Трофей капитана Холмса

Целую неделю бывший корабельный врач, ныне именующий себя Главным Хранителем Капитана (конечно, Джон никогда не произносил этого звания вслух, потому что Шерлок бы сразу умер от смеха, и охранять стало бы некого), наблюдал за сомнительными личностями, состоящими в команде «Красной бороды». Конечно, по сути, все личности на фрегате были сомнительными, ибо являлись, на минуточку, морскими разбойниками, но среди них пребывали уж совсем тёмные персоны, готовые ради бутылки рома убить немощную старушку, любящую выращивать цветочки и кормить бездомных животных. Поэтому Ватсон ненавязчиво приглядывал за теми членами экипажа, которых действительно плохо знал. Или знал достаточно хорошо, чтобы подозревать в подлой мятежности и сверхъестественной кровожадности. Иногда Джон говорил Холмсу, что тот или иной пират ведет себя подозрительно, но капитан отмахивался от него, раздраженно кривя губы, и начинал рассказывать о том, какие поразительные существа могут встретиться им на пути. Шерлок решил, что они должны быть готовы к столкновению с различными проявлениями магии, поэтому каждый день с воодушевлением, в ярчайших красках, описывал Ватсону всяческих тварей. Как правило, когда капитан фрегата принимался бодро и вдохновенно расписывать морских чудовищ и сверхъестественные явления, он терял чувство времени и мог говорить об этом несколько часов подряд. А Джон, в свою очередь, терял аппетит от живейших историй о китах, способных проглотить за раз целую флотилию, о воде, разъедающей древесину с легкостью, с которой огонь пожирает бумагу, и о штормах, приносящих не только дождь, гром, молнии и шквальный ветер, но и страшные болезни, лекарства от которых просто не существует в природе. Шерлока это ничуть не пугало, скорее будоражило, а доктор Ватсон просто хотел дожить до преклонных лет, сохранив при себе все конечности и ясность ума. К концу недели Джон Хэмиш Ватсон понял одно: он не особый знаток человеческой психологии и крайне сомнительный в-чужие-души-смотрящий. В результате добросовестной и тщательной слежки за командой «Красной бороды» он был уверен только в Грегори Лестрейде, мистере Хадсоне, Генри Найте и женщине, называющей себя Сэмом Хупером. Остальные вызывали у него подозрения, а главный помощник капитана вызывал ещё и рвотные позывы своим поведением. Никто, увы, больше не обсуждал мятеж так, чтобы всякий желающий мог подслушать, никто, увы, не ходил с обличающей коварной улыбкой заговорщика, поэтому Джон не мог назвать Холмсу ни одного имени, подкрепив это реальными аргументами, а не простым «чего-то он вообще подозрительный, ну правда». Бывший корабельный врач понял, что ему в одиночку никак не справиться, а Шерлок помогать решительно не хотел, отказываясь признавать логичными все поползновения Джона на репутацию команды пиратского фрегата. Поэтому Ватсон намеревался приобщить к своему расследованию штурмана, которого он всё ещё считал самым надежным и приятным членом экипажа «Красной бороды». Сделать это надо было как можно скорее, потому что мятеж, конечно, мероприятие, требующее основательной подготовки и активной агитации, но даже Андерсен не был настолько глупым, чтобы заниматься этим слишком долго. Джон чувствовал почти физически, как уходит время, как повышается вероятность того, что капитан и его приближенные пойдут гулять по доске в один конец. Ну, или доктор просто впал в маразматическую подозрительность. В любом случае, как назло, Ватсону никак не удавалось застать штурмана в одиночестве, чтобы поговорить с ним, поделиться своими подозрениями: в последнее время около Лестрейда постоянно вертелся судовой врач «Красной Бороды», Себастьян Моран. Хотя, если уж на то пошло, «вертелся» - абсолютно неподходящее слово. Моран был похож скорее на акулу, кружащую вокруг корабля, потерпевшего крушение. Его присутствие где-либо было преисполнено осмысленности, движения - изящны и размеренны, широкая улыбка - полна спокойной уверенности, а холодные и внимательные глаза, казалось, прожигали в собеседнике дыры. Он скользил тенью за Грегори, постоянно беседуя с ним о чём-то, лениво подтрунивая над другими членами команды. И это было уж очень некстати, у Ватсона даже начало создаваться впечатление, что судовой врач нарочно не оставляет Лестрейда ни на минуту в одиночестве. Но сдаваться Джон не собирался, он твердо решил: если ещё один день пройдет так же бессмысленно и непродуктивно, а мятежники так и останутся тенями, ютящимися в углах «Красной бороды», то Ватсон проберется в каюту штурмана ночью. Тогда-то им никто не помешает. Да и у Джона уже был опыт походов в ночи к одному штурману. Правда, целью тогда являлись вовсе не разговоры...

***

День был пасмурный и тихий, «Красная борода» со звенящей легкостью и быстротой скользила по волнам, уверенно двигаясь к своей цели, а чайки, рея над мачтами фрегата, сопровождали корабль. Пираты живо и с завидным задором сновали по палубе, вдохновленные и подбадриваемые прохладой, наступившей после довольно душных дней. А доктор Ватсон собирался коварно и хитроумно следить за боцманом и его сомнительным взаимодействием с другими членами экипажа, но он был прерван в самом начале преследования. Джон за Андерсеном лавировал, лавировал, да не вылавировал, наткнувшись на юного мастера парусов, выглядящего полностью погруженным в свои мысли. - Извини, - промямлил доктор, когда задел плечом Генри Найта, и уже собрался продолжить ненавязчивую погоню за боцманом, который на ходу о чём-то говорил с Донованом, дергано жестикулируя. - Ничего страшного… Погодите! – Найт легко коснулся предплечья Джона, душой летящего за боцманом и канониром. – Как хорошо, что я Вас так быстро встретил! - М-м-м? – несколько озадаченно исторг Ватсон, делая усилие над собой, чтобы не проводить печальным взглядом удаляющихся Андерсена и Донована. - Вас искал капитан, - мастер парусов бледно улыбнулся, рассеяно проведя рукой по коротко стриженым волосам. – Сказал явиться к нему в каюту. Как можно быстрее. Выглядел Найт довольно-таки встревоженным, что Джону не понравилось. Может, Шерлок решил, что их с доктором беседы затянулись, и предупредил Генри, что собирается выкинуть Ватсона за борт? Или что-то серьезное случилось на корабле, о чем бывший корабельный врач ещё почему-то не слышал? - Всё в порядке? – внимательно посмотрел в глаза юноше Ватсон, решительно отбрасывая мысли о боцмане. – Плохие новости от капитана? Или у тебя что-то случилось? Генри был одним из немногих, кто действительно нравился доктору на «Красной Бороде», потому что походил на пирата даже меньше, чем Лестрейд. Найт был больше похож на скромного, умного, хоть и несколько дерганного лавочника, который с удовольствием продаст вам горячий хлеб и свежие овощи, нежели на грозу морей. - Всё в порядке, - кивнул Генри, натянуто улыбнувшись, потом нервно потер шею. – То есть… нет, пожалуй, нет. Джон вопросительно приподнял брови, оглядевшись, проверяя, нет ли лишних слушателей. Но пираты были заняты работой, подгоняемые деловито-строгим мистером Хадсоном, им было не до чужих разговоров. Генри сунул руки в карманы и по-мальчишески качнулся с носка на пятку, видимо, принимая какое-то решение. - Послушайте, можно будет с Вами поговорить после того, как Вы побеседуете с капитаном? - Может, лучше Шерлок подождет, а я выслушаю тебя сейчас? – спросил Ватсон, хмурясь и пытаясь угадать, что беспокоит Генри. Конечно, мастер парусов являлся довольно-таки впечатлительным молодым человеком, поэтому дело у него к Ватсону могло быть и пустяковое, но Джону хотелось во всём разобраться. Может, Найт тоже что-то слышал насчет готовящегося мятежа? Маловероятно, но жизнь непредсказуема, это доктор усвоил очень даже хорошо. - О, нет-нет, не будем заставлять капитана ждать. Он очень настаивал. Думаю, моя… проблема уж полчаса-то подождет, - Генри в смущенной задумчивости пощипывал себя за мочку уха. – Просто приходите потом в румпельное отделение, я буду Вас там ждать. Это правда не так срочно, не беспокойтесь! - Хорошо, - кивнул, вздохнув, Джон и быстрым шагом направился к каюте капитана. Чем скорее он поговорит с Шерлоком, тем раньше сможет помочь Генри. Привычным, сдержанно-уверенным жестом отворив дверь в капитанскую каюту, Джон Ватсон вошёл внутрь и застыл, вытаращившись на Шерлока. Доктор был огорошен открывшейся ему картиной, хотя ничего из ряда вон выходящего, по сути, ему и не представилось. Но Джон не удивился бы так сильно, если бы Холмс встретил его криком «Здравствуй, дорогуша!», будучи одетым в пышное платье с кружевами и драпировкой цвета закатного солнца и туфельки с бантиками. Потому что тогда умудренный годами работы с людьми разной степени адекватности доктор просто понял бы, что капитан не выдержал напряжения и ответственности за экипаж «Красной бороды» и совсем сошел с ума. Но нет, Ватсон узрел Холмса, замеревшего в картинно-изящной позе посреди каюты со скрипкой в руках. Синий камзол висел на спинке кресла - Шерлок остался в белоснежной рубашке с закатанными рукавами, что, почему-то, придавало его виду особую торжественность. Серьга в правом ухе задорно блестела, скрипка уютно устроилась на плече капитана, а на лице Холмса было такое самодовольство, будто в руках у Шерлока была не скрипка, а ружье, а у его ног лежал не беспечно брошенный футляр от инструмента, а как минимум поверженный саблезубый тигр. - Это что такое? – ошарашено мигая, спросил Ватсон, глядя на капитана, явно красующегося перед ним лиричностью противоречивого образа пирата со скрипкой в руках. – Ты тут давно так стоишь? - Я настраиваюсь на игру, - важно ответил ему Шерлок, томным взглядом окидывая доктора, как бы говоря «Видал, чего могу?». – Ты упоминал, что любишь музыку. Я посчитал логичным отвлечь тебя от параноидальных мыслей о якобы готовящемся мятеже. Более того, мне необходима практика в игре на этом прекрасном инструменте. Я хочу, чтобы слушателем был человек, способный оценить мой талант, а не дремучий любитель горланить глупые и похабные песни, налакавшись рома. - Значит, ты умеешь играть? – протянул Джон, скептически хмурясь, пожевав губами. - Нет, умею просто красиво стоять со скрипкой в руках, - закатил глаза капитан, раздраженно тряхнув кудрями. - Ладно. Играй. Но быстро, – кивнул Ватсон, присаживаясь в кресло и глядя на Холмса взглядом усталой матушки, которая готова слушать, что же ей хочет рассказать её неугомонное, любящее приврать дитя. - Извини? – кажется, Шерлока действительно обидело отсутствие у Джона истинных удивления и воодушевления. – Пленнику предлагает послушать свою игру на скрипке сам капитан корабля, а он просто заявляет, что хочет побыстрее отделаться? - Дела у меня, - отрезал доктор, с упрямым видом скрещивая руки на груди. - Какие? - Важные. - Оскорбительно, - коротко резюмировал Холмс, слегка поведя подбородком. Ватсон пожал плечами, откидываясь на спинку мягкого кресла, уютно скрипнувшего в ответ. Капитан бросил ещё один недовольный взгляд на доктора, потом отвел глаза, обратил лицо к окну, через которое в каюту пробивался лениво-туманный блеклый свет, и заиграл. Джону быстро пришлось признать, что играл Шерлок очень даже сносно. Да, скрипка вполне терпимо звучала, определенно. Мелодия, легкая и плавная, одновременно невесомая и словно бы осязаемая, порхала над струнами инструмента, смычок касался их, трепетно, но уверенно помогая музыке заполнять каюту капитана искрящейся магией, которая никак не была связана с Островом Страждущих. Несомненно, Ватсон вовсе не был впечатлен тем, какой пронзительной и красивой выходила мелодия, какими четкими и изящными были движения пальцев Холмса. Джона ничуть не тронуло странное выражение лица Шерлока, ставшего вдруг таким отстраненным, печальным и задумчивым. Доктору не показалось, что играющий на скрипке капитан выглядел удивительно ранимым и растерявшим всю свою напускную напыщенность, нет, конечно, не показалось. Да и зачарованности не было во взгляде Ватсона, что за глупости. Холмс закончил играть, смычок оторвался от струн, а капитан насмешливо посмотрел на Джона, на лице которого было такое выражение, словно он только что сделал какое-то поразительное открытие. - Что скажешь? Неплохо выходит, верно? – хмыкнул Шерлок, слегка наклоняя голову набок и задорно щуря светлые лучистые глаза. - Ну-у-у… «Да, нормально», собирался кратко ответить доктор, сдержанно и строго покивав, а потом раскланялся бы и бодро отправился по делам. У него же были дела. Какие-то. - Превосходно, - вылетело изо рта Джона, а губы сами разъехались в восхищенную улыбку. – Ты играешь просто замечательно! Да, что-то пошло не по плану. - Неужели? – саркастически ухмыльнулся Шерлок, упирая руку со смычком в бок, но по его лицу было видно, как приятен ему этот комплимент. – Вот уж лестное замечание от истинного ценителя. - Сыграешь ещё что-нибудь? – спросил Ватсон, наклоняясь вперед, даже не думая о том, что роняет своё Достоинство Гордого Пассажира Поневоле, когда смотрит на Холмса вот так, снизу вверх, восторженно и несколько по-детски, улыбаясь, как улыбается юная дева, которой её воздыхатель посвятил прочувственные стихи про кровь, любовь, розы и слёзы. - Ты же торопился, как любой занятой член экипажа, - протянул Холмс, закатывая глаза, деланно-равнодушно кривя губы. - Не будь засранцем. - Ладно. И Шерлок снова заиграл, не слишком-то успешно сдерживая улыбку. Джону, вообще-то, нужно было встретиться с Генри Найтом. Но какова вероятность того, что он очень часто сможет слышать, как капитан пиратского корабля «Красная борода» Шерлок Холмс играет ему на скрипке? Несомненно, она была меньше, чем вероятность того, что юный и впечатлительный мастер парусов беспокоился по пустякам. Было простым и очевидным то, кому нужно отдать предпочтение в данной ситуации. Конечно, Джон выбирал Шерлока. Ватсон бодрым шагом вышел из капитанской каюты и направился к румпельному отделению, весело насвистывая. Джон даже никак не среагировал на то, что один из пиратов, проходивших мимо, специально толкнул его плечом, зло осклабившись. Настроение у доктора было хорошим, он был готов помочь мастеру парусов в его проблеме, какой бы она ни была. Уже у спуска в румпельное отделение ему пришлось остановиться. - Доктор Ватсон! – окликнули Джона сзади. – Стойте, мне нужно с Вами поговорить! - Я сегодня прямо-таки нарасхват, - усмехнулся корабельный врач, поворачиваясь запыхавшейся и взволнованной женщине, представляющейся всем Сэмом Хупером. - Это очень важно, только Вам я могу довериться, - затараторила кок, хмурясь и безуспешно пытаясь сделать голос ниже. – Дело срочное! - Видите ли, я уже обещал разговор Генри Найту, - с вежливой улыбкой развел руками Джон, особо не обращая внимания на бледность собеседницы. – Сейчас я побеседую с ним, а потом и с Вами, хорошо? А то я и так задержался. - Да нет же, погодите! Уже начавший спускаться в румпельное отделение доктор слегка притормозил, поморщившись. - Да что… Женщина резко схватила его за руку, встав на ту же ступеньку, на которой стоял Джон, придвинулась совсем близко и полушепотом быстро проговорила, глядя Ватсону в глаза: - Это касается безопасности капитана Холмса! Я знаю, что он Вам небезразличен. Я не доверяю никому из команды, а Вы… Вы не пират, и Вам не наплевать на жизнь Шерлока! Джон, посерьезнев, быстро огляделся по сторонам, никого не увидел поблизости и в глубине румпельного отделения, поэтому тоже понизил голос, утягивая женщину по ступенькам вниз, в мягкую полутьму: - Вы говорите про мятеж? - Да, именно про него, - Хупер нервно облизнула губы, её глаза бегали, но, в целом, она сохраняла самообладание. – Давайте лучше пойдем в Вашу каюту, там нас точно никто не подслушает. - Погодите минуту, я скажу Генри Найту, что поговорю с ним позже, - быстро прошептал Джон. – Он, вообще-то, должен быть здесь, поэтому, действительно, лучше выбрать другое место для разговора. Направляясь вперед, вглубь помещения, и продолжая смотреть через плечо в испуганные глаза женщины, доктор заговорил с нарочитой громкостью и весельем: - Я уверен, с Вашей головной болью я смогу справиться, даже если доктору Морану не удалось Вам помочь, мистер Хупер! Тут Ватсон почувствовал, что наступил во что-то мокрое, омерзительно-скользкое, но слишком густое для воды. Ещё не повернув голову, Джон знал, что увидит. В горле тут же стало сухо, доктор медленно перевел взгляд вниз и увидел Генри Найта, лежащего ничком на влажных от крови досках. - Господи! – тонко вскрикнула Хупер, выглянувшая из-за плеча Ватсона, тоже увидевшая мастера парусов. – Генри! Ватсон быстро присел на корточки и перевернул Найта на спину, надеясь, что он ещё жив, и что-то можно сделать. Но, бросив один взгляд на горло, перерезанное от уха до уха, и остекленевшие глаза молодого мастера парусов, Джон сразу понял, что ничем помочь уже нельзя. - Он умер? – тихо всхлипнула женщина, пытаясь как-то сдержать рыдания. На лице Генри застыло странное выражение испуга, брови были нахмурены так, словно Найт над чем-то задумался, но так и не нашёл решения своей проблемы. - Да, он мертв, - коротко ответил доктор и рассеянно потёр подрагивающей рукой лоб. Пока он слушал игру Шерлока на скрипке, решив, что все дела могут подождать, бедного парнишку, который, видимо, тоже начал догадываться о зреющем на корабле мятеже, кто-то убил. А всё потому, что Джон уверил себя, что юный Генри беспокоится по пустякам. Приди Ватсон на встречу вовремя, может, с Найтом всё было бы в порядке. - Думаете, он тоже что-то узнал о мятеже..? – прошептала Хупер, неловко переступая с ноги на ногу, отрывисто дыша. В голове у Ватсона гудело, в ушах стоял шум, доктору даже стало казаться, что он слышит нечто, похожее на тихое-тихое пение. Тяжелый, плотный воздух румпельного отделения, пропитанный запахом крови, ситуацию тоже не облегчал. - Возможно. Хотя, скорее всего, Генри просто догадывался о готовящемся бунте, раз особо не настаивал на срочном разговоре, - Джон мрачно покачал головой, медленно поднялся на ноги, шумно выдыхая. - Мы должны немедленно идти к Шерлоку. Всё, что Вы хотели сказать о мятеже мне, Вы скажете ему. С учетом сложившейся ситуации, он нас точно послушает. Быть может, ещё не поздно. Ватсон снова тяжело вздохнул, потёр виски. Шум в голове не прекращался, тихая песня назойливо жужжала в ушах туманным эхом. - И держитесь поближе ко мне, кто знает… И тут корабль качнуло так сильно, что Хупер, не удержавшись на ногах, буквально полетела в объятия доктора. Он, тоже не сохранив равновесия, врезался спиной в стену, придерживая кока за плечи. - Что это? – прошептала женщина, с беспокойством заглядывая в глаза Ватсону. - Мы резко сменили курс. Неужели уже началось? – Джон отпустил плечи кока и бросился к выходу на палубу. – Нужно скорее найти Шерлока! - Слышите? – вдруг, замерев, спросила Хупер, поднимая вверх указательный палец. - Что? – остановился Ватсон, прислушиваясь. Внезапно он понял, что шумит вовсе не у него в голове: издалека действительно доносилась тихая песня, которую пел стройный хор красивейших женских голосов, звонких и чистых. - Час от часу не легче..! Скажите мне, что я ошибаюсь, - простонал Джон, прикрывая глаза. – Ну, пожалуйста! - О, Вы не ошибаетесь, - тихо проговорила Хупер, бледнея ещё больше, нервно заламывая пальцы. – Это русалки. Помоги нам Бог! Джон вылетел на палубу «Красной бороды» и увидел, что там царит полнейший хаос. Даже на «Стемфорде», когда экипаж узнал, что приближаются пираты, не было такого безумия. Ватсон даже впал в ступор на пару секунд. К мягкому урчанию волн примешивалась песня, звучащая всё громче и громче. Слов Джон разобрать не мог, но интонации и переливы голосов были такими красивыми, что у доктора бы навернулись слезы на глаза, если бы он не был так ошарашен открывшейся ему картиной. Часть экипажа пиратского фрегата застыла посреди палубы, бесцельно смотря в небо, приоткрыв рты, выронив то, что они до этого держали в руках: канаты, кортики, инструменты. Их пытались растормошить товарищи, на лицах которых были беспокойство и непонимание. Однако впавшие в транс пираты никак не реагировали. У штурвала стоял Грег, его глаза были абсолютно бессмысленными, он тупо уставился вперед, вцепившись побелевшими пальцами в красноватую древесину руля. Губы штурмана шевелились, плечи слегка подергивались. Со стороны капитанской каюты к нему бежал мрачный, сосредоточенный Шерлок, на ходу натягивающий свой камзол. - Лестрейд! Отставить! Немедленно вернуться на прежний курс! Штурман даже не повернул голову на оклик, его губы разъехались в бессмысленной улыбке. Песня становилась всё громче, от неё у Джона начала болеть голова, глаза заслезились. Он вдруг заметил, что часть команды сгрудилась на корме, что-то бессвязно бормоча. - Ты чего, Грег? – громко крикнул Салли Донован, подбежав к Лестрейду раньше, чем Холмс. – Дружище, ты ведешь корабль на скалы! Действительно, высокие острия из тёмного камня, которых ещё полчаса назад не было на горизонте и в помине, теперь приближались с угрожающей скоростью. Влажные скалы холодно поблескивали, на выступах в самом их низу доктор различил силуэты девушек с рыбьими хвостами. - Так, ладно, - канонир схватил штурмана за руку и резко дернул, пытаясь одновременно оттолкнуть Лестрейда от штурвала. - Не смей! - вдруг бешено заорал Грег не своим голосом и одной рукой так сильно толкнул Салли, что тот, не ожидавший ничего подобного, налетел спиной на Шерлока. Песня русалок, казалось, вибрировала в воздухе, вытесняя шум волн, шорох ветра в парусах, поскрипывание досок и бормотание зачарованных пиратов. - Ребята, вы что, черт вас побери! – орал один из матросов теребя за плечи тех, кто стоял в толпе на корме. - Какого черта мы сменили курс? – на палубу выбежали Мориарти и Моран, оба, взъерошенные и раскрасневшиеся, на ходу застегивали рубашки. - Смотрите, вон они, русалки! – звонко крикнул Андерсен, у которого на лице появилось идиотски-восторженное выражение, а на впалых щеках горел румянец. – Они прекрасны! Я ничего подобного в жизни не видел! Его поддержали другие члены экипажа «Красной бороды», кто-то даже захлопал в ладоши. - Донован, Джон, хватайте Лестрейда за руки, - крикнул капитан, резко дергая штурмана за шиворот. Ватсон, пытаясь не думать о набирающих силу голосах русалок, от которых сводило зубы, крепко сжал запястье штурмана, не отрывавшего широко раскрытых глаз от скал, но тут на Джона налетел мистер Хадсон, сбив его с ног. - Не мешайте ему! – кричал пожилой квартмейстер, неожиданно сильно сжимая Ватсона в захвате. – Мы плывем к ним! Мы должны! - Да! Они – самые прекрасные создания на земле..! - Скорее! - Мистер Хадсон, Вы меня сейчас к чертовой матери задушите! – просипел Ватсон, чья голова просто раскалывалась от боли, пытаясь вырваться из рук квартмейстера и с удивлением понимая, что ему просто не хватает сил. Доктор, старающийся высвободиться из радушных объятий почтенного моряка, увидел, что Шерлок и Донован вырывают штурвал из рук Лестрейда, при этом на Холмсе буквально висел Андерсен, визгливо вопя: - Не смейте! Мы уже близко! Мы почти у цели! Ему вторили голоса других членов команды. Донована тоже хватали за руки двое пиратов, которые даже не были способны членораздельно говорить. Они просто выли, брызжа слюной и пытаясь одновременно крепко держать дюжего канонира и достать кортики. Джон извернулся и смог-таки сбросить с себя мистера Хадсона, но тот цепко схватил его за камзол, притягивая доктора ближе, пытаясь добраться до его горла. И взбесившемуся старику это удалось бы, если бы вовремя не подоспела бледная, но решительная Хупер, ощутимо стукнувшая мистера Хадсона по затылку черенком швабры. - Скорее, доктор Ватсон, поднимайтесь, - воскликнула кок, давая дрожащую руку Джону. – Что, если мятежники воспользуются неразберихой и… Голоса русалок стали ещё громче, и кто-то на палубе разразился восторженными воплями. - Да кому сейчас до бунта, тут большая часть команды вообще ничего не соображает, - выдохнул доктор и кинулся на помощь Шерлоку, отбивавшемуся прикладом мушкетона от двух пиратов, подоспевших на помощь Лестрейду и боцману. - Грег! – вдруг закричал Андерсен, которого капитан «Красной бороды» смог отпихнуть в сторону. – Мы недостаточно быстро плывем! Ребята! Ждать невыносимо! Я больше не могу! Боцман вскочил на ноги и на удивление стремительно побежал к краю борта. - Чтоб тебя, Андерсен, - его еле успел перехватить Мориарти, повалив на палубу. - Не будем ждать! – завопил другой пират, бывший гораздо ближе к борту, чем везунчик-боцман, и, легко перемахнув через край, скрылся из виду. - Точно! – заорали со всех сторон. - Вот это верно! - Это дело! - Скорее! - К русалкам! И с поистине детским восторгом пираты, один за другим, бросились за борт. Плеск волн, гостеприимно принимавших экипаж «Красной бороды», заглушали голоса русалок, которые были всё ближе. Уже можно было разглядеть бледную, полупрозрачную кожу девушек, их красивые лица, кривящиеся в злом предвкушении, и длинные мокрые волосы, липнущие к переливающимся чешуйчатым хвостам. - Нужно остановить этих идиотов! – заорал Мориарти, ловким ударом оглушая одного из ближайших к нему пиратов. - Как? – крикнула Хупер, оглядываясь по сторонам. - Хупер, держи штурвал, - скомандовал бледный, но сохраняющий спокойствие Шерлок, которому наконец-то удалось вывести из строя штурмана. – Донован, не подпускай никого к румпельному отделению! Гудман, Пинкман, Уайт, смотрите, чтобы никто не помешал Хупер уйти от столкновения со скалами! Если… кхм, он не будет справляться с управлением, пусть ему кто-то поможет! Мориарти, Моран, все, кто в здравом рассудке, не давайте другим прыгать за борт! Старайтесь оглушить без лишней борьбы! Соотношение тех, кто понимал, что делает, и тех, кто оказался под чарами русалок, стремительно уравнивалось, потому что пираты оказывались за бортом так быстро, что невозможно было уследить за всеми. Те, кому пытались помешать, тут же принимались размахивать кортиками, крича, что никто не смеет встать между ними и русалками. Джон схватил за шиворот одного из пиратов, который уже почти перевалился за борт, и успел увидеть, как тех, кто уже оказался в море, утягивает в тёмную бездну. Люди уходили под воду беззвучно, с радостными лицами, светящимися умиротворением. Ватсон заметил, что у самого борта сверкнул хвост русалки. Видимо, большинство существ решило поджидать моряков у самого корабля и только некоторые из них остались у скал, которые уже начали удаляться, благодаря Хупер и пиратам, не подпускающим к штурвалу обезумевших товарищей. Доктор увидел Джека Торренса, пьяницу и полного психа (и без участия русалок), который покачивался на волнах с улыбкой блаженного непонимания, когда из воды вдруг вынырнула прекрасная девушка, тихонько напевающая себе под нос. Она обвила тонкими изящными руками шею пирата, медленно подняла голову вверх и посмотрела прямо в глаза Джону. Русалка с интересом наклонила голову набок, приподнимая бровь. Она запела громче, отчего у Ватсона голова заболела ещё сильнее. Глаза русалки были зеленовато-голубыми, она вдруг широко улыбнулась, обнажая мелкие острые зубки в веселой улыбке, от которой у неё на щеках появились милые ямочки. Потом создание озорно подмигнуло Ватсону и молниеносно погрузилось под воду, утянув за собой Торренса. Впечатленного этим зрелищем Джона пират, которого он держал за шиворот, попытался ударить в живот, но Ватсон исхитрился и опередил его, отправив моряка в страну бессознательности. - Джон, останови мистера Хадсона! – услышал он громкий крик Шерлока. - Да что б Вас! – воскликнул доктор, подрываясь с места, увидев, что пришедший в себя мистер Хадсон тоже решил искупаться в море. Джон всегда считал себя очень неплохим бойцом, но каким-то сверхъестественным образом он снова оказался в удушающе-бодром захвате квартмейстера. - Да ладно, мистер Хадсон, Вы издеваетесь, что ли, - прохрипел Ватсон, дергаясь в руках мужчины. К нему на помощь уже спешил капитан, но мистер Хадсон оказался хитрее, неожиданно не то, что толкнув Ватсона, а буквально бросив доктора в объятия Холмса. Капитан, которому на ходу пришлось увернуться от атаки ещё одного пирата, не смог уйти от столкновения, и Джон налетел на него, свалив на палубу, очень ощутимо врезавшись лбом в подбородок Шерлока, автоматически схватившего его за талию перед тем, как не в первый раз попробовать на ощупь спиной палубу «Красной бороды». Ватсон, подняв голову и оглянувшись, увидел, что от края борта мистера Хадсона сразу втроем оттаскивают Донован, Мориарти и Моран, поэтому у него появилось время задать Шерлоку важный, прямо-таки ключевой вопрос: - Почему мистер Хадсон такой сильный? – недовольно спросил Джон Холмса, примостившись на груди у капитана, переводя дыхание и пытаясь отвлечься от головной боли. - Он на то и квартмейстер, чтобы есть за четверых и силу иметь соответствующую, - сообщил, морщась, пират, убирая руки с талии Ватсона. – Ты не хочешь с меня встать? - Нет, я набираюсь сил, чтобы продолжить спасать твоих головорезов, - невозмутимо ответил доктор, но с Шерлока всё же скатился на влажные доски палубы. – Почему сошли с ума не все члены экипажа? Холмс легко вскочил на ноги, попутно смачно стукнув по затылку очередного пробегавшего мимо обезумевшего подчиненного. - На чары русалок поддаются те, кто, м-м, ни в кого не влюблен, - Шерлок быстро подал руку уютно прикорнувшему на палубе Джону. – Во всяком случае, я читал об этом. - Ясно, - протянул Ватсон, опираясь на руку Холмса, вставая и поудобнее перехватывая пистолет вперед прикладом. – Ладно, продолжим наше увлекательное занятие. Солнце неуверенно выглянуло из-за туч, но быстро скрылось, не мешая прохладе царить над морем. Пиратский фрегат «Красная борода» неторопливо возвращался на прежний курс, рассекая волны, в которых то и дело мелькали изящные русалки. Песня этих существ ещё плыла над палубой, смешиваясь с ветром, раздувающим паруса, поэтому на корабле продолжала бушевать полная неразбериха. Тучки неторопливо скользили по серому небу. А Джона Ватсона, раздающего удары направо и налево, очень занимал один вопрос. В кого это он, черт побери, влюблен?