BTS. Драбблы.

Юнги сжимает в пальцах волосы младшего, сильнее давит на затылок, заставляя склонить голову. В глазах у Мина - темнота и тишина. Ни злости, ни раздражения. Просто - ничего. - Разве я разрешал тебе борзеть? Голос у старшего удивительно спокоен, разве что немного более низкий, чем обычно. У Чонгука мурашки бегут под кожей, заставляют кровь холодить жилы. Вытравленные уже в фиолетовые волосы от натяжения болезненно ноют, отдаваясь солоноватым привкусом подчинения в голове. Он облизывает губы и медленно поднимает взгляд. - Бессмертный, да? - хрипло уточняет Юнги, почти ласково скользит пальцами по коже головы под волосами, вновь сжимая их и с оттягом врезав коленкой под ребра младшему. Бить младших - плохо. Учить их курить и пить - плохо. Подсовывать порнуху - еще хуже. Юнги падает очень быстро по этим ступенькам. И ему, в общем-то, совсем на это плевать. Чонгук прижимает ладонь к груди, сползая по стеночке пустого школьного спортзала, смотрит снизу вверх на него и снова облизывает губы. Юнги опускается на корточки и сжимает в пальцах воротник школьной рубашки младшего, криво улыбается и притягивает его к себе. - Уяснил, малой? Чонгука дергает от его голоса, от того, как он смотрит. И все это как-то неправильно, и он тупо не знает, что с ним творится. И он слишком упрямый баран, чтобы просто спросить, поэтому нарывается. Просто нарывается.