BTS. Драбблы.

Сокджин сидит в затхлом помещении. Сырость бьет по нервам, раздирает в клочья грудную клетку, не давая толком дышать и соображать. Капли воды медленно стекают по стенам, бьются о грязные лужи на бетонном полу. Сокджин считает каждую каплю. Одна. Вторая. Третья. И медленно сходит с ума, сжимая в пальцах собственную голову. Отсюда нет выхода. Он знает. Он проверял. Есть шаткая и разваливающаяся лестница из подвала в дом. Но. Но он уже там был, срывая дыхания и убегая от того, что гналось за ним из самой темноты, выкручивая сознание от страха и панического ужаса. Сокджин никогда не хотел ощущать себя жертвой облавы, когда тебе вслед спускают стаю кровожадных собак. Когда чужие зубы смыкаются на тонкой коже, вспарывая ее по стыкам швов и натяжений. Когда все, что тебя ждет, это быть растерзанным и заживо сожранным тем, что таится в каждой тени в темноте. Он сжимает пальцы сильнее, зарываясь ими в всклоченные и засаленные волосы, выдыхая болезненно спертый воздух и слышит крики наверху. Он не знает, кто теперь бежит по коридорам, спасая свою жизнь от тех, кто делит вместе с ними этот дом. Сокджин сжимается в комок, прижимая колени к груди и зажмуривая глаза, зажимает уши, едва сдерживая себя от того, чтобы не заорать вслед за тем, кого там... наверху, возможно, уже убивают с особой жестокостью. Вскрывая заживо грудную клетку. Смыкая челюсти на дрожащей от ужаса и боли плоти. Сокджин медленно поднимает голову и всматривается в темноту лестничного пролета. Он слышит шаги. Один. Второй. Третий.