***
Утро пришло слишком быстро, даже для принца Элиа, который в ночь после прощания так и не смог уснуть. Он то и дело слушал, как служанки подходили к его двери и плакали (и хоть одна бы зашла, да утешила принца!). Один раз, под утро, пришел и отец. Его принц узнал по тяжелой походке и звоне меча. Но и отец только лишь постоял у двери, не решаясь войти. Когда солнце начало пробираться в королевские покои, принц уже был готов. Надев лучший костюм, повязав на пояс ножны и крепко связав каштановые волосы, Элиа остановился перед дверью. Это был последний шанс сделать все правильно. Замок был пуст и тёмен, будто бы кто-то успел и его облачить в траур. Короля нигде не было. - Принц! - неожиданно закричала служанка. - Я счастлива, что застала Вас! - Элиа обернулся на голос. - Ты выбежала из покоев короля, - произнёс он, подмечая растрёпанный вид служанки и встревоженное выражение лица. - Что с ним произошло? - Простите, - залепетала она, - королю плохо. Его величество у себя в покоях, говорит что-то о смерти. И поэтому... поэтому я подумала, что стоит позвать Вас, принц, Вы ведь... - Позови стражу, - скомандовал юноша. - Пока я не позову - в покои не заходи, поняла? - служанка закивала и умчалась прочь, оставляя все заботы на плечи принца. Король лежал на своей кровати, кожа его была также бледна, как простыни, которые он сжимал от головной боли. Мужчина тяжело дышал и смотрел только в потолок, а потому, похоже, не заметил приход сына. Элиа не решался подойти к отцу, долгое время стоял у окна, ждал, что король подаст хоть какие-то признаки жизни, но, увы, тот был слишком упрям. - Сегодня я вышел из своих покоев, - начал Элиа, - и увидел, как замок облачается в траур. Думал, что это камни плачут обо мне, был даже слегка ошеломлён. Но окликнула меня служанка, вот тогда-то я понял, что камни не плачут, по крайней мере, обо мне. Неужели, Ваше Величество, Вы решили покинуть народ в сей трудный час? - Элиа... - прохрипел король. - Отец, - принц отошел от окна и присел на колено перед кроватью короля, - я не могу позволить тебе умереть и оставить королевство, ради чего тогда все наши жертвы? Нет, - Элиа пытался сдержать слёзы, но ком так упорно подкатывал к горлу, - я слышал, что влюблён ты в одну служанку, ту самую, которую встретил я сейчас. Она неплоха, - улыбается, - я дам вам благословление, народ это одобрит. А после она родит тебе сына, лучше, чем я. Сына, коим будет гордиться народ, и ни одна жрица, ни один даже самый сильный маг не посмеет сказать, что ему суждено умереть. Это будет самый великий король, ещё более великий, чем ты и уж тем более, чем мог бы стать я. - П-прекрати... - не унимался король. - Я прикажу служанкам закрыть окна и вызвать врача, чтобы он помог тебе. Стража проследит за тем, чтобы сегодня к тебе никто не заходил и не мешал. Отдыхайте, отец.***
Весь день принца пролетел в заботах о королевстве, которое желало его смерти, и о похоронах, которые неминуемо приближались. Слуги, затаившись в укромных уголках замка, обсуждали поведение принца, но все чаще Элиа слышал лишь восхищение, и это наводило тоску. Наконец, приблизился вечер, солнце начало садиться, а горожане собираться у края обрыва на севере. Последний раз проверив отца, Элиа оставил после себя письменное подтверждение дворянского рода у обычной служанки и меч в качестве единственного воспоминания о себе для короля. Целый конвой вёл юношу к обрыву, но никто не собирался сопровождать его на тот свет... - Люди? - принц обернулся и оглядел пока ещё свой народ. - Я счастлив... умереть ради вас. Очень надеюсь, что земли эти не настигнет голод, войны и прочие ненастья... Элия вновь повернулся к народу спиной и взглянул на пропасть, что раскрыла для него свои холодные объятья. Сейчас можно было показать все свои эмоции, но принц более ничего не чувствовал, смирился.- И опасность нам нипочём, встретим мы её лицом. Бравые, бравые солдаты...