Сломай меня

Oh Lord, heaven knows We belong way down below Sing it Oh Lord, heaven knows We belong way down below Way down below, way down below The Pretty Reckless — Heaven Knows

Спустя один день Бродвей, 22:00       «А может, лучше наведаться к Джону? — неизвестно у кого спросил Пирс, так и остановившись с вытянутой рукой по направлению к дверной ручке. Он наивно полагал, что в квартире никого не будет, точнее, не будет Теи. Однако парень слегка дёрнул ручку и убедился в обратном, и теперь не знал, что ему делать: быстренько смотаться или же войти с гордо поднятой головой, всем своим видом показывая, что не боится её? Конечно, первый вариант более безопасен для отношений, но второй… Он как-то… Правильнее, что ли. С чего бы ему бояться какой-то девчонки, которая в несколько раз слабее его? — Ай, да ничего она мне не сделает», — решил всё-таки Джонсон и, глубоко вдохнув, зашёл в квартиру. Постоял с полминуты в прихожей, прислушиваясь к звукам. В зале работал телевизор. Нервно тряхнув головой и сняв ботинки и куртку, двинулся к двери, ведущей в их с Брилл спальню.       Едва Пирс вошёл в комнату, как нос уловил сладковатый аромат — запах любимых духов Хьюстон, и вдруг стало как-то одиноко. Почему-то именно сейчас понял, что сильно привязался к своей зеленоглазке, что ему не хватает её присутствия, и это даже не смотря на то, что сегодня в универе они целый день провели вместе. Однако тут же парень нахмурился, а внутри всё начало закипать от злости. Картер. Эта скотина, даже не смотря на то, что он сегодня почти ни на шаг не отходил от Хьюстон, умудрялся, как раньше, кидать на неё совсем недвусмысленные взгляды с не менее многообещающей улыбкой, а Брилл же заливалась краской и поспешно отворачивалась, когда случайно пересекалась с ним взглядом. И в голову закрались подозрения: с чем это может быть связано? Неужели Брилл когда-то уже успела, без его ведома, пересечься с Картером? Однако тут же Джонсон одёрнул себя: это просто из-за Адрианы — из-за невозможности встречаться с ней однокурсник начал строить глазки его возлюбленной. Снова. Пирс, открыв дверцы шкафа, злобно стянул с себя рубашку, думая, что бы надеть, попутно приняв решение, что если эта сволочь не дай бог снова хоть на метр приблизится к Хьюстон — он выбьет ему все зубы.       — А чего это ты даже не сказал, что пришёл? — сзади послышался лукавый голос, и парень мгновенно обернулся, злобно уставившись на застывшую в дверном проёме, хитро улыбавшуюся, Тею. На ней лишь лёгкое, полупрозрачное платье, заставляющее воображение само вырисовывать то, что под ним скрытно. Чем сейчас Джонсон и занимался, смотря на неё. Однако тут же злобно тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли, ибо стало как-то заметно жарко. Сама же Ричардсон, будто оценивающим взглядом, пробежалась по нему с головы до ног. — А ты хорош, — с улыбкой протянула она, смотря на него.       — Я тебе должен «спасибо» сказать? — спросил он, подняв бровь.       — Нет, но можешь сделать кое-что другое, — чуть заметно облизнула губы.       Смысл сказанных слов дошёл быстро, и Пирс уже хотел испепелить кузину своей возлюбленной ненавистным взглядом.       — Скройся отсюда! — рявкнул он и вновь отвернулся к шкафу, однако тут же обернулся. — Я на китайском изъясняюсь?       Ричардсон чуть улыбнулась уголками губ и, покачав головой, покинула комнату. Парень тяжело вздохнул. Наивный. Думал, раз первые два дня прошли спокойно, то также будет и с последним? Как бы не так! Если в тот вечер, позавчера, а также ещё за прошедшие два дня Тея не проявляла никаких признаков заинтересованности к его персоне, то сегодня уже перешла в наступление, а это сулит проблемы.       «Джонсон, остался всего этот вечер. Уже завтра утром приедет Брилл и всё будет по-старому», — подбодрил он себя и, улыбнувшись собственным мыслям, натянул футболку и, закрыв дверцы шкафа, покинул комнату.

***

      Пирс прошёл на кухню с намерением быстренько выпить кофе или чашку чая, чтобы затем сразу свалить спать, но встал в проёме как вкопанный. За столом, мило улыбаясь, сидела Тея и выжидающе на него смотрела. Однако не это повергло парня в странное смятение. Стол был накрыт: стояли вазочки с конфетами и печеньем, здесь же две кружки с кофе, распространяющим приятный аромат по комнате, тут же и пирог, аромат от которого не хуже, нежели от бодрящего напитка. И яблочный, к слову сказать, — его любимый.       — Что это? — выговорил Джонсон, почти немигающим взором смотря на накрытую «поляну».       — Скажем так, вечерние посиделки. Брилл ведь нет, а заботиться о тебе кто-то же должен, — с ласковой улыбкой проговорила девушка, подперев голову рукой и выжидающе смотря на него. Он, перестав смотреть на стол так, словно это бомба замедленного действия, перевёл прищуренный взгляд на кузину возлюбленной. — Ну, чего же ты стоишь? Садись!       «Ладно, Ричардсон, 1:0 в твою пользу, — подумал парень и, смерив её подозрительным взглядом, сел за стол. Однако так ни к чему и не притронулся. Внезапно как-то захотелось спать. — А может, ну его, это чаепитие?» — подумал он, однако бедный желудок, в который ничего не попадало с тех самых пор, как Джонсон перекусил с Брилл, Джоном и Хеленой на большой перемене между второй и третьей парой, был категорически против этого, и он тяжело вздохнул. Ложиться спать голодным как-то не прельщало, к тому же возлюбленная уже приучила его к этой дурной привычке — пить чай с вкусняшками перед сном, так что Пирс с самым угрюмым видом потянулся к кофе. Тея усмехнулась и сделала глоток ароматного напитка из своей кружки.       — Как думаешь, чем нам заняться после этого? — вдруг спросила она, и парень нахмурился.       — Нам? — переспросил, однако поняв, к чему это. — Ричардсон, а не пойти-ка бы тебе к чёрту?       — Боже, Пирс, — недовольно протянула девушка. — Неужели тебе самому не хочется? Вы ведь с Брилл ничем таким не занимались с тех пор, как я приехала.       — Откуда тебе знать? Может, у нас звукоизоляция в квартире? — ехидно отозвался он.       — Или ты не так хорош, как кажешься на первый взгляд. Я-то ведь по телу судила. И то по верхней части, — усмехнулась она, вновь сделав глоток из кружки, мельком взглянув на него. — Вот поэтому Брилл и лежит, помалкивая, во время этого. Хотя тогда на кой чёрт она с тобой встречается, раз никакого удовольствия? — задумчиво произнесла Тея, нахмурившись.       «Спокойно, Пирс, спокойно. Она просто опять тебя провоцирует. Не поддавайся», — говорил Джонсону внутренний голос. Он безумно захотел повалить её на стол и отодрать так, чтобы потом ходить не смогла. Но сдерживался, иначе тогда это будет предательством и изменой. Парень спокойно вдохнул и выдохнул, быстренько сосчитав до десяти.       — По себе людей не судят, если ты бревно, — совершенно спокойно проговорил он, взглянув на Ричардсон. Она вспыхнула и отвела взгляд в сторону, крепко сжав кружку тонкими пальцами. Пирс усмехнулся.

1:1

      — Хочешь проверить? — вдруг с вызовом спросила девушка, тряхнув головой.       — Надо мне такое «счастье», — огрызнулся он, отпив чуть кофе и отметив какой-то его необычный вкус. Подозрительно сладкий, даже слишком. Джонсон нахмурился.       — Я его не сластила, если тебе интересно, — подала она голос, хотя он её об этом даже не спрашивал.       «Интересно, тогда почему же он такой сладкий?» — саркастично про себя вопросил парень и, сделав ещё один глоток, с отвращением отодвинул от себя кружку, скривившись. Фыркнув, встал из-за стола, намереваясь уходить.       — Не будешь допивать? — с улыбкой на губах спросила Тея.       — Ты сама попробуй выпить это дерьмо, — он вновь огрызнулся и покинул кухню.       — Привереда, — сказала она, хитро улыбнувшись, и придвинула к себе вазочку с конфетами, собираясь в гордом одиночестве насладиться ночным перекусом.

***

      Пирс медленно открыл глаза, приподнявшись на одном локте и пытаясь сфокусировать взгляд на комнате, в которой находится. Приглушённый свет, вот перед самым носом кофейный столик, на котором стоит душистый букет белоснежных лилий, справа — кресло, прямо напротив него — работающий телевизор, по которому идёт очередной ужастик. «Слендер», кажется. Ясно, он в гостиной, где и находился после неудавшихся посиделок с Ричардсон. Джонсон, протерев глаза, принял сидячее положение, тупо пялясь в «зомбоящик». Подумать только, как его сморило в сон-то!       «А сколько вообще времени?» — задался вопросом и потянулся к телефону, лежащему на столике. 23:00. Получается, он проспал где-то полчаса, может, чуть больше. Парень вздохнул и, отложив мобильный, облокотился на спинку дивана, пялясь в телевизор. Странно, но сон как рукой сняло.       — Котик, ты не спишь? — он вздрогнул от донельзя лестного обращения. В ту же минуту рядом с ним на диване уже восседала Ричардсон.       — Как видишь, — Пирс просто пропустил обращение мимо ушей. Ненароком взглянул на девушку. Брови взлетели вверх: на ней надет белый топ на тонких бретелях, оголяющий плоский живот и открывающий взору хрупкие плечи и выступающие ключицы, а также юбка, и тут он перекривился. Конечно, непозволительная длина невольно притягивала глаз, однако цветовая гамма слишком аляпистая, и возникло ощущение, что вот-вот глаза просто вытекут из-за этого цветового винегрета. Здесь смешались и красный, и чёрный, и жёлтый, и синий и ещё пара-тройка цветов. Парень фыркнул, однако продолжал смотреть на Тею, которая пока не замечала его взглядов, копошась в телефоне.       А выглядела она притягательно: чёрные волосы небрежно лежали на плечах, декольте на топе невольно привлекало глаз. Во рту предательски пересохло. Джонсон сглотнул ком в горле и опустился скользящим взглядом ниже и… снова эта чёртова юбка!       «Не могу понять: я возбуждён или меня всё же тошнит?» — мысленно вопросил он, чувствуя себя как-то донельзя странно. Внезапно запершило в горле, и Пирс неловко прокашлялся. Ричардсон оторвалась от телефона и наткнулась на его взгляд, направленный прямо на грудь, а затем поспешно отведённый в сторону. Так беспалевно. Не хватает для пущего эффекта только песенку себе под нос насвистывать.

2:1

      — Возбудился? — усмехнулась она, глядя на него. — А, Боже мой, прости, я ведь и забыла! Импотент, — и снова углубилась в телефон.       — Что ты там ляпнула?! — прошипел парень. Сказать, что он офигел от такого заявления, значит ничего не сказать.       Девушка оторвалась от мобильного, отложив тот на столик, и, наивно хлопая ресницами, посмотрела на него.       — А разве это не так?       — Милочка, а не охренела ли ты случаем?       Она усмехнулась. Тея, встав с дивана, остановилась возле Пирса и, наклонившись к нему, легонько провела рукой по щеке, что тут же отозвалось током по всему телу, и он заметно вздрогнул.       — А ты докажи мне обратное, — прошептала ему на ухо и отодвинулась от него, смотря прямо в глаза. Джонсон ненавистным взором посмотрел на неё и демонстративно отвернулся. — Так я и знала. Слабак, — бросила девушка и ушла из поля зрения.       Однако Пирс быстро находит её взглядом, желая испепелить. Ричардсон остановилась возле книжного шкафа. Он презрительно хмыкнул, борясь с всё возрастающим желанием придушить её. Однако есть и что-то ещё, непонятное ему. Но плевать! Хотелось поставить эту язвительную брюнетку на место.       Уже в ту же минуту Джонсон, злобно улыбаясь, оказывается возле Теи. Она непонимающе смотрит на него. Он усмехается и ловко заламывает ей руку, и девушка оказывается зажата между стеной и взбеленившимся парнем. Он, садистски улыбнувшись, чуть сильнее надавливает на хрупкую руку, и Ричардсон издаёт болезненный стон.       2:2... А считается ли это с применением силы? Пирс хмыкает. А какая разница? Сама виновата, что провоцирует его на грубость, так что 2:2.       Он, прекратив пытку, чуть грубо развернул девушку лицом к себе и выставил руки, оперевшись ими на стену, тем самым не выпуская её из «оков». Она насмешливо взглянула на него.       — И это всё, что ты можешь?       — А тебе этого мало? — вопросом на вопрос ответил Джонсон, чувствуя, как руки уже так и чешутся вцепиться в эту изящную шею.       — Ну, знаешь ли, ты меня не убедил, — пожала плечами Тея.       Он шумно выдыхает, а внутри всё обжигает из-за нахлынувшего возмущения вперемешку с ненавистью к этой стерве. Её этим не пронять! «Изворотливая сучка», — ненавистно думает Пирс, смотря в зелёные омуты, воззрившиеся на него с явной насмешкой. И эта чёртова улыбка… Безумно хотелось стереть её с этого наглого, хоть и притягательного лица, но что он мог сделать? Силой её не проймёшь.       И неожиданно Ричардсон, обхватив его лицо руками, целует. Парень цепенеет, не в силах сдвинуться с места или хоть как-то прекратить это безобразие. В груди что-то переворачивается, жар захватывает с головой. Едва хотел уже ответить, как она отстранилась от него, заглядывая в глаза и ожидая дальнейших действий. Он с явным замешательством во взгляде смотрит на неё, ощущая странное тепло в груди. Рассудок и сердце в жёстком противостоянии.       «Не смей! Помни о Брилл! Она тебе этого не простит! Оно тебе надо?» — отчаянно вопило влюбленное сердце.       «Но Брилл ведь здесь нет, так? Да и вернётся она только завтра, а ты уже давно, едва увидел её, представлял в своей постели, не так ли?» — совершенно спокойно отозвался помутнённый рассудок.       Пирс думает всего пару секунду и в ту же минуту накрывает губы Теи своими. Она приоткрывает рот, и их языки мгновенно сплетаются в бесноватом танце. Руки вовсю гуляют по новым для них телам: её — от живота к груди парня до шеи и, остановившись на ней, притягивают ближе к себе; его — очерчивают каждый изгиб ставшего вмиг желанным тела, останавливаясь то на спине, изучая каждый сантиметр кожи под ненужным сейчас топом, то на бёдрах, ласково поглаживая их.       Девушка прерывает поцелуй и отрывается от Джонсона, смотря на него. Улыбается, видя, что серой радужки уже не видно из-за расширившихся зрачков, и вновь притягивает его к себе, целуя. Его рука бесцеремонно проникает ей под юбку, и Ричардсон стонет, выгибаясь ему навстречу и прижимаясь к нему всем телом.       Становится слишком жарко, и в ту же минуту где-то по разным углам комнаты валяются его футболка и её топ с вырвиглазной юбкой. Губы Пирса перемещаются на шею, жадно целуя, временами покусывая кожу, и Тея, постанывая, часто дыша, льнёт к мужскому телу. Неимоверно хочется большего. Её руки тянутся к ремню на его джинсах, однако парень издаёт недовольный рык.       — Не смей, — охрипшим голосом проговорил он.       Она поспешно убирает руки и хмурится: одумался? Джонсон шумно выдыхает и, резко взяв её за локоть, поворачивает лицом к стене. Девушка вновь напрягается, боясь, что вот-вот и всё закончится, однако тут же расслабляется, чувствуя, как сильные руки оглаживают талию и бёдра. Он почему-то медлит. Видимо, не решается на нечто большее, думая о… «Чёртовой кузине», — с ненавистным огоньком в глазах догадывается Тея.       — Какой плохой мальчик. Что же скажет Брилл, если узнает об этом? — тихо проговорила она, слегка повернув голову.       — Ричардсон, заткнись, — сквозь зубы процедил парень.       Мгновенно слышится громкий шлепок. Девушка стонет, а кожа на месте удара горит. Тут же чувствует не болезненное, но и не нежное прикосновение в области шеи. Страшно. Не вцепиться ли в горло он задумал? Нет. Пальцы скользят вниз по позвоночнику. Остановились. Проводят по лопаткам. Она шумно выдыхает. Теперь ясно, почему Брилл такая податливая. Даже если ты затеешь эту игру, Пирс возьмёт дело в свои руки и покажет, кто тут главный. Хочется большего, а Джонсон и не спешит. Расстёгивает застёжку бюстгальтера, и Ричардсон опускает руки. Лиф соскальзывает, и она вновь опирается на стену, грудью соприкасаясь с холодной поверхностью. По телу пробегает дрожь. Парень удовлетворённо хмыкает и снова проводит пальцами по позвоночнику. Бегут мурашки. Приятно.       Его руки вновь на её бёдрах: поглаживают, временами сжимая ягодицы. Тея закусывает губу. Если Джонсон не начнёт действовать, она его изнасилует! Однако совсем скоро ощущает в какой-то степени ласковое прикосновение на бёдрах, и мужские руки касаются ткани трусиков, приспуская их ниже ягодиц. Она в нетерпении повела бёдрами, и оставшаяся вещица соскользнула вниз по ногам. Девушка осторожно переступила через них, оперевшись на стену и выгнув спину. Брякает пряжка ремня на джинсах, вжикает молния. Снова шлепок и снова стон. Пирс приподнимает её ногу, держа, и резко входит на всю длину. Снова стон, но уже болезненно-сладкий. Даже не давая Ричардсон привыкнуть, он начинает двигаться. Комнату заполоняют стоны, с каждым новым толчком становящиеся громче, постепенно переходящие в крики, и частое дыхание, которое Тея ощущает на своей шее, когда парень близко прижимается к ней телом. Толчки становятся глубже и быстрее, горло уже неприятно саднит от криков, и Ричардсон уже просто шумно дышит через рот, ощущая, как во рту пересохло, изредка сжимая член мышцами влагалища, чтобы услышать хриплый, блаженный стон сегодняшнего любовника.       Кожа от соприкосновения тел горит, а ноги уже неприятно затекли, как сладостная пытка закончилась. Джонсон ещё сильнее прижал девушку к стене, уткнувшись ей в плечо и шумно дыша, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Она, жадно хватая ртом воздух, прижавшись разгорячённой щекой к холодной стене, ощущая резкий контраст, улыбается. Чудесно. Неужели смогла сломить эту неприступную, на первый взгляд, крепость?       Тея разворачивается, желая взглянуть на парня, и встречается с затравленным, но с всё ещё присутствующей внутри похотью взглядом. Улыбается, целуя в плечо, и ощущает на губах солоноватый привкус. Облизывает губы и прижимается к нему, обхватывая широкую спину руками. Прильнувшее голое, хрупкое женское тело действует отрезвляюще. Отрезвляюще совсем в ином смысле. Пирс аккуратно приподнимает её подбородок и целует, кусая губы. На секунду останавливается. В затуманенном мозгу вдруг всплывает образ Брилл, такой притягательный, любимый, родной и… И постепенно меркнущий. Он злобно трясёт головой — сейчас не до Хьюстон. Джонсон вновь примыкает к губам Ричардсон, уже более страстно и крепко, чем до этого. Ощущает ласковое, нежное прикосновение женской руки на члене, которое отзывается током по всему телу. Он шумно выдыхает и, зарычав, подхватывает девушку на руки и несёт в ближайшую комнату.

***

      Оба уже в спальне. Пирс ставит Тею на пол, намереваясь, похоже, взять прямо здесь, как она с хитрой улыбкой на губах толкает его к комоду, подходит к нему и вовлекает в страстный поцелуй, позволяя парню языком исследовать каждый уголок рта. Девушка с игривой улыбкой на губах чуть отстраняется от него и, проведя руками от груди к животу, вновь касается члена, на что получает шумный выдох, а в серых глазах лишь одно желание — завалить её на чёртов пол и жёстко отыметь. И это будет, однако сейчас в планах у неё нечто иное. Она на все сто уверена, что Брилл такого ему не делала.       Соблазнительно улыбнувшись, Ричардсон внимательно смотрит на сегодняшнего любовника. Он терпеливо ждёт, пересекаясь с ней взглядом и часто дыша. Она, легко поцеловав его и облизнув свои губы, резким движением стягивает джинсы вместе с трусами, как бы намекая, что их уже давно пора снять. Снова тяжёлый вздох, однако Джонсон подчиняется. Вновь облизнув губы и улыбаясь, Тея целует живот, постепенно садясь перед ним на колени, и выжидающе смотрит на него. Брови мгновенно взлетают вверх, в глазах ещё пуще разгорается огонь похоти, а на самом донышке плещется любопытство. Да, кузина ещё слишком «зелёная» для такого. Она победоносно улыбается. Что ж, пора доставить мальчику удовольствие. Девушка, вдохнув, берёт головку члена в рот, плотно смыкая губы. Парень шумно выдыхает, и она мысленно улыбается. Берёт чуть глубже, но не сразу в глотку, и начинает скользить губами верх-вниз, и он хрипло стонет. На несколько секунд выпускает член изо рта, чтобы вдохнуть воздуха, и вновь прикасается к нему губами: сначала водит языком по стволу, а затем облизывает головку, вновь слыша удовлетворённый стон Джонсона. Ричардсон улыбается и снова берёт член в рот, скользя по его стволу и помогая себе одной рукой. На миг, открыв глаза, останавливается, чтобы взглянуть на парня: он, часто дыша через рот, стоял с закрытыми глазами, крепко вцепившись руками в края комода — ему нравится. Оставшись удовлетворённой зрелищем, она возвращается к своему занятию, принимаясь глубже заглатывать уже стоящий колом орган.       Однако сладостная пытка длится недолго. Прерывает всё сам Пирс. Цепко взяв Тею за плечи, он с силой потянул её на себя, крепко и жадно целуя, будто благодаря за подаренное удовольствие, и подхватил на руки, не разрывая поцелуй. Уже в ту же минуту она лежит на бордовых простынях, а Джонсон, нависая над девушкой, целует её, стараясь не оставить без внимания ни один сантиметр желанного тела: лицо, шея, ключицы, грудь, живот, даже руки — ничто не остаётся без внимания от неистовых поцелуев. Ричардсон тихо постанывает, прося о большем, и ощущает его в себе, запрокидывая голову от удовольствия. Она обхватывает широкую спину руками, пару раз поцеловав шею, и парень начинает двигаться. С каждым толчком темп увеличивается, а Тея тихо и сладко стонет, временами кусая губы, чтобы не переходить на крик, и слегка царапает ему плечи.       Проходит немного времени, прежде чем Пирс ложится на девушку и начинает входить медленнее и глубже, покрывая жадными поцелуями тонкую шею и выступающие ключицы, а она едва не задыхается от наслаждения, шумно дыша и обнимая его за шею.       Внезапно парень приподнялся, крепко вцепившись в бёдра партнёрше. Толчки стали быстрее, и она уже не сдерживала себя, царапая ему спину ногтями, а стоны перешли в крики. Почувствовав нарастающее напряжение в груди, Тея часто задышала, непроизвольно сжав член мышцами влагалища, и громко закричала, чувствуя разлившуюся по всему телу приятную негу. Ещё парочка фрикций, и Пирс с тихим рыком кончает ей на живот, после рухнув рядом на кровать. Оба лежали, восстанавливая сбившееся дыхание. Девушка, закрыв глаза, блаженно улыбнулась. Замечательное окончание дня.       Так прошло несколько минут. Ричардсон открыла глаза и повернулась к парню. Он спал. Она улыбнулась, погладив его по щеке. Грех сразу не заснуть после такого забега! Тея, усмехнувшись, приняв сидячее положение, сладко потянулась и, встав с кровати, направилась в душ, думая, что и грандиозный же завтра будет скандал.