Мастерство пространства и времени
7 апреля 2016 г., 11:52
Двухвостый столкнулся с обладателем длинных иголок, с трудом устоял на ногах, чуть не опрокинув на себя тазик с тёплой водой. Во время шестой стимуляции, Руж показала весьма необычную реакцию, и её проводник, безусловно, догадался о содержимом данного воспоминания. Тейлз надеялся, что тот уже взял себя в руки, пока он топтался за дверью, делая вид, что ничего такого не было, а обстановка разрядилась. Но взмыленный Наклз, похоже, был готов отхлебнуть прямо из таза, хватаясь за первое попавшееся решение. Летучая мышь не вырывалась, не прижималась, ища защиты от кошмаров, маниакально приставая к нему, не обращала внимания на попытки успокоить себя. Он бы скорее предпочёл, чтобы на его теле опять не осталось живого места, вместо мучительных минут слишком значимого и яркого кусочка их общего прошлого на виду у ошеломлённого друга. Хвостик всё прекрасно понимал, не нужно быть гением, тут и ежу понятно, что происходило между стражем и воровкой. И ехидна благодарил судьбу, что этого ежа не оказалось с ними. Соник никогда не обладал скромностью, присущей его напарнику, и не смог бы промолчать при виде подобного зрелища. Коварная мышь даже в беспамятстве стремится окутать его своим шармом, оставляя в голове мысли только о ней одной.
– Я вот тут… ты понимаешь, наверное, уже много времени прошло… и нужно заботиться о её состоянии, – лисёнок поставил воду рядом с кроватью, запинаясь, подбирал слова для деликатной темы. – Нужно протереть её, прежде чем мы продолжим… я выйду, не беспокойся.
Наклз несмело принял протянутые ему вещи, провожая взглядом поспешно убежавшего Тейлза. Кроме полотенца, лис принес ту самую рубашку, которую Руж беспощадно превратила в летучемышиную, изрезав ножницами. Отпираться было бесполезно, особенно после того, как в доме одинокого хранителя была обнаружена одежда, которую могла носить только крылатая плутовка. Доказательство того, что всё зашло гораздо дальше черты, за которой никак не получается представить красного ехидну. Он и сам не мог до конца поверить…
Стараясь поменьше пялиться, Наклз отжал полотенце, прикладывая влажную ткань к её коже, убеждал себя быть спокойнее. Дыхание перехватывало, стоило лишь на секунду потерять контроль над собой, и позволить себе думать о чём-то кроме необходимости помыть её. Уделяя внимание крыльям, парень тщетно надеялся избавиться от этого чувства, осторожно расправляя их, испуганно отдёрнулся, поймав себя на обнюхивании. Всё стало ещё хуже – слишком многое связано с ними, воспоминания становились ярче, обжигающее тепло напоминало каждой вспышкой… может, ему просто нравится, что она летучая мышь, а не какая-нибудь ехидна? Даже с внушительными формами и широкими крыльями, в его руках беловолосая казалась маленькой и хрупкой – именно то, чего Руж не позволяла себе в повседневной жизни и находила в его объятиях.
Справившись с переодеванием, ехидна неохотно подпустил к ней лисёнка, позволяя ему вернуть контакты на место. Прауэр нервно сглотнул, чувствуя исходящую от нависшего над ним Наклза скрытую угрозу, тот внимательно следил за каждым его движением. Вспыльчивая частичка его характера вновь проявилась в нём, пробиваясь сквозь молчаливую отрешённость, возвращая к жизни. Юный гений облегчённо улыбнулся, узнавая знакомую раздражительность, он готов был рискнуть собственной шкуркой, чтобы окончательно убедиться, что последний из рода стал самим собой.
– Она в состоянии продолжать, можешь начинать, как только… – двухвостик с подозрением повел носом. – Тебе бы тоже не мешало помыться.
Записи задания Ангела на этот раз отличались большим количеством страниц, возможно, она приблизилась к истине в этот день, тут появились отчеты, переставшие быть предположениями. Но ничего из этого не имело значения, парень не хотел даже пытаться что-нибудь разобрать, только одно слово предназначалось для него.
– RETSU…
Руж ковырялась со шкатулкой, заменяя повреждённую деталь, практически не слушала едкие высказывания парня о происхождении звуковой гребёнки. Опытной воровке не стоило труда притвориться клиентом в антикварной лавке и открутить главный элемент механизма у похожей вещицы, пока хозяин зазевался.
– Тебе бы стоило в ближайшее время поискать хорошего адвоката, – Наклз сложил руки на груди, сдерживая непрошеную улыбку. Все-таки мышка никогда не менялась.
– У меня всё под контролем, ничего же не пропало. Может, он вообще никогда не заметит, что его игрушка больше не работает, – красотка самодовольно вздёрнула носик, убеждаясь, что всё идеально подходит. – И вообще, зачем этому глупому антиквару такая замечательная штучка, у нас ей будет гораздо лучше. Нельзя же в такую старинную шкатулку впихнуть дешёвую железку, сделанную пандами в подвале.
– Профессионально свистнула, я спокоен, – буркнул ехидна, со вздохом заглянув на дно миски с печеньем, откуда мышь уже успела всё перетаскать. – Прожорливая…
Руж озиралась по сторонам, но как назло ничего не попадалось под руку, чтобы запустить в смеющегося парня. Он точно не проболтался, а намеренно зацепил её, и теперь наслаждался беспомощным видом сердитой мышки. В конце концов, она бросилась на него, не желая проигрывать, повалила на пол. Несколько минут возни тянулись довольно вяло, у летучей мыши, из-за неосторожно спровоцированной близости, быстро пропало желание придушить парня.
– В другой раз ты так легко не отделаешься, – прошипела летучая мышь, сползая с хранителя. – Размечтался… лапы убери!
Какое-то время она дулась, ожидая, что Наклз сделает хоть что-нибудь, но тот, как ни в чём не бывало, раскинул руки на спинке дивана, даже не пытаясь подлизываться. Обречённо вздохнув, Руж потеснила его, усаживаясь рядом, протянула шкатулку. Старая вещь словно ожила, когда обладатель длинных иголок прикоснулся к рукоятке, наполняя комнату едва уловимым волшебством. Тонкий звук металлических язычков сплетался в волнующую мелодию, незнакомую и таинственную. Девушка склонила голову на его плечо, прикрыв глаза, мгновенно забыла, как надумала обижаться ещё не менее пяти минут.
Наклз напрягся, принимать подобные жесты не отскакивая друг от друга было непривычно. Подозревая, что мышь не будет против, он робко потерся щекой о шёлковые волосы, инстинктивно продолжая крутить ручку. Всё было совсем не так, как он мог себе представить – в тот день она не сбежала, взмахом крыльев обдав его дурманящим ароматом своего присутствия, как это обычно случалось. Проснувшись, он с удивлением обнаружил перед глазами большие ушки своей воровки, которая удобно устроилась у него под боком, прячась от первых лучей солнца. Тихонько посапывая, Руж щекотала его мордашку своим дыханием, даже не думая просыпаться. Последний из рода не стал спрашивать, могла ли насквозь промокшая униформа стать веской причиной для игнорирования секретного задания. Мышь не делились с ним подробностями своей работы, а он боялся выглядеть слишком заинтересованным. В общем, удивление прошло с её пробуждением, она ещё долго дразнилась, расхаживая по дому полуголая, напялив его кроссовки.
– О чём задумался? – хитро прошептала ушастая, прерывая поток его мыслей. – Последний раз твоё лицо было таким, когда прятал от меня ту фотографию.
Наклз стиснул зубы, вспомнив, как торопливо запихивал фотку в ящик, после того, как она впервые появилась на пороге его дома. Когда-то давно летучая мышь воспользовалась моментом, чтобы сделать кадр с краснеющим жителем острова Ангела, нескромно прижавшись к нему, сумела опередить его негодование. И, конечно же, копия с отпечатком её губ была оставлена прямо на поверхности главного изумруда.
– Думал, я не замечу, что ты там от меня прячешь? – она пихнула его локтем в бок, не желая слушать выдуманных оправданий. – Ты всё ещё хранишь её, мне было очень приятно. А они немного отросли, правда?
Руж запустила пальчики в его прическу, перебирая длинные иглы, с любопытством пробуя остроту кончиков. Парень согласно кивнул, кажется, оба так часто смотрели на фотографию, что могли вспомнить всё в мельчайших деталях.
– Твоя грудь тоже стала больше…
Шкатулка жалобно пискнула и замолкла, Наклз тщетно надеялся, что не сказал это вслух, а мышка смеялась, прикрыв рот ладошкой.
Чуть не сорвавшись вниз, летучая мышь вовремя взмахнула крыльями, когда тёмный коридор резко оборвался, открывая вид на обширную пещеру. Целых три этажа обрушились ещё при рытье туннелей в нестабильном участке, сейчас тут всё было расчищено, и даже один охранник бродил возле нижнего проема. По её расчетам, пусковая шахта была примерно над ней, однако поиск кусков ленты буквально заставлял агента держаться от цели подальше. Открутив голову баднику, она нырнула к охраняемому проходу, спускаясь ещё ниже, уперлась в тупик. Взвыв от досады, Руж в который раз вспомнила о ехидне, который с легкостью мог раскопать пролёты, упрощая перемещение по комплексу. Хотя, после увиденного, что-то ломать здесь уже не казалось безопасной идеей, и вообще стоило воздержаться от взрывов и обезвреживать роботов деликатнее. Отыскать здесь ещё одну часть кода было вполне ожидаемо, учитывая, как их вообще раскидало, девушка не удивилась бы найти очередную в собственном рукаве. В последнее время мышь даже думала пойти в казино, но фортуна определённо не имела ничего общего с этими спонтанными находками. А если вспомнить, как ей пришлось провалиться в полный воды грот и несколько раз чуть не сорваться в пропасть, то явно не стоило торопиться делать ставки. К тому же, её главный приз уже не сможет выскользнуть из рук.
– Их четырнадцать, – произнесла мышь, уставившись в монитор консоли ракеты, где отобразилась подробная карта базы. – Осталось ещё три…
По пути наверх нашёлся одиннадцатый, но собранная воедино перфолента всё ещё не казалась полной. Тем не менее, компьютер принял команду, выдав сообщение о неполноте информации для изменения координат, отобразил план с обозначением четырнадцати точек. Навязчивое чувство, что кто-то её ведет, не покидало голову, разрушая последние сомнения о случайностях и совпадениях. Через небольшое окошко в пусковой комнате была видна средняя часть ракеты с окрашенными в красный цвет стабилизаторами, но внимание привлекала надпись на самом верху корпуса, которую никак не удавалось рассмотреть. Было ли это чем-то важным, или просто любопытством, не стоящим удовлетворения... Снимки с потайной камеры будут вполне подходящим завершением операции, хоть и в G.U.N. не смогут ничего сделать с полученными материалами. Руж самой придётся проанализировать свои действия, чтобы понять, какие же из отмеченных мест она уже проверила, и узнать точное местоположение последних элементов. Ещё один раз… он должен быть последним.
Никак не получалось заснуть. Подкидывая к потолку свою игрушку, девушка точно знала, чья кровать мягче. Лететь на парящий остров во второй половине ночи, и залезть под одеяло к ехидне было весьма заманчиво, если конечно тот опять не уснул на ступенях зиккурата. Сколько ещё времени у неё осталось, прежде чем он задаст вопрос? Наклз проявляет настолько сильное безразличие к её заданию, что угадать тайную заинтересованность не составляет труда.
– Ты ведь уже всё знаешь, Господин Совиньон?
