Сила искусства

За окном уже светало, но Иван все никак не мог уснуть. Причиной тому был не кто иной, как Максим Львович. Его любовник. Или как еще ему называть эти несуразные отношения? Мужчина крепко спал. Казалось, ничто не волновало его, ничто не могло потревожить. Добившись, чего хотел, он отдыхал с чувством выполненного долга. Даже если его цель так мелка — всего лишь один зеленый и закомплексованный работник, не имеющий достаточно силы воли, чтобы избавиться от неприятного подавления. Впрочем, артист уже и сам не знал, считать ли сложившуюся ситуацию неприятной. С одной стороны, он чувствовал, как теряет последнюю опору. Но кто знает, не ждет ли его в конце падения еще одна опора, куда более прочная, чем предыдущая? Что лучше: блеклая и размеренная жизнь или те насильственные перемены, что происходят с ним сейчас? Лежавший рядом слегка пошевелился. Теперь его тяжелая рука лежала на груди у Ивана, не давая уйти. Даже во сне он контролировал ситуацию. Юноша вздохнул, внимательно рассматривая новоиспеченного партнера. Нет, это слово было неправильным — они никогда не будут партнерами. Разница между ними слишком велика. Его руководитель обладал не самой выдающейся внешностью, которую с лихвой компенсировал шармом и железным характером. Иван вздохнул. Он совершенно точно был не первым и не последним человеком, попавшимся на удочку этого рыболова. Вернее, тактика этого человека походила скорее на ловлю неводом, если не на глушение динамитом. Артисту очень не хотелось чувствовать себя рыбешкой. В глубине души он всегда мечтал быть особенным, и теперь ему представился такой шанс. И он воспользуется им. Пусть потом все пойдет прахом. Все, что угодно, лишь бы не возвращаться к своему прежнему существованию. За этими мыслями он и не заметил, как задремал. Когда он снова открыл глаза, то сразу ощутил, как Максим сжимает его в объятиях, уткнувшись носом в светлые волосы. Даже спросонья он немного походил на хищника, но уже не на смертельно опасного, а на сытого и добродушного. Он даже казался мягким, хотя в любой момент мог выпустить когти. Заметив, что юноша проснулся, мужчина усмехнулся и стиснул того еще крепче, проводя языком по шейным позвонкам. Иван слабо дернулся, чем только раззадорил Максима. Однако тот довольно скоро ослабил хватку и позволил артисту подняться с кровати, внимательно наблюдая за каждым его движением. — Может, кофе? — неуверенно спросил парень. Что вообще нужно спрашивать на утро после такого? — Валяй, — согласился Максим, по-прежнему не шевелясь. Иван с облегчением ушел на кухню и, взяв чайник, открыл кран. Вдруг сильные руки легли ему на бедра. От неожиданности он чуть не расплескал набранную воду. — Нельзя быть настолько пугливым, — на этот раз губы коснулись его плеча. — Впрочем, это мне даже нравится. Еще бы, думал Иван, чиркая спичкой. — Надо же, у тебя до сих пор газовая плита стоит, — продолжил говорить мужчина. — Да и вообще, квартира какая-то неприятная. Сырая, холодная… У юноши вдруг судорожно заколотилось сердце. Он знал, какая фраза должна последовать за этими словами. — Кажется, тебе нужно переехать. На конфорке столбом взвилось пламя. Иван чуть прикрутил рычаг. — Куда? — Ты же умный парень, догадываешься. Похоже, Максим был недоволен этой напускной непонятливостью. Он любил определенность. И артист решился. Вещей у него было не так уж много, и все же… — Возьми часть, — подгонял его Максим, стоявший в дверях. — За квартиру не беспокойся. И, схватив подошедшего парня за локоть тихо добавил: — А роли твои я тебе уже вернул.