Древняя магия

Мы скакали до Гондора одну ночь, не останавливаясь. Казалось, что Гендальф боится того, что за нами может следовать погоня. Я все время оборачивалась, но видела позади себя лишь поля. Никого не было, и от этого сжималось сердце. Снова одна. Но затем я переводила свой взгляд на дорогу и видела спину белого волшебника. Не одна. Мы проехали мимо Хельмовой пади. Крепость стояла в тишине, и это наводило на воспоминания о ночи той битвы. Страшно думать, сколько там полегло эльфов и людей. И только к раннему утру, когда солнце лишь начало показываться из-за горизонта, достигли Истфолда. Моя лошадь уже очень сильно устала от долгой дороги, но нам нужно было двигаться дальше. Пришлось немного отстать от Гендальфа, чтобы Лагос хоть немного сбавил скорость, иначе он может упасть замертво, так и не увидев земель Гондора. Оставалось еще немного. В Анориэне мы уже видели вдалеке белый город. Он был таким сказочным и волшебным при свете солнца. Но то было лишь видимостью. В городе жители были какими-то неживыми. Они ходили с опущенными головами, лишь изредка дивясь тому, что по улице идет лошадь. У них гости редкость? Вся обстановка напоминала Рохан в тот период, когда разум их короля был захвачен нашим врагом. Я мало о нем знала, эльфийке лекарю не рассказывали всех подробностей, но я чувствовала, как его невидимая рука сжимает шею и пытается задушить. Здесь это ощущалось еще сильнее с каждой секундой. Похоже, что и его руки дошли и до этого места. Не удивлюсь, если их король сейчас находится в том же состоянии, что и король Рохана тогда. Но страха не было, ведь Гендальф рядом, и он поможет, если со мной что-то вновь случиться. Для этого он и взял меня с собой. Перед тем как войти, Гендальф представился сам, а затем и нас с хоббитом. Стражник пошел докладывать королю, а позже сообщил, что владыка нас примет и очень даже хочет видеть. Это можно было считать дурным или же хорошим знаком? Я невольно посмотрела на волшебника, а тот на Пиппина. - Молчите, говорить буду я. Дэнетор непредсказуем и вспыльчив. С ним нужно быть осторожным в разговоре, - сказал Гендальф, - Вениа, распусти волосы и скрой уши. Не к чему Дэнетору знать, что вместе с нами прибыл эльфийский лекарь. Мы вошли. Тронный зал был просторным, с высокими резными потолками. У меня было ощущение, будто я на несколько мгновений вернулась домой, в эльфийское королевство. Все до того напоминало работу наших мастеров. И цвет был таким величественно белым, нет, не тем, что резал глаза, а на который было приятно смотреть. Это совсем не то, что я видела в Рохане или же Лихолесье. Это было иначе, ощущение какой-то необычной величественности. На секунду я подумала, что за спиной появились крылья. Да такой степени внутри была легкость. Но всю картину невесомости и чистоты портила темная фигура, восседавшая на троне, опустив руки. Его волосы закрывали часть лица, и от этого возникало странное тяготившее чувство. Он обратил на нас внимание лишь тогда, когда мы были в нескольких метрах от него. Его маленькие сощуренные глаза и искривленные в недовольстве тонкие губы напоминали мне барсука, которого разбудили раньше времени. Но смеяться от подобного сравнения никак не тянуло. Гендальф поприветствовал короля и стал объяснять цель нашего визита, но мужчина перебил. В его руках оказался расколотый белый рог. Он показал его нам, и его губы еще больше сжались, до такой степени, что их почти было не видно. - Можешь ты мне сказать, что произошло с моим сыном? – прохрипел он. Гендальф молчал, но по его реакции было видно, что тема неприятна и что он никак не рассчитывал начать их разговор с такой ноты. А Дэнетор сидел мрачный, злой и мне начало казаться, что как только волшебник начнет отвечать на его вопрос, он запросто броситься на него и начнет драть глотку, как дикий волк бросается на добычу. Я невольно сравнялась с Гендальфом, но беспокоиться нужно было не за него, а за Пиппина. Маленький хоббит неожиданно начал говорить, хоть волшебник и говорил ему не делать этого. Он вышел вперед и преклонил колено, признавая свою вину в смерти Боромира. Я не знала его, но судя по всему, король очень любил его. - Я готов служить вам в уплату этой утраты, - слова хоббита заставили Гендальфа тяжело вздохнуть, а короля принять его предложение. - А что скажет юная девушка? – мужчина перевел все внимание на меня и, кажется, после того, как он получил хоббита в свои подчиненные, он уже не так сильно горевал по Боромиру. Я посмотрела на Гендальфа. Он подал знак, чтобы я молчала, и я послушалась его. Волшебник прошел вперед и внимательно посмотрел в глаза королю. - Ее с ними не было, - ответил старик, чем вызвал вновь то недовольное выражение лица у мужчины. Дэнетор разрешил нам остаться. Видимо, решил показать себя с хорошей стороны, но мое мнение не изменилось. Двуличный, самодовольный, властолюбивый. Пока это все, что я успела понять о нем. И было достаточно, чтобы держаться от него подальше. Днем я перешивала форму Пиппину, потому что она была слишком большая для него. Хоббит хотел как-то помочь, но от него было мало толку. Но отблагодарить он меня все же хотел. В качестве платы за свой труд я попросила его поведать об их путешествии: что с ними произошло, кто такой Боромир, какого это быть настолько далеко от дома. Хотя последнее мне было ближе всего остального. Я не была дома…страшно посчитать. - И хотя для эльфов эта цифра ничтожна, я чувствую ее как человек. Это же целая жизнь. Я беспокоюсь за своих родителей, так давно их не видела, - да, я тоже рассказала свою историю. Мы просидели с ним до ночи. Он приносил еду и воду, иногда пел, и у него прекрасно получалось. Я же в свою очередь спела ему одну из эльфийских колыбельных. Когда мы заканчивали с формой, а я еще и с песней, в комнату зашел Гендальф. - Не стоит тебе петь и говорить что-то, что может выдать твое происхождение, Вениа, - посоветовал белый маг, - Если наместник Гондора узнает, что ты эльфийский лекарь, он будет делать все, чтобы ты осталась здесь. Ну уж нет, хватит с меня переездов. Я с трудом привыкла к Рохану, не хочу привыкать еще и к Гондору. К тому же, мне повезло, что король Теоден оказался хорошим человеком, который обращался ко мне как к близкому человеку, почти как к дочери. И я хотела вернуться, я хотела остаться, если мои надежды не оправдаются. Да, я надеялась, что когда война закончится, я смогу вернуться с Леголасом домой. Если не стать его, то хотя бы вернуться к родителям и брату. Как они там без меня? Здоровы ли? Живы ли? Я даже не могла послать письмо и узнать об этом. Все же владыка Трандуил жесток и суров. Это была единственная причина, по которой я могла отступиться от своего. Мне не хотелось снова наблюдать, как его народ заточен в красивой темнице, не видит всей широты мира. Но пока я не поняла, кто худший правитель – владыка Лихолесья или наместник Гондора. - Наместник? Я думала, он король, - ответила я, приняв совет Гендальфа и пообещав себе впредь его использовать. - Истинный король Гондора – Арагорн, - покачал головой маг. Так вот почему он просил меня присмотреть за его домом. Почему-то я не удивилась. Должна была, но не удивилась. Арагорн казался мне мудрым, спокойным, величественным мужчиной, который мог бы сесть на трон и управлять целой страной. И если Дэнотор лишь наместник, то с той минуты я начинала с нетерпением ждать, когда истинный наследник сядет на трон. Это будут изменения в лучшую сторону для самого народа. Гендальф прошел на балкон. Город окутала тьма, вдали виднелась полоса высоких гор, которая как будто защищали всех жителей от чего-то страшного. От дракона, хотя последний погиб, от армии злобных орков. Я не видела их, но прекрасно представляла. Они были беспощадны и уродливы по рассказам. Мама говорила мне, что орки раньше были эльфами, но потом они предали своих, и в наказание стали мерзкими, но сильными существами. Не уверена, что это правда. Они ни капли не были похожи на нас. - А ты когда-нибудь сражалась? – спросил Пиппин. - Нет, - ответила я, - Меня учили, но не представлялось возможности использовать свои навыки. - Всему свое время, - произнес Гендальф, и Пиппин подошел к старику, который смотрел непонятно куда. Они говорили о своем, а я вновь была погружена в свои мысли. Меня учили сражаться, а я даже тогда, когда на нас напали варги, не смогла защититься. Может, и лучше, что я здесь. Леголасу не придется волноваться за мою безопасность. А вот я беспокоилась за него. Простил ли он меня за то, что я снова его покинула, не спросив разрешения. Но в этот раз это было моим решением. Как же все было сложно. Мысли прервали удивленные восклицания хоббита. Комната озарилась странным зеленоватым светом. Я встала и подошла к Гендальфу. В небо от земли, за горами, ударила зеленая молния. Вернее это даже была не молния, какой-то столб света. Волшебник начал беспокоиться, а Пиппин спросил: - Что это? - Знак, - и маг замолчал на несколько секунд, а затем продолжил, - Знак, что на Гондор надвигается нечто страшное. Похоже, мы не были в безопасности, как рассчитывали. С утра мы уже были на ногах. Вчера вечером Гендальф сказал, что нужно что-то предпринять. Скорее всего, на Гондор нападут со стороны Мордора, и будет это совсем скоро. В городе мало людей, способных драться. Да и вряд ли армия противника будет маленькой. Возможно, еще больше чем была у Хельмовой пади. Нужно было подать сигнал, чтобы собрать союзников. Но когда Гендальф сообщил об этом Дэнетору, тот отмахнулся и сказал, что Гондор не нуждается в помощи. Но он нуждался. Даже мы с Пиппином это понимали. Наместник просто не слышал, как проходила битва с врагом несколько дней назад. Казалось, что если зайти в крепость, там еще остались пятна свежей крови, а предсмертные крики до сих пор летали в стенах. Гондору нужна была помощь. - Рохан явится. Арагорн сможет подтолкнуть к этому Теодена. Хотя, я думаю, король и сам предложит выступить сегодня же. Нужно лишь разжечь сигнальный огонь. Вениа, твоя задача отвлечь стражу около башни. Как же эльфийка могла отвлечь двух стражников, не раскрыв свое происхождение. И в следующую же секунду в голове появилась гениальная идея. Я попросила Пиппа одолжить с кухни блюдо с булочками. Стража, наверняка, не останется равнодушной к лакомству, а хоббита не заметят, в отличие от меня. Получив у него все, что мне было нужно, я поднялась на башню и предложила мужчинам угощение. Они с радостью набросились на него. Но как бы они не старались побыстрее управиться с гостинцем, у них это не выходило. Ко всему этому я добавила историю о великих воинах, которую прочитала в одной книге из библиотеки в Рохане, и они уже забыли, что должны за чем-то следить. Стража опомнилась лишь тогда, когда внизу закричали “сигнальный огонь”, а я в тот момент, пока они с раскрытыми ртами смотрели на пылающий огонь, убежала. Гендальф встретил меня, мы дождались хоббита и все вместе вернулись в замок. Дэнетор ничего не сказал, когда мы встретились снова. В тот день должна была состояться клятва Пиппина, чтобы он окончательно стал стражем цитадели. Но и здесь планы наместника сорвались. В зал ворвался один из стражников и сообщил, что к городу направляется колонна всадников, а над ними кружат страшные твари. Гендальф сказал нам оставаться в Минас-Тирите, а сам поспешил на помощь. С балкона было видно, как белая фигура на белом коне летит навстречу всадникам. Их так мало, что я лишний раз убедилась в правдивости слов белого мага. Впервые я увидела этих темных тварей так близко. Они парили над беззащитными воинами и хватали их в свои острые когти, поднимали высоко над землей, а затем бросали, чтобы те разбились насмерть. Мне стало трудно дышать настолько, что ноги и пальцы рук начали дрожать. Я бы упала, если бы не опиралась на балкон. - С тобой все в порядке? – обеспокоенно спросил хобббит. - Да, все в порядке, - ответила я, а сама почувствовала, как невидимая рука снова оказалась на моей шее и начала сжимать ее. Гендальф поднял свой посох, и дорога перед ним озарила светом, отпугнув летающих тварей назад. Они отступили, а сам маг сравнялся с всадниками и возвращался в Минас-Тирит. Наместник даже не вышел посмотреть, что произошло, он сидел в своем тронном зале и требовал, чтобы ему подали обед. Стало легче только когда я оказалась рядом с Гендальфом. Люди окружили вернувшихся и стали расспрашивать. Было слишком шумно на площади. Маг стоял рядом с мужчиной и увлеченно расспрашивал его. Пиппин оказался рядом быстрее меня. Он услышала часть разговора, и она не на шутку его заинтересовала. Глаза маленького хоббита загорелись, и он задал вопрос о Фродо. Мужчина кивнул. - Фарамир, расскажи мне все, - попросил Гендальф, но услышанное его не обрадовало, а скорее опечалило.