Не твори добро

      Утро пришло, а вместе с ним пришла лень. И Леон, малодушно намазав кусок хлеба соусом Чили, да тщательно прожевав его, отправился к врачу демонстрировать покрасневшее горло и выпрашивать больничный. Потом вернулся с победоносной миной, плюхнулся за компьютер и продолжил попытки найти информацию о путешествиях между мирами, попеременно мешая их с разными играми. Так прошло несколько дней – Леон пытался найти что-то полезное в интернете, иногда подкидывая своему гостю распечатки с той или иной информацией для более тщательного изучения. Хайн осваивал блага цивилизации – телевизор, и теперь целыми днями смотрел то развлекательные фильмы с понятным ему историческим антуражем, то научно-популярные передачи на более-менее близкие его родине темы, особо внимательно внемля всему, что касалось магии, религии, суеверий и параллельных миров.       И когда дело казалось уже совсем безнадежным, Леон возликовал, сообщил, что Шаман нашел что-то годное и поэтому они в субботу идут на сходку за сканами. Хайн впервые за все время оживился – чем больше он узнавал об этом мире, тебя очевиднее становилось, что оставаться ему нельзя. Слишком большая разница. Слишком много условностей. Ладно, допустим он еще мог более-менее освоить технологии. Допустим, мог найти простую работу, не требующую многих лет обучения. Но ведь документы... Легальный статус... Здесь местные власти контролировали и вели учет всех жителей, а каждый шаг, каждая перемена в жизни, каждое путешествие оставляли следы в чиновничьих конторах. И что еще хуже – в магию здесь верили только местные сумасшедшие. В перемещения между мирами – тоже, и не было ни единого шанса, что этот мир примет пришельца как равноправного жителя. А это в свою очередь означало, что единственный путь для него – постоянно скрываться, прятаться, работать по черному и жить там, где никто не спросит подтверждение личности. И это при том, что по его говору слышно было, что он не местный! При том, что он многого не понимал и задавал вопросы, которые Леону казались несуразными! Да, повезло, что он встретил именно Леона. Очень повезло. Но ведь не сидеть же у него на шее до конца своих дней?! Ему даже сейчас не чем было отблагодарить его за помощь. Разве что использовать близость как оплату за доброту... но, это бы ее обесценило и поставило бы его, Хайна в нехорошее положение. ***       Ночью перед "сходкой" Хайну так и не удалось поспать. Он все ворочался и ворочался. То собственные руки ему мешали, то ноги. Было то слишком холодно, то слишком жарко. То Леон слишком громко сопел. То пить хотелось. То сходить облегчиться. Так что когда настало утро, он даже почувствовал некоторое облегчения. В отличии от Леона, которому Хайн своей бессонницей помешал выспаться. Теперь молодой студент был мрачным и ворчливым, так что Хайн поспешил вскочить первым, да тут же отправился в кухонную нишу за кофе и бутербродами – после завтрака Леон всегда немного добрел. Благо юный принц кухней уже научился пользоваться да последние дни как мог занимался хозяйством, дабы хоть как-то быть полезным.       Завтракали они молча. Даже чуть подобревшему после первого кофе Леону не хотелось разговаривать – голова после неспокойной ночи казалась ему будто бы чугунной. Хайн же чувствовал себя из-за этого невыносимо виноватым и пытался слиться с обстановкой, пока гостеприимный хозяин не подобреет еще немного.       – Ладно, – наконец дожевав последний бутерброд и тяжело вздохнув, поднялся Леон да велел: – Надевай свою рубаху и куртку! Только штаны мои оставь!       – Зачемъ? – удивился Хайн. – У васъ же никто такого платья не носитъ...       – На сходках так принято, – пояснил тот. – Типа, чтобы тренироваться можно было в том, в чем потом по полигону бегать будешь. А то сейчас помахаешь палками в джинсах и футболке, а потом запутаешься в собственном антураже. Но поскольку это не игра, полностью костюм мало кто надевает, – он на мгновение задумался и добавил: – Только ты вот что – если кто предложит на мечах помахаться, обязательно откажись. Тебя этому дома небось хорошо обучили и по настоящему, а у нас свои правила и ты нечаянно можешь ненужное внимание привлечь или же покалечить кого.       – А вы тамъ въ обращѣнiи съ мечемъ упражняться буднте? – чуть разочарованно от того, что придется удовлетвориться ролью стороннего наблюдателя уточнил Хайн.       – Да, – подтвердил Леон и выудил из-под кровати толстую дубину, лишь своей формой, да и то очень отдаленно, напоминавшую тренировочный меч, вроде тех, что у Хайна были в детстве.       Хайн скептично осмотрел его: тренировочный снаряд – толстый, легкий, неуклюжий, блестящий странным блеском от кончика клинка до самой рукояти. Затем нерешительно пощупал «лезвие» и то противно прогнулось под пальцем.       – Ладно, – согласился он уже без всякого разочарования и вернул странную штуку хозяину.       Встреча начиналась в полдень, но в полдень они только вышли из дома, потому как, по словам Леона, приличные люди никогда не приходили во время. Потом сели в странную самоездящую конструкцию похожую на змею из стекла и железа, да проехали несколько "остановок". Там Леон, на всякий случай, еще раз повторил свои наставления, велел Хайну побольше молчать, еще раз проверил снаряжение, собрался с духом, натянул на лицо максимально похожую на помешательство улыбку, от которой Хайну аж не по себе стало, и направился к товарищам.       На зеленой лужайке возле старого кирпичного здания их встретила пестро одетая толпа – кто в обычной одежде, кто частично переодетый в игровое, кто вообще при полном «антураже», как это называл Леон. Один даже в латных доспехах оказался!       – Ух, ты, новенький! – завидев их восхитилась девочка с выкрашенными в синий и розовый цвет волосами. – Какая милая курточка! Сам шил?       – Нетъ же, портнойъ, – смутился Хайн и неловко покосился на Леона.       Остальные тоже отложили свои дела и обступили их, так и жаждая побольше вызнать о пополнении в своих рядах.       – Портной? Вау, а номерок дашь? – попросил парень с длинными волосами и в черной рубахе со шнуровкой. – Давно хочу нормально пошиться!       – Да уж, не дурно, – заметил мужчина в доспехах, оценивающим взглядом рассматривая новенького, потеребил край куртки и констатировал: – Даже шов ручной! Только за те же деньги, небось, и нормально пошиться можно было.       Хайн опешил.       – Чтобы исторически точно было, – пояснил мужчина, – без этого странного смешения стилей.       Окружающие закатили глаза.       – Отстань от человека! – велел Леон.       – А чего я такого сказал? – не понял тот, – Я понимаю, что вы болт забиваете на историческую точность, но ведь если уже есть возможность и раз уж взялся за дело... Можно и до конца довести...       – Отстань! – еще настойчивее потребовал Леон и мужчина пожав плечами отошел в сторону любовно разглядывая свой меч. Не тренировочный, как у Леона и других ребят, а настоящий, из стали.       – Ты не переживай – он просто реконструктор, – шепнула девушка так, будто это все объясняло и извиняло. – Так-то он мужик хороший... А куртка у тебя шикарная!       – Пиво будешь? – предложил парень в черной рубахе.       – Вообще-то у нас во время тренировок пить запрещено! – возмутилась все та же бойкая девушка.       – Ну дык, а я все равно всего-лишь потусить за компанию пришел.       – Вот пришел и ладно, но человека спаивать то зачем?       Хайн бы сейчас от пива не отказался. Особенно от холодного. Да только оно тут было крепче нежели на родине и он опасался захмелев сболтнуть или сделать лишнего. Парень же не заполучив компаньона досадливо фыркнул, хлебнул из горла и отошел от столпившейся возле Хайна компании в сторону. Туда, где в отдалении от остальных, ни на кого не обращая внимания, сидел еще один парень, будто бы совершенно случайно оказавшийся здесь, да самозабвенно перебирал струны гитары.       Толпа еще немного попялилась на Хайна, позадавала ему вопросы, тактичные и не очень, а затем Леон, которого здесь снова звали Гаральдом, решил, что с них достаточно вежливости и расшугал ее.       – Шаман обещал через пол часа подъехать, – сообщил он сверившись с телефоном, бросил на землю куртку и сел, махнув Хайну следовать его примеру. – Сделаем вид, что сегодня ты просто посмотреть пришел, – пояснил он.       Время шло. К их компании подтянулась еще пара ребят, поздоровалась и побросав рюкзаки принялась тренироваться. Кто на «мечах», кто в стрельбе из луков. Довольно слабых, «гуманизированных», как выразился Леон, чтобы никого не покалечить при попадании. Да к тому же с забавными неуклюжими стрелами имеющими мягкие шары вместо наконечников.       И наконец появился он: пожилой мужчина с полуседыми волосами до плеч. Жилистый и худой, но с озорной улыбкой да смешинками затаившимися в уголках глаз. Леон завидев его тут же оживленно подскочил, обменялся любезностями и просиял, получив заветную стопку бумаг.       – Все как ты просил: инструкция к ритуалу по призыву демона, – пояснил мужчина, – Несколько лет тому назад случайно обнаружили в монастырской библиотеке Бенедиктинцев, а те, в свою очередь, если верить исследователям, переписали ритуал из еще более древних, гностических текстов, чтобы спасти его от сожжения и сохранить как частицу истории христианства. Вот тут описание в переводе, – продемонстрировал он несколько листов, – тут – текст «Молитвы к дьяволу» на латыни. И еще пара изображений. Я решил их тоже скопировать. Мало ли кто захочет сыграть и такую роль! Вон, маска замечательная получилась бы! – он усмехнулся и ткнул пальцем в картинку с раскоряченной рогатой и черномордой фигуркой, показывавшей зрителю свой раздвоенный язык, будто насмехаясь над ним. – Инструкция к черчению пентаграммы тоже прилагается. Мне кажется, хорошо обыгранный ритуал будет просто отлично смотреться! Я бы в нем даже поучаствовал, – Шаман многозначительно подмигнул и Леон нервно хихикнув, пообещал обязательно позвать его, коль дойдет до дела, а затем, перекинувшись еще парой незначительных фраз, поспешил распрощаться да под предлогом подготовки к экзамену поспешил домой.