За окном

Медленно и верно в свои границы вступала осень, окутывая город в туман и изморозь, покрывая улицы желтоватыми листьями и слякотью, умывая прохладным дождём дороги от пыли, а порой просто радовала возможностью отсидеться дома глядя в окно и попивая кофе. Хёнсыну кажется стало лучше и он был уже прежним немного замкнутым парнем с скверным характером. Но сейчас одна граница была стёрта, так что было проще с ним общаться и студент стал немного верить следователю. Пока Хёнсын отправился в университет, оправдавшись, что дома ему просто не сидится, и в голову лезут странные мысли, да и пропускать больше было нельзя, Чунхён в это время решил наведаться в назначенное время в кафе, чтобы встретиться с Минчжи. Он попал под ливень, который шёл непробиваемой стеной, так что следователь промок насквозь, уже только выйдя из подъезда, а единственный зонт он отдал Хёнсыну. Получше запахнув своё пальто и подняв ворот, Чунхён быстрыми шагами стал обходить большие моря луж. Всего за несколько дней город превратился из пустыни Сахара в дождливый Лондон, вот только красных автобусов тут не было. На улице, несмотря на такую погоду, было много народу, так что обходить моря не получалось, отчего промокло не только пальто с головой, но и Чунхён смог сделать открытие, что ботинки пора бы уже менять. Перед собой парень видел только чью-то спину, постоянно утыкался в неё носом, когда впереди идущий вдруг останавливался, что-то бормоча себе под нос, от чего сам Чунхён начитал бормотать не лестные слова в адрес этому проходимцу. Но благо уже виднелся то самое кафе. Завидев его, следователь стал спешно переходить дорогу, осматриваясь по сторонам на наличие машин, и шустро оказался на другой стороне. Вот только как только Чунхён был уверен, что весь этот бесконечный путь окончен, его окатила машина из самой глубокой и кажется не прозрачной лужи, от чего следователь смог принять душ во второй раз за этот день. В кафе он пришёл злой до чёртиков, так что когда девушка подошла к нему со своей натянутой улыбкой до ушей, предлагая пройти в зал, следователь огрызнулся ей, сказав, что сам справится и вообще это не её забота, И направился к столу в самом центре зала, где его уже ожидала Минчжи. - Оу, следователь Ён, не думала, что вы любите купаться в лужах, - девушка рассмеялась, не скрывая своей улыбки, попивая клубничный коктейль из фужера на высокой ножке, где сам стакан был треугольной формы, от чего дно было близко и Минчжи умудрилось коснуться коктейля носом. - Зато вы любите кормить свой нос различными напитками, - Чунхён пробубнил, но уже немного расслабившись, и, сняв с рук перчатки, протянул девушке салфетку со стола, тут же усаживаясь за стол, повесив своё несчастное пальто на вешалку у стены. Взяв вторую салфетку, следователь стирал с лица остатки ненастной погоды и следствия купания. Минчжи смутилась, достав зеркальце и поспешно убирая пенку с кончика носа. - И так, следователь Ён... - Чунхён. Давайте без формальностей. - Но.. - Я же сказал, не надо. Мне так удобнее. Я же не зову вас сестрой Хёнсына или нуной, - Чунхён удобнее уселся в мягком кресле, облокотившись на спинку. Девушка усмехнулась прямоте парня, но согласилась. - Вообще-то я ему не совсем сестра. Просто я в какой-то степени забочусь о нём. - Я знаю. Это моя работа - для начала рассмотреть всю информацию подопечного, - к столику подошла официантка, протягивая следователю меню. Тот благодарно его принял, и стал рассматривать предложенные блюда. - Так... значит, я не правильно поняла ту сцену в квартире? - Минчжи приподняла бровь, снова отпивая из своего бокала, - ты не встречаешься с Хёнсыном? Что значит подопечный? - Нет. Пока не совсем так. Но я стараюсь добиться его расположения, - Чунхён скривил улыбку, склонив голову в бок, совершенно откровенно смотря на девушку, показывая своим взглядом на сколько он серьёзен. Похоже, Минчжи уловила эти нотки, потому в следующую секунду кивнула, - что же касается подопечного, то меня попросили последить за ним. Ты же знаешь, что Хёнсыну снятся необычные сны. теперь ещё выяснилось это раздвоение личности. Не объяснишь ли всё это? - следователь отложил меню, заказав у официантки только каппучино. - Что ж, раз ты не сбежал после первого раза, да и к тому же уже знаешь о его снах, и большие планы на моего братца, - девушка сузила глаза, придвигаясь ближе и переходя на шёпот, - только попробуй не оправдать себя и предать Хёнсына. Я не так проста, как тебе кажется. Найду тебя и подпорчу твоё красивенькое личико, - Минчжи прошипела, как кошка, защищающая своё дитя, и довольно ухмыльнувшись, снова отклонилась в своё кресло. - Так вы всё же считаете меня симпатичным, - следователь хитро улыбнулся. - Не льсти себе, мальчишка. Но да, ты красив, - допив свой коктейль, Минчжи сложила руки замком и облокотилась на стол, - перейдём к делу. Ты хочешь знать правду о Хёнсыне. Всё это началось года четыре назад, тогда произошёл один случай. На глазах у Хёнсына обокрали одного парня, а после ни за что пырнули ножом. У Хёнсына был шок, так что он находился в ступоре и не смог вызвать скорую, а парень был ещё жив и корчился от боли. После он скончался уже будучи в больнице. Какие-то прохожие всё же смогли вызвать помощь. Но Хёнсын после винил себя, что он не смог защитить, не смог ничего сделать для того парня. А ещё он так же этот случай связал с потерей родителей и пропажей сестры. Всё это спуталось в его сознании, но главное, что после Хёнсын всегда был поблизости такого рода преступлений: грабёж, убийство, насилие, пытки. Он видел мучения других, но никогда не мог ничего сделать, после ночами не мог спать. У него стали вырабатываться какие-то видения, мозг подстраивался под такого рода события. думаю в результате такого давления у него и случилось раздвоение личности. Но... этот самый Раин, он защищает Хёнсына, он в основном появляется в минуты отчаяния, или когда в очередной раз Хёнсыну снятся эти видения. Основной удар на себя берёт Раин. Этот шрам у меня на шее... это Раин меня защищал. Каким-то образом, возможно и не специально, но Раин можно сказать защищает невинных, - Минчжи остановилась, делая глоток простой воды. - Хах, невинных. Так почему он напал на меня? Ну не напал, но угрожал. И... если честно, то в тот раз между Хёнсыном и Раином была в каком-то смысле драка: Хёнсын пытался остановить парня, но Раин всегда высвобождался и пытался сбежать из квартиры. Они меняются. - Хм... что-то вроде, что второе "я" хочет главенствовать? Думаю, он ревнует. - Ревнует? - Чунхён аж поперхнулся кофе, поднимая взгляд на девушку. - Да, именно ревнует. Ты же пытаешься расположить к себе Хёнсына, а он парень не железный, хоть и старается таким быть. С каждым днём Хёнсын начинает тебе доверять. Я слышала, что ты нашёл приёмных родителей его сестры? Таким образом, дал больше повода доверять. Хёнсын наверняка был тогда очень благодарен тебе, так что стал привязываться. Ты уже стал его другом. - А ты психолог, да? - Чунхён усмехнулся, уже спокойнее отпивая кофе, слизнув пенку с своей верхней губы. - Нет, простая женская логика, - девушка улыбнулась, разводя руками в сторону, - но будь осторожен с Хёнсыном, его душа ранима и хрупка. Не бери в серьёз то, что он пытается показать. Зачастую всё наоборот. Они говорили ещё около часа. Чунхёну определённо понравилась Минчжи. Она была весёлой, откровенной, всегда могла поддержать разговор и просто приятный человек. Да и к Чунхёну относилась хорошо, хотя можно было сказать, что они совершенно не знакомые люди и видятся впервые, так ещё Минчжи доверила следователю своё сокровенное, а именно хоть и не родного, но брата. Возвращался Чунхён уже под ясное солнце и сумел за время пути обсохнуть. Вид у следователя был поникший. Он думал о Хёнсыне, думал о его участи, что этому парню не везёт по жизни. Как может столько всего сваливаться на голову такому по идее невинному парню, который приходит в ступор только от осознания, что кому-то плохо. Поднимаясь по ступеням на пятнадцатый этаж (чтоб этих ремонтников, лифт нормально не могут починить!), Чунхён сумел обдумать все эти факты, и пришёл к выводу, что Хёнсыну нельзя оставаться одному, хоть он и в какой-то степени против. Нельзя, чтобы он чувствовал себя незащищённым, от чего и появился Раин. Нельзя этому Раину овладеть сознанием Хёнсына, нужно показать ему, что с парнем всё хорошо, нужно уберечь студента, чтобы он чувствовал себя комфортно, не переживал ни за что, тогда и Раин не будет приходить. Дело остаётся за одним - нужно уговорить Хёнсына. К примеру, начать с малого - встречаться. Он сказал, что принципе не против встречаться с парнем, нужно только на столько втереться к нему в доверие, чтобы... чтобы это всё переросло во что-то большее? "Чунхён, что с тобой? Ты на самом деле гомик? тебе реально нужен этот Хёнсын? Оно тебе надо?", - на что ответом следователю был укол в сердце, как упрёк за такие мысли. "Хорошо-хорошо, я понял, мне нужен Хёнсын. Но вот нужен ли я ему?", - на этот вопрос тоже был ответ, хотя весьма неожиданный для самого Чунхёна. Когда наконец следователь еле добрался до своего пятнадцатого этажа, запыхавшись и вспотев, он наткнулся взглядом на кота. Тот сидел у него перед дверью и вылизывал поочерёдно все свои конечности, совершенно не обращая внимания на подошедшего к нему Чунхёна. После эти двое просверлили друг друга взглядом, ведя мысленный диалог: "котяра, вали от моей двери. Здесь тебе не пятизвёздочный отель с джакузи, а коврик не жоповытиралка!", "да-да, ты что-то сказал, низкорослый человечишка? Прости, в ушах сера забита, не почистишь мне их?" "Ах ты!", - на этом Чунхён пнул кота под зад, от чего тот по началу жалобно мяукнул, а после прошипев "придурок" унёсся вниз по лестнице. Выдохнув, следователь достал свои ключи и вставил в скважину, проворачивая ключ. Но тот не поддавался. Тогда следователь озадаченно дёрнул дверь за ручку, и та распахнулась, являя взору его квартиру. - Хм, странно. Я же всегда закрываю её... - войдя, Чунхён запер дверь и стянул мокрую одежду. Направляясь в душ, по пути снимая мокрую водолазку, следователь на мгновение заглянул в комнату, в которой вчера отсыпался Хёнсын, и прошёл мимо. Но тут же вернулся, держа уже стянутую водолазку в руках, т хватал воздух ртом как рыба, тыча пальцем в комнату. - Ты как тут очутился? - На кровати развалился Хёнсын в одежде Чунхёна и листал какой-то журнал. - А ты почему так долго? Работаешь что ли где? - Хёнсын лениво отложил журнал и потянулся, вставая и подходя к Чунхёну, - приоделся бы что ле, а то сверкаешь тут своим торсом. Не надо так ярко мне намекать, не подействует, - пройдя мимо парня, Хёнсын прошёл в кухню, ставя чайник. Чунхён до сих пор стоял в ступоре, по-прежнему ещё смотря на недавно согретую кровать. Моргнув, он продолжил свой путь в душ, включив горячую воду, чтобы распарить свой мозг и вообще ни о чём не думать, а после склеивал кусочки информации под прохладной водой. "Что здесь делает Хёнсын? Разве он не должен пойти к себе? Нет, я конечно рад, и всё же... Может чего случилось? Может, заснул на пару и тут появился Раин и половину учеников изрезал...ручкой? может...ай, лучше у него самого спросить", -Выйдя из душа, Чунхён сразу пошёл на кухню, где на столе уже были две кружки: одна с чаем, другая с кофе. Чунхён опять удивился этому феномену. Открыв было рот, следователь хотел спросить. что же всё это значит, но его тут же прервали. - Сегодня была жуткая погода, потому я одолжил у тебя зонтик, но всё равно промок. На лекциях было жутко скучно, так что я практически заснул. А тебя почему не было? Или мне нужно тебя будить по утрам, чтобы ты не опаздывал? Я думал ты у нас досконально точный, и выработал у себя какой-то особый механизм, - Хёнсын, который прежде всегда молчал, сейчас тараторил без остановки. Чунхён облокотился локтём о стол и подпёр голову ладонью, с прищуром разглядывая парня. - Ты что-то утром съел не то? Какой-то эликсир повышенной болтливости? Или у тебя язык обычно связан, а тут вдруг развязался? - Чунхён приблизился к парню, ещё пристальнее изучая его, будто на лице или вообще во внешности Хёнсына появился какой-то маленький изъян, вот только какой. - Ч-что? Какой эликсир? Чунхён, не неси бред. Какой к чёрту эликсир болтливости, нормальный я. Я всегда такой, не замечал? И нечего меня трогать, и так уже всего излапал, - Хёнсын старался отодвинуться как можно дольше, так как Чунхён уже тянул к нему руки. Мальчишка балансировал на стуле, на двух ножках, держась руками за край столешницы. Он не замечал, что стул скользил по гладкой поверхности пола, и вот уже табурет летит вниз, увлекая за собой парня. Хёнсын уже было зажмурился, ожидая падения, но этого не произошло, зато он почувствовал сильное натяжение свитера. Открыв глаза, Хёнсын совсем близко увидел перед собой Чунхёна, который успел ухватить его за свитер, а теперь же уже более уверенно обхватил парня за талию. - Ты цел? - Чунхён лишь смотрел в глаза Хёнсыну, даже и не думая поставить того на ноги или отпустить, - какой же ты всё таки неловкий, как всегда, - на лице следователя появилась улыбка. - Кажется да, в смысле цел, - студент дышал часто от испуга, ухватившись обеими руками за ворот чистой рубашки Чунхёна. Волосы следователя не пахли цветами, скорее... корицей, но было приятно, ещё сюда примешивался аромат недавно заваренного кофе. Мелкие капли воды, с ещё не высохших волос Чунхёна, медленно сползали к кончикам волос и перебирались на лицо Хёнсыну. Парень как-то невольно заглядывался этим процессом, разглядывал лицо Чунхёна и с каждой минутой находил в нём какую-то частичку привлекательного, но больше притягивали внимание пухловатые губы, которые сейчас были подёрнуты улыбкой и слегка приоткрыты. Хёнсын как-то не задумывался что творил, ему просто хотелось этого, хотелось попробовать настоящий его вкус, как мягки будут эти губы, как они воссоединятся с его, подойдут ли друг другу? А они подходили, идеально, каждым изгибом, неровностью, одни дополняли другие. И вот они уже целуются, осторожно, нежно, не как в прошлый раз, это раз будто был первым в их жизни, и они узнавали тайну прежде недоступного, сокрытого мира ощущений. Сон был сладок, слишком притягателен, слишком манящ, чтобы просто оторваться, к тому же если они друг другу нравились, хоть и не хотели признавать. - Спасибо, - Хёнсын чуть отстранился, сглатывая и смотря в потемневшие глаза напротив. - За что? - голос Чунхёна надламливался, слегка хрипел, а глаза становились ещё глубиннее. - За всё. За то, что не выгнал, что не спрашиваешь больше, зачем я здесь, за то... - Помолчи... - Чунхён прервал снова начавшуюся трель студента очередным поцелуем. В этот раз Чунхёну не нужны были доказательства или знаки, он осознал по-настоящему, что нуждается в этом никудышном парне, что готов мириться с его странностями. А Хёнсын был рад, что приобрёл не просто друга, а возможно, наконец, такого человека, который не будет пугать или убегать, которому нужен рыжеволосый парень, второго курса, с работой в кафе и раздвоением личности. Действительно, Чунхён был именно тем парнем, которого пожалуй невозможно найти, чтобы не придирался по пустякам. Чунхён подхватил Хёнсына на руки, тараня его в комнату. - Не надо, я сам могу, - Хёнсын попытался выбраться, но следователь только удобнее его перехватил, не дав сползти. - Цыц, мелкий, не рыпайся, - Чунхён хмыкнул, на надувшегося хомяка, когда тот пробубнил "я не мелки и вообще старше тебя". Следователь уложил парня на кровать, пальцами скользя по его щекам, лаская, смотря в немного напуганные, но уверенные глаза. Приблизившись, Чунхён слегка прихватил верхнюю губу парня, ладонью приподнимая Хёнсына за шею, чтобы быть ближе, чтобы быть ещё нежнее с этим хрупким бледным созданием. А Хёнсын был не против, будто нуждался в этом пол жизни, ждал этого момента и наконец смог вкусить плоды этих терзаний. Он обвил руками шею Чунхёна, поначалу подчиняясь его ненавязчивым осторожным движениям, но после сам стал действовать, настойчивее и глубже целуя, проводя языком по губами и вторгаясь внутрь, касаясь нёба и соединяясь с другим горячим языком, начиная прерывисто дышать. - А ты дерзкий, малыш. Так хочется? - Чунхён спустился горячими, палящими поцелуями на подбородок, плавно переходя на горло, целуя кадык, выпирающие хрящи, ямочку меж ключиц, сопровождая мелкими касаниями языка, от чего у Хёнсына больше перехватывало дыхание. - Заткнись и уже возьми меня, - хрипло прошипел студен, больнее вцепляясь пальцами в короткие волосы на загривке между шеей и макушкой, прижимая к себе плотнее голову соблазнителя, чтобы не оставалось воздуха между ними, чтобы не успевали остывать распалённые части тела. Чунхёну это было только на руку, потому что он и сам уже сдерживал проснувшегося внутри зверя, так что можно было ослабить цепь и показать этому нахальному мальчишке до чего доводят эти по идее случайные неуклюжие движения, от чего у Чунхёна голова шла кругом. Получив такое не скромное согласие, Чунхён тут же полез руками под кофту Хёнсына, задирая её всё выше, открывая взору плоский гладкий живот, такой напряжённый, с ровными накаченными мышцами, хотя поэтому хрупкому телу и не скажешь. Кофта уже валялась в стороне, как и чунхёновская, и в ход пошёл ремень, пока двое ненасытных парней наслаждались близостью друг друга, то покусывая за губы, шипя и рыча, то тот кто сверху ласкал грудь своего любовника, доводя его до не слабых ноток стона. Хёнсын прогибался в позвоночнике на встречу этим болезненным, жгучим ласкам, извивался, не скрывая своего блаженства, с силой проводя пальцами по чунхёновской спине, оставляя красные полосы своего желания. Эти двое наконец нашли общие желания, общие страдания, они нашли взаимопонимание и теперь, возможно, нашли недостающую часть друг друга. - Чунхён. Чунхён~а! Ты спишь? - тихий шёпот нарушил ночную тишину. Хёнсын лежал в комнате Чунхёна на его же кровати в объятиях самого же Чунхёна, который сейчас крепко обнимал его и тепло дышал куда-то в лоб. - Ммм? Сплю я... Тебе не спится? Или хочешь ещё? - Чунхён тихо усмехнулся, крякнув, ерзая на подушке и плотнее прижимая к себе тёплое, нежное тело. - Ты настоящий пошляк, - пробубнили над ухом, и лёгкий толчок в плечо, - хотеть продолжения конечно хорошо, но я про другое, - Хёнсын опустил взгляд на ключицы своего парня, невесомо касаясь их подушечками пальцев, от чего следователь слегка напрягся, но не подал виду, лишь коснувшись губами лба своего чуда. - Что-то случилось, малыш? - Чунхён говорил низким голосом, от чего у Хёнсына пробегались мурашки по спине от восторга. Его конечно не радовало, что его называют "малышом", но то, как это говорил Чунхён, Хёнсын был готов слушать постоянно, так что значение слова стало наоборот лестным и приятным. - Если... Если я буду болтать ночью, не слушай меня. Если... Придёт Раин - то прошу, ты ведь сможешь усмирить его, верно? - голос Хёнсына немного дрожал, а улыбка была в испуге. Чунхён нахмурил брови, но кивнул. - Я не допущу, чтобы с тобой что либо случилось, ни за что. Я не потерплю, чтобы моему малышу сделали больно. Я буду оберегать тебя, Хёнсын, так что... спи спокойно, иначе я точно проснусь, и мы продолжим то, что начали днём, - снова хитрый и сиплый смешок. - Ты не парень, а ходячая машина для секса! - возмущённо снова ткнув Чунхёна в плечо, Хёнсын повернулся на другой бок и уже спиной прижался к горячему торсу любовника, и почувствовал лёгкое касание губ к своим волосам, согревающее и успокаивающее, так что Хёнсын вскоре заснул. Часа в три ночи опасения Хёнсына всё же сбылись. Он бормотал во сне, поначалу тихо, совсем неслышно. Но этот гомон переходил в панику, метания по кровати и крики. Хёнсын без остановки говорил какой-то бред, но эти слова потом связывались в диалог или описание происходящего. - Хёнсын! Хёнсын, очнись же, это сон! Только сон! - Чунхён тряс парня за плечи, звал его, пытаясь разбудить, но всё было тщетно. - Мы должны это сделать, слышишь?! А то я прострелю твою чёртову башку, и одним дебилом в мире будет меньше. Н-нет, я всё понял. Раз понял, то хватай того имбицил и уже всади ему пулю в лоб, или ты боишься? Ничего я не боюсь! - самое страшное было то, что у Хёнсына были открыты глаза, и говорил он это всё слишком правдоподобно, будто готов был сам сейчас взяться за пистолет и прострелить голову Чунхёну. Скалясь от бессилия, что не смог до конца оправдать своих слов, Чунхён зажмурился, выругавшись, и влепил Хёнсыну хорошую затрещину, от чего тот повалился на кровать, крутанув головой. - Хёнсын, ну приди же ты в себя наконец! - Чунхён склонился над парнем, убирая взмокшие волосы с его лица, боясь посмотреть, как наливается краской щека Хёнсына. Но метод удался, и студент в следующие секунды уже дрожал и всхлипывал. - Они его убили, убили... Никакой крови, только порезы на запястьях. Я... Я был той жертвой... Господи... - Хёнсын закрыл лицо руками, сжавшись в комок и уткнувшись в стену. - Малыш, тише, это происходило не с тобой, с тобой всё в порядке. Во сколько это было, можешь сказать? - Чунхён не стал трогать парня, лишь невесомо и успокаивающе поглаживая по волосам на макушке. - Было... Где-то в половине четвёртого. Я видел на часах у одного из похитителей, - Хёнсын по-прежнему говорил тихо, весь вздрагивая. Следователь посмотрел на свои часы - 3:05. - Так, Хёнсын, теперь успокойся и постарайся сосредоточиться. Знаю, это для тебя мучительно, но постарайся описать что ты видел, где это происходило, - Чунхён слез с кровати и нашёл свой сотовый в кармане валявшихся на полу джинс, тут же возвращаясь к Хёнсыну и садясь с краю кровати, набирая номер полиции. - Это... кажется был офис. Наверное директора, потому что кабинет пуст, и только пару диванов и стол. Окно... Вид из окна на вывеску мужских духов, и вроде бы здание выше остальных - хорошо видно всё в округе... Больше ничего, - Хёнсын скрёб стену пальцем, бегая по ней взглядом, и покусывал ногти на другой руке. Чунхён в это время слушая описание Хёнсына вспоминал адрес данного здания и диктовал в трубку телефона, поторопив полицию, что у них времени только до половины четвёртого. Оставив телефон в стороне, следователь выдохнул, и посмотрел на всё ещё не пришедшего до конца в себя студента, который жался к стене. Потянувшись, Чунхён провёл осторожно ладонью по спине Хёнсына, отмечая, что он совсем худой, потому что даже не сильно согнувшись у него выступали кости хребта, будто под кожей только они и были. - Хёнсын, всё хорошо, ты молодец, всё позади, - следователь улёгся на кровать и повернул Хёнсына к себе, стирая с его лица холодные слёзы, которые обжигали разгорячённое лицо. Чунхён обхватил лицо ладонями и притянул его к себе, вовлекая в нежный поцелуй, наполненный заботой, умиротворением и любовью. - Всё хорошо, малыш, всё будет хорошо. Теперь спи. Ты у меня молодец, - покрывая лицо короткими поцелуями, Чунхён с каждым разом чувствовал, что тело в его руках обмякало, становилось расслабленным, а всхлипов становилось всё меньше. Тонкие пальцы неуверенно скользнули по талии следователя и сомкнулись в замок за спиной, а горячий нос уткнулся в шею. Вскоре всё прекратилось, только мерное сопение разносилось по комнате. А Чунхён продолжал что-то шептать, зарываясь пальцами в рыжую макушку. Часа в четыре зазвонил телефон, сообщая, что преступников поймали, а пострадавшего отправили в больницу с порезанными запястьями. в связи с поломкой, автор (такой бездарный и тупой, что не сохранил тексты на компе) постарается заново написать продолжение из двух глав. спасибо всем, кто всё же читал эту историю. Я постараюсь всё переписать. Сюжет помню, но не детали. Сорри~