Сломай меня

Женское общежитие, 19:00       Брилл медленно открыла глаза и, быстро приняв на кровати сидячее положение, посмотрела в окно: уже стемнело. «Сколько же сейчас времени? — задалась вопросом, лениво встав с лежбища. Часы на прикроватной тумбочке показывают семь вечера. — И чего я торопилась? Ещё так мало времени». Она поборола страстное желание снова лечь в тёплую постельку и не вылезать до следующего утра — надо готовиться к завтрашним парам, хоть нет ни сил, ни настроения. Вообще, Хьюстон даже и не хочет посещать этот чёртов университет, о котором грезила всю свою жизнь в старшей школе. Всё из-за Джонсона. Раз за разом она прокручивала их последний разговор. Почему-то была уверена, что они всё равно будут общаться. Однако реальность оказалась жестокой. «Я больше не буду к тебе лезть», — сказал он ей тогда. Девушка не восприняла это всерьёз. А стоило бы. Джонсон и правда не лез к ней, не разговаривал. Да что там, для него она будто и вовсе перестала существовать: Пирс просто её не замечает. Складывалось ощущение, будто они и не знают друг друга, не выясняли отношений. У Брилл от этого больно ныло сердце. Ей так этого не хватает: его доброй, порой насмешливой улыбки; его такого же доброго, понимающего взгляда; его низкого голоса, от которого у неё пробегают мурашки — всего, что с ним связано. Невольно она вспомнила первое сентября, когда они столкнулись друг с другом, их знакомство в парке, свидание, первый поцелуй, вкус которого до сих пор ощущает на губах, прогулку в лесу, его поцелуй после этой прогулки. Им было хорошо и уютно друг с другом. Но, увы, теперь это в прошлом, и отчасти виновата она.       Жутко непривычно без его явного присутствия в её жизни. Всё стало так, как раньше, ещё второго сентября: Джонсон попросту её не замечает, хоть и знает о существовании. Поначалу было очень тяжело и больно. Сердце отчаянно требовало общения с ним. В первые дни после их расстановки точек над i Хьюстон и вовсе хотела плюнуть на это дурацкое решение и вернуть всё на круги своя. Но всё же не позволяла себе этого сделать. Точнее, гордость не позволяла. Не могла она просто первая пойти на компромисс и всё тут. Но со временем всё прошло. Потихоньку привыкла и приняла всё, как есть: и то, что у него есть девушка, с которой они уже год как вместе; и то, что она попросту была бы для него очередной «игрушкой»; и ту ссору на почве ревности, о которой Джонсон, возможно, имел в тот роковой день их последнего разговора представление. Она всё приняла и свято в это верила. Верила вплоть до одного дня, который разрушил эту установку и окончательно её запутал.

***

Flashback

Месяц назад, женское общежитие, 10:00       Утро выдалось неоднозначным. С одной стороны долгожданная суббота, но с другой всё как-то мрачно, угрюмо. Странно, но состояние Брилл будто передавалось и её подругам: они тоже в последние дни казались какими-то грустными, печальными. Сейчас девушки, сидя за столом, пили кофе, даже ни о чём не разговаривая, как обычно это делают.       — Девочки, а может, расскажем Брилл обо всём? — Люси нарушила тишину на кухне.       — О чём рассказать? — недоуменно, лениво поинтересовалась Мэри.       — Ну, как… Про Пирса и Кэсси.       — Чтобы она ещё больше его возненавидела?! — воскликнула Хелена. — Возненавидела ещё бы и за то, что он так быстро нашёл ей замену?       — Да это будут её проблемы, — с вызовом бросила Вивьен, ибо ей уже поднадоело, что Хьюстон везде и всюду пытаются выставить невинной овечкой. — Она сама во всём виновата, притом с самого начала: если бы Брилл согласилась встречаться с Пирсом, всей этой нынешней чехарды бы не было. Я вот на все сто уверена, что она втюрилась в него ещё с первых дней сентября, просто сама этого не понимала. Так что, если надуется ещё больше — её проблемы, не наши. Да, Хелена, я понимаю, что она твоя подруга ещё с детства, — поспешно начала, видя, что Милтон собирается ей что-то сказать, — но это не повод каждый раз её выгораживать. Брилл уже не маленькая девочка.       — В чём меня выгораживать? Что вы тут про меня болтаете? — неожиданно на кухне появилась сама Брилл, притом в весьма враждебном расположении духа, и со злым огоньком в зелёных глазах смотрела на Вивьен. Та немного сконфузилась от её внезапного появления. Неужели она всё слышала? — И как давно вы у меня за спиной говорите?! — казалось, ещё немного, и Хьюстон сорвётся и перейдёт на крик, но она сдерживалась.       — Брилл, давай будем говорить не на повышенных тонах, — попросила Хелена, выставив вперёд руки в защитном жесте. Впервые за всю их дружбу она видит подругу такой. Та недоверчиво смотрела на девушек, но потом всё же еле заметно кивнула. — Может, тогда присядешь?       — Я с ней рядом сидеть не буду, — сказала, как отрезала, Брилл, кивком указав на ошарашенную Вивьен.       — Ладно, сделаем по-другому, — Милтон пересела на другой стул, освободив свой рядом с Люси. Хьюстон ещё несколько секунд постояла в дверном проёме, но потом всё же села. Мэри налила ей кружку кофе и поставила перед ней. Брилл сначала взглянула на напиток, потом на неё и благодарно кивнула.       — И что там такого страшного, что вы боитесь мне сказать прямо в глаза и за что Хелена опять начнёт меня выгораживать? — она сверкнула глазами.       — Брилл, мы понимаем, что тебе тяжело об этом говорить и что ты попросту не захочешь, но это важно, — осторожно начала Хелена, боясь подумать, какой будет дальнейшая реакция подруги, когда она узнает о Пирсе и Кэсси.       — Хелена, не тяни кота за хвост. Мне уже это порядком надоело, — раздражённо сказала Хьюстон.       — Ладно, раз так… Мы хотели рассказать тебе о Пирсе, — при упоминании этого имени её лицо исказила мимолётная судорога. Снова стало болезненно ныть сердце.       — Ну, и что вы хотите про него рассказать? — сипло спросила она.       — Брилл, Кэсси тебе тогда наврала, что они год встречаются.       — То есть как это? — не поняла девушка.       — Она очень сильно ревновала тебя к Пирсу и поэтому всё так вышло. Они вместе всего несколько месяцев. И они тогда никуда не собирались уходить. Она всё это просто сказала, чтобы ты не была с Пирсом.       — Несколько месяцев? И сколько? — спросила Брилл, тяжело дыша. — Хелена, сказала А, говори и Б.       — Он начал с ней встречаться после того, как ты ему отказала… — та остановилась, взглянув на подругу. Она смотрела в одну точку на поверхности стола, сильно сжимая кружку. Казалось, надави ещё чуть сильнее, и посуда треснет.       — Ты об этом знала. И молчала, — одними губами проговорила Хьюстон.       — Брилл, прости, я…       — Прости?! Хелена, да если бы ты сказала об этом раньше, мы бы не разругались окончательно! — она быстро встала из-за стола. — А ещё подруга называется! Спасибо тебе огромное! — и ушла наверх, оставив остальных девушек в полной растерянности.

***

      После этого инцидента Брилл в натянутых отношениях и с девочками. Даже с Хеленой. Возможно, та и хотела для неё как лучше, но обернулось это всё не самым лучшим образом. А Вивьен… Больно и обидно за её слова. Хьюстон прекрасно знает, что всё чистая правда, но услышать это оказалось чересчур. Она запуталась буквально во всём. Хотелось уехать как можно дальше, чтобы не видеть всё это и забыть, как страшный сон.       Что в итоге? Она довольно-таки легко заводит друзей и среди своих всегда душа компании, однако теперь осталась практически одна. Только Джон, которого хотела сначала убить за его ухаживания в старшей школе, поддерживает её и всегда рядом, за что Хьюстон безмерно ему благодарна. Но всё равно одиноко, плохо. Плохо и морально, и физически. Она стала слишком раздражительной, с ног постоянно сваливает усталость. Хотелось забить на всё и просто целыми днями рыдать в подушку от одиночества и безысходности.       Нужно что-то менять в жизни, и чем раньше, тем лучше.