the phoenix.

Крепко держа датапад в руке, я неспешно шел по коридору правого крыла базы. За большими панорамными окнами медленно начали наступать сумерки. Темная дымка медленно окутывала белоснежные вершины, ложась на них равномерным густым слоем. Небо только начинало темнеть, теряя свой привычный серый оттенок. Тяжелые облака не могли пропустить через себя много солнечного света, поэтому сейчас они зависли на небе, напоминая большие бесформенные черные клочья материи. Услышав впереди себя шаги, я оторвал голову от светящегося экрана датапада и посмотрел на нарушителя спокойствия. Увидев впереди себя до безумия знакомую невысокую тонкую фигуру, я неслышно усмехнулся и подошел к девушке. Камер в этой части коридора не было, поэтому мы могли спокойно беседовать. - Ты сегодня удивительно тихая, - вкрадчиво заметил я и взяв ее за подбородок, приподнял его, чтобы было проще смотреть в ее глаза. - Скорее всего я не выспалась, - пожала плечами Эви. - Зря я тебя отправил спать в вашу общую спальную комнату, - покачал головой я и коснулся бледных синяков под ее глазами. – Сегодня ты будешь спать в моей комнате. - У тебя я тоже не особо высыпаюсь, - деловито сказала девушка, а я не смог сдержать самодовольной усмешки. - Тебе не нравится? – притворно удивился я, чуть сильнее стиснув ее подбородок. - Наоборот, - тихо ответила она, прикрыв глаза. - Куда ты направляешься? – я переместил руку с ее подбородка, на плечо. Все мышцы ее тела были напряжены. - Иду в библиотеку, надо посмотреть кое-что, - невинные голубые глаза безмятежно смотрели на меня. - Хорошо, - кивнул я, не убирая руки с плеча. – Ты как-то напряжена. Все в порядке? - Вроде бы да, - в голосе будто бы проскользнули нотки какого-то отдаленного отчаяния, но я списал все на переутомление и плохой сон. - Думаю, я смогу придумать что-нибудь вечером, что поможет тебе избавиться от напряженности, - тихо прошептав ей это на ухо, я остался доволен собой. - Спасибо, мой генерал, - на ее лице скользнула хитрая улыбка. – А куда ты идешь? - С Монтгомери проводить проверку всех чертежей супероружия, чтобы полностью исключить возможные будущие ошибки. - Вы будете его использовать? Когда? – Эви будто бы побледнела. Хотя скорее всего во всем виновата подступающая темнота вечера. - Будем, но не так скоро, - уклончиво ответил я. Нет, сейчас не лучшее время, чтобы посвящать ее в уничтожение звездной системы. Ей нужно хоть как-то освоиться. Мое глупое существо слишком сильно дорожит миром. Дорожит этим несуществующим понятием. Такой ребенок. - И надолго эта проверка? – снова интересуется она. - Буду поздно вечером но не переживай, для тебя я всегда найду время, - не удержавшись, я требовательно целую ее в губы. Хармон мгновенно отвечает на поцелуй и прижимается ко мне всем телом. Я чувствую как она дрожит. Ее руки крепко обнимают меня за шею, не давая отстраниться, а пальцы путаются в рыжих волосах на моем затылке. Мы целуемся отчаянно, безумно, точно люди, которых навеки отрывают друг от друга. - Все, я должна идти, - она нехотя отстраняется от меня. В больших глазах плещется грусть. Или это мое воображение? Развернувшись, она идет в сторону поворота, а затем скрывается за ним. Я продолжаю свой путь до ангара с чертежами, в котором меня должен ждать Монтгомери.

***

Два часа не были потрачены впустую. Я и Пол пересмотрели множество альтернативных вариантов и заметили некоторые недочеты, которые в скором времени сразу же исправят рабочие. Я освободился довольно рано, потому что по моим расчетам, мы должны были закончить всю проверку в десять часов вечера. Но сейчас на часах было только семь вечера, поэтому я направился прямиком в кабинет, чтобы подумать над очередными идеями, которые мне предложил Пол. Теперь за окном все было заполнено густым темным смогом ночи. Звезд не было видно. Видимо плотные серые облака полностью застелили собой весь небосклон. Резкие порывы ветра качали редкую растительность, находившуюся в низинах гор. Свернув в левое крыло базы, я повстречал там трех учеников, которые почтительно уступили мне дорогу. Не удостоив их взглядом, я прошел мимо. Пройдя вперед по коридору и завернув за угол, я поравнялся с парой штурмовиков, патрулирующих левую часть базы. Дойдя до информационного блока, чтобы проверить показания, я приложил к сканеру ключ-карту, и в следующую секунду дверь с легким скрежетом отъехала в сторону. Первое, что я увидел – Хармон. Эви стояла рядом со столом, окруженная голограммами. На синих картинках я смог заметить какие-то отчеты и видеозаписи с камер. Сомнений не было. Она связывалась с Сопротивлением. Я чувствую, как внутри меня начинает подниматься какая-то злость, обида и непонимание. Мне больно. Дверь с тихим шелестом закрывается за мной. - Ты же обещала… - тихо проговорил я. – Ты обещала мне! Она медленно поднимает голову и смотрит на меня. Ее глаза красные от слез. По щекам стекает тонкая соленая дорожка. - Ты убил их, - ее голос дрожал. – Ты убил их всех! Забрал моего отца, мою мать, моих друзей! Это сделал ты! Ты уничтожил всю мою жизнь! – ее голос срывается, Хармон буквально задыхается в собственных рыданиях. - Я верил тебе, Эви! Верил, как последний дурак! – мне становится нестерпимо больно. Я тоже перехожу на крик. - А что мне оставалось делать? Ждать пока ты просто так уничтожишь миллиарды людей на системе Хосиниан?! – девушка убрала все голограммы и вышла из-за стола. – Я не позволю тебе лишить еще нескольких тысяч людей родных и близких, - зло выпалила она. Ее лицо побледнело. – Я всегда думала, что каждый достоин прощения и второго шанса. Надеялась изменить тебя, исправить, направить на менее кровавый путь, но ты, - ее голос снова подорвался. Лицо побелело, а в голубых глазах отчетливо читалось отчаяние. – Но ты, Хакс, настоящее чудовище, которое упивается своим величием. Твои руки по локоть залиты кровью невинных людей, а сам ты ради власти и вселенского господства готов пройтись по трупам. В комнате повисла тишина. Голова гудела от миллиона мыслей и разъяснений всего этого безумия. Но сейчас, когда глаза застилала пелена ярости и злости, а сердце готово было вырваться я не мог придумать ничего более гуманного, чем нажать на темную кнопку, находящуюся рядом с дверной панелью доступа. - Я ненавижу тебя, - отчетливо и тихо прошептала она. – Ты чудовище, ненасытный и кровожадный монстр, мечтающий о власти. В коридоре послышался топот ног. Еще секунда и в открытую дверь быстро зашли шесть штурмовиков. - Предатель, - удивительно спокойным тоном сказал я. – Это предатель. То, что произошло дальше, каждое мгновение, наложили особый отпечаток на мое сердце. Грубо скрутив ей руки за спиной, они вытолкали ее из кабинета. - К Вернету в лаборатории, - снова этот пугающий спокойный тон и пустота внутри. – Рену доложить только по моей команде. Я сейчас буду. Когда дверь закрылась, я дрожащими руками потянулся за сигаретами. Затянувшись и выпустив струйку дыма, я понял, что не чувствую ничего. Внутри груди была зияющая дыра. Всепоглощающая пустота. В ушах начало звенеть, поэтому я быстро подошел к окну и прислонился лбом к холодной и гладкой поверхности стекла. В голове эхом отдавались ее последние слова. – Но ты, Хакс, настоящее чудовище… Твои руки по локоть залиты кровью невинных людей… Я сжал кулаки. Дышать становилось все труднее. - Я ненавижу тебя. Только сейчас я понял, что плачу. По щекам действительно текли слезы. В них был заключена вся горечь, обида и боль. – Ты чудовище, ненасытный и кровожадный монстр, мечтающий о власти. - Нет! Нет, прочь из моей головы! – громко воскликнул я и со всей силы ударил по стеклу. Оно выдержало, но вот на костяшках пальцев появились красные отметины. Предательство. Она предала не Первый Орден, нет, тут все гораздо хуже. Она предала любовь. Навсегда закрыла мое сердце от всех. Я помню себя в то время, когда ее не было на базе Сопротивления. Я чувствовал себя пустым, но тогда даже не подозревал об этом. А потом появилась она. Шаг за шагом, это маленькое существо ломало мою внутреннюю стену. Растопляло лед. Разгоняло тьму, давая пробиться свету, который все еще оставался внутри меня. Иногда нужна лишь искра, чтобы разжечь огонь. Именно этой искрой и была Эви. Искра жизни. А сейчас Она сама разрушила все то, что так трепетно построила. Я сломлен. Все то, во что я верил исчезло. Все то, что я так безумно любил уничтожено. Боль пожирала изнутри. Она буквально гнила внутри меня, а ее яд расползался по каждой клеточке моего тела. Хватит. Это нестерпимо. Возрожденный из пепла феникс снова готов умереть. Сгореть дотла и никогда не воскреснуть вновь.