Всё дело в сплетнях

      — Ренджи! Ре-е-енджи!       Абарай небрежно смахнул рукой пот с лица и обернулся на голос. Так вопить на территории шестого отряда мог только Куросаки, и, видит бог, жив он еще только потому, что капитана не было на рабочем месте. Жестом отдав приказ продолжать тренировку третьему офицеру, Ренджи вернул зампакто в обычное состояние и направился узнать, чего все-таки Ичиго от него хочет.       — Чего разорался? У меня тренировка, и ты прекрасно знаешь, что будет, если капитан узнает, что я прохлаждаюсь тут вместе с тобой, — лейтенант скорчил недовольную мину. В глубине души он, конечно же, был рад и прибытию рыжего в Сейрейтей, и его приходу к нему в отряд, пусть и в рабочее время. А еще Ренджи до чертиков хотелось спросить у Куросаки, что за ерунда происходит у него с членами клана Кучики.       — Я тебе карты принес, как ты в прошлый раз и заказывал, — насмешливо улыбнулся Ичиго и протянул другу яркую разноцветную колоду.       — О-о-о, Куросаки, ты просто лучший! — Абарай выхватил ее у парня и, разорвав упаковку, веером распустил карты у себя в руках. — Потрясно! Блин, хоть сейчас раскладывай и играй!       — Успеется еще, вечером соберемся у Мацумото — и как сыграем! — в глазах Ичиго заискрилось предвкушение. Даже один вечер в десятом отряде стоил того, чтобы прыгать и скакать вокруг Урахары, умоляя того взять его с собой. Киске особо и не сопротивлялся, но по уже сформировавшейся привычке решил предварительно помучить юношу, нагрузив его кучей практически невыполнимой работы. Так что да, сегодня вечером Куросаки собирался оторваться по полной!       — До Мацумото еще дожить надо, — буркнул Ренджи, пряча карты в кармане хакама. — Кто-то здесь работает, а не на экскурсии ходит. Я побегу, пока капитан не вернулся.       — Ре-е-енджи, — протянул Ичиго, хитро прищурившись и заставив готового было сорваться с места лейтенанта остановиться.       — Чего? — вопросительно изогнул бровь последний.       — У меня есть для тебя еще кое-что, — выждав пару секунд, Куросаки резко кинул собеседнику шеврон с красовавшейся на нем цифрой "шесть". — Лови!       — Мой шеврон! Я уже думал, придется идти к капитану за новым! — Абарай поймал летящую в него вещь и еле сдержался, чтобы в порыве эмоций не расцеловать ее и Ичиго заодно. — Откуда он у тебя?       — Нашел возле одной из казарм вашего отряда, как раз сидели там с Рукией, — Куросаки пристально смотрел на лицо Ренджи, все еще не сумевшего оторваться от расхваливания и признаний в любви к дражайшему шеврону.       — А, да, жаль бедняжку Рукию, конечно, но ведь и ты, по сути, не виноват, — пожал плечами лейтенант и, погладив свой шеврон в последний раз, спрятал его в карман, после чего почти философски изрек: — Чувства — это такое дело, Куросаки...       Ичиго вытаращился на Абарая и изумленно захлопал глазами, переваривая услышанную информацию. Тот будто и не сказал ничего такого, стоял себе спокойный, как и раньше, готовый прямо сейчас уйти на свою клятую тренировку.       — Это... — голос парня дрогнул. — Это тебе Рукия сказала?       — Что? — Ренджи словно ожил и непонимающе посмотрел на друга. — Что сказала?       — Откуда ты знаешь про то, что произошло между мной и Рукией? — Куросаки почувствовал, как сердце начало биться в разы быстрее, и уже со следующим вопросом оставаться спокойным не мог: — Я спрашиваю, это Рукия тебе сказала?! Или ты подслушивал наш разговор?!       — Да если б я один подслушивал... — пробормотал Абарай себе под нос. Потом вдруг резко вскинул голову, махнув алым хвостом, глаза его расширились, и, встретившись взглядом с обескураженным другом, парень наконец понял, ЧТО он сейчас сделал.       — Что ты сейчас сказал? — почти шепотом спросил Ичиго, чувствуя, как сердце уходит в пятки. Как же он хотел, чтобы последняя фраза фраза Ренджи ему только послышалась!       — Я... — лейтенант запнулся, пытаясь подобрать нужные слова и выбраться из неловкой ситуации, но мысли, как назло, разбегались, не оставляя ему ни единого шанса. — Да ничего...       — Повтори, что ты сейчас сказал! — во всю глотку заорал Куросаки, резким движением руки прижав Абарая к ближайшей стене и нависнув сверху. Его колотило от злости и досады, и в глубине души он все еще надеялся, что услышал или понял что-то не так. — Что значит, что ты не один подслушивал? Кто и почему вообще подслушивал?       — Я просто рядом проходил! — отмахнулся Ренджи, но увидев, что желания убивать во взгляде Ичиго меньше не стало, продолжил: — Ну, стояли они все там, одной кучей... Мне тоже интересно стало! Да и вообще, на территории моего отряда! Я не мог пройти мимо такого сборища и не спросить, что происходит!       — Так ты все слышал... — подавленно прошептал Ичиго, ослабив хватку. — Кто еще? Кто там был?       — Ну-у-у... — Абарай замялся, понимая, что и так наговорил ОЧЕНЬ много лишнего. Сдавать своих не хотелось. Хотя, с другой стороны, кто они, эти "свои"? В том, что об услышанном в той комнате узнает весь Сейрейтей, Ренджи не сомневался. Так неужели Ичиго, действительно "свой", не заслуживает того, чтобы услышать о произошедшем от лучшего друга и как можно раньше? Лейтенант вдохнул побольше воздуха и выпалил: — Йоруичи, Урахара, Иккаку, Юмичика, Рангику, Шухей, несколько офицеров с моего отряда, еще с девятого и десятого. И еще...       — И еще?.. — повторил Куросаки, который с каждым новым именем хмурился все больше. Вспомнился разбитый взгляд Рукии, когда он отверг ее чувства. Бедняжка, как она перенесет то, что об этом будут разговаривать на каждом углу? Тело Ичиго пробила мелкая дрожь. Что будет, когда об этом узнает...       — Капитан Кучики, — невесело заключил Ренджи, громко вздохнув.       Ичиго отшатнулся и невидящим взглядом уставился на лейтенанта. В животе что-то сворачивалось в огромный тугой ком. Ичиго знал, что. Его эмоции, мысли, чувства, его надежды и страхи, его радостная и беззаботная прежде жизнь.       — То есть, он знает... Он слышал, что я...       Абарай негромко угукнул и задумчиво потер лоб. Да уж, новости так себе. Откровенно плохие новости, честно говоря. Он даже не понял, как отреагировал капитан, когда услышал признание Куросаки. Сначала застыл как истукан, потом послушал еще полминуты, а потом его как ветром сдуло. Еще бы, не сдует тут от таких новостей. Только вот если в выдержке своего капитана Ренджи не сомневался, то глядя на Ичиго, хотелось верить, что он не упадет прямо сейчас в обморок или вовсе не отбросит коньки. Надо было срочно что-то делать.       — Куросаки, чего застыл? — рявкнул Абарай и, не жалея сил, врезал ему в челюсть. — Еще разревись как баба!       Третий офицер шестого отряда выглянул из-за угла здания. Его лейтенант порхал по воздуху, сопровождаемый яростными ударами временного шинигами, которому, впрочем, тоже предоставлялась возможность полетать. Слышал бы капитан, какие словечки выдавали парни при своих полетах на территории отряда, перерезал бы обоих без всяких сожалений.       План Ренджи по утешению Ичиго Куросаки определенно работал.

***

      — Капитан Кучики, — Ямамото грозно смотрел мужчину напротив него и, как уже успел понять за столько лет Бьякуя, этот взгляд не предвещал ничего хорошего. — До меня дошли вести о том, что Ичиго Куросаки вернулся в Общество Душ в сопровождении Йоруичи Шихоуин и Урахары Киске.       Бьякуя слегка кивнул, отметив про себя, что разговор с главнокомандующим, начавшийся с упоминания рыжеволосого недоумения, ничем хорошим не закончится. Особенно, когда это разговор с ним один на один. Особенно, когда, кроме временного шинигами, в предложении упоминается эта сумасшедшая парочка.       — Сами знаете, что время сейчас неспокойное, хоть мы и пытаемся это всеми силами скрывать от общественности, — продолжил Генрюсай, на что снова получил утвердительный кивок от Кучики. — Также, думаю, вам известно, что у всех трех талант влезать в неприятности. К сожалению, так вышло, что капитан Маюри не может закончить разработку нового оружия, которое поможет нам поддерживать безопасность в дальнейшем, без помощи Урахары Киске. Именно поэтому я разрешил ему пригласить его в Сейрейтей. То, что он привел с собой Йоруичи Шихоуин и Ичиго Куросаки, — побочный эффект, и нам, так или иначе, приходится с этим мириться. Однако допустить, чтобы кто-то из них подобрался к тому, что мы так тщательно скрываем, и, уж тем более, как-то на это повлиял, нельзя.       — Это предельно ясно, — подтвердил Бьякуя, никогда не питавший нежности к кому-то из этих двух чокнутых. Ичиго же просто не следовало подпускать к проблемам Готея-13, в этом главнокомандующий был прав.       — Я уже поручил капитану Сой Фонг присматривать за Йоруичи Шихоуин, а капитану Маюри — за Урахарой Киске. Дело осталось за Ичиго Куросаки. Именно для этого я и вызвал вас к себе, капитан Кучики.       Бьякуя на секунду закрыл глаза, желая оказаться где-нибудь подальше от казарм первого отряда, от главнокомандующего, а лучше от всего Сейрейтея. Он знал, что ничем хорошим этот вызов не кончится.       — Я думаю, что постоянный присмотр за Ичиго Куросаки выходит за рамки моих возможностей, — невозмутимо произнес капитан шестого отряда.       — Как раз наоборот, капитан Кучики, — Ямамото нахмурился, бросив на Бьякую тяжелый взгляд из-под бровей. — Во-первых, мальчишка вас уважает, поэтому прекословить и лезть с расспросами не будет. Во-вторых, в отличие от Йоруичи Шихоуин и Урахары Киске, он все еще является мишенью для враждебных нам сил. Ваша задача состоит не только в ограждении его от лишней информации, но и в обеспечении ему защиты на случай, если что-то пойдет не так.       По опыту Бьякуи, если в Сейрейтее что-то могло пойти не так, то именно так оно и шло. Аргумент о защите Ичиго был куда весомее присмотра за ним (Кучики даже успел подумать о том, что Ямамото может о чем-то догадываться), но в свете последних событий показываться кому-то на глаза рядом с временным шинигами Бьякуе не хотелось. И так с первой волной слухов его имя войдет в список самых обсуждаемых, нарушив тем самым неприкосновенность личной жизни главы клана Кучики. А уж если он регулярно будет появляться рядом с Куросаки, то эта самая личная жизнь будет обрастать все новыми и новыми подробностями, не оставив от его гордости и самоуважения ровным счетом ничего.       — Как прикажете, капитан главнокомандующий, — Бьякуя склонил голову в знак согласия. Получив разрешение идти, он развернулся и, не подавая вида, что перспектива выполнения данного ему задания его совершенно не радует, покинул помещение.

***

      Рангику в пятый раз за последние пару минут посмотрела на настенные часы и недовольно прищурилась: Абарай обещал явиться в казармы десятого отряда больше часа назад. С Ичиго, разумеется. О да, его Мацумото хотела видеть больше всего! Собственно, все хотели после того, как она, наперебой с другими офицерами, поведала захватывающую историю о том, как временный шинигами разбил сердце бедняжке Рукии и признался в своих чувствах к ее бесстрастному брату-капитану. Рассказ вышел замечательным, хоть Мадараме и пытался разрушить атмосферу романтики и трагедии, так тщательно создаваемую Рангику. И теперь здесь явно не хватало виновника новых сплетен, пусть краснеющего, пусть бледнеющего, но наверняка способного свои действия прокомментировать.       — Идут! Идут! — радостно заверещала Мацумото, спешно поставив чоко на столик и кинувшись к друзьям. Одного взгляда на Ичиго хватило, чтобы понять, что Ренджи ему уже все рассказал. Тем лучше — не придется объяснять рыжему, почему тут все так хорошо осведомлены о его личной жизни. На секунду в голове Рангику промелькнула мысль, что поступили они не очень красиво, но она ее быстро отмела в сторону: хотела сенсацию и скандал — получай!       — Привет всем! — звучно крикнул Абарай, улыбаясь во все тридцать два зуба, и Куросаки поспешил последовать его примеру. Не хотелось казаться унылой тряпкой.       — Ренджи! Ичиго! — Урахара, не пожелавший пропускать столь интересно мероприятие, подскочил со своего места и, подвинув парочку шинигами, усадил новоприбывших за широкий столик.       — Ну, рассказывай! —выдохнула Мацумото и, достав из-под стола токкури с саке, резким движением руки отправила ее с двумя чоко в сторону двух растерянных парней.       — Ну... — Куросаки сконфузился под пристальными взглядами присутствующих. — Я как бы...       — Да не стесняйся ты, все свои! — хихикая, заверила временного шинигами девушка. Ичиго приподнял голову, окидывая взглядом около тридцати "своих", и нервно усмехнулся.       — Мне нечего рассказывать.       Рангику удивленно захлопала глазами и как-то вмиг перестала дружелюбно улыбаться. Она, конечно, подозревала, что ожидать от Ичиго романтической истории о неразделенной любви не стоило, но чтобы вообще ни слова!.. Рангику была разочарована. Да что там разочарована — возмущена!       — Народ, зацените, какие мне Куросаки карты с грунта подогнал! — выпалил Ренджи, чтобы разрядить атмосферу неловкости и напряженности и заодно помешать уже открывшей было рот Мацумото высказать свое недовольство.       — Вот это да! — восхищенно крякнул Иккаку, выхватив колоду из руки Абарая. — Кру-у-уть!       — Дай мне посмотреть! Дай сюда, кому говорю!       — Да что вы заладили, раскладывайте уже! — Рангику глотнула саке и, размяв шею, с вызовом посмотрела на собравшихся шинигами. Что ж, если не удалось выведать у Ичиго нужную ей информацию путем расспросов, то азартные игры будут как раз кстати. Нужно лишь следить за тем, чтобы у Куросаки не заканчивалось саке...