If today was your last day

      — Гарри?       Гермиона ошеломленно застыла на месте, мгновенно теряя дар речи. Волшебник, стоящий в паре метров от нее, поднял усталые тусклые глаза и посмотрел на Грейнджер из-под толстых стекол очков. Казалось бы, что может случиться за пару месяцев, проведенных вдали от магического мира? Но вглядываясь в изможденное лицо друга, обычно преисполненное любопытства, немного детской легкомысленности и надежды, девушка заметила, как сильно впали скулы, как сгорбились плечи, будто бы «мальчик, который выжил» внезапно повзрослел. Гермионе вдруг стало не по себе, но она не отвела взгляда, не прерывая возникшую невидимую связь. Все мысли покинули ее разум, и волшебница внезапно ощутила, как по ее щеке что-то медленно скользнуло вниз, холодя кожу. Грейнджер быстро смахнула выступившие слезы и проглотила вязкий комок, появившийся в горле. Да, она скучала, но только сейчас поняла, насколько сильно тосковала по друзьям.       Еще спустя несколько секунд непрерывного молчания, нарушаемого лишь тяжелым дыханием запыхавшейся Гермионы, эльфы, до этого настороженно наблюдавшие за разворачивавшейся сценой, тихо заперешептывались, высказывая свои опасения друг другу. Трандуил, громогласно объявив об окончании торжества, быстро прервал начавшиеся разговоры подданных, незамедлительно повиновавшихся приказу. Когда почти все покинули зал, король со скучающим видом поднялся на трон и взмахнул рукой, давая разрешение стражникам отпустить внезапно появившегося гостя. Гермиона, уже привыкшая к подобному отношению владыки к нежданным посетителям его королевства, напряглась, внимательно следя за движениями синдар. Трандуил не был заинтересован в содержании двух чужеземцев в своем дворце, и, безусловно, он мог выгнать их обоих из Лихолесья, но колдунья все еще надеялась на понимание, которое вряд ли осталось у равнодушного правителя леса.       — Это очень трогательно, — волшебница злостно стиснула кулаки, — Но эти земли — территория эльфов, и ведьмы, как и ведьмаки, — Трандуил с некоторым отвращением глянул в сторону Поттера, — здесь не в почете. Объяснись, мальчишка.       Грейнджер крепко сжала зубы, поражаясь великолепному умению короля менять маски, когда это ему нужно. Она уже давно потерялась в догадках, какой же Ороферион на самом деле. Только девушка подумала, что их взаимоотношения переходят в разряд обычных подколов, преисполненных садистского удовольствия от владыки, явно самоутверждавшегося за счет других, как он снова заставляет ее злиться и в бессилии наблюдать за происходящим.       Гарри, привычным движением поправив съехавшие очки, подошел ближе к Гермионе. Они переглянулись, и девушка ободряюще похлопала друга по плечу и кивнула.       — Здравствуйте, сэр, — колдунья слегка приподняла уголок рта, вспоминая, что также обратилась к Трандуилу в первый день своего прибывания в Средиземье, — Мне жаль, что я прервал ваш прием, но мне действительно нужна чья-то помощь, — Поттер, явно волнуясь, заломил пальцы, и Грейнджер понимающе взглянула на парня — мало кто может говорить, когда на тебя пристально смотрят холодным принизывающим взглядом, от которого мурашки по коже, — Меня зовут Гарри Поттер.       Маг кратко представился, и скорее перешел к цели своего появления:       — Любой волшебник может разделить свою душу на несколько частей, чтобы продлить жизнь. Это очень темная и древняя магия, и о ней почти ничего не известно, но чтобы победить, нужно уничтожить все предметы, в которых есть частица сущности Волан-де-Морта — крестражи. Том Реддл был довольно умен и изобретателен и спрятал один из крестражей не в своем мире. Ему понадобились годы, но в итоге он нашел способ перенести один из предметов в эту вселенную.       Гермиона по мере рассказа все больше догадывалась, к чему же все-таки ведет Гарри. Конечно, раньше она имела довольно-таки размытое представление о крестражах и о способах продлить жизнь магу, но о подобной расчетливости и предусмотрительности Волан-де-Морта девушка и не подозревала. Это была потрясающая мысль — обезопасить себя подобным образом, ведь единицы имели достаточно знаний, чтобы переправиться за границу миров. Однако был один человек, который — волшебница была уверена — обладал нужными умениями для этого. Все всяких сомнений, Поттера отправил сюда Альбус Дамблдор. Профессор был, пожалуй, одним из самых неоднозначных и таинственных персон, которые имели отношение к Хогвартсу. Он обожал говорить загадками, запутывать, но сам о себе почти ничего не рассказывал. А еще Дамблдор нередко манипулировал людьми и делал это искусно, заставляя людей делать то, что было нужно. И это было одной из его проблем. Вкупе с безусловной гениальностью и вроде бы добрыми намерениями.       На удивление, Трандуил не перебивал Гарри, иногда лишь чуть хмуря брови. Он прекрасно знал, что эти волшебники не желают зла, но природная мнительность и предвзятость брали свое.       — Что ж, — король неопределенно взглянул на магов, — приготовьте еще одну гостевую комнату.       Стражники, уже готовые исполнить указ, быстро выскочили за дверь. Гермиона же, удивленная внезапным решением эльфа помочь, с подозрением всмотрелась в глаза Трандуила. Конечно, это было крайне подозрительно, ведь он не отличался милосердием. Однако в спокойном взгляде владыки девушка не разглядела ничего, что могло бы дать повод засомневаться в правдивости его поведения.       — Можете идти, — король указал рукой на выход, ясно давая понять, что более не намерен разговаривать.       Грейнджер, вопреки своему обыкновению, не обратила на неуважительность никакого внимания и только схватила друга за ладонь, направляясь к воротам. Напоследок обернувшись, она благодарно кивнула и на мгновение ей показалось, будто Трандуил растянул уголок рта в улыбке, но это было до того странно, что Гермиона только ухмыльнулась своим мыслям — уж кто-кто, а правитель Лихолесья вряд ли проявляет когда-либо подобные чувства.       Тяжелая дверь за ними захлопнулась, и колдунья посмотрела на Поттера. Им предстоит долгий разговор.

***

      — И как ты сюда попал? — волшебники уже дошли до предоставленных Поттеру покоев и теперь удобно расположились на пушистом ковре, покрывавшем весь пол в комнате.       — А ты как думаешь? — Гарри усмехнулся и устало потер глаза. — Дамблдор отправил меня сюда почти сразу после того, как узнал, что Волан-де-Морт спрятал крестраж где-то здесь. Многое в Хогвартсе изменилось, — парень взглянул на подругу, — После того, как ты исчезла, в школе начался переполох. Конечно, никто не мог упустить пропажу нечистокровного мага. Поползли слухи. Мы с Роном сильно перепугались, — зеленоглазый тяжело вздохнул.       — Я обратился к профессору, но тот мало что объяснил. Так прошло около месяца. За это время многие ученики уехали. Ты все не появлялась, а мы с Роном так и могли найти выход из ситуации, пока Дамблдор, наконец, не вызвал меня к себе. Тогда я узнал про крестражи. Еще спустя некоторое время он рассказал мне и о существовании других измерений, — Поттер прервался, — В библиотеке почти не нашлось ничего на это тему, пока однажды я случайно не натолкнулся на небольшой листок бумаги, на котором было написано заклинание. Оно было на латыни — ничего не разобрать, и мне пришлось принести его директору. Конечно, я бы и не стал обращать внимание на это, если бы клочок не выпал из сумки Малфоя, который вел себя крайне подозрительно еще с начала года. Дамблдор не казался удивленным, когда услышал, откуда заклинание у меня. Он высказал предположение, что по неосторожности Драко, который забыл его на полке в библиотеке, ты и перенеслась сюда. Конечно, я тут же захотел отправиться за тобой, — парень усмехнулся, — но тогда профессор рассказал мне о том, что Темный Лорд спрятал часть своей души в другом мире.       Гермиона, до этого внимательно слушавшая Поттера, задумалась и кивнула самой себе. Да, она и вправду заметила странное поведение Малфоя младшего еще в сентябре. Парень постоянно воровато оглядывался, был чересчур внимательным. В нем не было привычного запала для того чтобы унижать или насмехаться над другими. На удивление, Драко вел себя спокойно, постоянно погружался в свои мысли. Гарри тут же высказал свои догадки насчет принадлежности слизеринца к Пожирателям Смерти. Разумеется, Гермиона отнеслась к этому предположению весьма скептично — как бы Малфой не раздражал ее саму, он никак не был похож на вселенское зло. В конце концов, Драко был труслив и сам боялся Волан-де-Морта.       За своими размышлениями девушка не заметила, как Гарри закончил рассказ. Теперь парень, изможденный долгим днем, оперся спиной о стену и прикрыл глаза. Грейнджер, понимающе улыбнувшись и чувствуя легкую вину, тихо вышла, осторожно прикрыв за собой дверь.       Уже идя по опустевшему коридору, Гермиона напряженно думала о возможном местоположении крестража. В ее голове было бесконечное множество предположений и мыслей, которые явно не упрощали поставленную перед волшебницей задачу. «Безусловно, это должно было быть место, в которое будет крайне сложно добраться. Скорее всего, там будет много похожих предметов, оно также должно обладать высокой магической активностью. И, конечно, это должно быть символично», — девушка сильно нахмурилась и остановилась напротив балкона, открывавшего великолепный вид на ночной лес, — «В Средиземье, должно быть, полно подобных мест».       Она глубоко вздохнула и отвела взгляд в сторону. Где-то вдалеке блеснула в лунном свете Одинокая гора.