Серый кардинал

Ближе к вечеру, когда уже остывали плиты, кухня блестела, пирог был испечен, а все помидоры превратились в фирменный соус, когда все уже ушли по своим делам, две женщины устало присели за стол. Они молча пили чай, думая каждая - о своем. Иногда замирали, прислушиваясь к далекому басовитому жужжанию бензопилы. — Как Мона? — Кэрол вытянула ноги. — Я сказала ей не приходить сюда. Жарко и толкучка. Не знаю, молюсь, чтобы ребенок еще подождал. Но ты знаешь, как это бывает… — Трейси заправила темную прядь с проседью под платок. — Я думала об этом. Если что, мы съездим в Александрию и привезем Софи. Быстро должны обернуться. — Ты уверена, что они поедут? Мне не показалось сегодня, что они очень прям хотят что-то для нас делать. Этот Абрахам вроде дружелюбный, но когда дело касается интересов его общины… — она пожала плечами и отпила чай. — Дэрил поедет. Я давно его не видела, но когда-то мы были очень близки. Трейси подняла бровь и быстро поставила кружку. — Нет-нет, не так близки, — Кэрол усмехнулась и покачала головой. — Но он все сделает, если Моне нужна будет помощь. В этом я по-прежнему уверена. У нас было такое… Не хочу вспоминать! Нам придется поголодать недельку? — она быстро перевела тему. — Да, будем питаться попроще, но оно того стоит. Главное, чтобы с Александрией все получилось. Я молюсь… — Тут не молиться надо, — Кэрол подперла кулаком подбородок и устало вздохнула. — У вас ничего не вышло? Ну… с Дэрилом, — Трейси смотрела с откровенным любопытством. Кэрол усмехнулась. — Мы и не пытались. У меня талант заводить друзей среди мужчин. Среди разных мужчин… Это удобно, в общем. И никаких сложностей. Я не вызываю любовь. Не знаю, как объяснить, — Кэрол потерла лоб. — Не создана для этого, наверное… Так бывает. Меня это устраивает, потому что я ценю другое. А любви я наелась в свое время - хватило. С Дэрилом у нас и времени-то не было: мы постоянно бежали. Не знаю… Один месяц спокойный был. Всего тридцать дней. А потом опять началось… — Месяц - это очень много. Такие вопросы и за неделю решаются между людьми. Я знала, что всегда буду со Скоттом, уже дней через десять. Может, тебе просто никто и не нужен? А может, ты не встретила того… — Может, — Кэрол согласно кивнула и потянулась за свежим печеньем. — Меня все устраивает. Я и не собираюсь никого встречать. Сейчас о другом думать надо. — А Дик? — Да, и Дик - тоже друг. — Не мое дело, конечно. Но Дик тебя не обидит. Он не умеет обижать. За ним ты будешь как за каменной стеной, подумай. — Меня теперь никто не обидит, — Кэрол спокойно посмотрела на Трейси. — Дик только шутит, я ему не нужна. Нам обоим не нужны сложности. И так все хорошо. — Ты ошибаешься. Просто ты боишься, потому что обожглась, но на самом деле… — Трейси грустно усмехнулась, взглянула в окно и быстро встала. — Идут! Давай их кормить, а посуду потом молодежь уберет. Ужинали торопливо, скупо перебрасываясь фразами о работе. Кэрол поняла, что Дэрил и Дик, повозившись пару часов у машины, ушли помогать пилить деревья. На звук бензопилы пришли ходячие. Футболка Розиты была забрызгана кровью. Трейси повела Розиту в большой дом, где проживало несколько семей с детьми и висел бойлер с горячей водой. Мужчин так не баловали. Кэрол проводила своих бывших людей в их дом. Дэрил был даже грязнее, чем обычно. Кровью ходячих и машинным маслом были щедро заляпаны жилет, руки и даже лицо. Она сунула ему чистую рубашку и потянулась за жилетом, который Дэрил держал в руке. — Да нормально, — забормотал Дэрил, не выпуская из рук любимую вещь. Кэрол многозначительно поморщила нос, и он сдался. Пока он мылся, Абрахам и Кэрол ждали на крылечке. — Джош сказал - за завтра мы все доделаем. Половину бревен затащили, завтра - остальное, а дальше - вы сами. А для машины вашей нужны запчасти. Дэрил говорит — там все гнилое. Послезавтра мы - домой. Кто от вас поедет? — Абрахам прислонился к перилам и смотрел на присевшую на ступеньку Кэрол. — Мы еще не решали… — Тебе надо ехать. Она помолчала и задумчиво протянула: — Значит, нашу машину не починить? — Трудно. Нужно искать запчасти именно для этой марки. Проще добыть новую. Она съежилась, обняла руками колени и вздохнула. Абрахам начал перебирать в руках пояс с кобурой и ножнами. Вдруг он резко бросил ремень на перила. Звякнула пряжка. — Мишонн каждый вечер ходит на кладбище. Все знают и делают вид, что не знают. Рик тоже там частенько бывает. Они хотели поставить тебе крест, но Дэрил не дал. Сказал, что ты живая. Что он чувствует, что ты живая. А Мэгги по вечерам… — Не надо! — Кэрол быстро закрыла лицо руками и судорожно выдохнула. Эйб смотрел на нее сверху и открывал рот, словно хотел сказать что-то еще и не решался. Он вздрогнул, когда хлопнула дверь в доме. Дэрил появился и подвинулся, пропуская Абрахама внутрь. Кэрол сразу вскочила. — Я пойду. Приходите к костру, — хрипло пробормотала она, как будто что-то ей сдавило горло. — Эй! Все в порядке? — Дэрил перепрыгнул сразу через две ступеньки вниз и встал перед ней, встревоженно вглядываясь в ее лицо. — Будет! — Кэрол расправила плечи, подняла голову и удивленно приоткрыла рот. - Ох! Ты расчешись, ладно? — Обязательно, — он прищурился, глядя ей в лицо. Она была расстроена, но пыталась это скрыть. Он, не думая, протянул к ней, но, спохватившись, опустил руку. Кэрол вдруг весело улыбнулась, шагнула к нему, встала на цыпочки и начала убирать мокрые спутанные пряди, которые падали на его лицо, наверх. Он наклонился, подставляя голову под ее руки. Ее пальцы уверенно распутывали волосы, заправляли за уши, убирали из-за воротника рубашки, трогали его лицо. — Вот так, — довольно заулыбалась Кэрол, разглядывая результат своей работы. — Не трогай их, ладно? Пусть так высохнут. Может, побреешься, а? — она тронула его подбородок. Дэрил фыркнул и мотнул головой: — Вряд ли. Ты меня в жертву, что ли, готовишь? — А… Ты про девочек? Ты им таким понравишься еще больше, обещаю. Тебя бы постричь еще… — Да? — Дэрил быстро протянул руку к ее волосам. Кэрол было отшатнулась, но он уже протягивал ей зеленую веточку. Кэрол растерянно взъерошила свои отросшие волосы и немного виновато улыбнулась. — Помидоры, черт возьми. Я по уши в помидорах. Да-да, знаю, надо бы постричься. Руки не доходят. — Да нет, не надо, — Дэрил усмехнулся. — Так нормально. — Думаешь? Ладно, я пойду. Приходите к костру. Долго сидеть не будем, но надо собраться, — она подхватила с крыльца его жилетку и рубашку и, кивнув ему, быстро пошла прочь. Дэрил достал из заднего кармана сигарету и прикурил, задумчиво провожая взглядом фигуру в длинной юбке. Плечи ломило от непривычной тяжелой работы. Он провел рукой по мокрым волосам, почесал щетину на подбородке и криво улыбнулся, прислушиваясь к грохоту жестяного ведра и плеску воды из дома. Абрахам что-то басовито напевал. Костер разожгли, как только стемнело. Но ни возлияний, ни танцев уже не было: все устали. Тихо переговаривались, перекидывались шутками под негромкое бренчание гитары. Иногда кто-нибудь просил спеть любимую песню, и Тони - плотный мужчина с круглым лицом - охотно выполнял заявки. Собрания тоже не было, чему Кэрол, тщательно избегавшая Дика весь вечер, была очень рада. Дик пытался поймать ее, но между ними всегда оказывались несколько человек. Или костер. Или стол. Она перекинулась несколькими словами с Трейси и с Моной, которая пришла посидеть со всеми, и решила идти домой. Окинула взглядом сидящих. Дэрила не было. Розита дремала на плече у Эйба, который не отрываясь смотрел в огонь. Пока все слушали грустную песню о несчастной любви какого-то бедного ковбоя, она улизнула. Ныла спина, гудели ноги, слипались глаза. До кровати оставалось всего ничего. Около ворот пирамидой лежали бревна. Не такая большая куча, как хотел Джош, но все же. На бревнах кто-то сидел и курил. Пока Кэрол приближалась, она видела, как ярко вспыхивает огонек сигареты, когда ею затягивались. — Ты в порядке? — спросила она, когда подошла вплотную. — Буду. Дэрил снова затянулся. Кэрол помялась, не зная, как уйти, чтобы это не выглядело грубо. Дэрил уверенно протянул ей руку, как будто не сомневался, что она этого и ждала, и она не колеблясь ухватилась, начала неловко забираться, стараясь не наступить на сучки. Уселась чуть пониже Дэрила, машинально взяла в руки пачку сигарет и начала крутить ее в пальцах. Словно опомнившись, поднесла ее к глазам и окаменела. Белая с зеленым «Морли». — Откуда? — она сглотнула. — Дик дал пару блоков, — Дэрил искоса смотрел ей в лицо. — Что не так? — Он же не курит, — она осторожно, как что-то хрупкое, положила пачку обратно. — Поэтому и отдал… Она глубоко вздохнула и улеглась на бревна, положив под голову руки. Поерзала, помолчала. — Какие звезды… — Угу, — Дэрил повернул голову, чтобы видеть ее. — Я наврала сегодня по поводу одежды. С ней нормально все. — Я знаю. Мэгги заставила меня смотреть, что они собирают, — спокойно произнес Дэрил. — Она всегда так делает. Кэрол резко села и развернулась, глядя ему в лицо, на мгновение осветившееся очередной затяжкой. Но его глаза оставались в темноте. — Почему?.. Я ведь врала… — она растерянно смотрела на него. — Мне плевать. Если тебе это нужно, пусть будет так. Мы не обеднеем. — Дэрил… — выдохнула она. Дрогнули губы, и Кэрол быстро отвернулась. — Я о другом хотел спросить… Ты знаешь. Я не хочу пытать тебя, но... почему? Она было улыбнулась, но в конце его фразы коротко выдохнула и, зажмурившись, потерла лоб. Кивнула и открыла глаза: — Я просто сломалась тогда. Сил не осталось. Ты должен меня простить. Ты сможешь. Когда я начала всерьез прикидывать, как получше свернуть простыни и выдержит ли карниз… или лучше воспользоваться крючками в ванной. Или какое дерево подойдет… Пистолет и нож вы отобрали. Я не справлялась больше. Эти стены, эти могилы, вы все... В каждом из вас — немой укор. Днем я понимала вроде, что все это глупо, что пройдет, наверное. А ночью… Я спасалась. И вас спасала. Еще один труп в Александрии был бы лишним, — она говорила монотонно и глухо. — Ты должна была с нами поговорить. Со мной поговорить. Мы бы все уладили… — Хм, — она горько усмехнулась. — Я считала, что ты избегаешь меня и презираешь. Считала это еще одним заслуженным наказанием. Я же говорю тебе: я сломалась и не знала, как с этим справляться. И я не уверена, что если вернусь туда, что-то подобное не повторится. Я очень хочу всех увидеть, но я знаю, что Рик меня уболтает остаться. А я не готова. Жить здесь — это мой выбор. Здесь я почти нормальная… Они ничего не знают обо мне. О том, что я делала… О том, какая я на самом деле. Дэрил достал новую сигарету. Чиркнул зажигалкой Мерла. Сунул в зубы фильтр и пожевал его, глядя в сторону костра. — А я знаю. И мне плевать. Я знаю, через что мы все прошли. Я хочу, чтобы ты вернулась. Попробовала. — Давай завтра поговорим. Я очень устала. Мы сегодня переделали больше, чем обычно за неделю делаем. Да и вы тоже. Боялась у костра заснуть. Она встала, и он опять протянул ей руку, удерживая, пока она, тихонько ойкая, спускалась босиком по шершавой коре. Дэрил легко спрыгнул следом за ней и встал рядом, давая понять, что не прощается. Кэрол наклонила голову и вопросительно посмотрела на него. — К тебе или ко мне? — огонек сигареты осветил внимательные, чуть насмешливые глаза. Она, не скрывая удивления, подняла брови и открыла рот, словно собираясь что-то сказать. Ошарашенно покачала головой. — Я… Идем! — она кивнула в сторону своего домика. — У меня кровать пошире, да и матрас нормальный. Я сегодня полдня мучилась со спиной. Возраст, знаешь ли… Он широко ухмыльнулся и щелчком выбросил бычок на дорогу. — Ну идем… Домик был крошечный. В большой комнате, которая была и гостиной, и спальней, и даже кухней, стоял легкий запах какой-то травы, сухие пучки которой висели над маленькой плиткой. Кэрол зажгла пару свечей, стоящих на столе у окна. Дэрил присвистнул, разглядывая множество маленьких флакончиков, стоящих на небольшом камине и на полке, рядом с книгами. — Твое новое увлечение? — Нет, — Кэрол возилась с постельным бельем. — Это коллекция женщины, которая жила здесь до меня. Мы не были знакомы. Когда все началось, к Скотту начали сбегаться разные люди. Единственное, что было с собой у Гвен — эти флаконы из-под духов. Они дорогие, старинные, редкие. Говорят — полжизни собирала. Она умерла, когда здесь еще не было Софи. Аппендицит. Они мне не мешают, пусть стоят. Ложись! А я пойду ополоснусь. Кэрол подхватила охапку каких-то вещей и вышла. Дэрил потоптался, решая, как именно он должен «ложиться». Его уверенность, с которой он заявил о том, что они будут ночевать вместе, испарилась. Разозлившись на себя, он кинул на пол ремень и, разувшись, плюхнулся на кровать поверх одеяла. Вернувшись, Кэрол не выдала ни удивления, ни недовольства, и Дэрила вдруг кольнуло: раньше он знал, что все так и будет. Она примет любой его финт: манеру есть всякую дрянь, материться, махать руками, чавкать, облизывать пальцы или таскать в приличном обществе труп животного за хвост. Он скучал по этому. Кэрол с мокрой головой, в вытянутой футболке и спортивных штанах, которые ей были явно велики, покопалась в небольшом шкафу и кинула ему толстый пушистый плед, решая его дилемму: под одним одеялом они будут спать или нет. Она вытянулась рядом, закуталась в лоскутное покрывало и счастливо вздохнула: — Наконец-то! Спокойной ночи, Дэрил! — Угу! — Дэрил, — она приподнялась на локте, — а у вас много машин сейчас? — Дались тебе эти машины. Мы наладим обмен, и вам не надо будет никуда ездить. Мы будем добывать вам все, что нужно. А ты будешь торговаться. У тебя это отлично получается, кстати! — Я тебя, может, в постель затащила из-за этих машин, а ты… — Кэрол вдруг весело фыркнула и упала обратно на кровать. — Прекрати! Через минуту она ровно дышала. А Дэрил не хотел засыпать. Он вспоминал… Когда они начали ее искать, все быстро поняли: она знает, кто будет идти по следу и что они умеют. Кэрол, не таясь, шла по лесу, оставляя вместо крошек печенья упокоенных ходячих, заколотых столовым ножом, украденным на кухне Александрии. Шла напрямую к асфальту. Около дороги Мишонн нашла отрубленные руки, пустую бутылку из-под воды и остатки зубов на большом камне. Кэрол применяла все, чему ее научил апокалипсис. Асфальт следы не сохраняет, а мертвецы ее больше не чувствовали, поэтому «крошки от печенья» исчезли. Кэрол растворилась на просторах Джоржии. Именно Мишонн заставила их через неделю прекратить поиски. Мэгги ее поддержала. Они обе были уверены, что Кэрол знает, что делает, а община не может оставаться без лидера в полуразрушенном состоянии, рискуя потерять в бесполезном поиске новых людей. Рик пометался, но быстро смирился, соглашаясь с ними. Дэрил продолжал искать при любом удобном случае, заодно исследуя новые места в поисках провизии. Спустя полгода Мишонн вдруг решила поставить, как она это назвала, памятный знак с именем Кэрол - крест на их уже немаленьком кладбище. Дэрил заявил, что пустых могил больше не будет. Кэрол будет считаться умершей, когда они ее похоронят. Не раньше. Никто не стал ему перечить. И Рик, и Дэрил чувствовали себя тогда виноватыми. До Дэрила дошло, что она, позволив ему горевать, свое оставила при себе. Он вспомнил, что она почти просила в Атланте, чтобы он спросил о девочках. Он не спросил. Он всегда был равнодушен к подробностям. Они мертвы, она жива — это все, что ему нужно было знать. И ее исповедь на крыльце вдруг стала деталью паззла, который он складывал ночами, пытаясь понять, почему она ушла. А Рик винил себя в том, что не уследил, не принял мер, не привязал. С его манией взваливать все на свои плечи он грыз себя вслух, не стесняясь. Дэрил повернул голову и чуть улыбнулся. Ему было тепло внутри, потому что совсем рядом светлела ее макушка, а кожу предплечья щекотало ее спокойное дыхание. Раньше он не позволял себе спать с ней в одной кровати. "Расставание сближает", - усмехнулся Дэрил про себя. Он хотел убедить ее вернуться. С помощью Рика. Потому что Кэрол была права. Устоять перед привязанностью к ним обоим да перед убедительными, горячими, харизматичными речами Рика она, скорее всего, не сможет. Дэрилу просто надо было как-то убедить ее поехать в Александрию.