BTS. Драбблы.

Тэхён трахает Юнги в туалетах ночных клубов. В полутемных кладовках университета. В собственной квартире. И это напоминает долгоиграющий путь напрямую в бездну. Бездна смотрит на него из темных глаз старшего, заставляя вгрызаться в чужую белую шею до крови, заставляя втрахивать податливо хрупкое тело во все близлежащие поверхности. Юнги матерится болезненно, бьется затылком о столешницу в запертом кабинете информатики. Изгибается рвано, ломко и дико, как пойманная кошка, вырывающаяся из лап человека. У Тэхёна стоит на это перманентно и до боли. Он сжимает в пальцах чужую талию, запускает их под ребра, до истерических ноток в стонах старшего. Их отношения - нихрена не отношения по сути. Просто Тэхён приходит и берет, а Юнги дает. Отдается со всеми потрохами, со своими узкими бедрами, острыми коленками, тонкими запястьями. Жалобно заламывает брови, когда младший трахает его глубоко и с оттягом, зажимает руки над головой и не дает прикасаться к себе. У Тэхёна большой. И каждый раз идет пиздец туго. До скрипа зубов, до мучительных обещаний, что он его убьет к чертям собачьим в следующий раз, потому что прежде чем вставлять ему, неплохо бы не забывать смазку. Юнги - не похож на порно-звезду. Он похож на мечту педофила, потому что вроде бы взрослый, матерится через слово, и вообще - хён. Но весь этот мудаебский характер заключен в теле белокожей феи. И эту фею хочется в разных позах. Заставлять его скользить коленями по полу, заламывать руки, метить. Шею, спину, поясницу. Пересчитывать губами выступающие острые позвонки. Их отношения - всего лишь порнография. Тэхёну этого до оскомины хочется. Чтобы к Юнги у него было только низменное и животное. Никаких чувств, никаких надежд, никаких пустых обещаний. Юнги всегда напивается, прежде чем Тэхён к нему приходит, чтобы давать тому то, что ему хочется.