Бумажные самолётики и игры в песочнице.

О том, что думают родители о её возвращениях домой в порванных юбках, с синяками на руках и разбитыми коленками, у неё не было иллюзий. Если бы речь не шла о такой чести для их дома, как связь с королевской семьёй, отец очень вежливо запретил бы ей ходить во дворец. - Он не думает, что дева может быть воином, - объяснила она Тору. Тор махнул мечом по дуге и уложил его поперёк плеч. Она насмешливо улыбнулась и сказала: - Хвастун, - но это было очень крутой манёвр, и он это знал. - Он хоть видел, как ты дерёшься? Если бы он видел тебя в бою, то, конечно же, понял бы, что ты рождена для этого. Она фыркнула в ответ: - Я могу разгромить целую армию йотунов, и он всё равно скажет «будь поосторожнее». Она придавила кончик носа вверх, как у отца, и прогундосила: - Подумай о позоре, который падёт на наш дом – иметь дочь, которая пренебрегает своими обязанностями, чтобы поиграть в солдатиков. - Он не может быть настолько глупым, - сказал Тор. – Если бы ты только показала ему… - Он бы запер меня в башне, - закончила Сиф. Она взвесила в руке свой тренировочный меч. – Он не такой, как твой отец. Он слушать доводов не станет. - Тогда он дурак, - просто сказал Тор. – И тебе придётся доказать ему, что он не прав. Ты уже доказала половине тренирующихся здесь мальчишек, что они не правы. - А как насчет тебя? Он улыбнулся: - Ты и мне доказала, что я не прав раз или два. Но не больше! Он махнул мечом над головой и вытянул его вперёд, как приглашение. Сиф вскинула меч вверх и заняла ответную позицию. Тор был намного крупнее, но слишком прямолинейным, и увлекался агрессивным движением вперёд, лишенным тактики. И хотя он развивался, но медленнее чем мог бы. Ему ещё многому надо было научиться. Сиф блокировала удар и, развернувшись на пятке, стукнула его по костяшкам пальцев. Тор выругался и бездумно ринулся в нападение. Позже, после того как она выбила меч из его рук и помогла растянуться на земле, она присела рядом с ним и спросила: - Ещё живой? - Не трогай меня, - прорычал он. - Значит, - сказала она, - еще живой. Тор открыл глаза и яростно прищурился. - Ты меня не испугаешь, - сказала она. – Я тебя только что уделала. Он опять закрыл глаза. - Что будешь делать, когда твой отец узнает? Очень, очень давно Локи сказал – «не говори ему». Тогда для неё мысль о том, чтобы солгать отцу была шоком. - Не узнает, - сказала Сиф. Пожала плечами и добавила. - Мы всё равно не разговариваем. - А что твоя мать думает на этот счёт? Она заколебалась. Сиф подумала о матери – высокой, прямой и нежной, и сказала: - Не знаю. - Тогда, надеюсь, она тоже не узнает, - сказал Тор.