Лилии на соломе

Реджина никогда не была частой посетительницей королевской тюрьмы. Да и посетила-то она её всего единожды в своей жизни: почти два года назад, когда разозлённая мать отправила её на несколько дней в подземелье. Шрам над губой неприятно заныл, и королева невольно коснулась его пальцами. В тот день Реджина была слабой — слабой настолько, что сейчас в это верилось с трудом, и любое воспоминание об этом маленьком изъяне заставляло её презирать саму себя. И сейчас, легко шагая за начальником тюремной стражи к нужной камере, женщина испытывала непонятное волнение, от которого сводило живот и становились влажными руки, и ненавидела себя за это. Она чуть тряхнула головой, пытаясь избавиться от неприятного ощущения. Поначалу Реджина была уверена, что сегодня казнит не одну, а троих, но с каждым шагом уверенность испарялась, уступая место предательской мысли — а что если ей не солгали? Стражник привел её к двери в самом конце узкого полутемного коридора и зазвенел связкой ключей, выбирая нужный. Королева едва смогла дождаться, пока он, наконец, управится с крепким замком и услужливо распахнёт тяжёлую дверь.  — Оставьте нас, — холодно приказала Реджина, заметив, что мужчина хочет что-то сказать. Тот поспешил исчезнуть. Королева решительно шагнула в темную камеру, ожидая увидеть перед собой кого угодно. Через маленькое окошко едва пробивался слабый дневной свет. Реджина поспешно наколдовала несколько огненных шаров, заставив их повиснуть в воздухе, словно фонарики. Тепло от пламени залило подземелье, разгоняя мрак и сырость. Камера была пуста. На секунду Реджине показалось, что сейчас она попросту спалит всю эту тюрьму дотла, не оставив даже камня, но неожиданно услышала странный звук справа от себя. Она резко повернулась и увидела большую белую птицу. Та дремала, спрятав голову под крыло. Женщина, не веря своим глазам, осторожно подошла к лебедю и опустилась на холодный пол рядом с ним. Птица не просыпалась, и Реджина осторожно провела по тугим перьям, пытаясь вспомнить нужные магические формулы. Неожиданно раздалось громкое шипение, и женщина отпрянула назад, держась за укушенную руку.  — Ты что творишь?! — воскликнула она, выставив перед собой ладони. Лебедь распахнул крылья, насколько позволяли окружающие стены. — Эмма! Словно узнав голос королевы, птица резко остановилась и, вытянув шею, потянула за подол её платья.  — Так-то лучше, — успокаиваясь, выдохнула Реджина и снова коснулась её крыльев. Её взгляд зацепился за алое пятнышко на груди лебедя, в котором она узнала свой кулон, подаренный когда-то понравившейся обитательнице пруда. — Свон? Птица дернула головой, будто соглашаясь.  — Не шевелись. Эмма махнула крылом, почти завалившись на бок, когда от руки королевы, болью отозвавшись в пальцах, едва заметной рябью прошла магическая волна. Впрочем, заклинание не сработало, мигом отразившись от птицы, и, ударившись о стену, рассыпалось искристой пылью. Реджина скривилась, а лебедь вдруг потянулась к её лицу, словно хотела что-то сказать.  — Я тебя не пойму, — покачала головой женщина, наклоняясь к ней. Птица же медленно, словно опасаясь чего-то, коснулась крепким клювом её прохладной щеки. Реджина удивленно подняла бровь. — Поцелуй? Серьёзно? Лебедь опустила голову.  — Ладно, но если не получится, моей вины нет, — вздохнула королева, заметив вмиг погрустневший взгляд птицы. Реджина заправила за ухо длинную прядь и нервно вздохнула: — Неужели я действительно собираюсь это сделать? Она провела рукой по гладким перьям на голове лебедя и быстро, словно не позволяя себе передумать, коснулась их губами. Ничего не произошло. Реджина только открыла рот, чтобы что-то сказать, как вдруг от них двоих безумной и цветной волной полыхнула магия. На секунду в камере стало светло как днём. Королева резко поднялась на ноги и прикрыла ладонью глаза, прячась от яркого света, а когда открыла их вновь, то увидела перед собой Эмму, растрёпанную, грязную, но, без всяких сомнений, живую. Она растерянно обвела взглядом чёрные стены, словно не понимая, где находится.  — Ты жива, — Реджина ошеломленно смотрела на неё, словно боялась, что девушка исчезнет. Эмма неловко кивнула: превращение было непривычно быстрым, и она пыталась привыкнуть к собственному телу. Брюнетка не выдержала и, резко схватив её за запястье, притянула к себе и жадно поцеловала. Девушка не сопротивлялась, но стоило королеве ослабить хватку, как селянка вывернулась и резко оттолкнула её от себя.  — Почему ты мне не поверила сразу? — голос селянки был хрипловатым. — Ты хоть понимаешь, что я пережила?! Я почти год пыталась сказать тебе, где я, а ты ни черта не понимала! Как ты могла так поступить со мной, как ты только могла?! Улыбка исчезла с лица королевы. Она сжала ладонь левой руки в кулак, чувствуя, как впиваются в кожу длинные ногти.  — Не говори так, про…  — Не смей мне указывать! — вскрикнула Эмма, не подумав. Сорвавшись, Реджина резко сжала пальцы правой руки. Блондинка схватилась за шею, в надежде ослабить душащую магию, и попятилась назад, упираясь спиной в стену.  — Это ты не смей мне перечить! — прошипела Реджина, приближаясь к девушке. — Как ты вообще осмелилась говорить так со своей королевой, нищенка!! Эмма царапала пальцами стену, сдирая в кровь ладони. Она ничего не видела перед собой, думая лишь о том, как вдохнуть хоть немного, — пока магия не отпустила её. Девушка едва могла стоять на ногах, судорожно дыша.  — Ты слишком своевольная. Боюсь, мне придётся это исправить, — Реджина мягко коснулась правого плеча девушки и скользнула рукой к груди. Селянка охнула, чувствуя длинные пальцы, сжавшие её сердце. — Как же оно бьётся, милая.  — Отпусти меня, — взмолилась Эмма, глядя в чёрные глаза королевы. Та усмехнулась.  — Ни за что, — покачала она головой. — Я так долго была одна. Реджина крепче сжала сердце девушки.  — Пожалуйста, Ваше Величество!! — едва ли не закричала от боли Эмма, и голос её был слышен, наверное, в другом конце коридора. Помедлив, Реджина отпустила её. Девушка с облегчением выдохнула: смерть впервые была так близко. С опаской взглянув на королеву, селянка поклонилась, мелко дрожа:  — Простите меня, Ваше Величество.  — Так бы сразу, — Реджина снова улыбнулась, легко касаясь пальцами щеки девушки. — Тебе придётся заслужить моё прощение, дорогая.  — Кора, — невольно вырвалось у Эммы. Заметив мелькнувшую в глазах королевы ненависть, она поспешно добавила: — Кора меня заколдовала.  — Её больше нет. Тебе некого бояться, — помедлив, кивнула брюнетка. — Кроме меня, разумеется. Реджина легко повернулась и, подойдя к открытой двери камеры, поманила селянку за собой. Эмма поспешила за ней, едва не поскользнувшись босыми ногами на холодных камнях. От королевы это не укрылось. Она протянула девушке руку и, когда та несмело коснулась холеной ладони, перенесла их в свои покои.  — Кэтрин, пусть сейчас же приготовят ванну, — приказала Реджина, брезгливо взглянув на грязные волосы и платье Эммы. — Пусть её вымоют, переоденут и вернут сюда.  — Ваше Величество, мой сын! Я хочу его увидеть, умоляю! — поспешно воскликнула селянка.  — В таком виде? Я тебя к нему не подпущу, — словно наслаждаясь отчаянием в глазах девушки, протянула Реджина. — Будешь слушаться — увидишь. Эмма хотела возразить, но поклонилась, пытаясь сдержать слёзы. Королева одобрительно кивнула и исчезла. Селянка подняла голову и, увидев стоящую у дверей Кэтрин, бросилась к ней:  — Стой! Служанка удивленно обернулась.  — Вам что-то нужно? — поинтересовалась она.  — Не знаю, кто ты, но скажи, что с ней случилось? — Эмма схватила девушку за руку и крепко сжала запястье. — Это не моя Реджина! Кэтрин и сама не знала, кто эта странная гостья королевы, но в глазах незнакомки читалось такое неподдельное волнение за госпожу, что девушка решила поделиться с ней.  — Это из-за зелья, — быстро зашептала, будто опасаясь, что их подслушают, фрейлина. — Она без него уже дышать не может!  — Где оно?  — Я всё расскажу вам позже, мне надо спешить, — Кэтрин высвободила руку и вышла в коридор.  — А Генри, как он? — раздираемая вопросами, крикнула ей в спину Эмма, выглядывая из открытых дверей. Девушка обернулась.  — С ним все хорошо, — улыбнулась она и поспешила выполнять приказ королевы. Селянка с облегчением вздохнула. Один из стражников повернулся к ней и пробасил:  — Госпожа, вернитесь в покои, вам запрещено выходить без сопровождения. Блондинка бросила на него возмущённый взгляд, но заметив, что мужчина собирается силой вернуть её в комнату, забежала внутрь сама, захлопнув тяжелую дверь. Эмма приоткрыла глаза и с наслаждением потянулась, чувствуя голыми плечами прохладный шёлк покрывала на королевской кровати. Повернув голову, девушка глянула в окно: на улице снова шел дождь, каплями стуча по оконному стеклу. Легко поднявшись, Эмма подошла к зеркалу, пытаясь пригладить растрепавшиеся после сна волосы, благо, служанки не стали мудрить с её прической и просто заплели пряди у висков в тонкие косички, скрепив их на затылке вычурной заколкой, усыпанной алыми камнями. Из-за туго зашнурованного корсета нового красного платья селянка боялась лишний раз глубоко вдохнуть. Видимо, после того, как Кэтрин привела девушку из ванной, в покои королевы никто не входил. Эмма подошла к подсвечнику, стоявшему на столе, и попыталась зажечь свечи, представив пламя в своей ладони, тёплое и не обжигающее кожи. Заклинание получилось у неё с первого раза — все-таки она была хорошей ученицей. Девушка осторожно поднесла ладонь к фитилю свечи, зажигая её.  — Великолепно, — раздалось за её спиной. Эмма резко повернулась и увидела стоящую перед ней Реджину. Девушка поспешно сжала ладонь в кулак, заставляя огонёк погаснуть, и поклонилась:  — Ваше Величество.  — Надеюсь, ты не скучала, — поинтересовалась королева, окидывая её оценивающим взглядом. Эмма покачала головой, отчего несколько золотистых прядей упали ей на плечо.  — Я ждала вас. Реджина широко улыбнулась, глядя на девушку, которая облизнула вмиг пересохшие губы. Взмахнув рукой, королева заставила все свечи, что были в комнате, загореться. Эмма прищурилась от яркого света.  — У нас с тобой теперь будет много времени, — наконец, кивнула королева, разворачиваясь и намереваясь отойти к зеркалу, рядом с которым стояло заветное зелье. Заметив это, Эмма ухватила её за руку. Она не могла позволить ей коснуться пузырька, по крайней мере, сейчас.  — Простите мою дерзость, — сбивчиво выдохнула селянка, замечая недовольное удивление на лице королевы. — Я здесь с утра, и никто… Наверное, ещё никогда девушка не была так рада тому, что её живот жалобно заурчал от голода. Она не врала, есть ей хотелось до безумия, и Эмма подняла жалобный взгляд на брюнетку.  — Кэтрин скоро принесёт нам ужин, — Реджина привлекла девушку к себе и, легко коснувшись пальцами её щеки, провела ниже, по шее, скользнула по серебристой цепочке кулона. — Тебе идёт красный цвет. Селянка улыбнулась ей, не отводя взгляда, и чуть сжала холодную ладонь королевы.  — Вам холодно, — шепнула Эмма. Она боялась, что Реджина сейчас оттолкнет её и вернется к пузырьку, но та приблизилась к её лицу настолько, что блондинка чувствовала её дыхание на своей щеке.  — Так согрей меня. На секунду у Эммы перехватило дыхание. Она подалась вперед, желая коснуться ярко-алых губ королевы, но Реджина чуть отстранилась, словно любуясь зелёными глазами девушки.  — От тебя пахнет розами, — заметила она, заставив селянку повернуть голову на бок и легко целуя её в висок. Эмма прикрыла глаза, вспоминая, как служанки втирали в её распаренное после ванной тело розовое масло. Их руки нельзя было сравнить с мягкостью ладони королевы, которая гладила обнаженное плечо простолюдинки. Неожиданно её вторая рука легла на затылок девушки, и Реджина буквально впилась в её губы долгожданным поцелуем. Эмма отвечала ей со всей пылкостью, на которую была способна, не оставаясь в долгу, пока не почувствовала, что ей не хватает воздуха. Она замычала, пытаясь вырваться, и царапнула ногтями по открытой спине королевы, за что Реджина немедленно прикусила её нижнюю губу. — Не распускай руки, милая. В двери постучались, а в следующее мгновение в королевские покои вошла Кэтрин с подносом, полным еды. Заметив Эмму в объятиях своей госпожи, она невольно остановилась.  — Входи, — махнула рукой Реджина, отпуская селянку и подходя к любимому креслу, возле которого стоял маленький низкий столик. — Поставь здесь и оставь нас. Блондинка, которая осталась на месте, сделала вид, словно оправляет юбки платья, и когда Кэтрин прошла мимо неё, заговорщицки ей кивнула. Фрейлина понятливо кивнула в ответ и поспешила выйти.  — Эмма, — позвала её Реджина, откидываясь на спинку кресла и закидывая ногу на ногу, отчего разрез на юбке платья распахнулся, — ты ведь была голодна? Девушка кивнула, подходя к ней.  — Садись рядом, — приказала брюнетка, но Эмма неожиданно опустилась прямо на мягкий ковер у её ног. — Что ты делаешь?  — Занимаю положенное мне место, — легко улыбнулась девушка. — Я не могу сидеть наравне с вами. Реджина удивленно подняла бровь.  — Я думала, с тобой будут некоторые проблемы, — заметила она, пристально глядя на селянку. — С чего вдруг такая покорность?  — Как я смею не подчиняться приказам своей королевы, — кротко ответила Эмма, опустив голову. Она надеялась, что королева не заметит её едва сдерживаемой ярости из-за того, что приходится раболепствовать перед ней, но так было нужно, чтобы осуществить нехитрый план девушки. - Я не хочу доставлять вам хлопот своим присутствием. Реджина спорить с ней не стала. Она взяла со столика два кубка и наполнила их красным вином из кувшина, после чего протянула один из них Эмме.  — За твое возвращение, — произнесла она и сделала глоток. Селянка же едва пригубила свою чашу. Вскоре Эмма с аппетитом набросилась на жаркое, а Реджина, не особо голодная, лениво наблюдала за ней, то и дело отпивая немного вина.  — Сыта? — усмехнулась она, заметив, что девушка вернула пустую тарелку на стол.  — Да, — кивнула блондинка, мягко забирая из рук королевы кубок и снова наполняя его вином. — Благодарю вас.  — Эм-ма, — протянула Реджина, словно пробуя имя девушки на вкус, — почему тебя так назвали?  — Я не знаю, — пожала та плечами.  — Эмма Свон. Похоже на титул, не находишь?  — Я недостойна титулов, моя королева.  — Я сама решу, кто и чего достоин, — Реджина погладила девушку по светлым волосам, пропуская золотистые локоны между пальцев. — Больше ты меня никогда не покинешь, милая. Вино привело королеву в благодушное настроение. Эмма, все так же сидевшая на ковре, протянула руку и легко провела пальцами по обнаженной голени королевы. Та чуть дернула ногой, впрочем, не запрещая ей этого делать. Селянка надеялась лишь на одно — чтобы Реджина была достаточно пьяна и не вспомнила о проклятом зелье. Постепенно Эмма потеряла счет времени. За окном была уже тёмная ночь, и девушка чувствовала, что вот-вот уснёт. Королева же сидела, не по-королевски подперев голову рукой. Неожиданно Реджина встрепенулась и резко поднялась с кресла, нарушая их идиллию.  — Что-то случилось? — Эмма не успела понять, что произошло, а королева уже стояла у зеркала и держала в руках темный пузырёк. Реджина не обратила внимания на слова девушки, её начинало по-знакомому мутить. Она бережно сняла крышку с иглой, быстро уколола палец и привычно вернула пузырёк на место, но вдруг замерла, понимая, что ей ничуть не полегчало, как это бывало обычно. Неверяще взглянув на свою руку, она размазала между пальцами выступившую капельку крови и резко повернулась к поднявшейся на ноги Эмме.  — Что ты сделала? — с ненавистью прошипела она. Девушка нервно сглотнула, отступая на шаг. Кэтрин рассказала ей о зелье королевы, пока Эмма была в ванной комнате, и первое, что блондинка сделала, вернувшись, — выплеснула мутное содержимое пузырька за окно. Хорошо, что фрейлина увидела это и предложила налить в уже бесполезную склянку обычной воды, чтобы Реджина хотя бы не сразу заметила подмену.  — Я тебя спасаю, — голос простолюдинки прозвучал неожиданно звонко в наступившей тишине.  — Оно помогало мне, — королева все ещё не могла поверить в происходящее, прерывисто и тяжело дыша. Неожиданно комната перед её глазами закружилась, и Эмма в последний момент успела побежать и подхватить брюнетку. Реджина попыталась вырваться, но девушка, крепко держа под руку, подвела её к кровати. — Убери от меня руки, мерзавка! Я вырву твоё грязное сердце!!  — Я знаю, что это не ты говоришь, — селянка усадила женщину на покрывало, стянула с её ног туфли и уложила королеву на мягкие подушки. Реджина демонстративно отвернула от неё голову. Эмма вздохнула, присаживаясь на край кровати, и погладила брюнетку по подрагивающему плечу: — Ты никогда так со мной не стала бы обращаться, ты ведь всегда была добра. — О, так ты обиделась и решила мне отомстить, вылив зелье?! — резко повернулась к ней Реджина. — Надо было оставить тебя гнить в подземелье, неблагодарная… Договорить он не смогла, резко и исступлённо закашлявшись. Эмма, дождавшись, пока приступ пройдет, обеспокоенно коснулась её лба.  — Что с тобой? — громко произнесла она, склоняясь над обессиленно закрывшей глаза Реджиной. Та не отвечала. Селянка затормошила её за плечи, но королева безвольно лежала на подушках, ни на что не реагируя. Эмма подскочила на ноги, в панике озираясь по сторонам, и стрелой бросилась к дверям. Руби, привычно дежурившая в коридоре, едва успела отскочить в сторону от вылетевшей из покоев королевы блондинки. — Зови Кэтрин, лекарей, кого-нибудь, скорее!!  — Что ты…  — Королева больна! Руби молнией метнулась по коридору, Эмма же снова бросилась к Реджине.  — Ну давай, возвращайся, — тихо взмолилась она, похлопывая брюнетку по мертвенно-бледным щекам. — Я же не знала!..