Фамильяр

      Несмотря на долгие переговоры с собой-слизеринцем, который хотел смотреть в потолок, думать о вечном и бездельничать, и с собой-гриффиндорцем, который желал обследовать каждый волшебный дом, выиграл Гарри-когтевранец, который совершенно мудро признал, что «Хогвартс» — тоже магический дом. Гарри-пуффендуец хотел сидеть вечно в библиотеке и штудировать книги, но при слабой поддержке «Когтеврана» ленивость и вспыльчивость двух остальных сторон Гарри подавили восстание, поэтому было решено остаться в «Хогвартсе», где разум Гарри, признав частичную победу «Пуффендуя» и «Когтеврана», сел делать уроки, чтобы было время повеселиться.       Рон Уизли и Гермиона Грейнджер не смогли остаться в «Хогвартсе», но этому обстоятельству он был частично рад, ведь никто не смог бы контролировать, где они будут пропадать вместе с Салли. Когда Гарри разделался с Трансфигурацией, он изрядно вымотался, потратив на нее большую половину дня. Василиск удивился медлительности Гарри и помог сделать часть уроков. На вопрос, когда фамильяр будет делать домашнее задание, последний многозначительно хмыкнул. Видимо, его прикрывал Дамблдор или ещё кто-то.       — Что будем делать в эти каникулы? — со скучающим выражением лица спросил змей.       — Надо будет встретиться с госпожой Скитер: она настаивала, — не отрывая взгляда от пергамента, ответил Гарри. — А ещё хотелось бы узнать побольше про разных там Лордов, — намекнул Гарри.       — В этом я тебе помочь не могу, — неожиданно промолвил Себастьян, — ведь я «всяких разных Лордов» не знаю, а слышал только про одного, который явно не был бы рад входить в сообщество Анонимных Всяких Лордов. Даю слово.       — Ладно, без шуток, — устало потянулся Гарри. — Ох, спать хочется!       — Только вот в нашем расписании дня нет такой графы, как сон, — хитро сощурилось лицо белобрысого «брата». — Ладно, я сварил кое-какую настойку, она должна помочь. Во всяком случае, спать перехочется. Конечно, от обмороков тебя никто не спасёт… И я тоже. Оставлю тебя посреди чащи «Хогвартса»…       — Так мы в лес? — сразу обрадовался Гарри, но фамильяр остудил его пылкость:       — Нет, всего лишь будем опять разведывать тайны старого замка. Если знаешь, у нас был точный план коридоров и классов, ну, когда папа был жив. Тогда много чего не было, признаюсь, но карту я зазубрил очень чётко, все ловушки и сюрпризы. К одному «подарочку» мы и идём, если ты не возражаешь. А ты, конечно, не возражаешь.       — А если захочу? — буркнул Гарри, но решил, что говорить громко это не следовало, ведь Салли мог разозлиться.       На собирание ушло мало времени. Единственное, что по-настоящему понадобилось, — это Плащ-Невидимка и палочка. Салли для удобства превратился или, скорее, засосался в коффу, направляя его. Как оказалось, проход на четвёртом этаже не пустовал. Наоборот, тут, как говорил фамильяр, раньше была директорская, а теперь искривление пространства.       — Это как? — удивился Гарри.       — Ну… К примеру, наша Выручай-Комната — тоже искривление пространства, потому что берется, по сути, из ниоткуда. А здесь довольно интересная штука. Комната не увеличилась, как делают многие волшебники во многих тесных зданиях, а уменьшилась. Думаю, тут чья-то тайна, может даже, Министерства.       — Ага, и они решили что-то важное оставить в «Хогвартсе», между детей, да прямо особенно дорогое, чтобы опять попробовали украсть как камень, — скептически хмыкнул Гарри. — «Гринготтс» сразу отпадает. Конечно, только идиоты положат что-то дорогое в банк. Только «Хогвартс», только дети могут охранять важные вещи.       — Знаю, эта теория неправдоподобная, — в руке у Себастьяна неожиданно появилась чашка чая. — Но посмотри: в банке «Гринготтс» не всё можно положить, да и это вряд ли такая важная вещица, как философский камень. Да, может, это и не министерская вещь, а школьная. А может, у директора свои тузы в кармане. Конечно, мы не можем откидывать и то, что здесь может быть опасный портал или какой-то ядовитый газ, который наказывает любопытных. Хотя не бойся: я тебя защищу, — задумчиво произнес Салли.       Гарри молчал. Он не понимал, что может тут быть, а тишина сводила с ума. Вдруг блондин выпрямился, протянул палочку вперёд и сказал какое-то неизвестное заклинание. Неожиданно воздух заколебался, словно натянутая струна, но не зазвучал. Комната сузилась настолько, что пришлось Салли превратиться в змейку.       Перед «братьями» появилась длинная коробка. Она была похожа на футляр, и появилось ощущение, что открывать его не стоит, но Гарри-гриффиндорец не стерпел.       Там, внутри, лежал огромный меч. Гарри явно разочаровался, но фамильяр, наоборот, смотрел на оружие с жадностью и интересом.       — Меч Годрика Гриффиндора, — с завистью сказал змей. — Думаю, он тебе раскрылся: я же слизеринец до мозга костей. Мне он не подчинится… Салазар очень завидовал другу за эту реликвию. Действительно, мало что могло восхитить отца, но этот меч, — он вздохнул, — удивительный. Забери себе его, вот мой совет. Быстрее сможем справиться с дневником, я это чувствую.

***

      Высокий человек с чёрными волосами сидел в кабинете Дамблдора. Он поправил очки и потёр шрам-молнию на лбу. Он понимал, что, если Дамблдор его вызвал, случилось что-то важное.       — Знаете, мистер Поттер, хм-м-м, так сказать, младший, получил меч Гриффиндора. И подчинил его.       — Поздравляю его, — нахмурился парень. — Это всё? — он ясно увидел картинку, когда Салли подал Гарри меч.       — Да. Что случится?       — Вы не знаете? — ехидно спросил парень.       — Нет.       — Вы сообщите, если что-то с ним случится?       — Ладно.       — И обещаете рассказывать, о чём додумались?       — И это сделаю.       — Будет весело.