тогда я никогда ей не научусь, — вздохнула девушка и, протянув руку, коснулась надоедавшего цветка. Через несколько мгновений нежные бутоны раскрылись пышными белыми цветами. Принцесса молча покачала головой и взяла девушку за запястье, пока та не успела убрать руку.  — Поверни ладонью вверх, — потребовала она, не обращая внимания на недовольное мычание Эммы. Реджина подняла на неё серьёзный взгляд. — И прекрати уже есть!  — Извини, — неловко улыбнулась селянка, откладывая почти доеденное яблоко. — Может, хватит?  — Замолчи, — оборвала её Реджина, — закрой глаза и сосредоточься. Эмма послушно зажмурилась. Принцесса провела по её раскрытой ладони, отчего девушка рассмеялась.  — Мне щекотно!  — Сосредоточься! Представь, как на твоей ладони разгорается пламя, — тихо и медленно произнесла брюнетка, не отпуская её запястья. — Сперва едва заметное и слабое, оно постепенно разгорается, крепнет, становится ярче и ярче…  — Реджина, это бесполезно, — Эмма честно пыталась, но была уверена, что всё зря. Она открыла глаза и хотела было убрать руку, но замерла от неожиданности: на её ладони горел огонёк. Далеко не такой сильный, как у принцессы, но яркий, чуть синеватый книзу и трепещущий, будто живой. — У меня получилось! Принцесса кивнула и улыбнулась, увидев неподдельную радость в глазах девушки. Та смотрела на собственную ладонь и будто не верила, что смогла, наконец, добиться успеха.  — А как его потушить? — поинтересовалась она, отчего Реджина рассмеялась. - Эй, я не могу так ходить постоянно!  — Просто пожелай этого, — с довольной улыбкой пояснила принцесса.  — Легко сказать, — пробормотала Эмма и, с серьёзным лицом глядя на огонёк, произнесла: — Я хочу, чтобы ты погас. Но ничего не произошло: пламя так и продолжало гореть в её руке. Реджина со смешком мягко накрыла её ладонь своей.  — Можно просто сделать вот так.  — Мне теперь все время приходить к тебе, когда понадобится его потушить? — улыбнулась Эмма и снова взяла своё яблоко. Надкусив его, она глянула на Реджину. Та внимательно смотрела на неё, и селянка, ничуть не смущаясь, протянула ей фрукт: — Хочешь?  — Прекрати говорить с набитым ртом, — недовольно произнесла принцесса. — Сколько тебя ещё учить этому!  — Не злись, — дожевав, Эмма дернула рукой, запястье которой брюнетка так и не выпустила. — Может, отпустишь? — Нет, — покачала головой Реджина. В этот самый момент принцессе так захотелось вновь коснуться Эммы, почувствовать её искреннюю, живую радость, её тепло, что она подвинулась ближе и, прежде чем селянка успела что-то возразить, уверенно поцеловала её. Эмма, совсем не ожидавшая этого, поначалу растерялась, но почти сразу ответила на поцелуй, чувствуя чуть теплые губы принцессы. Первой отстранилась Реджина. Она улыбнулась, глядя на прикрывшую от удовольствия глаза девушку.  — У тебя на губах моя помада, — наконец, произнесла принцесса. Эмма пристально взглянула на неё.  — А у тебя крошка от яблока, — усмехнулась она. Реджина торопливо провела по щеке рукой.  — Дай я, — селянка легко убрала крошку и коснулась пальцами тонкого, едва заметного шрама на верхней губе принцессы: — Все хотела спросить, у тебя ведь его не было?  — Подарок от мамы, — Реджина невольно нахмурилась и отвела ладонь девушки от своего лица. Перед глазами промелькнули картины темницы, в которой держала её королева.  — Значит, это правда? Что тебя держали взаперти? — в зеленых глазах Эммы промелькнула тревога. — Да, — кивнула принцесса, — но я не хочу об этом вспоминать.  — А то, что ты вырвала сердце принцу на балу? Так же, как делает твоя мать?  — Я разозлилась, — Реджина, заметив, как переменилась в лице селянка, с тревогой спросила: — Ты ведь не думаешь, что я… Эмма, что мне было делать? Она снова хотела выдать меня замуж!  — А почему нет? — резко дернула плечом блондинка. — У тебя сейчас был бы любящий муж, наверное, свой замок и прислуга…  — Я еще помнила тебя, — перебила её Реджина. — Когда-то в этом замке был человек, которого я любила, но моя дорогая мама убила его, убила на моих глазах и при этом ещё сказала, что желает мне только добра. А потом появилась ты, такая простая и свободная, и я видела тебя так мало, но ты просто не шла из моей головы! Она на несколько секунд замолчала, часто дыша. Эмма несмело коснулась её руки.  — Прости.  — Я не позволю ей забрать тебя у меня, — твердо произнесла Реджина. — Мне никто больше не нужен.  — Ты кое о ком забыла, — Эмма погладила её по ладони и на удивленный взгляд принцессы притянула её руку к своему округлившемуся животу. — Пусть это получилось из-за магии, но всё же он наш сын. Принцесса кивнула и слабо улыбнулась. Блондинка приобняла её за плечи и попросила:  — Расскажешь о нём? О том, кого ты любила?  — Его звали Дэниэл. Он служил здесь, в замке, — помедлив, начала Реджина. — Он был конюхом, учил меня ухаживать за Росинантом, хотя принцессе это и не подобает. Я влюбилась, мы тайно встречались… Тогда я полюбила верховые прогулки и часто уезжала до самого вечера. Порой он сопровождал меня, и мы часто, оторвавшись от стражи, плутали по лесным дорогам.  — И твои родители не знали?  — Отец знал, — тяжело вздохнула принцесса. — Он видел, что я чувствую, и, кажется, был не против. Мы хотели сбежать и пожениться, но кто-то донёс моей матери. Она пришла в ту ночь, когда мы собирались уехать, и вырвала ему сердце у меня на глазах. А вскоре после этого одним утром отец не проснулся. Реджина замолчала. Эмма, заметившая в глазах девушки слёзы, утешающе погладила её по плечу, не зная, что сказать.  — Она забрала тех людей, которые любили меня, и сделала затворницей в собственном замке, — в голосе принцессы послышалась ненависть. — А теперь хочет выгоднее выдать замуж. — Ну, ты ведь отказала тому принцу, — заметила Эмма. — Или он тебе, тут уж как посмотреть, знаешь ли. Реджина не смогла сдержать смешок. Блондинка же неловко встала, взяла с блюда веточку винограда и повернулась к принцессе:  — Пойдем.  — Ты хочешь вернуться в комнату? — недоуменно поинтересовалась Реджина, но Эмма покачала головой.  — Хочу пройтись, по саду ведь нужно гулять, — улыбнулась она, отрывая ягоду от грозди и протягивая её принцессе: — Хочешь? Реджина кивнула, поднимаясь и догоняя её. Они не спеша пошли по саду: Эмма порой подходила к какому-нибудь растению, после чего нежные бутоны распускались цветами. Принцесса внимательно наблюдала за ней. — Что? — наконец, поинтересовалась Эмма, касаясь ветки сирени.  — Опять заставишь садовников удивляться цветам посреди февраля.  — Это ведь сад, — улыбнулась селянка, поправляя подол голубого платья, зацепившийся за низенький куст. — Я хочу, чтобы он цвел.  — Смотри, чтобы мама не узнала, что ты владеешь магией, — заметила Реджина, подходя к ней.  — Мне кажется, она уже знает. Думаешь, она меня испугается? Я только сегодня научилась элементарному заклинанию, — Эмма повернулась к ней, держа в руках маленький цветок сирени. — Ты говорила с ней?  — Она до сих пор не принимает меня, — Реджина провела рукой по светлым волосам девушки, которые крупными кудрями рассыпались по плечами. — Может это и к лучшему.  — У меня есть ещё два месяца, — блондинка погрустнела и, отбросив цветок в сторону, посмотрела принцессе в глаза: — А потом я смогу надеяться только на Ваше Высочество.  — Повторю ещё раз, — брюнетка взяла её за руки и мягко притянула к себе, осторожно обнимая: — Я смогу защитить тебя. Эмма на несколько секунд зажмурилась, а потом, открыв глаза, прошептала ей на ухо:  — Верю. Вечером следующего дня, перед ужином, Эмма сидела в своей комнате и вслух читала письмо, которое принесла ей служанка. Блондинка бережно, будто самое ценное сокровище, держала в руках чуть желтоватую бумагу. — …Пиши нам так часто, как только сможешь. Мы любим тебя и ждём домой, — Эмма вздохнула, откладывая письмо в сторону. — Они ждут меня, а я даже не знаю, смогу ли вернуться.  — Вернётесь, — уверенно произнесла Алана, подходя к девушке. Служанка взяла гребень и принялась распутывать потемневшие от воды пряди Эммы. — Я ведь тогда, после неудавшейся свадьбы принцессы, тоже думала, что мне не жить. Но ведь сейчас-то я здесь, вполне себе живая. Может, королева передумает и насчёт вашей казни?  — Кажется, у меня все чуть сложнее, — слабо улыбнулась девушка и поморщилась, когда Алана случайно дернула за локоны. — Может, обойдемся без всех этих причёсок? Волосы даже не до конца высохли.  — Нельзя, — невнятно пробормотала служанка, зажав во рту шпильку. — Вы живёте во дворце, мало ли сейчас войдёт принцесса.  — И что, — пожала плечами Эмма и снова ойкнула, когда Алана нечаянно потянула её за волосы. — Дома я не особо старалась, да и Реджина видела меня и не в таком виде. Служанка ничего не ответила, лишь продолжая своё дело. Через пару минут ей удалось аккуратно заколоть непослушные локоны девушки, и Алана отошла на шаг, оценивая свой труд. Она и сама прекрасно понимала, что за той вряд ли кто-то сегодня придёт, но все равно исправно выполняла свои обязанности. Эмма же, чуть повернув голову, оценивающе взглянула на себя в зеркало.  — Как будто все эти платья и причёски сделают меня знатной, — наконец, произнесла она. — Мне никогда не стать такой, как Реджина. Все эти дворцовые традиции, это можно, это нет, туда заходить можно, а вот туда уже нет — да я никогда не смогу это запомнить! А этикет, это просто кошмар!  — Постепенно всему научитесь, — утешающе ответила Алана, зажигая еще несколько свечей и осторожно ставя их в подсвечники. — Я ведь тоже мало чего знала, когда пришла сюда впервые. Помню, когда меня только приставили к госпоже, я… Девушка осеклась — кто-то пытался отпереть дверь. Эмма встревоженно поднялась и обернулась на служанку, которая сразу же проверила, где ключ, который отдала ей Реджина. Тот был на месте. Через несколько секунд дверь со скрипом распахнулась, и в комнату вошла королева. Алана испуганно согнулась в поклоне, а Эмма так и осталась стоять, ошарашенно глядя на вошедшую.  — Никаких манер, — покачала головой Кора, подойдя к девушке и не удостоив служанку и взглядом. — Всё та же неотёсанная деревенщина.  — Ваше Величество, — будто очнувшись, Эмма поклонилась.  — Хоть что-то, — вздохнула королева. — Советую тебе запомнить хотя бы элементарные вещи.  — А зачем? — дерзко возразила ей селянка. — Вы ведь всё равно меня убьёте. Кора, улыбнувшись, села на свободный стул и пристально взглянула на стоявшую перед ней девушку.  — Сегодня ко мне пришла моя дорогая дочь. Просила оставить тебя в живых, — не спеша начала королева. — Мне так тяжело отказывать ей, но ведь ты сама вынуждаешь меня это сделать. Ничему не учишься, дерзишь и ведёшь себя так, словно все ещё живешь в той жалкой лачуге, из которой тебя забрали.  — Я не… — начала Эмма, но Кора отмахнулась от неё.  — Ну вот, снова. Разве тебе позволено меня перебивать? — покачала головой королева, притворно сожалея. — Как я смогу доверить тебе своего внука?  — Я исправлюсь, — тихо произнесла блондинка, опустив голову.  — Скажи мне, Эмма, — девушка чуть вздрогнула, услышав своё имя от Коры, — неужели тебе хочется вернуться в свою деревню? Надевать обноски, работать, постоянно быть в грязи и соломе? Блондинка медлила с ответом. Королева же все так же внимательно смотрела на неё, словно испытывая на прочность. Наконец, Эмма подняла голову и на одном дыхании произнесла: — Да, хочется. Алана, внимательно слушавшая весь разговор, едва заметно помотала головой, с плохо скрываемым волнением глядя на блондинку. Кора же выглядела ничуть не удивлённой.  — Хочется, и будь на то моя воля, я бы уже давно сбежала отсюда, — голос Эммы звучал все громче и увереннее. — Но меня держит здесь один человек. Я никогда не жила в такой роскоши, как сейчас, но все это богатство никогда не заменит моего родного дома.  — Бедная девочка, скучаешь по своему дому, — с наигранной жалостью произнесла королева. — Так иди. Я прикажу подготовить карету, тебя отвезут. Кора приглашающе кивнула на открытую дверь. Эмма не двинулась с места, не веря своим ушам.  — Ну что же ты медлишь? Боишься, я остановлю? — Женщина поднялась. — Тебя никто не тронет, слово королевы. А ребенка у тебя заберут, как только родишь. Снова будешь свободна как ветер. Кора спокойно подошла к двери и вытянула из замка свой ключ.  — Неужели Реджина думала, что я отдала ей единственный? — со смешком бросила она и оставила Эмму и её служанку одних. Дверь осталась отпертой. Селянка молча стояла и смотрела вперед, на длинный коридор, освещаемый факелами. Алана бросилась к девушке, пытаясь ухватить её за плечо.  — Госпожа, не делайте этого!  — Я не могу так! — отшатнулась от неё Эмма и шагнула к двери. — Отведи меня, я должна увидеть… Она не смогла уйти далеко. Девушка замерла, едва переступив порог комнаты - перед ней стояла Реджина. И, судя по всему, это не сулило Эмме ничего хорошего.  — Уходишь? — поинтересовалась она, глядя на застывшую девушку. — Нет, я… — попыталась оправдаться Эмма, но принцесса подняла руку, заставляя блондинку замолчать.  — Я не поверила матери, когда она сказала, что ты хочешь сбежать отсюда, — медленно произнесла брюнетка. — Но я ошиблась. Всё это время ты притворялась? Хотела оставить меня здесь одну? Как ты могла так предать, Эмма?!  — Реджина, я не…  — Замолчи! — резко прикрикнула она. — Я поверила тебе! Как ты только могла?! Эмма молча стояла перед ней, опустив глаза и понимая, что возражать бесполезно — Реджина была слишком взвинчена.  — Стража! Не выпускайте её отсюда, что бы ни случилось! — властно приказала принцесса и развернувшись, пошла по длинному коридору прочь.  — Реджина, выслушай! — крикнула Эмма, пытаясь вырваться из крепких рук стражника, который попытался завести её в комнату. — Ты неправильно всё поняла, Реджина!!... Только когда голос девушки затих за запертой дверью, принцесса остановилась, коснувшись рукой каменной стены, которая приятно холодила ладонь. Реджина была очень зла на Эмму, и только чудо спасло девушку от её гнева.  — Убедилась, дорогая? — Кора появилась рядом с дочерью. — Я предупреждала, что она предаст тебя при любой возможности. Казнь для неё будет лучшим уроком.  — Она будет жить, — преодолев гнев, твёрдо произнесла принцесса, поворачиваясь к матери. — Я обещала.  — Она обманула твоё доверие, а ты позволишь ей жить? — недоуменно переспросила королева.  — Я — не вы, — бросила Реджина.  — Разумеется. Ничего не изменилось. Всё та же слабая девочка, не способная ни на что, — Кора была совсем не удивлена. Реджина дернулась, будто та её ударила, но, не сказав ни слова, поклонилась и снова пошла по коридору в свои комнаты, пытаясь заглушить гнев и обиду. Она не знала, что в этот самый момент в запертой комнате Алана пыталась успокоить безудержно рыдающую Эмму.