Не твори добро

      На следующий день Хайна спешно короновали в узком кругу, и он, как то полагалось, тут же созвал кабинет министров, дабы просвятиться о том, как обстоят дела в его королевстве да издать свои первые указы. Обычно такими приказами отстраняли, назначали, или утверждали министров, но Хайн был еще слишком юн, чтобы избрать свой кабинет, а его министры были слишком влиятельны, чтобы избавиться от них в одночасье. Зато в нем, словно пламя, горело желание поделиться со своим народом благами цивилизации, что он познал в мире Леона.       – В том мире, куда я попал по воле случая, – начал он свой первый указ, – знают больше нашего и люди создают вещи столь дивные, что словами не описать. Я же в заботе о благополучии своего народа силился усвоить от их знаний как можно больше. Так я узнал, что ученые мужи достоверно выяснили о заразе в воде речной, озерной да колодезной. А дабы избавиться от заразы, надобно воду довести до кипения, прежде чем употребить ее. Посему своим первым указом я повелеваю, чтобы мои подданные более не пили сырую воду и не употребляли ее в пищу, а тщательно кипятили перед этим.       Министры озадаченно переглянулись, но послушно поклонились и первый указ утвердили.       – Далее, ученные мужи выяснили, – продолжил Хайн, – что зараза бывает в пыли и воздухе, и оседает на кожных покровах, через глаза, нос и рот проникая в тело и нанося вред ему. А по сему следует часто мыть руки с мылом. Но особливо прежде чем притронуться к пище, после справления естественных нужд, а так же перед и после визита к больным! Посему, дабы не разносить заразу и препятствовать распространению миазмов, отныне мои подданные должны надлежащим образом мыть руки!       Министры еще более запереглядывались, да заперешептывались.       – Что-то не так? – поинтересовался Хайн.       – Ваше Величество, – поклонился бывший регент, а ныне первый министр. – Указы ваши разумны и благодетельны. Да только откуда же простому люду столько мыла взять? При дворе-то мы все справить можем, как вы того желаете, но люд роптать будет на такие траты. Да и воды с дровами в надлежащем количестве им запасти тяжко будет. Несомненно и вам ведомо, как зимой даже богатые от лишних трат берегутся.       Хайн удивленно хлопнул глазами, затем видимо что-то вспомнил и пошел на попятную.       – Пусть по вашему будет. Но чтобы при дворе руки все с мылом мыли, а так же все лекари в моих владениях, цирюльники, пекари, мясники и прочие, кто руки к пище чужой прикладывает. А мудрость ученых мужей пусть запишут, да в людных местах несколько раз в день зачитывают.       Министры вновь поклонились и утвердили указ.       – Далее желаю, чтобы в моих владениях лекари более не пускали кровь и не лечили болезных ртутным паром. Проку от этого нет, лишь вред не соразмерный.       Министры в ужасе отпрянули будто он издал указ о том, что их всех надлежит повесить, а вместе с ними умертвить каждого второго жителя государства.       – Как же так, Ваше Величество? – осмелился подать голос старший министр. – Ученые мужи испокон веков так самые разные хвори лечат! Указ ваш многих на гибель обречет!       – Вовсе нет, – возразил Хайн. – Кровопускание лишь ослабляет больного перед ликом хвори, а ртутные пары наносят непоправимый ущерб его здоровью. Куда больший нежели сама хворь.       – Ваше Величество, – все еще с сомнением проговорил он. – Допустим мы, ваши ближайшие соратники, вам верим. Да только люд простой роптать будет. Решит, что вы уморить его решили. Кабы восстание не поднял, от того, что вы больных надежды на исцеления лишите!       Хайн тяжело вздохнул.       – То есть, и такой закон мне принять нельзя?       – Можно, да повременить стоит. Надобно сначала учение ваше среди врачевателей распространить.       Хайну вновь пришлось пойти на попятную:       – Пусть так будет. Запишите учение и распространите его, – он чуть задумался, а затем постановил: – Больше указов не будет, покуда я не изучу дела своего королевства. На сегодня вы свободны.       Главный министр не отступил и прокашлялся:       – Ваше Величество, еще один указ все же издать надобно.       – Какой? – удивился Хайн.       – Раздать подаяние из казны. Этот жест доброй воли благоприятно отразиться в народной молве.       Хайн благосклонно махнул рукой, встал и вышел в соседний кабинет, где уже не знал куда деваться от тоски Леон. Вид у него теперь был не только несчастный, но и весьма комичный. Искусанная комарами и теперь расчесанная щека алела и немного припухла гармонируя с его алло-синим нарядом. Хайн было прыснул со смеха, но под его мрачным взглядом тут же устыдился смеяться над своим спасителем.       – Почему они покусали только меня? – проворчал Леон.       – Вовсе нет. Меня они тоже покусали, – возразил Хайн. – Просто я к ним привык и не прятался с головой под одеялом, оставив на воздухе только нос и щеку. Поэтому мои укусы оказались под одеждой. К тому же они довольно быстро проходят, если их не чесать и меня уже больше не тревожат, – затем он стал как никогда серьезным: – Ты уже принял решение? Будешь искать путь воротиться домой, али оставишь как есть?       Леон вздохнул:       – Ты ведь все слышал. Это сложно и опасно. Второй раз мне вряд ли повезет найти безопасный путь или еще одного демона который обойдется лишь злой шуткой.       Хайн кивнул, чуть помедлил и деловито опустился на одно колено:       – Коли так, то позволь просить руки твоей и сердца. Окажи мне честь и стань моим законным супругом!       Леон сначала опешил от такого предложения, затем вскочил как ошпаренный уронив стул.       – Ты... Ты чего это вдруг? – испугался он.       – Я перед тобой в неоплатном догу и обязан тебе всем. Ты же по моей вине потерял родину и близких. Поэтому позволь мне хоть малость отплатить тебе и дать статус моего супруга со всеми подобающими почестями и привилегиями, – и чуть помедлив добавил: – Да и коитус у нас к взаимному удовольствию выходит. После свадьбы неприятных сюрпризов не будет.       – Совсем рехнулся? – от неожиданности аж повысил голос Леон и тут же спохватился, что посторонние не должны слышать как он панибратски разговаривает с местным монархом, а уж тем более кричит на него. – Я тебе очень признателен за этот... благородный порыв. Но если мне суждено здесь остаться, то я хочу хотя бы самостоятельно выбрать свой жизненный путь, а не стать твоим придатком... И этим, как его там... гребанным хранителем очага.       Хайн изумленно замер, затем вновь поднялся на ноги, а Леон продолжил:       – И вообще, разве тебе не положено заключить какой-нибудь политически выгодный династический брак с какой-нибудь там дочерью, какого-нибудь влиятельного короля?       – Положено, – согласился Хайн. – Но я король и последнее слово за мной. К тому же ты из другого мира и никто не знает, какое положение ты там занимал. Какое скажем – такое и будет.       – Это не важно, – Возразил Леон обращаясь к опыту рыцарских романов и ролевых игр. – Брак со мной не поможет тебе укрепить свое положение. Вот что важно. А тебе это необходимо. Тем более если ты подозреваешь своего... приближенного в покушении.       Хайн качнул головой:       – Это уже не важно. У регента был шанс захватить власть если бы я пропал без вести до коронации, будь то в лесу или прямо из моей спальни. Тогда он мог бы под предлогом моего возможного возвращения править дальше. Если же меня не станет сейчас, на престол взойдет мой дядя.       – А если ты сейчас исчезнешь без вести?       – Мой дядя станет временным королем, до моего возвращения. Теперь избавляться от меня не выгодно никому из моих министров. Пока я у власти – у власти они. А дядя скорее всего назначит на их должности своих людей.       – Если так, то выходит, что уже дядя может избавиться от тебя, – разволновался Леон, но Хайн остановил его жестом руки.       – Прошу, не стоит. В моем положении всегда есть кто-то кому выгодна моя смерть. Но если постоянно об этом думать – с ума сойти можно. Леон, коли ты не хочешь моим супругом стать, стань моим советником. По делам научным. Хочу чтобы в моих владениях они процветали, да мудрецы со всего света сюда стремились. Чтобы свет знаний доступен всем был, как в твоем мире, и чтобы чиновники свои чины по уму занимали, а не по знатности!       – Что-то ты загнул... – опешил Леон. – Я же не ученый какой. Даже институт не закончил... Да к тому же по специальности, которая в твоем мире еще многие века не нужна будет.       – Зато ты знаешь, как в твоем мире все устроено и можешь нас многому научить!       – Постой, нет... Я почти ничего не знаю! – возразил Леон. – Тем более не знаю как и что делается! А всеми этими технологиями я только пользоваться умею!       – Ты знаешь главное, – возразил Хайн. – Как получать и распространять знания. Я понял как это важно, когда увидел каких высот могут достичь люди, если будут стремиться к ним и если знания будут доступны не только аристократам и богатым людям, кои могут учителей нанять, а для всех. Когда каждый крестьянин может при помощи грамоты поделиться с миром своими соображениями о том, как лучше возделывать поля, а мастеровой поделиться своим мастерством.       – Это ты просто еще не видел, как они эту грамоту используют, – насмешливо хмыкнул Леон. – Хорошо, если пахарь, про пашню свою пишет... А не про торсионные поля и волновую генетику.       – Какие поля? – удивился Хайн.       – Не важно, проехали. Короче чушь собачью они пишут, а не приобретенной мудростью делятся.       Вдруг в комнате раздался хруст, да не абы какой, а будто бы кто чипсы есть. А за ним последовал насмешливый голос:       – А что... Это было бы правда интересно... Очень, очень интересно... Выйдет просто отличный эксперимент! – теперь на оконном проеме сидел и насмешливо ухмылялся Люцифер собственной персоной.       – Что было бы интересно? – испугался Леон так и ожидая еще какой пакости, но демон лишь шире заулыбался, исчез, а пару минут спустя появился с мобильным телефоном в руках.       – Смотри какой я сегодня добрый! Вот тебе – мечта попаданца, – ласково проворковал он. – Твой телефон с бесконечным зарядом аккумулятора и интернетом. – Он любовно протянул его парню. – Посмотрим, как ты сможешь с его помощью изменить мир. Ну и если хочешь, можешь написать или позвонить кому... Только учти, что для своих ты мертв и им будет сложно поверить в то, что с тобой случилось на самом деле.       – Лучше верни меня назад! – возмутился Леон. – У меня же там семья! Друзья! Институт! Квартира моя, в конце концов, со всем моим барахлом!       – А вот этого у тебя уже точно нет, – ухмыльнулся демон и отправил в рот еще один чипс.       – Как нет? – опешил Леон.       – А так нет, – смачно хрустя развел руками демон. – Я квартиру спалил и копию твоего бездыханного тела туда подбросил.       – Чего? – не поверил своим ушам Леон.       – Да вот того, – хмыкнул демон. – Тебя там как раз оплакивают, завтра похороны и даже премию посмертно присвоили. Так что расслабься и наслаждайся своей новой жизнью.       – Какую такую премию посмертно присвоили? – насторожился Леон.       – Премию Дарвина, – ехидно уточнил демон, а затем снова исчез.