Follow you

      Я никогда так не ненавидела Росса, как в этот момент. Перевожу на парня озлобленный взгляд и сжимаю кулаки, потому что очень уж чешутся руки достать волшебную палочку и наслать на кое-кого пару-тройку проклятий. Вдыхаю в лёгкие побольше воздуха и говорю: — Профессор Амбридж, я… — Она не виновата, — прерывает меня Томас.       Я стараюсь не показать своего изумления, но все равно бросаю недоуменный взгляд на пуффендуйца. А тот, тем временем, продолжает: — Я заставил Лиллиас пойти за мной — отобрал у неё волшебную палочку и не хотел отдавать. В этом проступке виноват только я. — Охотно вам верю, мистер Росс, — сладко улыбается женщина. — Палочка у вас, мисс Сильверстоун? — Д-да, — запинаюсь, потому что совершенно не понимаю, что происходит. — Тогда оставьте нас с мистером Россом наедине. Нам предстоит долгий разговор.       Киваю головой и спешу покинуть кабинет. Перед тем, как выйти оборачиваюсь назад: Томас стоит, сложив руки за спину, но голову не опустил. И когда наши с ним взгляды встречаются, что-то заставляет меня вздрогнуть и в ту же секунду закрыть дверь.

***

      Наверное, впервые я чувствую себя отрешенно в Большом Зале. Вокруг меня стоит шум: голоса студентов со всех факультетов сливаются в жуткий гул, звук столовых приборов, соприкасающихся с тарелками, чуть ли не заставляют вздрагивать. Я сосредоточена на каждом шорохе, но одновременно не слышу ничего. Единственная четкая мысль в моей голове — Томас Росс за меня заступился. Конечно, я не проникаюсь к пуффендуйцу какими-то светлыми чувствами или состраданием, но то, что испытываю благодарность — абсолютно точно. — Ого! Ты только посмотри на него… — чей-то шепот всё-таки доходит до моих ушей. — Не ожидала такого от этого парня. Я думала, что он тут же вернет все на свои места, — подхватывает другая девушка, и я поднимаю голову, чтобы понять, о чем это сплетничают слизеринки с шестого курса. И когда вижу объект их сплетен, понимаю, что практически каждый ученик Хогвартса говорит о совершенно странном явлении.       Макс Томпсон с невозмутимым выражением лица проходит к своему столу, не обращая внимания на перешептывания остальных. Парень ведёт себя, как обычно: ни с кем не говорит, ровно держит спину, а голову высоко, периодически поправляет очки указательным пальцем. Но кое-что в его внешнем виде всё-таки подверглось изменениям, что невероятно возбудило общественность. Свои волосы Макс не стал перекрашивать обратно в русый цвет, оставив зелёный. Тот, который наколдовал ему Трой.       Взглядом ищу своего друга среди слизеринцев, что сидят за столом, но не вижу Гранвилла среди них. Зато, когда поворачиваю голову в сторону дверей, обнаруживаю Троя, застывшего на месте с широко открытыми глазами. Судя по всему, то, что Макс оставил свои волосы зелеными много значит для моего друга. Хотя, чёрт возьми, если бы я была на месте Троя, то сейчас таяла бы от умиления и усилившегося чувства! Поэтому не удивительно, что Гранвилл смотрит на Томпсона так, будто он вынес его из горящего дома, рискуя собственной жизнью.       Улыбаюсь, а затем возвращаюсь к своим мыслям — сейчас мой друг и без меня окружен повышенным вниманием. Лениво вожу ложкой по краям тарелки с супом, есть хочется, но кусок в горло не лезет. Мне очень интересно, что же двигало Томасом, когда он выгораживал меня. Я уверена на сто процентов, что это совершенно не в стиле Росса — бескорыстно принимать на себя весь гнев министерской жабы, как Амбридж называет все факультеты, за исключением моего. — Уверен, что ему жаба голову не снесет? — слышу довольно знакомый голос со стороны стола Гриффиндора и поднимаю голову, чтобы понять, кто говорит. Оказывается, это близнецы Уизли сидят ровно напротив меня, и, могу абсолютно точно сказать, обсуждают Томаса. — Надеюсь, что нет. Потому что иначе все наши планы будут коту под хвост, — отвечает второй, — знаешь, иногда я жалею, что нельзя применить непростительное на ком-нибудь.       Понимаю, что речь идёт обо мне, и моментально перевожу взгляд на Малфоя, ловца нашей команды по квиддичу, и делаю вид, что слушаю его россказни, которые, на самом деле, даже разобрать не могу из-за общего шума. — Знаешь, Фред, иногда ты перегибаешь палку. Можно же просто помешать Сильверстоун что-нибудь в тыквенный сок, — говорит Джордж, и я борюсь с желанием достать палочку и пустить на одинаковых болванов летучемышиный сглаз.       Но дослушать близнецов мне не удаётся, потому что рядом со мной садятся однокурсницы, которые явно возбуждены какой-то новостью. Первым вариантом, конечно, всплывает поступок, а точнее, его отсутствие, Макса Томпсона, но когда вижу, что Фелисити (а она у нас в компании главная сплетница), что даже не смотрит в сторону когтевранца, отметаю этот вариант. — Что случилось? — спрашиваю у Дженнифер, которая выглядит самой спокойной из всех. Но девушка не успевает мне ответить, потому что Кассандра стучит пальцами по моей руке, как по барабану, таким образом, привлекая к себе внимание. — Там такие разборки! — говорит шатенка, даже чуть повысив голос, — Гранвилл твой с Россом сцепился пару минут назад. Я без понятия, что они выясняют, но выглядит это довольно серьёзно.       Моментально поднимаюсь с места и бегу в сторону выхода из Большого Зала. И когда оказываюсь в коридоре, сразу же понимаю, куда идти, потому что слева доносятся довольно громкие реплики: «Так его!», «Снизу, снизу!» и «Вперёд, Росс!». Видимо, Трой находится далеко не в выигрышном положении.       Пробираюсь сквозь толпу к дерущимся и вижу в центре двух сцепившихся парней — Гранвилла и Росса. Смотрю на них несколько секунд, а когда понимаю, что Трою сейчас нехило достанется, собираюсь подойти к пуффендуйцу и показать ему, насколько свирепой могу быть в бою, но кто-то хватает меня за руку, не давая возможности показать Россу, где раки зимуют. Оглядываюсь назад и вижу перед собой Оливию Томпсон — сестру Макса. Девушка качает головой, а потом одними губами говорит: — Смотри, — и кивает головой в центр круга. Разворачиваюсь обратно и замечаю зеленоволосого когтевранца, подходящего к Трою и Томасу. — Хватит цирк здесь устраивать, — довольно громко говорит Макс, и парни даже прекращают драться, — ведете себя, как пятилетние магглы, вот что.       Томпсон поправляет очки и, бросив Гранвиллу и Россу красноречивый взгляд, разворачивается и уходит прочь. Ещё несколько секунд толпа стоит в ожидании продолжения, но когда понимают, что драться больше никто не будет, разочарованно расходятся кто куда. — Что здесь произошло? Какого черта ты творишь, Росс?! — тут же подхожу к парням, которые даже не сдвинулись с места. — Я творю? — переспрашивает Томас. — Это твой дружок первый полез с кулаками! — Слушай сюда, Росс, — подхожу к пуффендуйцу почти вплотную, — Троя ты больше не тронешь, если хочешь сохранить свою никчемную жизнь. Не сомневайся, я применю к тебе непростительное. У меня даже рука не дрогнет. — Да ты что, — «сладко» улыбается Росс, — можешь блефовать и дальше, ты слишком слабая, чтобы убить кого-то, но знай, что за тобой должок. Кое-кто сегодня отделался от серьёзного наказания, так что, будь благодарна, красавица.       Где-то я что-то слышала про «убийство в состоянии аффекта» (какие-то грязнокровки это обсуждали год-два назад, а я, к несчастью, сидела недалеко от них), так вот сейчас я прекрасно понимаю то чувство, которое испытываешь перед совершением убийства.       Смотрю в голубые глаза Росса и понимаю, что он чувствует то же самое. Возможно, даже в большей степени, потому что парню досталось из-за меня. Крупно досталось. Я делаю такой вывод, потому что замечаю два маленьких кровяных пятна на манжете левого рукава рубашки. — И что же это за «должок»? — интересуюсь у Томаса, на что тот лишь усмехается. — Скоро узнаешь.       Росс посылает мне презрительный взгляд, а затем разворачивается и уходит, засунув руки в карманы брюк. Показываю ему вслед средний палец и разворачиваюсь лицом к Трою. Обхватываю лицо парня ладонями и осматриваю на наличие каких-либо серьёзных ран. Слава Мерлину, ничего особо угрожающего жизни не обнаруживаю. — Что случилось? — уже спокойно спрашиваю я. — Мы случайно пересеклись в коридоре, — начинает Гранвилл, глядя в пол. — Я задел его случайно… серьёзно, Лилс, это был мой первый в жизни раз, когда я задел кого-то случайно. Естественно, Росс прикопался… слово за слово, а потом он тебя оскорбил. Очень по-злому. Ну, я ему и врезал. А дальше ты знаешь.       С благодарностью смотрю на друга, который ради моего достоинства пожертвовал не только своим, но ещё и лицом, которое сейчас больше напоминает лицо заключённого в Азкабане. — Дурак ты, Трой, — говорю я, обнимая друга. Тот лишь усмехается и кладет голову мне на плечо, — пойдём в Больничное Крыло.       Отстраняюсь и беру парня за предплечье. Гранвилл не сопротивляется, просто медленно шагает следом за мной. — А знаешь, — вдруг нарушает тишину Трой. — Он ведь спас меня. Еще неизвестно, что бы вытворил Росс. Он был очень зол.       Ничего не отвечаю, хотя полностью согласна с Гранвиллом — Макс Томпсон сегодня, как минимум, сохранил целыми кости Троя.