Child's play

Дезмонд просканировал соседние здания. Ветер, продувающий проулок за штаб-квартирой Абстерго, нещадно трепал одежду. — Это позволяет Тамплиерам увидеть нас издалека? — спросил Эцио, аккуратно регулируя угол поворота камеры наблюдения в сторону от входа, через который они планировали прорыв. — Ага, — ответил Дезмонд, наклонившись к его плечу, проверяя, как справляется Эцио. — Вроде телескопа… нооооо, ты же не знаешь, что такое телескоп, так? — ни сколько не смущаясь, добавил он, видя, как Эцио нахмурился в недоумении. — Это не первая вещь, которая загоняет меня в тупик, если говорить о будущем… — ответил старший ассасин с обезоруживающей улыбкой, — но я не могу позволить этому остановить меня. Едва слышно вздохнув, Эцио перешел на Орлиное Зрение, отыскивая следующую скрытую камеру, которую предстояло перенастроить. Дезмонд вытер руки о джинсы, не в силах оторвать взгляд от мужчины. Все это — будущее — должно быть, выглядело таким странным, таким… чуждым, но каким-то образом итальянец смог справиться с собой и принять. В конечном счете, это лишь повторило то, что он и без того знал. Его предки задали ему довольно высокую планку. Даже несмотря на то, что он вырос на «ферме» ассасинов, Дезмонд знал, что он никогда не проходил испытаний. Ни как Альтаир. Ни как Эцио. Несколько погружений в Анимус сделали его слабым, как какая-нибудь утонченная южная красавица, и ничуть не добавило уверенности в себе. Не улучшало ситуацию и то, что он понятия не имел, станет ли передышка от голосов в его голове тем, что исчезло навсегда — ну или хотя бы на время. С его везением он еще мог бы сражаться. Черт. Они вполне могли бы использовать его как щит, чтобы он мог бы быть полезным хотя бы раз. Ассасин тяжело вздохнул. Кажется, они были в полной заднице. — Черт! Вопль досады привлек его внимание к Доктору, который тряс свою странную звуковую штуку, которая, казалось, своим свечением семафорила что-то на азбуке Морзе. — Леонардо, я же просил не разбирать ее, ах ты… проныра! Маленький… — весь остальной набор слов, которыми Доктор намеревался наградить художника, так и не были озвучен, поскольку длинные пальцы мужчины уже вносили корректировки в устройство. — Эй, Док, — сердитый взгляд, брошенный на Дезмонда, заставил его спешно добавить, — тор. — Порядок! — недовольство испарилось с ярким изумрудным светом, загоревшимся на звуковой отвертке.  — Мы можем кое-что обсудить? — вновь начал Дезмонд, прикинув, что его шансы точно не увеличатся. — Ооо, звучит занятно! — восторженно произнес Доктор, не замечая, что направил отвертку на что-то, сильно смахивающее на баллончик с освежителем воздуха. — Я первый! У Уинстона Черчилля был ужасный вкус в галстуках. Идея отличная! Исполнение ужасное, — то, что казалось освежителем воздуха, на деле оказалось довольно сложным спрятанным устройством. — Я пытался предложить ему помощь, но он был слишком упрям, если ты можешь себе это представить. — Эм, да. Только… это не совсем то, что я имел в виду. Доктор оторвался от своего занятия, не в силах скрыть разочарования. Этот парень? Этот парень должен помочь им спасти Вселенную? Они были куда в большей заднице, чем он предполагал. Дезмонд выдохнул, не заметив, что он задержал дыхание. — Я хотел сказать спасибо за то, что подлатал меня, пока я был… — он присвистнул, покрутив пальцем у виска. — На самом деле, это заслуга ТАРДИС, это она тебя растормошила, — с гордостью произнес Доктор, хлопнув по крышке не-освежителя воздуха и закрывая его. — Временная воронка заполнена артронной энергией, а двигатели ТАРДИС на ней работают. Ваш вид может использовать ее только когда у вас имеются определенные… Модификации, — от того, как мужчина произнес это, отводя взгляд, у Дезмонда дыбом встали волосы. — Когда ТАРДИС сделала… ну, сделала это — она сможет это повторить? На всякий случай? Я не могу сломаться — не могу так рисковать. Не сейчас, когда все может отправиться к черту у нас на глазах, — Дезмонд сглотнул, давая своей неуверенности проявить себя. — Я… Здесь я — слабое звено, и сделаю все, чтобы изменить это. — Ты не слаб, — улыбка Доктора светилась искренностью. — Далеко не слаб. Энергия, которая на тебя воздействовала, была просто колоссальной. Никто бы не смог выдержать ее так долго. — Но Шестнадцатый… и другие… Судя по тому, что все говорят, они реагировали не так, как я… — Было ли у них нормальным то, что, для разнообразия, их предки периодически навещали их? Даже тот же Эцио, находясь в одном временном отрезке с одним из своих потомков, создал массивное возмущение во времени. Временное землетрясение. И чем ближе ты к событию, тем хуже становилось. Ваша бесполезная машина никак бы не смогла с этим справиться, оставив тебя абсолютно беззащитным. — Анимус! — глаза Дезмонда становились все шире и шире по мере того, как он вспоминал дни, которые вывели его на новый уровень безумия. — Он нагревался, работал со сбоями… — Эта груда металлолома никогда не работала правильно! — с раздражением заметил Доктор. — А если твои друзья ничего в нем не исправят, то ему точно не будет позволено работать никогда. — Значит, я не буду по нему скучать, — облегчение было довольно ощутимым. — Неа! — Доктор весело подбросил и поймал не-освежитель воздуха. — Единственная возможность артронного воздействия на этой территории появится, когда эта малютка начнет создавать негармоничность, которая вырубит все Анимусы, — странный прибор таинственным образом исчез в кармане плаща, по которому Доктор немного похлопал, не оставив никаких следов того, что в кармане вообще что-то было. — И единственным, кто будет его сдерживать, буду я. Темная фигура опустилась между ними. — Здесь закончили, — сказал Эцио, — так что приступим. *** Сидя в мягком кресле, скрестив ноги, Шон пытался изобразить хоть какое-то подобие беззаботности, слыша, как собственный пульс грохотом отдается в ушах. Возможно, сейчас некоторые физические препятствия могли разрушить его желание сбежать из комнаты, вопя, как восьмилетняя девочка. Дайте Тамплиерам то, что они хотят — так сказал Доктор. Шону стоило попросить его быть более точным. Идти через главный вход в Абстерго, под идиотски выдуманным прикрытием, и это выпало мастеру эпохи Ренессанса и парочке рыжих — ни один здравомыслящий человек никогда бы не счел это хорошим планом. Хотя было слишком уж очевидно, что такое понятие как вменяемость, было совершенно незнакомо Доктору. Двадцать минут. Дезмонд сказал, что им нужно двадцать минут для того, чтобы пробраться внутрь здания, помочь Доктору подобраться к Анимусам поближе, чтобы создать нестабильность, и позволить Шону и Эми помочь Леонардо подчистую взломать сервера Абстерго. Он покосился на висевшие на стене часы, пытаясь не выдать того, что он едва мог различить, сколько времени. Возможно, его желание сбежать усугублялось отсутствием очков. Они были спрятаны — последний пункт маскировки перед тем, как представиться Тамплиеру, который вышел поприветствовать их. Крупного телосложения человек, которого Шон отлично знал из докладов ассасинов, сидел в кресле напротив него, заставляя сердце подпрыгивать к самому горлу. Возможно, сейчас невозможность видеть была именно тем, что ему было нужно больше всего. — Что ж, это ужасно интересно! — С приторным дружелюбием сказали нечеткие очертания Уоррена-чертова-Виддика, отчего у Шона по спине пробежали мурашки. — Я не мог дождаться, с того момента, как мне сказали об этом! Недавно обнаруженный оригинал работы да Винчи! — Я рада, что вы смогли встретиться с нами так быстро, Доктор Виддик. — Эми склонила голову, выглядя абсолютно непринужденно. — Наш клиент горит желанием заключить сделку, и он посчитал, что Абстерго будет правильным выбором. Господи. Как часто Эми приходилось участвовать в затеях этого сумасшедшего, чтобы сейчас выглядеть так, будто это было обычным походом в магазин? Неудивительно, что было так мало свидетелей, которым «посчастливилось» встретить Доктора. Любой из тех, кто сумел пережить это испытание, наверняка отказался бы обсуждать это, рискуя сгореть со стыда. — Стоит признать, что, когда компания переслала мне ваше письмо, было… сложно устоять, Мисс Понд. Тьфу ты. Пусть Шон и не был целью настолько явного и распутного взгляда Виддика, каким он одаривал рыжеволосую, и все же ему хотелось снять с него кожу на шлифовальном станке. — Я всегда питал некоторую слабость к работам да Винчи! Такое мастерство! Историк бросил взгляд на Леонардо, который, будучи в логове дьявола, чувствовал себя как дома. Он считал, что для человека, который жил во времена, когда вогнать нож в спину было вполне естественным явлением для итальянской знати, подобная смена обстановки могла стать неслабым потрясением. — Тогда вы понимаете, что мы предлагаем вам кое-что довольно заманчивое, — сказал итальянец, спокойно отреагировав на этот невольный комплимент, — я могу безо всякого сомнения подтвердить, что это именно его работа. — Рад это слышать, господин… — Виддик попытался вспомнить имя. — Пьеро, — поспешно ответил Леонардо. — У меня довольно богатый опыт работы с произведениями да Винчи. — Тогда вы не будете против, если я проверю ее подлинность, — фальшиво улыбаясь, добавил тамплиер. — Ничуть, — с вежливой улыбкой отозвался Леонардо. Шон услышал его фразу, потянувшись за кейсом, стоящим сбоку от него. — Вот ты где, — вещи подобного рода никогда не входили в его должностную инструкцию. — Полагаю, чертеж данного устройства может представлять для вас особый интерес. — Вы выглядите знакомо, — произнес Виддик, наморщив лоб, густые брови сдвинулись к переносице. — Мы с вами раньше нигде не встречались, Мистер Уолфорд? — Уоллес! — огрызнулся Шон в размытое лицо Виддика, не имея никаких проблем с выражением злости посредством слов. В конце концов, он уже достаточно напрактиковался с Дезмондом. — И я считаю это маловероятным. — он раскрыл кейс и толкнул его через стол. — Это… Это же звуковая отвертка! Из его одиннадцатой реинкарнации! — прошептал Виддик себе под нос, сияя откровенной, неприкрытой алчностью — и Шон надеялся, что при нем это было в первый и последний раз, когда имя «Виддик» ассоциируется у него со словом «неприкрытый». — Великолепно! — кейс захлопнулся с ощутимым щелчком. — Полагаю, здесь я увидел достаточно. — Отлично! — сказала Эми, хлопая длинным ресницами, в полном мере пользуясь своими возможностями. — Давайте обсудим оплату. Шон вздохнул с облегчением, бросив взгляд на часы. Еще десять минут этого фарса, и начнется настоящее шоу. — Давайте… нет. Как насчет того, чтобы обсудить, почему вы пытаетесь всучить мне явную подделку? Что ж. Провал. *** Ну почему ничего никогда не бывает простым? Дезмонд легко уклонился от двух охранников Абстерго, которых они нашли. Ну, или если быть точнее — которые нашли их. Ни один из мужчин не выглядел так, будто не умеет драться, но… Тазеры! С каких это пор Тамплиеры начали использовать чертовы электрошокеры? Разве нельзя было взять дурацкие полицейские дубинки, как они всегда делали? Он бросил взгляд на Эцио, принявшего боевую стойку. Господи. Как объяснить, что такое электрошок, человеку, который ничерта не знает об электричестве? — Не дай им коснуться себя этим! — предостерегающе крикнул Дезмонд Ну, или, по крайней мере, попытался. Попытался и не смог, так как каждый мускул, каждый нерв пронзило болью в 50 000 вольт от зонда, которым охранник, предусмотрительно держащийся на расстоянии, выстрелил ему в спину. Боль. Господи Боже, она была всепоглощающей. Она продолжалась бесконечно, и ничего, абсолютно ничего не могло ее остановить. Бесполезные руки, упавшие на его лицо, мускулы напряжены, но Дезмонд абсолютно не контролировал их, упав на пол. — Нет! — крик Эцио напоминал рев разъяренного быка, в то время как кулак ассасина пришелся в живот охранника, атаковавшего Дезмонда. Доктор накинулся на второго Тамплиера с криком и каким-то странным, явно заимствованным из карате, ударом в шею уложил на пол уже без сознания. — Ха! Несколько веков прошло, а я все еще помню!. Обернувшись, Эцио заколебался при виде проводов электрошокера на спине Дезмонда. Второй охранник удивительно быстро приблизился к итальянцу со спины, слишком близко — как раз на дистанцию тазера, видимо, надеясь подобраться поближе, прежде чем оглушить. Дезмонд пытался заставить свои губы двигаться, но мышцы все еще не слушались его. Спустив курок, приземистый Тамплиер попал Эцио в плечо. Раздался громкий треск, и в воздухе разлился специфический запах. Для всех наступило секундное замешательство, и в том числе — для неудачливого тамплиера. Вернув над собой контроль, Эцио первым делом развернулся к нападавшему — тот испустил тихий стон, снова и снова направляя электрошокер в грудь Эцио. Устройство лишь запищало, когда ассасин одной рукой схватил охранника, прижав к стене и поднимая, пережав ему горло. — Никаких убийств! Обещай мне, или я сам это сделаю! — Как пожелаешь. — Эцио с раздражением взглянул на Доктора. Вторая — свободная — рука, пришла в движение, сжимаясь в кулак, и вызывая фонтан крови на месте того, что прежде было носом охранника, и отпустил, дав искалеченному и ослепленному болью человеку сползти на пол. — Не то, чтобы я жаловался, — Дезмонд изо всех сил пытался подняться, морщась от боли, вытаскивая электроды из своей спины, — но что, черт возьми, только что произошло? Доктор склонился над истекающим кровью Тамплиером. — Мне жаль, но вам действительно нужно найти другую работу! — Доктор направил электрошокер на мужчину и, нажав на курок, положил оружие обратно на пол. — Гениально! — долговязый мужчина повернулся к Эцио и, схватив его в радостном порыве, поцеловал в лоб. — Ты носишь броню под одеждой, так? — Доктор приплясывал, подскакивая в воздух, словно он только что ударил электрошокером себя. — Ты должен был, ну конечно же, ты носишь! — Надеюсь, хоть раз ты попытаешься выразить свои мысли в более слаженной манере, — пробурчал Эцио, даже не пытаясь скрыть раздражения, с неприязнью вытирая лоб. — Металл, который на тебе надет, сводит на «нет» действие тазеров! А охранники вряд ли этого ожидали. Бронежилет явно не в моде в этот день и в эту эпоху, не правда ли? — Короткое замыкание, — Дезмонд задумался, снимая оружие с атаковавшего его охранника. — И броня Эцио под одеждой защитила его от удара током? — Именно! — Доктор уже искал следующий нужный им коридор. — Вот где начинаются сложности, так что постарайтесь не получить по мягкому месту. Пошевеливаемся! Нужно придерживаться расписания!