Сломай меня

На следующий день, 17:00       Брилл болезненно поморщилась, открыв глаза. Голова всё ещё побаливала, но уже не так сильно. Вдохнув полной грудью, она осмотрелась. В комнате темно благодаря задёрнутым шторам. «Который сейчас час?» — мысленно вопросила девушка и, повернувшись набок, посмотрела на часы на прикроватной тумбе. Пять вечера. Она мигом приняла сидячее положение. Неужели так долго спала после отключки? Похоже на то.       Внезапно дверь в комнату отворилась, и показалась миссис Хьюстон. Та зажгла свет, явно пока не замечая, что дочь уже бодрствует. Брилл всё это время внимательно следила за ней. Вот женщина оборачивается и встречается с ней взглядом.       — Уже проснулась? — мягко улыбнулась она и, подойдя к кровати, присела на неё. — Как ты себя чувствуешь?       — Нормально, только голова чуть побаливает. Вы были у него? — вопрос в лоб, заставивший Аманду нахмуриться.       — Да, ездили днём.       — Почему меня не взяли?       — Тебе нездоровилось. Не хотели зря тебя тревожить, — девушка поджала губы, отведя взгляд в сторону. Честно, собственное состояние её сейчас мало волновало. Гораздо больше беспокоило, что же с Джонсоном.       — Что с Пирсом? — тихо спросила она.       — Он ещё утром пришёл в себя. У него сотрясение лёгкой степени и он не помнит, что с ним произошло накануне, — мать на пару мгновений замолчала, видимо, раздумывая над чем-то. — А так с ним всё более-менее в порядке, только голова побаливает и слабость во всём теле.       Хьюстон кивнула, более-менее удовлетворившись ответом. Уже радует то, что Пирс в сознании, хоть и не помнит тех событий, из-за которых он теперь в больнице. Однако есть ещё один вопрос, который вертелся на языке.       — А про меня он спрашивал? — брови миссис Хьюстон взлетели вверх.       — Спрашивал, — ответила она, внимательно посмотрев на дочь. Та закусила губу и отвела взгляд в сторону, призадумавшись. Они наверняка — родители, и его, и её — что-то заподозрили, раз мать сейчас так странно на неё посмотрела. Но плевать. Они ведь хотели, чтобы у них что-нибудь получилось, так пусть теперь пожинают плоды. — Спрашивал, не пришла ли и ты.       Брилл тяжело вздохнула. Конечно, он спрашивал про неё. Возможно, надеялся, что она придёт, они поговорят и помирятся. А может, Джонсон и правда любит её? Не стал бы он, возможно, спрашивать, если бы она была для него всего лишь из разряда «девушка на одну ночь»? Хьюстон терялась. Это своего рода звоночек. Они поссорились и вот результат: Пирс в больнице с черепно-мозговой травмой. И это ещё каким-то образом ему повезло, что отделался лишь лёгкой степенью тяжести. Она тряхнула головой.       — Где он лежит?       — В Пресвитерианской больнице, 55 палата, — медленно проговорила мать, внимательно смотря на дочь. Та лишь кивнула и быстро встала с кровати. — Ты куда собралась? — ей удалось придержать её за руку.       — В больницу, — неожиданно уверенно ответила девушка.       — Брилл, сегодня короткий день для посещений. Пока ты доберёшься, время уже выйдет.       — Но я хочу к нему, — капризно ответила та. — Как он там один будет?       Миссис Хьюстон мягко улыбнулась, видя реакцию дочери.       — Брилл, послезавтра больница уже будет открыта для посещений.       — Послезавтра! Это ещё два дня! — сокрушённо ответила Брилл, опустившись на кровать. Она разлеглась на ней, уставившись в одну точку где-то на полу. Аманда всё так же улыбалась, глядя на неё. На душе заметно потеплело.       — А не влюбился ли у нас кто-то случаем? — спросила женщина. Дочь перевела дыхание. Рано или поздно всё должно было раскрыться, но… Вся проблема в том, что они уже расстались, пробыв парой без ведома взрослых пару дней. Есть ли смысл подтверждать слова матери, кода даже неизвестно, будут ли они снова вместе?       — Не знаю, — тихо ответила она. Веки вдруг налились тяжестью, и Хьюстон закрыла глаза. Слова матери, конечно, говорили, что беспокоиться не о чем, но ей самой необходимо удостовериться в том, что с её сероглазым чудом нет ничего страшного. Одна только мысль о том, что Пирс в больнице, была невыносимой. Но делать нечего. Придётся стоически ждать, когда наступит второе января.       — Надо вам с чем-нибудь помочь? — спустя некоторое время спросила она, приняв на кровати сидячее положение. Мать как-то странно вздохнула. Возможно, ожидала иного вопроса.       — Сможешь сходить в магазин за кое-какими продуктами? Список я тебе напишу, — Брилл кивнула. Аманда встала и направилась к двери, но остановилась. — Точно всё хорошо?       — Да, я оклемалась. Можете не волноваться, — та слегка улыбнулась, что сделала и женщина в ответ.       — Хорошо. Тогда сходишь магазин, и можно будет собираться, — она хотела уже выйти из комнаты, как вопрос дочери её остановил:       — Куда собираться?       — К Джонсонам, — вновь на губах улыбка. — Мы договорились вместе справить Новый год, — и, окинув Брилл взглядом, ушла.       — К Джонсонам, — грустно повторила Хьюстон. Она не хотела идти туда, где всё напоминает о Пирсе, и, самое главное, где не будет его самого. Спустя час       Вновь сыпал мелкий снежок. День постепенно уступал место ночи. Над Пятой авеню небо по-прежнему голубое, лишь кое-где его уже окаймляют тёмные облака, плывущие с запада. А где-то там, над Ист-Ривер, простирается красивый закат: лучи уходящего солнца в последние часы не только уходящего дня, но и уходящего года ещё пытаются согреть Нью-Йорк своим теплом, а горизонт окрашивается в розовато-сиреневый оттенок.       По Пятой авеню проносятся десятки, если не сотни, машин. Вся улица сплошь заполнена радостными и весёлыми пешеходами так, что казалось, будто этот живой поток даже пушка не пробьёт. Тут и там — на фонарных столбах, на всех этажах небоскрёбов, на витринах магазинов, на кафешках и на окнах культурно-досуговых центров — везде мерцают гирлянды. Красиво. Весело. Но Брилл всего этого не замечала. Она медленно шла по улице, погружённая в собственные мысли. Это наступление Нового года — ещё одно в копилку неудавшихся; первое — когда умер Адам. А этот… Мать хоть и уверила, что с Пирсом всё в порядке, но всё равно тошно: они будут веселиться и радоваться, в то время как он находится в больнице в одиночестве. Она не знала, нуждается ли одногруппник в её обществе после всех тех слов, что ему сказала, но ей самой просто необходимо его присутствие. Только сейчас девушка в полной мере осознала, что врала: и Джонсону, и Хелене и с Джоном, и самой себе в том числе. Да, он некрасиво поступил с ней, но… Она должна дать ему ещё один шанс — шанс реабилитироваться. Должна, главное только, чтобы Пирс сам теперь пошёл на попятную.       Хьюстон не замечает, как врезается в кого-то. Пакет с купленным, который и так держался лишь на добром слове, тут же рвётся, и всё содержимое вываливается на слегка припорошённый снегом тротуар. Девушка едва не зарыдала от досады.       — Чёрт, — злобно произнесла она и, даже не взглянув на парня, с которым столкнулась, принялась собирать накупленное.       — Боже мой, девушка, простите, я… Брилл?       Хьюстон хмурится: голос кажется знакомым, но это не Пирс — его голос она ни с чьим не спутает, плюс он в больнице; и даже не Картер. Поднимает взгляд, оторвавшись от своего дела.       — Мор… Сайрус? — это Морган, что очень плохо. Как никогда высока вероятность того, что поблизости может оказаться Картер, а сейчас, когда на душе и так погано, она не хотела его видеть.       — Извини, что сбил тебя, — Брилл недоверчиво смотрит на него. Странно, что он ведёт себя так. Обычно от одногруппника слов прощения хрен дождёшься. — Давай помогу.       Содержимое пакета быстро оказывается на своём законном месте.       — Спасибо, — она слегка улыбается, поднимая пакет, и только сейчас обнаруживает, что он порвался, когда некоторые продукты вновь вывалились. — Чёрт побери, — хорошо, что додумалась взять лишние пакеты в магазине. Пока Хьюстон перекладывала содержимое в другой пакет, Сайрус наблюдал за её действиями. Наконец дело сделано. Выпрямившись, она вновь встречается с ним взглядом.       — Я бы предложил подвезти тебя, но, думаю, ты не согласишься, — с виноватой улыбкой говорит он, на что девушка, улыбаясь уголками губ, кивает головой. Нет, на такое точно никогда не пойдёт. Пусть сейчас одногруппник и ведёт себя иначе, но она видела его раньше, и этого впечатления ей достаточно.       — Надо же! Какие люди да без охраны! — Хьюстон едва не подпрыгивает от прозвучавшего совсем рядом мужского голоса с язвительными нотками. Совсем скоро показался и его обладатель — Картер. — Приветик, — он, улыбаясь, оглядел её с головы до ног.       — Привет, — переминаясь с ноги на ногу, ответила она, мимолётно взглянув на него, и встретилась с его внимательным взглядом.       — А чего это мы такие грустные? Хотя, о чём это я? С Пирсом поссорилась?       — Картер! — злобно шипит на него Морган, в то время как Брилл нервно теребит край куртки. Руки мелко дрожат, а горло вдруг сдавило.       — Нет. Он в больнице, — она тут же закрывает рот руками, будто сказала что-то запретное. Хотя, по сути, так оно и есть. Картеру не нужно было об этом знать.       Однако ехидного ответа девушка не слышит. Она переводит на Дэвида взгляд. Его брови медленно ползут вверх. Воцаряется неловкое молчание. Лишь Сайрус переводит на друга в какой-то степени озлобленный взгляд. Тот это замечает и смотрит на него в ответ. Брилл не понимает, что происходит. Кажется, этим двоим что-то известно.       — Что ты на меня так смотришь? — первым тишину нарушает Картер, злобно смотря на Моргана.       — Хочешь сказать, ты тут ни при чём?       — То, что мы пошли в одну и ту же сторону, ещё ничего не…       — А вам не кажется, что надобно меня просветить в ваши похождения?! — гневно восклицает Хьюстон, обращая взоры парней на себя. Однако испепеляющий взгляд скользит только по Дэвиду. Не дай Бог окажется, что это из-за него Пирс попал в больницу, она его придушит.       Однако парень упрямо молчит. У неё руки уже так и чешутся дать ему затрещину. Впервые, к своему удовольствию, как отмечает девушка, он смотрит на неё как-то… враждебно.       — Мы встретили Пирса вчера на аллее, что неподалёку от Бродвея, — неожиданно начал Сайрус, покосившись на друга. — Точнее, встретил сначала только Дэвид. Я потом к ним подошёл. Эм-м-м…       — Говори всё, как есть, — сказала Брилл, скрестив руки на груди, видя, что он замялся.       — Дэвид облил его газировкой, которую я купил, — а вот тут Картер закатил глаза, а она закусила губу. Девушка просто не удивится, если Морган скажет, что Пирс затеял драку… — Пирс хотел сцепиться с ним, но я их разнял. Потом он ушёл по направлению к Хьюстон-стрит, и-и-и…       — И?       — И Дэвид пошёл в ту же сторону, — заключил он, опустив голову. Парень понимал, что выдал друга с потрохами, но это, может быть, восстановит справедливость.       Хьюстон немигающим взглядом уставилась на одногруппника. Всё сходится: и Пирс, и Дэвид — оба пошли в одну и ту же сторону, только… Только настораживает тот факт, что роковой удар совершил Картер, а не Джонсон, а должно быть наоборот. Дэвид, может быть, и придурок, но чтобы до такой степени… Что-то тут не сходится…       Однако сейчас чувства управляли мозгом, и она кидается на одногруппника, будто силясь выцарапать ему глаза.       — Это всё ты, сволочь! Ты отправил его в больницу!       — Да угомонись ты! — он с горем пополам перехватил её руки, вмиг встретившись со взглядом зелёных глаз, полыхающих праведным гневом. — Я тут ни при чём, — уже тише добавляет он, вглядываясь ей в глаза.       — Ни при чём?! Да все факты указывают на тебя! — злобно бросает Хьюстон.       — Какие факты? То, что я его облил? Ладно, но тогда тебе не кажется, что в таком случае я должен лежать на больничной койке, а не твой хахаль?        «Боже, и зачем я только рассказал?» — Сайрус мысленно ударил себя по лицу, глядя на эту недопотасовку.       А Брилл молчала, возможно, обдумывая слова Дэвида. Это — то «но», которое не позволяло бы так уверенно обвинять одногруппника. Но всё же для её влюблённого сердца сейчас существовал только один потенциальный враг, и он — прямо перед ней.       — Подумай сначала хорошенько, а уже потом предъявляй мне претензии, — злобно прошипел Картер и, с силой отпустив руки Хьюстон, ни с кем не попрощавшись, пошёл куда-то в противоположную сторону.       Девушка всхлипывает. Может, он в этом и прав, но… Она не знает. Сложно мыслить, когда из-за вконец расшатавшихся нервов мозг отказывается нормально работать. «Не зря Пирс иной раз называет меня истеричкой. Надо бы к врачу наведаться…» — Брилл невесело усмехается и тянется к забытому на некоторое время пакету с продуктами.       — Тебя подвезти до дома? — из пучины размышлений выводит голос Сайруса. Точно, а она и забыла, что он всё ещё рядом.       — Нет, спасибо. Тут недалеко, я сама дойду, — Хьюстон чуть улыбается. Однако она не торопится уходить.       — А как думаешь, мог вообще Дэвид так поступить? — неожиданно спрашивает у него, что Морган вздрагивает и оглядывается, будто обратились не к нему, а затем переводит на неё взгляд.       — Ну… Думаю, отвечать бессмысленно, ибо ты просто скажешь, что он мой друг и я его выгораживаю, — он невесело усмехается.       Брилл вздыхает. Этого следовало ожидать. Видимо, больше ничего она не узнает. Попрощавшись с Сайрусом, девушка идёт по направлению к дому, поглощённая тягостными раздумьями и уже второй раз за всю жизнь не ощущая приближение праздника.