Не твори добро

      Прошел день. Другой. Демон все не возвращался и у Хайна зародились опасения, что тот сбежал да больше не вернется, чтобы исполнить обещанное.       Еще через неделю их жизнь нормализовалась и вошла в некое подобие привычного русла. Леон вновь стал ходить на лекции. Хайн осваивал технологии и как мог отрабатывал свое проживание уборкой и приготовлением пищи. Способы же вернуть юного принца домой они искать перестали – если даже для могущественного демона это оказалось задачей не из легких, каковы шансы, что они найдут другой путь? А если им нужен к тому же такой, который будет безопасным? Нет, рисковать еще раз им не хотелось и хотя они оба с трудом представляли себе будущее Хайна, здесь оно хотя бы было. К тому же где-то там на горизонте все еще оставалась надежда, что демон в самом деле нашел решение проблемы и исчез только чтобы исполнить обещание.       Вот только обо всем этом они не сговаривались. Они не обсуждали перспективы и будущее. Хайн просто плыл по течению. Леон делал вид, что его этот вопрос не заботит, а присутствие Хайна не в тягость. В конце концов оно в самом деле было ему не в тягость. В тягость оно было лишь не отягощенному деньгами кошельку студента. Впрочем он об этом пока старался не думать, а уже тем более не говорил об этом Хайну, чтобы не расстраивать его.       Чувствуя, что юный принц все больше впадает в уныние, он напротив старался его приободрить приглашая на увеселительные прогулки по достопримечательным и интересным местам города, вместе с тем стараясь задавать по меньше вопросов о его родине, дабы лишний раз не напоминать об утрате. В эти моменты Хайн в самом деле немного оживал, восхищался достижениями техники и величием архитектуры. Он с любопытством рассматривал других людей, то удивляясь, то восхищаясь, то впадая в замешательство от непривычного и разнузданного внешнего вида. Тем не менее делал он это так деликатно, что Леон даже восхищался его самообладанием. Должно быть, именно в этих мелочах давало о себе знать придворное воспитание – Хайн в самом деле умел прилюдно держать лицо и сохранять невозмутимый вид. А еще... Леон сам не заметил как так вышло, просто в какой-то момент их с Хайном руки сплелись вместе и больше не разнимались. Он даже не мог вспомнить был ли то Хайн, который первым взял его за руку, или же он сам не отдавая тому отчета потянулся к Хайну. Просто в какой-то момент это оказалось так и казалось таким естественным, что разжать руки было выше их сил.       Это они тоже не обсуждали. Просто пришли домой, зашли в кухонную нишу, сделали по глотку воды после долгой прогулки, посмотрели друг на друга и их руки, да губы вновь будто сами собой потянулись друг к другу. А опомнились они лишь тогда, когда тяжело дыша лежали в постели. В копилку событий которые они не обсуждали добавилось еще одно, но в последующие дни все не единожды повторилось.       Так прошло еще какое-то время, пока в одно раннее утро их из сна их не выдернул скрип, скрежет и гул, а под окнами дома не появилась будто из воздуха синяя телефонная будка с мигающей лампочкой на крыше. Хайн и Леон, наблюдавшие за этим из окна озадаченно переглянулись, но тут дверь будки открылась, а из ее вышел Люцифер собственной персоной да помахал им рукой.       – Во дает! – выдохнул Леон, впопыхах оделся, натянул кроссовки и выскочил во двор.       Хайн последовал за ним.       – Это что, «Тардис»? – на всякий случай уточнил начинающий программист изумленно рассматривая легендарный атрибут не менее легендарного «Доктора» из сериала «Доктор Кто».       – Она самая, – демон кокетливо помахал ему сверхзвуковой отверткой, любовно погладил свою новую игрушку и похвастался. – Спер прямо со съемочной площадки! Эх, видели бы вы их лица, когда они вернулись с перерыва...       Леон нисколечко не усомнился в том, что реакция съемочной группы в самом деле была бесподобной. Еще бы! Незаметно спереть такой немаленький реквизит, посреди бела дня, на хорошо охраняемой съемочной площадке был тот еще фокус!       – А внутри она тоже... или реквизит? – полюбопытствовал он.       – Нет, что ты! – расплылся в улыбке демон. – Внутри она такая, какой должна быть!       Леон не удержался от того, чтобы заглянуть внутрь, а затем и вовсе войти. Хайн последовал за ним.       – Я вдруг понял, что мир Хайна можно найти. Разлом пронизывает ограниченное количество миров и найти среди них нужный намного проще, чем искать его среди бесконечного множества всех существующих измерений. А раз мы не можем так просто нырнуть в этот разлом, то нам нужна защитная оболочка. Не слишком большая, чтобы ее не разорвало искажениями, но достаточно большая, чтобы мы в ней поместились. Поэтому я спер бутафорскую синюю будку, наложил на корпус защитные заклинания, а затем заключил внутрь бесконечность пространства между мирами. Таким образом, даже если будку разорвет аномалией, мы останемся целыми и невредимыми в небольшом закутке вне пространства и времени.       – Круть! – восторженно выдохнул Леон.       – Ага! Я такой! – без лишней скромности подтвердил Люцифер за его спиной и расплылся в зловещей улыбке.       В следующий миг двери «Тардис» захлопнулись, а кабину заполнил оглушительный гул и скрежет.       – Эй! Стой! – испугался Леон. – Я никуда не собирался лететь! Выпусти меня отсюда!       Но демон и не подумал его отпускать, вместо этого разразившись злорадным хохотом, аки клишированный злодей из супергеройского кино.       Впрочем, вскоре «Тардис» вновь приземлилась и на экране появилось изображение газона с аномалиями, уже окруженного неоднородным забором. Тогда демон выудил из-под пульта управления коробку с брелоками в форме все той же «Тардис» и воодушевленно, дабы спутники могли проникнуться его гениальностью, пояснил:       – Мой первый план был хорош, но потом меня посетила мысль, что «Тардис» в которой мы находимся все еще слишком большая, чтобы в целости и сохранности пройти через затухающую аномалию, а терять ее – слишком жалко. Поэтому я придумал иной способ перемещения: маленький маячок может без труда проникнуть даже в очень маленькую аномалию, а как только он окажется по другую сторону – большая «Тардис» последует за ним уже в обход. И хотя скачки между мирами очень энергозатратны, за счет небольшого размера внешней оболочки и ее геометрической схожести с маячком, на перемещение всех нас уйдет не больше энергии, чем на перемещение одной неодушевленной вещи! А значит мы всего за один день сможем переместиться множество раз! – затем он внезапно замолчал, бросил уничижительный взгляд на людей и махнул рукой: – И зачем я вам все это рассказываю? Все равно вы не способны оценить всю гениальность моего творения!       Он всего на секунду приоткрыл дверь, выбросил один из брелоков и снова пустил в путь «Тардис» прежде чем Леон успел опомниться и выскочить.