Не твори добро

      В следующий раз Хайн проснулся уже в большой просторной комнате, от яркого солнца и чьих-то шагов. Сочетание широких окон и белых стен, в другое время, произвело бы на молодого человека впечатление, но сейчас оно вызывало лишь негодование и желание спрятаться под одеялом. Где-то в стороне раздался стон и в комнату шаркая тапочками вошел Леон, который Гаральд, обвел одним, да и то прищуренным глазом вчерашнего собутыльника и простонал:       – У-у-у... Надеюсь тебе так же хреново... Ненавижу страдать в одиночку...       Что такое «хреново» Хайн не знал, но вот выражение лица поясняло значение слова точнее любого словаря.       – Ай мочи моей нетъ... – отозвался он и тут же понял, что в самом деле нет, ибо стоило открыть рот, как в голове зазвенело.       Ну и день выдался! И ночь! И ведь расхлебывать придется... Только не сейчас! Он накинул одеяло и отвернулся к стене. Сейчас ему было все равно: хоть потоп, хоть армия супостатов – ничто не могло поднять его с этого ложа. Отвернулся и понял, что что-то не так: слишком свободно двигаться... движения ничего не отягощает... ничего не сковывает... И прежде, чем он сделал хоть какой-то вывод, Леон плюхнулся рядом. Залез под одеяло и прижался к обнаженному телу.       Хайн насторожился: обнаженному? Прижался? Это что, они этой ночью?.. Нет, не то, чтобы впервые... Но чтоб по пьяне... Да еще с пиратом... Хотя пахло от него вполне прилично, даже учитывая состояние.       – Хайн... – страдальческим тоном позвал вчерашний собутыльник. – А можно я тебя еще раз?..       – Только трясти нѣ смей... – отозвался юноша.       Не... пусть делает, что хочет... Главное, чтобы молчал, не будил и не заставлял высовывать голову из-под одеяла. А коль откажешь, так ведь и спорить начать может...       Леон в самом деле зашевелился. Вяло. Без энтузиазма. Несколько раз провел рукой по его ягодицам и притих. Еще пару мгновений спустя послышалось тихое ритмичное сопение и Хайн с облегчением понял, что утренний секс отменяется. ***       – Вот же дерьмище! – Леон вскочил и схватился за голову.       Та уже не ныла с такой силой, как пару часов назад, но все еще казалось, будто на ней тяжелая шапка. Да не простая, а цементная!       – А-а? – простонал из-под одеяла Хайн и понял, что так же чувствует себя намного лучше.       Вместо ответа пират поднялся и исчез, а когда вернулся, у него в руках была банка с маринованными огурцами, из которой тот смачно чавкая пил маринад.       – Жри! – велел он и протянул ее Хайну.       Судя по вкусу, закваска, наверное, наполовину состояла из уксуса и юноша тут же с сожалением вспомнил про домашний рассол.       – Проснулся? – полюбопытствовал Леон. – А теперь проваливай! Ко мне сегодня девушка обещала зайти.       – Проваливать? – не понял Хайн.       – Ну домой в смысле! Прости, чувак! Серьезно... Я бы тебя не выкидывал... Но ведь сам понимаешь...       – О... – юный принц не то, чтобы понимал, но догадывался. Вот только в указе была одна большая загвоздка: – А где я? – поинтересовался он.       Некоторое время пират Леон, он же Гаральд, в растерянности смотрел на гостя, потом протянул длинное: «э-э-э», не зная, что ответить и наконец сообщил:       – Да, вроде как, все там же...       – А «тамъ жѣ», это гдѣ? – чувствуя себя распоследним дураком уточнил Хайн.       – Э... Агриппина Колония?       Юноша озадаченно уставился на случайного знакомого и тот уточнил:       – Что, серьезно?!       ѣ– Не... в нашѣм мiрѣ такого нетъ... – констатировал Хайн и вспомнил про вежливость, которую как-никак полагалось блюсти. – Гаральдъ, вы жѣ не первый разъ мѣжду мiрами путешѣствовали? Будьтѣ добры подскажитѣ путь домой...       На какое-то время в воздухе повисла напряженная тишина, а затем пират выдохнул:       – Чаго?       – Ну, та тавѣрна, гдѣ мы встретились... Я туда случайно попалъ и не знаю пути назадъ...       – Чаго? – еще раз повторил Леон.       – Она мѣжду мiрами – такъ мнѣ сказали, – принялся объяснять Хайн. – А я вышѣлъ съ вами и оказался въ вашѣмъ мiре... Но я дажѣ не знаю, какъ туда попалъ, а ужъ темъ более какъ вернуться...       – Ага... – недоверчиво кивнул знакомый. – Эк тебя... А медицинская карта с собой есть?       – Не имею представленiя, что это, – смутился Хайн.